Spellennial

      Гермиона была… скажем так, не в лучшем расположении духа. На неё навалился ворох домашки по арифмантии, новое зелье, которое надо освоить, да ещё два фута эссе по трансфигурации, которые нужно закончить к концу выходных. А вдобавок ко всему — подготовка к Спелленниальному пиру через три недели, в которой она, как староста, по уши увязла. Оказывается, открытие Хогвартса спустя два года после того, как Волан-де-Морт получил по своей тощей заднице, совпало с тысячелетним юбилеем основания школы.       Хотя не совсем так. Гермиона объяснила бы любому, кто не читал «Хогвартс: История», школа была основана в 990 году нашей эры. Этот «Спелленниал», от которого все пищат, на самом деле отмечает тысячелетие первого набора учеников и официального открытия. Но разница мало кого волновала.       Однако не это её раздражало. Источник её злости — дорогая подруга Луна Лавгуд. Несмотря на гору невыполненной домашки, которую надо нагнать после двух пропущенных лет, Гермиона тратит своё послеобеденное время на визит к Луне по какой-то таинственной причине. Всё, что эта чудаковатая рейвенкловка выдала, — дело сверхсекретное. Пусть даже это, скорее всего, гнездо нарлов или прочая ерунда, Гермиона решила, что обязана навестить подругу. — Луна? Луна, ты где?       Уверенно шагая по коридору, где на стенах дремали лишь пара портретов, кудрявая брюнетка вздрогнула, когда из камня вдруг появилась дверь. В Хогвартсе магические двери — не редкость, но эту она узнала. — О, привет, Гермиона! Какая встреча! Заходи, не стесняйся!       С широко раскрытыми глазами Гермиона последовала за Луной в Выручай-Комнату. Та стала куда меньше, чем раньше: стены обуглены, мебели почти нет, но ошибиться невозможно. Она до сих пор помнила запах гари, когда они с Роном удирали оттуда на метле. — Я думала, Выручай-Комната сгорела во время битвы за Хогвартс! С тем адским пламенем и…       Оборвав себя на полуслове, Гермиона огляделась и заметила ещё одну девушку — стройную красавицу Чжоу Чанг. Та выпустилась за год до захвата школы Волан-де-Мортом, но вернулась (как и некоторые другие), чтобы пересдать предметы. Некогда подружка Гарри, она раньше завидовала дружбе Гермионы с «избранным», но теперь их отношения стали нейтральными. Дружить их точно не назовёшь. — Чжоу! Эм… приятно тебя видеть? — Привет, Гермиона. Луна и тебя сюда затащила, да?       Мягкий шотландский акцент темноволосой азиатки звучал дружелюбно, хоть и с ноткой раздражения на Луну. Она улыбнулась Гермионе и слегка махнула рукой, прежде чем обе повернулись к виновнице встречи. Пока они здоровались, воздушная блондинка с Рейвенкло подошла к единственному предмету мебели — шаткому письменному столу.       На нём лежала потёртая кожаная книга, рядом горела свеча с холодным голубым пламенем. Книга была незнакомой, без названия. На обложке лишь вытисненный кельтский… ворон. — Это потерянная книга заклинаний Ровены Рейвенкло.       Со свойственной ей простотой Луна объявила, что нашла. Или, судя по скептическому взгляду Гермионы и терпению Чжоу, что думает, что нашла. Переглянувшись, Чжоу приподняла бровь, Гермиона закатила глаза, но затем натянула улыбку. Она молчала, пока Чжоу отвечала. — Это невероятно, Луна! Я думала, это просто миф!       Гермиона кивнула вместе с Чжоу. Война её немного смягчила, но она всё ещё не могла потакать всем фантазиям Луны. Нарглы — ладно, она научилась молчать про сморкастых рогосвинов, но книга заклинаний Ровены Рейвенкло? Смешно. — Ровена что-то слишком забывчива для мудрой… сначала потеряла диадему, а теперь ещё и книгу?       Луна улыбнулась обеим и мягко покачала головой, будто они глупышки, раз не верят. Вместо слов она вытащила палочку из-за уха и резко стукнула по обложке.       