Чтение Штейнера

Это был обычный вторник. На ясном небе палило очень жаркое солнце. Кругом находились старые улочки, забитые небольшими магазинами ретротехники, через которые не мог бы пройти даже самый сильный ветер. Единственное, что отличало этот день от остальных, — это быстро идущий высокий темноволосый юноша в лабораторном халате. Впервые, почти за месяц, Окарин смог вырваться из бесконечной череды навалившихся проблем. Лишь пару лет назад он спас мир, любимую, лучшую подругу, целый мир от хаоса Третьей мировой и от утопии СЕРН. Никто и никогда не узнает о той боли, что они должны были испытать. Никто не умрёт за чужие бессмысленные амбиции или во благо мира, где нет будущего. И самое главное — никто не узнает, что сделал он, Окарин, чем пожертвовал во имя Вселенной, и это его безумно радовало. Вот, проходя по знакомым улочкам, где, казалось, только недавно разворачивалась драма с машиной времени, он искренне улыбается. Он искренне рад, что всё закончилось, что всё теперь так, как они хотели: как хотела Маюши, как хотел Дару, Курису, Рукако, Фейрис, Сузуха и он сам. «Курису…» — вспоминая всё пережитое, Окарин неминуемо видит её невысокий рост, рыжие волосы. «Мать машины времени» — как Макисэ называли на линии «альфа». «Та, из-за кого всё началось» — как Макисэ называли на линии «бета». Если бы не она, то Окарин сломался еще в самом начале. Если бы у нее не было сил пересилить свою боль от путешествия во времени, свое желание утешить доведенного до психоза любимого, то все закончилось бы рабством на СЕРН или пытками СТРАТФО. Не было бы никакой линии Врат Штейна, не было бы заветного числа дивергенции - 1,048596%. Знакомый переулок, ведущий к небольшой лавке, ее заведует мистер Браун, у которого уже начинает проступать седина. — Доброе утро! — громко прокричал Окарин. Не дожидаясь ответа, тот медленно поднялся по лестнице и тихо распахнул дверь. Всё было по-прежнему: лежали мягкие игрушки и куча бесполезных изобретений. В главной комнате было так жарко, что если закрыть окна, то в ней станет невозможно дышать. Пройдя дальше, в небольшую комнату, где стоял компьютер, сидела она, девушка, что решила подстричься под каре, та, что спасла его, та, что стала любимой и ради которой он прошёл все испытания - Макисэ Курису. Он аккуратно обнял её со спины, громко сказав: — Как ты? — рассматривая лицо любимой, он обратил внимание на новые красные очки в круглой оправе. — Всё хорошо, — будто не замечая, отвечала она. — Кристина, — тихо прошептал ей на ухо Окарин. Девушка неожиданно начала краснеть, а после громко закричала: — Идиот! Сдохни! Сдохни! — та закричала, попутно развернувшись на стуле, готовясь ударить. — Не смей так меня называть, Дурак! Курису ещё долго кричала, проклиная Окарина, пока он лишь улыбался. «Это так странно: Она меня проклинает, а я рад. Просто рад, что всё именно так».