Ярослав. Пятая неделя лета
14 июня 2025 г., 12:06
Начался июль. То был последний день пребывания в лагере, в котором я уже достаточно задержался. На следующий день у меня самолет, наконец-то мы проведем время с мамой. Однако у меня было непонятное чувство, касаемо Элизабет. Весь месяц мы были почти что неразлучны, но последние дни, как будто готовились к прощанию. Это такое ужасное чувство: знать, что всё по итогу приведёт к расставанию. Мы ещё в середине прошлого месяца решили о том, что встречаться не будем. Оба понимали, что в этом нет никакого смысла. Но как бы странно это не прозвучало, я к ней привязался.
— Today is the last day. — сообщил наш вожатый. — So, make sure to spend some time hanging out and catching up with all the people who have been close to you — попросил он.
— Чем мы займемся сегодня? — спросил я у Элизабет.
— Вернемся туда, откуда начали! — с энтузиазмом произнесла она.
Договорившись о времени, мы разошлись по своим комнатам, чтобы собрать вещи. Моя сумка быстро наполнилась футболками, книгами и сувенирами, которые я купил маме и друзьям. Эти сборы навели меня на мысль о том, что давненько мы не общались с Арчи.
— Привет! — радостно протянул я, когда друг ответил на видеозвонок.
— Привет. — скромно, но улыбнувшись произнес он.
— Как ты? — поинтересовался я.
— Яра, ты столько пропустил, тут твориться безумие! — неожиданно очень эмоционально сказал друг.
— Что-о? — удивился я. — Ну-ка выкладывай всё!
Арчи начал говорить, и его рассказ был далек от того, что я привык слышать. Я слушал, как он запинался иногда, как будто слова не могли справиться с той интенсивностью, которую он хотел выразить. Впервые я видел его таким… живым?
— Подожди! — прервал я. — Эмилия тебе угрожает? — спросил я, когда дослушал эту безумную историю до конца.
— Да. — с грустью произнес Арту. — Мне нужно до начала учебы рассказать обо всём этом Кире, иначе это сделает она… — еле слышно добавил друг.
— Может я могу чем-то помочь? — задал я вопрос. — Я могу списаться с Эми… — пришло мне в голову. — А вообще, что по этому поводу говорит Вася? — поинтересовался я.
— Она не в курсе… — еле слышно ответил друг. — У них вроде вот-вот стали какие-то нормальные взаимоотношения, и мне не хочется это взваливать на сестру. — признался Арчи.
— Но ведь ей нужно показать, какая на самом деле её возлюбленная! — запротестовал я.
— Я должен разобраться с этим сам, а потом обязательно расскажу Васе. — решительно произнес друг.
— Ладно, каков план? — поинтересовался я, после чего Арчи замялся, словно слова вдруг высохли в его горле и в это мгновение молчания, которое окутало нас, я всё понял. — И у тебя до сих пор нет идей? Уже прошло больше недели! — напомнил я.
— Я знаю, но просто ума не приложу, как ей сообщить обо всём этом… — потерянно ответил Арту.
— Будь честен, она оценит. — порекомендовал я. — Мне кажется, что Кира будет больше обижаться, если ты затянешь с этим! Во всяком случае, будь я на её месте, то обиделся бы на тебя, если бы ты так долго скрывал такие вещи. — откровенно произнес я.
— Да, понял, спасибо. — ответил озадаченно Арту.
— Так, стоп! — прервал я. — Значит и у Васи там что-то продвинулось с Эми? — резко спросил я.
— Э-э, честно говоря, я не знаю. — признался парень. — Обычно она много говорит об Эмилии, но в последние дни ни словечка. — размышлял он. — Да и она собирается в деревню. — добавил он. — Через пару дней уедет с Алисой. — сообщил друг.
— Хорошо, ладно. — задумавшись, ответил я. — А ты не отчаивайся и поговори уже с Кирой! — подбадривая произнес я.
