Часть 1
7 августа 2025 г., 12:00
Примечания:
ПБ включена. Рики старше Сонхуна в данной работе.
Рики и Сонхун познакомились на встрече в ресторане, организованной их родителями. Рики помнит всё так, будто это случилось только вчера. После работы у него оставалось время только на то, чтобы заехать домой, быстро принять душ и переодеться. Он надел белую рубашку с вышитыми на груди лилиями, темные брюки, подчеркивающие его длинные стройные ноги, и серый пиджак, доходивший до бедер. Просто, но элегантно. Мама пригласила свою близкую подругу и её сына, подчеркнув, что речь идет о чем-то большем, чем просто семейный ужин. Рики прекрасно понимал, что хотела сказать этим его мать. Ему уже исполнилось двадцать пять лет, а он всё ещё был незамужним омегой, поэтому неудивительно, что матушка была так озабочена поиском подходящей пары для него.
В их мире настоящих пар почти не существует, и все стараются чтить традиции и выбор, сделанный их родителями. Нередко у омег его возраста есть мужья и дети, но Рики предпочел посвятить себя танцам и преподавательской карьере. Пару лет назад он устроился преподавателем танцев в Университет Манифесто, и ему нравилось то, что он делал. Он полюбился студентам, к тому же у него появились многочисленные поклонницы и поклонники. Каждый год в День святого Валентина он приходил в школу с букетами роз и плитками шоколада. Часть из них он раздавал женской половине студентов, а часть оставлял себе. И всё же Рики всем сердцем желал брака с человеком, который его полюбит и детей. В последнее время он чувствовал пустоту внутри, глядя на счастливые пары на улице. А проводить течки в одиночестве становилось невыносимо.
Отбросив меланхоличные мысли, Рики приезжает в элитный ресторан и паркуется, оставляя машину. Очаровательная бета гостеприимно встречает его на входе и провожает к столику. В желудке омеги заурчало, когда в воздухе разлился аромат изысканной еды. За весь день он так и не успел поесть. Рики направляется к столу и замечает свою мать и незнакомую ему женщину лет сорока. Дамы беседовали, тихонько смеялись, но когда Рики подошел к столу, замолчали.
— Рики, дорогой, как хорошо, что ты пришел, — радостно улыбается мама и жестом приглашает его занять место рядом с ней. — Соён, принеси нам, пожалуйста, меню, — обращается она к бете, и та склоняет голову, прежде чем уйти.
Рики садится и лишь сейчас обращает внимание на сидящего перед ним юношу и замирает на месте. Он никогда не видел столь прекрасного человека: белоснежная кожа, зачесанные назад черные волосы, родинка на переносице, тонкие губы, острая линия челюсти, которую Рики хотелось погладить рукой. На незнакомце черная рубашка, первые две пуговицы расстегнуты, обнажая изящные ключицы, рукава закатаны, что позволяло любоваться мускулистыми руками с выступающими венами, длинные пальцы украшены несколькими кольцами.
Рики сглатывает и, не в силах противостоять влечению, наконец, смотрит ему в глаза. В животе разливается тепло, ладони вспотели — то ли от волнения, то ли от смущения. По щекам ползет алый румянец, когда незнакомец самодовольно ухмыляется и проводит ладонью по гладким черным волосам, явно наслаждаясь реакцией Рики. От восхищения им его оторвал голос матери и меню, появившееся перед носом.
— Дорогой, поздоровайся с госпожой Пак Хэвон и её сыном Сонхуном, — шепчет мама ему на ухо, но достаточно громко, чтобы пара услышала.
«Значит, его зовут Сонхун», — думает Рики, чувствуя странное тепло в груди. Его сердце учащенно бьется, и он нервничает, чего с ним никогда раньше не случалось в присутствии других людей. Первое, на что устремляется его взгляд, — это красивая женщина с черными волосами, завязанными в высокий хвост. Её лицо слегка морщинисто, но она выглядит очень элегантно в своей белой рубашке и черной юбке-карандаше с высокой талией. Она тепло улыбается ему, и Рики наконец-то обретает способность говорить.
