Я - Рико Морияма.

Голова болела так, будто кто-то попытался вышибить из неё все мысли. Я моргнул, глубоко вдохнул и замер. Темнота. Не полная, но давящая. В слабом электрическом свете высоко под потолком серели стены, каменные и гнетущие. Пол подо мной был твердым, гладким, с царапинами. Я лежал на корте. Почему? Мне казалось, что когда я открывал глаза в первый раз, точно был на улице. На какой-то поляне. Там было так хорошо... Где-то вдалеке гудели громкие голоса. Тупой звук ударяющегося о стену мяча. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы сесть. Что за черт? Меня трясло, но не от холода — от ужасающего осознания, что это место слишком знакомо. Эвермор. Нет. Не может быть. Я медленно поднялся, шатаясь, и направился в первую попавшуюся дверь. Шаги гулко отдавались по каменному полу. Коридоры тянулись мрачными переходами, освещённые только редкими лампами. Запах пота, антисептика и чего-то металлического бил в нос. Мне нужно зеркало. Я нашел его в одной из раздевалок. Тусклое отражение показало лицо мальчишки. Темные волосы, черные глаза, тонкие черты, холодный взгляд. Не может быть ошибки. Рико Морияма. Я судорожно вдохнул. Я в его теле. Воспоминания захлестнули меня волной: тренировки, боль, удары, крики, страх. Меня велели запомнить. Меня велели сломать. — Черт, — прошептал я, сжимая раковину. Что теперь? Я знаю, что случится дальше. Я знаю, каким зверем станет Рико. Я знаю, что если буду вести себя как он, рано или поздно это приведёт меня к гибели от рук собственного брата. Но и изменить всё сразу не выйдет. Мне нужен план. Для начала, нужно перестать паниковать. Никогда нельзя паниковать, иначе примут за психа. После стоит сказать, что потерял память. Это даст мне время. Минимум неделю. И последнее. Понять, как здесь выжить. Я закрыл глаза, делая глубокий вдох. Дверь скрипнула. Я резко обернулся. В проёме стоял мужчина в темном костюме. Он опирался на трость. Глаза жёсткие, взгляд оценивающий. Тецуджи Морияма. — Очнулся, — его голос был властным и ровным, но в нём сквозила нотка нетерпения. — Как ты себя чувствуешь? Я сглотнул. — Голова... кружится, — соврал я, изображая растерянность. — Врачи сказали, что у тебя временная амнезия. Последствия удара. Но это не оправдание для прогулов, — его тон не терпел возражений. Я кивнул. — Я постараюсь вспомнить всё как можно быстрее. Он смотрел долго, слишком долго. Но затем развернулся и ушёл. Я выдохнул. Но расслабляться рано. Мне нужно поговорить с Кевином Дэем... Дэй сидел на кровати в нашей общей комнате. В руках он вертел мяч, но стоило мне войти, как он поднял голову. — Ты в порядке? – голос его звучал встревоженно. Я сел напротив. — Вроде да... Но мне отшибло память, — начал я, осторожно подбирая слова. — Врачи сказали, что это временно. Неделя, может чуть больше. Потом я восстановлюсь и вернусь на корт. Кевин нахмурился. — Ты ничего не помнишь? — Какие-то вещи… будто сквозь туман. Но деталей нет. Кевин сжал мяч. — Ты же понимаешь, что тренировки никто не отменит? — Конечно, — я не стал показывать эмоции. — Хорошо, — он чуть расслабился. — Я помогу тебе вспомнить. Я не ожидал этого. — Правда? — Да. Ты мой напарник и брат. Мы должны играть вместе. Я кивнул, скрывая напряжение. — Спасибо. — Завтра начнем. После завтрака — на корт. Надо ознакомить тебя с правилами заново. Я снова кивнул. Теперь главное — не выдать себя. И выжить.