Как по волшебству — ха, естественно! — из книги вырвалось бледно-голубое сияние, очертив силуэт ворона — личный знак Ровены, а не тот дурацкий орёл Рейвенкло. Но учениц Хогвартса простым светом не удивишь. Гермиона тоже достала палочку, настороженная из-за прошлого опыта с книгами, и шагнула ближе. — О! Ты её активировала? И что… что она делает?       Чжоу молчала, хотя она была не менее любопытная, а Луна широко ухмыльнулась. Ей явно не терпелось показать книгу, и пусть это не артефакт основателей, в ней точно было что-то магическое. — Это книга самопомощи, конечно!       Следующие полчаса, с кучей проверочных заклинаний, чтобы убедиться, что книга безопасна, Гермиона и Чжоу вытянули из Луны объяснение. По её исследованиям, книга появилась из-за Спелленниала. Она позволяет провести ритуал втроём, где каждый сможет взять что-то от Хогвартса, чтобы «улучшить» себя.       Луна знала немного: только то, что нужно встречаться каждую неделю и повторять заклинание до конца — через неделю после Спелленниального пира, всего четыре «улучшения». Сначала надо выбрать цель на эту неделю, но сами они это сделать не могут. — Погоди, Луна. Может, стоит показать это профессору МакГонагалл? Или Слагхорну?       Пока Гермиона волновалась, Луна, посмеиваясь, ткнула палочкой в книгу — та даже не открывалась, больше напоминая магический инструмент, чем хранилище знаний. — Поздно! Заклинание началось. Я решила, будет весело втроём. Представь, мы откроем новое заклинание! Эффекты можно снять в конце. От первого к последнему…       Мысль об открытии убедила Гермиону остаться, а Чжоу решила поддержать Луну, да и свои комплексы сыграли роль. Первой под удар попала Чжоу, когда Луна и Гермиона посмотрели на неё. Гермиона заговорила первой, нервно улыбаясь. — Ну… думаю, тебе бы не помешало меньше переживать из-за парней? Это, эм…       Чжоу всегда была эмоциональной в отношениях, и после Гарри это не изменилось. Хоть слова и не лестные, она кивнула. Луна задумчиво согласилась, но, кажется, поняла «переживать» иначе. — О да, это подойдёт… уменьшить интерес парней к тебе. Слышала, книга?       Чжоу хотела возразить, но свет от книги уже запульсировал, и она промолчала. Книга понимала, что речь — мощное волшебство. Гермиона, всё ещё сомневаясь, она была следующей, и Чжоу отыгралась. — Ты говоришь, у меня проблемы с парнями, а у тебя — с учёбой. Тебе не обязательно работать меньше, но… не парься так сильно, окей? Луна кивнула. Гермиона поджала губы, но улыбнулась. — Ладно, справедливо. Теперь Луна… ты не всегда умеешь за себя постоять, так что, может... — Отрасти яйца, Луна! Ты крутая ведьма, не позволяй никому тебя доставать!       Луна рассмеялась, глядя на Гермиону, смягчавшую слова, и Чжоу с её шотландской прямотой. Возразить не успели — книга снова запульсировала и ослепила вспышкой. Свет сопровождало головокружение, будто магия что-то сделала. Но, придя в себя, три ведьмы изменений не заметили. Гермиона хихикнула первой, затем Чжоу, прикрыв рот. — Ну, посмотрим, сработает ли. На ужин пойдёшь, Луна?       Предложила Гермиона, Чжоу поддержала, но блондинка лишь склонилась над столом. Подругам казалось, что заклинание не сработало, и она покачала головой. — Нет, у меня другие планы. Через неделю снова здесь, не забудьте.       Кивая и улыбаясь, Гермиона и Чжоу вышли из Выручай-Комнаты, радуясь, что книга, похоже, пустышка. Испытывать незнакомую магию всё же рискованно. Как только дверь закрылась, Луна резко выдохнула, сжимая палочку…       Из-под юбки Луны показалось, как набухает и пульсирует новый «жезл», слегка приподнимая ткань. «Отрастить яйца», как сказала Чжоу, похоже, было воспринято слишком буквально.