***
Наша встреча с Элизабет, как и в первый раз, произошла после ужина. Мы, взявшись за руки, побежали на «наше место» покурить. Она была сегодня необычайно хороша. Эта девушка всегда небрежно красилась, но со временем, я к этому привык и даже полюбил эту неопрятность. Мне доставляло удовольствие аккуратно стирать смазанную помаду с её лица и затем целовать её. Может она специально это делала? — В первую нашу встречу, какого мнения ты была обо мне? — решил нарушить тишину я. — Что ты типичный бабник. — откровенно ответила девушка. — Мне казалось, что ты очередной зазнавшийся богатенький ребенок, которого спихнули на лето родители… — честно добавила она. — Ну, отчасти ты была права. — признание вылилось из меня. — Мама не хотела, чтобы я сидел дома один. — А что ты думал насчет меня? — спросила Элизабет. — Что ты странная девчонка, от которой все шарахаются. — без раздумий сказал я. — И, знаешь, если бы не вожатый, то я вряд ли с тобой заговорил тогда… — с улыбкой искренне добавил я. — Спасибо за честность. — робко ответила она, чуть улыбнувшись. — Что будешь делать оставшееся лето? — Проведу время с мамой, а потом, скорее всего, поеду в похожий лагерь… — размыто произнёс я. — К началу учебы обратно домой. — добавил я. — А ты, Элизабет? — встречно поинтересовался я. — Я в Данию. — вполне ожидаемо сказала девушка. — Много проектов и работы на самом деле. Вероятно, проведу там все оставшееся лето, максимум буду выезжать в какие-нибудь командировки. — безынтересно объяснила она. — Но, знаешь, я достаточно хорошо отдохнула и провела время. — по-доброму добавила она. — Я тоже! — поддержал я. — Всё благодаря тебе. — произнес я и обнял её. — У тебя же в городе есть кто-то? — спросила вдруг девушка. — В каком смысле? — удивился я. — Ну какой-нибудь человек, которого ты любишь… — с какой-то неприсущей ей неловкостью произнесла Элизабет. — А, ты об этом. — задумчиво сказал я. — Была когда-то, но это всё глупо и бессмысленно… — нехотя выдавил я из себя. — А у тебя? — быстро задал вопрос я. — В моей сфере много всяких интересных, но гнилых личностей, поэтому я стараюсь в это не углубляться. — чопорно ответила девушка. — Тем не менее, если вдруг тебя занесёт в Данию, то мои контакты у тебя есть. — слегка улыбнувшись сказала она. — То же самое могу сказать и о России. — с улыбкой ответил я. Остаток времени мы провели, как старые друзья, которые видятся раз в пятилетку и им снова нужно разъехаться. К этой девушке у меня было светлое чувство, мне хотелось быть для нее опорой, защитником, но в её глазах было что-то, что говорило мне, что она этого никогда не позволит. Мое сердце билось в унисон с её, и когда настало время расставания, слезы текли из её чудесных глаз.***
В тот день я сидел в аэропорту Будапешта, ожидая момента, когда я смогу подняться в небо и пересечь сотни миль, чтобы увидеть свою маму. Время перелета составляло всего около полутора часов, но мучительное ожидание и ажиотаж внутри меня делали его еще более длинным и нервным. С момента нашей последней встречи прошло много времени. Мама и я держали связь через звонки и сообщения, но это не могло заменить физического присутствия. Наконец, пришло время взлететь. Пока самолет поднимался в воздух, я смотрел вниз на Венгрию, сквозь иллюминатор я видел зеленые поля и красивые дома, но меня не покидали мысли о Элизабет. Наши дни с ней в лагере, разговоры и всякие безумные вещи. Может быть, я даже мог быть с ней вместе. Но дело в том, что я не влюбился в неё. Не было того чувства, которое описывают писатели в своих романах, или музыканты в своих песнях. Элизабет была моим другом. И она чувствовала это, поэтому и спросила про «кого-нибудь» в моем городе. А в моей голове отчетливо звучало лишь одно имя. Янис.***
Её было невозможно не заметить в больших брендовых солнечный очках, в ярком платье, чуть выше колена и в плетенной шляпе. Она встретила меня с улыбкой на лице и объятиями, которые моментально согрели меня. Все разделявшие нас мили и дни отошли на второй план. — Ярик, привет! — радостно сказала она. — Как ты долетел? — спросила тут же мама. — Всё хорошо! — ответил я. — Может сразу отправимся к морю? — предложил я. — А давай! — поддержала она. — Водитель отвезёт твои вещи на нашу виллу, а мы возьмем такси до пляжа, доставай плавки! — быстро организовалась и среагировала мама. — Они уже на мне! — произнёс я шепотом. — Я знал, что ты мне не откажешь. — с улыбкой добавил я. — Ах ты ж, мой маленький мальчик! — ответила нежно она и засмеялась. — Мам! Мне уже семнадцать лет! — возразил я. — Как же ты быстро вырос, кошмар! — ужаснулась в шутку мама и наигранно