Чёртово солнышко

Год. Прошёл уже год с момента смерти Танджиро. Все это время Гию не жил. Он, видимо, тоже умер. Пустой, наполненный скорбью. Почему все, кого он любил, умирают? Кибутсуджи мёртв, но какой в этом прок? Они победили. Победили, но теперь Танджиро, этого чертового солнышка нет. Он мёртв. Гию разбит внутри, не способен что-либо делать, что либо осознавать чистым сознанием. До двадцати пяти осталось совсем немного. Ещё немного. Ещё немного, и он встретится с Танджиро - чёртовым солнышком, которого Гию так не хватает. В тот момент когда он узнал об этом, он сражался с одним из высших демонов, и полностью осознать не получилось. А вот тогда, когда оставшиеся в более - менее хорошем состоянии тела положили на землю, Гию, не имея сил и духа отвести глаза от старшего Камадо, осел на колени. Глаза неумолимо наполнились слезами. Где - то рядом тихо всхлипывала Цуюри, тут же оказались Хашибира, который дико взвыл, отпихивая какуши и рвясь к мертвому уже другу, Агацума, и Незуко, что стояла, прижимаясь к Зеницу и плача. Солнышко, чёртово солнышко, согревавшее их всех, согревавшее Томиоку в моменты особенно острых приступов печали и ощущения бесполезности жизни, погибло. Это его вина. Гию винил во всем себя, постоянно, и этот случай исключением не стал. Это он не уберег Танджиро, он не смог защитить его. Будь Гию сильнее, если бы он тренировался ещё больше, может, он и смог бы спасти это солнышко. Солнышко. Чёртово солнышко. Гию с неожиданным нетерпением ждёт двадцать пятый день рождения. Он понимает, что глупо желать собственной смерти, что Танджиро так не вернёшь, как говорила ему Незуко - сама же побледневшая и осунувшаяся. Он лишь потерянно кивал на её слова, но последовать совету не мог. Скоро. Скоро он увидит это чёртово солнышко. Он снова прячется в своём поместье. Его жизнь стала похожа на жизнь демона - только если людей не ест. Гнетущая пустота в душе заставляет больше тренироваться, на износ, что бы... А зачем? Гию останавливается с этой мыслью в одну из ночей, тренируя одиннадцатый стиль Дыхания Воды, Штиль. Перед ним лежит разрубленный макет с отмечеными на нем слабыми точками демонов. Он останавливается. Зачем же?.. Гию не понимает этого, но макет дорубливает в куски. Он замирает, вдыхая холодный воздух, успокаиваясь. В груди вдруг ледяными иглами расцветает боль. Томиока сгибается вдвое, тихо шипя, и видит, как на траву капает кровь. Если сейчас он умрет, то оно того стоит. Бордовые глаза, бумажные серьги и добрая улыбка снятся ночами, заставляя сердце биться, расцвечивая в груди тупую боль, растравляя старые раны. Гию сжимается, словно становясь меньше. На траву, перемешиваясь с кровью, падают ещё и слезы. Его чёртовы сломанные чувства. Чёртово сердце, которое тупая боль от потери и боль острая, как ледяные иглы, все больше кроят на куски. Скоро из этих кусков, наверное, можно будет сшить хаори. Он проваливается в пропасть из этих неозвученных чувств, боли, скорби, оформленную по краям клетчатым, черно-зеленым хаори. Гию плачет, замороженные чувства оттаивают на миг. Завтра ему будет двадцать пять. Скоро он увидится с этим солнышком. С чёртовым солнышком.