***

— О, привет, Деннис! Делаешь домашку по чарам? Я бы с радостью помогла, но…       Гермиона на миг замолкает, глядя на парнишку-маглорождённого. Его выгнали, когда Волан-де-Морт заправлял школой, так что он отстал на год, даже без учёта времени на восстановление Хогвартса. Обычно она бы отказала, предпочтя в третий раз вычитать своё эссе по трансфигурации. Но сегодня Гермиона не чувствует такого желания. — Да никаких «но». С удовольствием помогу!       Свернув пергамент, она пожала плечами. Эссе было сложным, но она постаралась, и какой бы ни вышла оценка — пусть так. Лишь чуть позже, показывая точные движения палочкой для удачного Вязального заклинания, она поняла, что это не в её привычках. Её мысли вернулись к Выручай-Комнате несколькими часами ранее, где Чжоу предложила меньше переживать из-за учёбы. Тогда книга Луны казалась глупостью, очередной придурью блондинки, и Гермиона отмахнулась. Но теперь, помогая ученику без привычной вины за свои дела, она вынуждена признать: это, похоже, сработало.       И это чертовски волнующе — впереди ещё три недели магии!

***

      Чжоу Чанг всегда слыла одной из самых привлекательных девчонок своего курса, и эта слава лишь укрепилась с возрастом. В юности это её будоражило, но часто заканчивалось слезами и разбитым сердцем, так что предложение Гермионы её тайно заинтересовало. Меньший интерес парней — это, наверное, к лучшему. — Эй, Чжоу! Погоди секунду!       Обычно парни, останавливающие её, вызывали чувство вины и приводили к жалостливым свиданиям — бесполезным и неприятным. Так что она, как всегда, приготовилась к очередной попытке затащить её наедине, на свидание или даже к прямому предложению, что случалось нередко… — Профессор Флитвик попросил вернуть твой учебник. Увидимся на чарах!       И всё. Рейвенкловец протянул толстый учебник, который она и правда забыла в классе, и ушёл обратно. Даже не намёк на совместную учёбу! — О! Эм… спасибо, Терри.       Чжоу пошла дальше, с лёгкостью в походке и учебником под мышкой. Прошло всего пару часов с того заклинания, в которое Луна её с Гермионой втянула, и хоть она сомневалась, польза уже видна.

