Приёмыш

— Эй, Женя, вылезай давай! В комнату пришла воспитательница и с силой сдёрнула с меня одеяло. — Отстаньте, я хреново себя чувствую. Я перевернулась на другой бок и уткнулась в стену. — Ты совсем страх потеряла? Женщина схватила меня за шкирку и скинула со второго яруса кровати на пол. Я сильно ударилась спиной и головой. — Собирайся, тебя забирают. — Что? В этот момент меня как током прошибло. — Кто меня забирает? — Вот сейчас и увидишь. Одевайся и с вещами на выход! Я кое как поднялась на ноги. — Ты как? Отозвалась моя соседка по комнате Лиза. — Бывало и лучше. Потирая ноющий затылок, я швырнула на старое кресло верхнюю одежду из шкафа. — Нужна помощь? — Без тебя обойдусь. Лиза уже давно пыталась ко мне подступиться, но я не позволяла ей этого. В общем-то оно мне и не нужно, всё равно интернат - место непостоянное. Сегодня ты здесь, а завтра тебя заберут, как зверушку из зоомагазина или рынка. Натянув на себя чёрные скинни джинсы, топ и красную рубашку, я закинула оставшиеся вещи в большую спортивную сумку. К счастью брать дополнительные пакеты не пришлось. — Без тебя тут будет до жути скучно. — Да? А я думала у вас тут и без меня есть чем заняться. — Ну а кто же кроме тебя будет устраивать драки посреди дня или мокать кого-то головой в унитаз. Я ухмыльнулась и оглянулась на лизу. — Уверена найдёте. — Кстати, забыла спросить. Когда тебя снимают с таблеток? — Точно не помню, нужно спрашивать у моего психолога. В наш интернат раз в полгода приезжал психолог, однако он работал с остальными воспитанниками интерната, а ко мне приезжал отдельный квалифицированный человек. Из-за так называемого расстройства личности, меня подсадили на эти грёбаные таблетки. Я в последний раз взглянула в старое треснувшее зеркало. Короткие чёрные волосы резко контрастировали с бледным цветом кожи и насыщенными голубыми глазами. Они были такого же цвета как и у моей биологической матери. Я хорошо помню её, особенно когда к ней приходили её "клиенты", а я была вынуждена на всё это смотреть, так как мы жили в старом трейлере. В общем и целом ей было плевать на меня, она обращала на меня внимание только когда нужно было на кого-то сорваться. В один из таких срывов она и оставила мне шрамы на брови, щеке и губе, а на бедре красовался след от раскалённого утюга, поэтому я никогда не носила шорты. Воспитательница привела меня в небольшую комнату. В креслах за маленьким столиком сидели три человека. Женщина из организации нашего интерната и незнакомая мне пара. — Кира, знакомься - Дмитрий и Карина, они станут твоими опекунами. На лице рыжеволосой женщины красовалась наигранная добродушная улыбка, что до безумия меня раздражало. — И им плевать что меня все считают психом? Она напряжённо метнула взгляд на пару, после чего снова посмотрела на меня. — Женечка, я объяснила им всю ситуацию и они готовы взять над тобой опеку. Я скептически хмыкнула и устремила свой взгляд на эту пару. — Ну посмотрим сколько они продержаться. Женщина захихикала, пытаясь исправить ситуацию. — Я очень прошу прощения. Просто она у нас достаточно своеобразная, но я уверена что вы найдёте с ней общий язык. Я ведь права, Женечка? Её улыбка не сходила с лица, но по её глазам я поняла, что ещё хоть слово и она заживо мне здесь закопает. Неужели они настолько сильно хотят от меня избавиться? Что ж, будь по-вашему, хоть эта попытка меня и позабавила. — Конечно. — Ну вот и замечательно. Все документы уже оформлены, так что можете её забирать в новый дом. Очередной счастливый ребёнок! Позвольте я скажу ей пару слов напоследок. От её смазливого тона аж тошнило. Пара вышла из комнаты. Женщина грубо схватила меня за плечо. — Если и эти люди отдадут тебя обратно, ты очень пожалеешь что вообще оказалась здесь в тот день. Я резко вырвалась из её хватки. — Посмотрим... Всего хорошего... Самодовольная улыбка не сходила с моего лица до самого выхода из здания интерната. Небось через неделю сдадут меня обратно, как и пять семей до этого. Мы подошли к довольно дорогой на вид машине. — Помочь с сумкой? Я оглянулась на Дмитрия. — Я сама. Я закинула сумку на заднее сиденье, после чего сама села в машину. Дмитрий сел за руль и завёл мотор. Ко мне обернулась Карина. — Жень, а чем ты увлекаешься, может быть ты рисовать любишь или каким-то спортом занимаешься? — Нет, я всегда в свободное время тренировалась на спортивной площадке во дворе. — А хотела бы заниматься? — Я хотела бы чтобы мы посидели в тишине. Карина сразу же стушевалась и отвернулась. — Может ты хочешь про нас что-то узнать? Вмешался в разговор Дмитрий. — Вы мне не интересны. После этого они больше не пытались вывести меня на разговор. Внезапно в моей голове снова раздался голос. — Ну и что дальше? Снова по старому сценарию? — Ну да, а чем они отличаются от предыдущих? — Ну может быть они действительно дадут нам нормально жизнь. Вспомни, сколько раз ты получала от своей матери просто так. А сколько раз ты получала от приёмных родителей. Хватит себя мучить. — А если мне нравится так жить. Что если мне нравится быть боксёрской грушей по жизни. — Ты не исправима. — Боль помогает мне чувствовать себя собой. А если они не будут причинять мне боль, я сделаю это сама. — Женя? Женя, ты меня слышишь? Женя. Я подпрыгнула от неожиданности, почувствовав на своей руке прикосновение. Карина отдёрнула руку. — Мы приехали. Я взяла сумку и вышла из машины.