прикрыла рот рукой. Вызвав такси, мы поехали к пляжу. С приближением к берегу, звуки волн стали все громче, и я чувствовал запах соленой воды. В тот момент море было моим давним другом, и я не мог дождаться встречи с ним. После купания я вернулся к нашим лежакам, где мама уже ожидала меня. Мы предпочитали сидеть под навесом, отдыхая от жгучего солнца. Мама, заботливо, уже заказала для нас вкусную еду и освежающие напитки. — Море морем, а обед по расписанию. — поучительно сказала она. — Ладно. — протяжно ответил я и начал кушать. — Как прошла твоя поездка? — поинтересовался я. — О, довольно неплохо, я была в России всё это время. — поделилась она. — Мы с командой решили сделать пока акцент на расширении, поэтому я объездила порядка пяти городов за месяц, где мы будем строиться. — рассказала мама. — Когда ты успела вернуться домой? — спросил я. — На удивление, как только ты уехал, буквально через пару дней. — ответила мама. — Но я недолго оставалась дома. — пояснила она. — А как прошел твой июнь? — задала вопрос она. — Очень хорошо, мне всё понравилось, много интерактива, только вот моря не хватало. — подметил я. — Но были бассейны, но ты же сама понимаешь, что не то… — ответил я, попивая коктейль. — Познакомился с кем-нибудь? — резко спросила мама. — Да, с ребятами из комнаты и с девушкой из Дании. — монотонно сказал я. — А как же та, с таким необычным именем ещё… — перебирая в голове варианты, произнесла мама. — Янис. — сказал еле слышно я, осознавая, как давно я не произносил это имя вслух. — Точно. — подтвердила она. — Вы больше не общаетесь? — спросила невзначай мама. В тот же момент, когда мама произнесла эти слова, я ощутил, как будто бы сотни кинжалов пронзили мое сердце. Это были слова, сказанные с такой точностью, что они словно проникли в самую глубину моей души. Мама, как никто другой, знала, как ударить точно в цель, разглядеть истинные чувства и важных людей в моей жизни. Эта способность её понимания всегда поражала меня. Она могла отличить истинных друзей от мимолетных знакомств, понимала, кто на самом деле важен для меня. — Я не хочу говорить об этом. — ответил резко я. — Я спрашиваю об этом не для того, чтобы расстроить тебя, мой мальчик. — успокаивающе сказала мама. — Я делаю это, потому что знаю, что она дорога для тебя. — сочувственно произнесла она. — Я по-прежнему не хочу говорить об этом. — уже более спокойно но с грустью сказал я. — Понимаю, только не злись на меня. — ответила мама. Она села рядом со мной, словно защитная стена, и её руки окутали меня нежностью. Этот жест придал мне ощущение безопасности, которого так не хватало в этот момент. В её объятиях я чувствовал себя маленьким ребёнком, защищенным от бурь жизни. С мамой всегда было особенно легко. Она умела слушать, не осуждая, и в тишине понимать мои эмоции. Этот дар был её великим сокровищем, и она передавала его мне. Она учила меня не подавлять свои чувства, а принимать их, как часть себя. Сегодня, в этот момент, она напомнила мне об этом уроке. И тут, вдруг, я почувствовал, как слёзы начинают скатываться по моим щекам. Мама продолжала гладить мои волосы, словно снимая с меня тяжесть мира. Её слова, едва слышные, наполнили меня надеждой. Всё будет хорошо.***
Взаимоотношения с мамой были прекрасными, полными любви и заботы, но один момент всегда вызывал у меня некоторую напряженность. Куда бы мы ни отправлялись, мама всегда привлекала к себе внимание мужчин. Её молодость, привлекательная внешность и обаяние работали на неё настолько, что в каждой стране, куда мы приезжали, находился новый поклонник. Меня всегда это раздражало, ведь ни один из этих мужчин, на мой взгляд, не заслуживал её внимания. Всегда, когда мама устанавливала с ними взаимоотношения, она уверяла меня, что они всего лишь друзья. Но по мере того, как я взрослел, я начал лучше понимать скрытый подтекст этих отношений. Возможно, мама пыталась избегать серьёзных отношений или даже брака из-за моего отца. Мои воспоминания о детстве неполны и смутны, но я помню, что у мамы не было романтических отношений ни с кем. Это всегда вызывало у меня вопросы: почему она постоянно привлекает мужчин, но никогда не стремится вступить с ними в серьёзные отношения? Возможно, это было связано с тем, что она всё ещё хранила какие-то чувства к моему отцу или просто испытывала страх повторить свои предыдущие ошибки в отношениях. — Ты присоединишься к нам на ужине? — спросила вдруг мама, поправляя причёску перед зеркалом. — О ком речь? — недоумевающе задал вопрос я. — Адриано, с ним будет его сын. — как ни в чём не бывало ответила она, достав помаду. — Как давно вы знакомы? — уже