***

      Той ночью в спальне Рейвенкло (новый уровень для вернувшихся студентов) Луна тщательно готовилась. Ещё в Выручай-Комнате она сразу поняла, что сделала с ней волна магии. Дождавшись ухода Чжоу и Гермионы, она поспешила спрятаться в своей кровати с балдахином. — Муффлиато. Квиетус. Люмос Минима.       Последнее заклинание вызвало слабый свет на кончике палочки, осветив пространство за занавесками. Предыдущие чары заглушили звуки для других девушек в спальне, а свет, надеялась она, останется незамеченным.       Теперь Луна осталась одна, сидя на кровати, разглядывая свой новый член. Толщиной с запястье, с венозной крайней плотью, длиной добрых семь дюймов — и это ещё не в стояке. В комплекте шли полноценные яйца, как и сказала Чжоу. Её мать, изобретательница заклинаний, погибла от отдачи, когда Луна была маленькой. Это заклинание казалось менее опасным, но даже Луна тут осторожничала. — Фините Инкантатем.       Ничего. Значит, это не наколдовано, не трансфигурировано и не зачаровано — похоже, это изменение её «основной» формы. Высшая магия, не по зубам даже мадам Помфри в больничном крыле, но… Луна не переживала. Уйма девчонок в комнате с членом, и лестница в спальню её пропустила!       Что-то новое. А Луна обожает новое. Переложив светящуюся палочку в другую руку, она осторожно потянулась вниз и начала гладить новый орган. Тот быстро отозвался, к её восторгу, теплом возбуждения в паху.       Стремительно твердея, ствол чуть утолщился, удлинился, и мягкие поглаживания превратились в полноценную дрочку. Заворожённая бледной кожей, натянутой на плоть под крайней плотью, и проблесками тёмной головки, Луна тихо застонала. — Мммф~… аххн~…       Ощущения отличались от её прежней киски, которую она частенько ласкала, но опыта с мужчинами у Луны не было… Так что, когда оргазм начал пульсировать в яйцах, она не совсем понимала, что к чему. Основы знала, конечно, но… — ННГХ~!       Густая струя жемчужно-белой жидкости вырвалась из кончика, не сдерживаемая крайней плотью, оттянутой вниз. Будь Луна опытнее в мужских делах, она бы заметила, что спермы больше, чем у большинства, и, может, подстелила бы что-то, а не залила занавески. Отдышавшись после резкого пика оргазма — не длинной, но слабой волны, как у женщин, — Луна перевела дух. Это требовало дальнейшего изучения. — Скурджифай.       Очистив следы заклинанием, Луна вновь осмотрела пульсирующий член между бёдер. После такого веселья избавляться от него не хотелось, но даже в спокойном состоянии его длину под юбкой не скрыть. Впрочем, Незаметное Расширяющее заклинание на трусиках всё исправит. — Ну... придётся снова носить бельё.       По крайней мере, пока она хочет это скрывать.

***

      К середине недели Чжоу привыкла к равнодушию одноклассников. Они общались, дружили, но… никакого намёка на романтику. Ни флирта, ни робких взглядов, ни неловких признаний.       Для Чжоу это было здорово! Можно сосредоточиться на учёбе, и квиддич стал проще — как ловец, она искала снитч незаметнее. Но что-то всё же грызло её изнутри.       Почти вся магическая Британия училась в Хогвартсе, идеальном месте для поиска пары. (Чистокровные семейки, что учат дома, особенно после Волан-де-Морта, внимания не стоят) Раньше было сложно понять, кто ей нравится, а теперь — кому нравится она.       Но это мелочь, о которой она размышляла, идя с квиддичной площадки с метлой на плече. У стен замка её мысли о любви прервал огромный бурый борзой. — О! Ты же Клык, да? Что ты тут делаешь?       Погладив пса за ушами, Чжоу убедилась, что он всё так же дружелюбен, виляя хвостом. Но когда Клык ткнулся слюнявым носом ей в пах, она опешила. Ещё потная после утренней тренировки, она явно привлекла его нюх. — Эй, полегче… давай, мальчик! Пшёл! Ммф…       Сжав губы, чтобы не застонать, Чжоу ощутила, как длинный собачий язык прошёлся по её квиддичным шортам. Рейвенкловская синяя ткань потемнела от слюны, а лизание продолжалось. Отступив, она огляделась — свидетелей не было, и она пыталась оттолкнуть датского дога. — Клык! Нет, плохой пёс! Уйди!       Но спасать её было некому. Чжоу уже хотела пустить безобидное заклинание, как Клык вдруг навострил ухо, услышав далёкий голос Хагрида, зовущего его.       Пёс умчался, насытившись её запахом. Вздохнув с облегчением, Чжоу достала палочку, очистила шорты заклинанием и пошла к замку, не зная, что думать.

