Звёзды этой весны

Снег на дороге скрывал коварный лёд, и надо было быть ну очень удачливым, чтобы не поскользнуться. Азирафель бежал. Резко повернув на перекрёстке, он проскочил на красный свет. Оставалось только пересечь сквер-и вот оно, здание института. Обычно они в нём не занимались, но музыкальную школу сейчас ремонтировали, и поэтому класс для занятий выделили здесь. Влетев плечом в дверь, он остановился перед турникетом. -Здравствуйте…а…можно…,-попытался отдышаться парень. Охранница оторвалась от своих записей, смерила его взглядом поверх очков и разблокировала турникет. Азирафель, на ходу сдёрнув с себя шапку, упал на диванчик напротив зеркала. Его светлые волосы прилипли ко лбу, а щёки и уши раскраснелись. Спешно переобувшись и повесив куртку в раздевалке, он взлетел по лестнице на пятый этаж. Силы его уже покидали, а в боку начало колоть, так что до класса пришлось идти. В кабинете его встретили внимательные лица одноклассников. -У нас урок когда начинается? Скоро конкурс, сколько можно опаздывать? Проходи быстрее, и давайте чтоб такого больше не было,-дирижёр перевела взгляд на хор. Азирафель встал на своё место и начал распеваться вместе с ребятами. Стройное «ма-мэ-ми-мо-му» полилось по классу. (1) -Так, хорошо,-вздохнула учительница, и один за другим дети начали садиться на лавочки,-Я хочу сказать, что на конкурс мы будем петь военную песню. В этой песне должен быть солист, и я решила пригласить одного из учеников моей подруги выступить с нами. Мы встретимся с ним несколько раз. Также в среду репетиция пройдёт в «Элегии». Я отправила адрес вашим родителям. Моменты по костюмам уточним в конце урока. Сейчас разберём новую песню, а я пойду и распечатаю партитуры (2),-она быстро пересчитала детей,-двадцать четыре листа. Когда она вышла, девочки заговорили, кто-то достал телефон, а концертмейстер (3) начала искать свои ноты. Азирафелю нравилась мысль о том, что будет новый солист. Ему в принципе нравились новые люди. Он умел с ними ладить. * * * Кроули стоял перед зданием вокзала, задрав голову. Он где-то прочитал, что сегодня будет звездопад. И правда, звёзды проносились, оставляя за собой хвосты. Вон то созвездие похоже на кассиопею. Или это спутники? В его городе очень хорошо видны звёзды, и небо представало тканью в очень мелкий и яркий горошек. -Энтони!-подошла его мама,-Ты долго будешь стоять? -Я уже иду, просто…да, иду,-и парень потащил чемодан ко входу. * Наконец он на платформе. Пар вырывался изо рта, гудели рельсы, толпились люди вокруг. Кроули ехал один, поэтому мама уже уехала. Завтра он будет далеко отсюда. А ещё чуть позже будет выступать перед полным залом. Ближе к краю сцены, чем другие дети. Он-именно он. Голые руки уже замёрзли, но повесить костюм было некуда. Сложить в чемодан нельзя-помнётся. Энтони сам гладил его накануне, а там утюга может просто не оказаться. Перчатки он вообще забыл дома. От девушки рядом пахло сладкими духами с нотами фруктов, от кого-то из толпы явно несло перегаром, а старушка сзади сильно кашляла, и это раздражало. Энтони прикрыл глаза и снова представил себя на сцене. В его голове она была идеальной: роскошные кулисы глубокого красного цвета, аккуратные ряды сидений им под стать, ровный узор из тёмных досок глухо отзывался на каждый его шаг, и прожектора, направленные на него… -Эй, юноша, ты вообще идти собираешься?-его толкнули в спину. -А?-Кроули растерянно оглянулся. Он стоял перед самым входом в вагон. Женщина, проверявшая билеты, раздражённо улыбалась, протягивая руку. Парень сунул ей документы и запрыгнул в вагон. Свою полку он нашёл быстро. Да, это был плацкарт, но хотя бы не боковая и даже нижняя полка. Расстелив постель, повесив и убрав все свои вещи, ещё раз показав паспорт проводнице, он наконец лёг спать.