Это моя последняя работа.

7 минут свободы... (он не хотел?) Мутный свет был еле различим слабыми голубыми глазами. Он вдохнул тяжело и отрывисто. В горле першило и он закашлялся. В комнате пахло грубостью и пустотой. Вроде стерильно на больничной койке, но так далеко от той нужной чистоты. Сейчас в палате было тихо. Обычно, рядом что-то тихонько и равномерно пикало. Тонкие пальцы слабо сжали белую простыню. Какой прекрасный весенний день… Он потянулся к лицу, ощущая рукой мягкую трубку в носу и вздохнул, переводя взгляд на часы. Четырнадцать тридцать… Вдруг серые стены стали светлее. Он свесил босые ноги с постели и огляделся. Все кругом начало зеленеть. Ростки лиан и ярких цветов крошили побелку, рушили уродливые преграды и, наконец, вместо бездушных улиц города, он увидел луг. Яркий, свежий и манящий. – Что? Как такое возможно?..– детское удивление и грустная усмешка в момент сменилась будоражащим чувством надежды. Его сердце наполнялось чистейшим счастьем и любовью, льющейся отовсюду. Нельзя стоять, ему – нельзя! Он бежал, неизвестно куда и зачем. Слезы переполнявших его эмоций лились рекой, а он все бежал, с распростёртыми свежему лугу объятиями. Он бежал и его отросшие волосы развевались на ветру. Его душа пела вместе с птицами кругом, наполняясь ярким, сочным воздухом. По голубому небу мчались белоснежные облака, подгоняя парня бежать все дальше. – Да, да! Господи, спасибо! Я свободен! Я буду жить! Спасибо, спасибо!!! – он бежал и кричал, надрываясь, и силы его не кончались, когда все живое кругом вторило ему своими прекрасными голосами, делая его еще счастливее… *** Пустая серая комната наполнялась душераздирающим монотонным писком. Мрачная женщина в белом халате возвышалась с блокнотом в руках, а в углу сидела рыжая девушка, вжавшись красивым личиком в аккуратные ладошки. Врач поправила очки и с ее красных губ слетели лишь три холодных слова. – Четырнадцать двадцать три, – двое мужчин потянулись к многочисленным проводам и писк навсегда затих. Плечи девушки тряслись, когда та всхлипывала, и ее горячие слезы резали глаза, стекая с тушью вниз к локтям и черной юбке. И лишь молодой парень лежал с улыбкой. Он, наконец, свободен… Свободен? Наконец?...