***

— Привет! Грэйнджер, да? Подружка Поттера?       Гермиона напряглась от снисходительного тона — она внесла в войну не меньше Гарри, но сдержала раздражение и посмотрела на говорившего. Улыбка уже зарождалась, когда она поняла, что это слизеринец. Но нельзя же судить по факультету, так что улыбка осталась, хоть и натянутая. — Да, это я. А ты…?       Парень выглядел младше на год, с книгой под мышкой — неудивительно, они в библиотеке. — Хью Флетчер, седьмой курс. Слышал, ты даёшь уроки?       Гермиона сжала губы, готовая его отшить — она делала домашку по истории магии, но… время есть. Всё же всех не выручишь. — Ну, не совсем, понимаешь… — Ладно, тогда я заплачу. Как насчёт восьми сиклей в час?       От этого предложения Гермиона на миг задумалась. Раньше она училась с Гарри и Роном и, конечно, помогала им с заданиями. Вернувшись в Хогвартс без них, она делала то же для нескольких гриффиндорцев — так, по-дружески, без формальностей. Брать за это деньги казалось странным, но… хоть ей и не хотелось признавать, лишние монеты ей бы не помешали.       Спасая магический мир от лорда Волан-де-Морта, она участвовала в разрушении части Гринготтса, главного волшебного банка. На драконе, прямо через крышу. Это оставило её, Рона и Гарри с приличным долгом. Гоблины предложили лишь «щедрый» план выплат, и даже с пожертвованиями от благодарных волшебников им пришлось затянуть пояса. — Это… могло бы сработать.       Приняв её слова за согласие, Хью подвинул стул напротив Гермионы и разложил свои книги. У кудрявой гриффиндорки была своя домашка, но ничего срочного — теперь, когда она меньше парится, можно заняться другими достойными делами.       Отложив свои книги, она присмотрелась к новому ученику. Похоже, он из года Луны, значит, на год младше её девятнадцати. То, что он всё ещё в Хогвартсе, говорит, что он не замешан в делах Пожирателей Смерти, а общение с Гермионой намекает, что ему плевать на её маглорождённое происхождение. — Итак, Флетчер. Над чем работаешь?       Сближать факультеты, особенно Гриффиндор и Слизерин, — это же хорошо, да? Ведь профессор Слагхорн был слизеринцем и отличным человеком! (Снейп тоже, но… хоть он и работал на «свет», всё равно был невыносимым гадом.) — Маггловедение. Думал, ты сможешь помочь, раз… ну, сама понимаешь.       С лёгким раздражением выдохнув через нос, Гермиона сдержалась, чтобы не закатить глаза. Магглорождённых часто спрашивают про маггловедение, но большинство в Хогвартсе не стали бы говорить со слизеринцем. Придётся подавать пример. — Да, понимаю. На седьмом курсе изучают маггловские изобретения, которые используют волшебники. Покажи, что именно ты проходишь?       Наклонившись через стол, Гермиона не заметила ухмылки на лице Хью, но он начал слушать. Эссе само себя не напишет, и заставить её работать за деньги было довольно приятно…