недовольно спросил я. — С моей первой поездки в Италию, лет пять уже. — вспоминала мама. — Ты не помнишь? — удивилась она. — Он приезжал в Россию тогда. Адриано представлял услуги компании, с которой мы сейчас сотрудничаем. Он был одним из первых, с кем мы начали работать из-за рубежа. — пояснила спокойно мама и накрасила губы. — Мне было лет двенадцать, конечно, я не помню его. — чуть ли не воскликнул я. — Он женат? — резко задал вопрос я. — Жена умерла при родах. — просто ответила она, нанося тушь на ресницы. — Его сыну Луке двадцать два, он немного говорит по-русски, может вы сможете пообщаться. — быстро протараторила она и закончила с макияжем. — Ладно. — ответил я с показушным недовольством.***
Мы собрались и отправились в небольшой ресторанчик. Они уже были там, Адриано выглядел лет на сорок. Типичный мужичок-бизнесмен, с дорогими часами на руке и в голубой рубашке, которая была очень хорошо отутюжена. Он был примерно одного роста с мамой. А вот его сын, был даже выше меня! Лука был смуглее своего отца, внешность у него была смазливая. Этот парень видимо не особо тоже хотел идти на это зашифрованное «свидание», поэтому был одет небрежно: светлые джинсы, базовая футболка и коричневая вельветовая джинсовка. Тем не менее, мы обменялись рукопожатиями и сели за один столик. Адриано быстро взял всё в свои руки и подозвал официанта, чтобы сделать заказ. Он переговаривался с сыном по-итальянски, поэтому я почти что ничего не понимал. — Мы же все тут знаем русский? — я задал риторический вопрос. — Можем, говорить только на нём, пожалуйста? — как можно вежливее попросил я. — Конечно, сейчас мы только сделаем заказ. — сразу же среагировал парень. — Официант вряд ли знает русский. — произнес с очень сильным акцентом Лука. Надо было видеть моё удивленное лицо в тот момент. Я думал, что он сможет сказать только несколько избитых фраз, но он понимал меня и отвечал мне без единой ошибки. Когда официант ушел, Адриано рассказал, что ресторанчик был его любимым местом в городе и он часто приходил сюда со своей семьей. Лука тихо улыбнулся и кивнул. Во время ужина мы начали расслабляться и общаться о разных темах. Адриано оказался интересным собеседником, с широким кругозором и забавными историями о своих деловых путешествиях. Мама рассказала о последних новостях и событиях в нашем городе, что странно интересовало Адриано. Лука, как выяснилось, велосипедист и путешественник. Благодаря своему хобби, парень постоянно исследует различные регионы Италии. На данный момент он работает в небольшом кафе в родном городе, а в свободное время занимается изучением русского языка. — У тебя очень хорошее произношение. — похвалил я Луку, когда мы закончили с десертами. — Спасибо. — робко произнес парень. — Это было решение папы отдать меня в школу, где его преподают. — ответил Лука, но как мне показалось немного чопорно. — Да, это правда. — поддержал Адриано. — Сама преподавательница русская, но переехала в Италию после распада СССР. — рассказал он. — А какие ты знаешь языки, Ярослав? — спросил мужчина. В его речи, по сравнению с сыном, почти что отсутствовал акцент. — Только английский, друзья в лагерях учили меня парочке фраз на разных языках, но мне это не особо интересно. — рассказал я, вспоминая свой опыт. — Зная английский, можно везде с кем-то договориться. — подметил я. — Ярик прав. — поддержала мама. — Я сама знаю только английский, и он почти что во всех ситуациях спасал. — с улыбкой добавила она. — Так зачем вы нас собрали? — спросил внезапно Лука, когда над столиком повисла секундная тишина. — Что ты имеешь в виду? — удивился я. — Разве это не простой ужин? — адресовал я маме. Моя мама и Адриано, сидящие напротив друг друга, неожиданно обменялись взглядами. Ощущалось, что атмосфера переменилась —тяжелой тучей надвигалось невидимое напряжение, а затем, Адриано кивнул, подтверждая некую решающую точку. Внезапно, моя мама, ловко вытаскивая из своей сумки что-то раскрыла это перед нами. В зеленоватом свете лампы вспыхнула черная бархатная коробочка. Мы с Лукой переглянулись. — И что это значит? — опережая меня, спросил Лука. — Я сделал Екатерине предложение. — спокойно произнес его отец и взял за руку мою маму. Адриано неожиданно заговорил по-итальянски со своим сыном, их разговор был наполнен негодованием и даже криками. Моя мама и я были ошеломлены этой ситуацией, так как никто из нас не понимал язык. Но по выражению лиц отца и сына было понятно, что речь шла о чем-то не очень приятном. — Может ты все же мне объяснишь, что происходит? — спросил я спокойно маму. — Я согласилась. — ответила она, поджав нижнюю губу.
