Fragments of us

Хёнджин сидел, скрестив ноги на диване, нервно теребя браслет на запястье, пока дом наполнялся смехом и разговорами. Компания пришла совсем недавно, и уже успела почувствовать себя как дома. Лино и Хан растянулись на полу, оживлённо споря о какой-то стратегии в видеоигре. Чан и Чанбин сидели за обеденным столом, тихо разговаривая, а Сынмин и Чонин крутились возле кухни, тайком пробуя еду, когда мама Хёнджина не смотрела. Феликс, разумеется, был прямо рядом с Хёнджином, его лицо, усеянное веснушками, светилось привычным теплом, пока он наблюдал за всем этим хаосом. —Ты в порядке? — мягко спросил Феликс, толкнув Хёнджина плечом. Хёнджин кивнул, его губы дрогнули в слабой улыбке. —Да, — пробормотал он. —На самом деле... это приятно. Феликс улыбнулся шире, откинувшись на спинку дивана. —Хорошо. Ты это заслужил. На кухне мама Хёнджина двигалась с отработанной лёгкостью, с лёгкой улыбкой на лице, пока готовила. Она настояла на том, чтобы приготовить для всех настоящий пир, и несмотря на их протесты, никто так и не смог её остановить. —Мальчики! — крикнула она, выглядывая из кухни. —Еда готова! Вся компания тут же оживилась, ринулась за стол, словно не ела уже несколько дней. Хёнджин последовал за ними медленно, сев на край стола, пока по кругу передавались тарелки с горячей едой. —Офигеть, — сказал Чанбин, глаза которого округлились при виде всего этого изобилия. —Миссис Хван, это выглядит потрясающе. Она только отмахнулась со смехом. —Ешьте, мальчики. Вам понадобится сила, чтобы угнаться за Хёнджином. Хёнджин опустил голову, щеки его залила краска, пока вокруг слышались смешки. Когда еда заканчивалась, разговор постепенно стал тише, игривые подколки сменились чем-то более мягким. Чан прочистил горло, его взгляд был серьезным, когда он посмотрел на Хёнджина. —Хён, мы просто... мы хотели кое-что сказать. Хёнджин моргнул, пальцы его немного сильнее сжали чашку. —Что? Чан перевёл взгляд на остальных, прежде чем продолжить. —Мы рады, что ты всё ещё с нами, — просто сказал он. Грудь Хёнджина сжалась, горло пересохло. Чонин кивнул, его обычная дразнящая манера сменилась чем-то более серьёзным. —Да, — мягко сказал он. —Без тебя это было бы совсем не то, Хён. Хан наклонился вперёд, его голос был неожиданно нежным. —Ты часть нас, Хёнджин. Мы ёбанный бардак, но ты тоже наш бардак. Лино усмехнулся, но в его глазах читалась мягкость. —Я такое не часто говорю, так что слушай внимательно, — сказал он. —Нам с тобой повезло, Хёнджин. Мы тебя очень ценим. Я тебя ценю. Не забывай об этом. Хёнджин сглотнул, в его глазах заблестели слёзы. —Я даже не знаю, что сказать, — прошептал он, голос дрожал. —Тебе и не нужно ничего говорить, — сказал Феликс, его рука мягко скользнула по руке Хёнджина. —Просто знай: мы рядом. Всегда. Хёнджин выдохнул дрожащим дыханием, грудь его вздымалась, пока тяжесть их слов медленно оседала внутри. —Спасибо, — едва слышно прошептал он. —За всё. Чанбин улыбнулся, разряжая обстановку. —Ладно, время для групповых обнимашек! Прежде чем Хёнджин успел возразить, вся компания налетела на него, обнимая в хаотичном, но тёплом объятии. —Господи Иисусе... — пробормотал Хёнджин, хотя тихий смех всё-таки сорвался с его губ, когда он позволил себе расслабиться в этих объятиях. Когда все наконец отстранились, мама Хёнджина появилась с подносом с десертами, её улыбка была мягкой, когда она поставила его на стол. —Я рада, что они у тебя есть, — тихо сказала она, положив руку ему на плечо. Хёнджин кивнул, грудь его всё ещё была сжата, но на душе стало тепло, пока он оглядывал всех за столом. Он принадлежал этому месту. И его любили.