***

      В конце недели Гермиона, Чжоу и Луна собрались в Выручай-Комнате. Стены и пол всё ещё обуглены, мебель — тот же маленький столик. Книга заклинаний Ровены лежала на месте, а Луна, нервно теребя подол юбки, явно горела желанием продолжить. — Ну что! Как дела у всех? — Очень даже неплохо. Спасибо, Луна. Я всё ещё думаю, что надо рассказать директрисе, но… я рада продолжить эксперимент.       Чжоу кивнула, соглашаясь с Гермионой — для обеих главный стресс из школьной жизни ушёл, хоть и с некоторыми странностями. Луна же не рассказала, что с ней изменилось, и не собиралась, пока не разберётся получше. — Отлично! Есть пожелания на улучшение для этой недели?       На этот раз у них было время подумать, а прошлые изменения подсветили новые области для доработки. Луна стукнула палочкой по книге, и знакомый светящийся узор появился, когда Гермиона ответила первой. — Я бы не отказалась зарабатывать побольше денег… чтобы помочь Гарри и Рону, конечно.       Луна задумчиво кивнула, но книга пока не засветилась — выбор должен сделать кто-то другой, хоть предложить можно самой. Чжоу, нервно переминаясь и слегка покраснев, озвучила своё. — Я чуток переживаю, что вообще не найду парня, раз мальчики… больше не лезут ко мне. Гермиона, ты же хочешь лёгких денег, да?       Случайная фраза Чжоу оказалась достаточной, и книга мигнула светом. Прикрыв рот рукой, темноволосая рейвенкловка виновато посмотрела, но Гермиона лишь приподняла бровь и хмыкнула. — Ха… я бы сформулировала иначе. Но сойдёт. А ты, Чжоу, хочешь… что? Верного, любящего партнёра, для которого ты — идеал?       Второй импульс света закрепил изменение Чжоу, хоть её слегка раздражала формулировка Гермионы. «Верный и любящий» — неплохо, но ей могли бы понадобиться и другие качества. Но начало хорошее, особенно с «идеалом».       После напряжённой паузы Гермиона рассмеялась, Чжоу подхватила. С другой стороны стола Луна с интересом наблюдала, ожидая своего изменения. — Может, стоило спланировать это заранее, а?       Обе почувствовали себя лучше и повернулись к блондинке, что втянула их в это. Зла не было — ничего плохого не случилось, и Луна уверяла, что всё обратимо. Но поддразнить можно, и Гермиона начала. — А тебе, Луна… стоило бы больше интересоваться девчонками нашего возраста. Новые подруги тебе не помешают!       Обложка книги мигнула в третий, последний раз на середине фразы. Склонив голову набок, Луна пожала плечами и искренне кивнула. — Да, пожалуй, могла я бы стараться больше. О! Заклинание сейчас сработает!       Как и в прошлый раз, после третьего импульса магия книги нарастала, пока не вырвалась ослепительной вспышкой, гася свечу на столе. Черпая силу из чар замка, второе изменение легло поверх первого, с более явными результатами.       Когда свет угас, Гермиона и Чжоу заморгали, глядя на Луну. Она снова не изменилась (насколько они видели), но обе сразу заметили что-то в себе. Прядь волос упала на лицо Гермионы — блестящая, шёлковая, прямая. А Чжоу пришлось чуть задрать голову к блондинке с новой, более низкой точки. — Что… что это было?       Посмотрев друг на друга, они удивились ещё сильнее, осознав масштаб изменений. У Гермионы не только волосы — она похудела, грудь уменьшилась, лицо смягчилось, губы стали полнее, кожа чище.       Чжоу же не просто потеряла рост. Её стройная фигура обрела заметные изгибы, натянув серый форменный свитер. Волосы остались такими же, но укоротились в аккуратный боб вместо длинных прядей. — Ох, вы обе прелестны! Чжоу, похоже, такой вид лучше привлечёт твоего идеального партнёра. А ты, Гермиона, с такой внешностью точно заработаешь лёгкие деньги!       Осмотрев себя в зеркале, что вызвала Гермиона, они немного успокоились. Возможно, помогло, что рядом был кто-то в той же лодке. — Ну, не так уж плохо, просто… неожиданно, да? — Точно! А если нам не понравится, мы сможем отменить в конце заклинания, верно, Луна?       Блондинка кивнула, слегка отвлечённая, разглядывая подруг. Что-то шевелилось в зачарованном пространстве её трусиков, но она не знала, как с этим быть. Улыбка её не дрогнула — ей нравилось, что бы ни произошло. — Да, конечно! В ночь Спелленниального пира мы решим, оставить изменения или вернуться к прежнему виду.       Переглянувшись с лёгким недоумением, Чжоу и Гермиона пока не жалели об эксперименте, уходя исследовать, как новые изменения повлияют на их жизнь. Пока не жалели, радуясь, что всё можно отменить. Хотя, если бы Луна лучше выбрала слова, она бы уточнила, что для возвращения прежнего облика все трое должны этого захотеть…