— Здравствуйте, Хэвон-щи, очень приятно с вами познакомиться. Моя мама часто говорила о вас, — Рики склоняет голову и улыбается женщине, смеющейся над его обходительностью.
— Рики, всё в порядке, ты можешь отбросить формальности. Я чувствую себя старой, — смеется она, пристально глядя на него. Рики чувствует себя неловко под её изучающим взглядом и снова смотрит на её сына, ожидая, что тот что-то скажет, но он молчит. Она закатывает глаза, прежде чем заговорить. — Как тебе уже известно, это мой сын Пак Сонхун, сидящий рядом со мной. Он вернулся из Японии пару недель назад и на следующей неделе приступит к учебе в «Манифесто», — объясняет она, переводя взгляд на меню, лежащее перед её носом, и прикидывая, что можно заказать.
— Вот как? — Рики удивлен тем, что Сонхун младше его и всё ещё студент. Его красивые карие глаза широко распахнулись, едва он перевел взгляд на него. Парень нагло ухмыляется, и Рики хочет стереть улыбку с его лица, а ещё задать ему пару вопросов, но возвращается официант, и он должен что-то заказать. Желудок дает о себе знать и урчит. Он умирает от голода.
Официант попытался заигрывать с Рики, но всё было напрасно: омега даже не заметил его попыток заигрывания, но кое-кто обратил внимание. Сонхун не в восторге от того, что какой-то неизвестный альфа пытается флиртовать с красивым омегой прямо у него на глазах. Внешность Рики - идеал Сонхуна. Пухлые губы, аккуратный нос и острые черты лица. Красивый, неоспоримо привлекательный и милый. Сонхун словно завороженный смотрел на его улыбку и пухлые розовые губы, которые омега время от времени увлажнял своим языком. Его светлые волосы, ниспадающие на лицо, придавали ему ангельский, невинный вид, а карие глаза, похожие на кошачьи, изучали его с едва скрываемым любопытством. Его самолюбие росло ещё больше от этих томительных взглядов и маленьких улыбок, выражавших любопытство и восхищение.
Сонхун знал, что он красивый альфа, привлекающий многих омег, пытавшихся его соблазнить, но тщетно. Его никогда не интересовали девушки или парни его возраста или младше. Он предпочитал опытных партнеров и тех, кто был всего на несколько лет старше. И в данный момент Рики казался ему идеальным кандидатом. Он, молча, поблагодарил маму за то, что она притащила его сюда, чтобы он мог поближе познакомиться с прекрасным омегой.
— Рики, твоя мама сказала, что ты преподаешь в «Манифесто», как давно ты начал там работать? — спрашивает мама и привлекает внимание Сонхуна.
«Он там преподает? Как же мне повезло!» — ухмыляется он, прислушиваясь к разговору.
— Да, я преподаю там танцы уже несколько лет, — отвечает Рики с широкой улыбкой на лице, и Сонхун старается не смотреть на него, однако ничего не получается. Он заворожённо наблюдает за тем, как Рики уплетает пасту. Белый соус окрашивает его розовые губы, и этот греховный образ заставляет член в штанах альфы подергиваться. Он не должен находить это возбуждающим. Жаль, что он не чувствует запаха Рики, потому что на нем блокиратор. Раздражает, но он ничего не может с этим поделать.
— Это потрясающе! Хуни тоже будет учиться в «Манифесто», хотя я не уверена, что он будет посещать занятия по танцам. В молодости он катался на коньках, но ему пришлось бросить это занятие, нацелившись на учебу и построение карьеры, — объясняет она, потягивая красное вино. Рики внимательно слушает ее слова и кивает головой, продолжая, есть, пока не замечает на себе пристальный взгляд некоего юноши.
Сонхун следит за каждым его движением, что ужасно отвлекает омегу. Ему приходится проглотить вставший в горле кусок пищи, а затем выпить стакан воды. От такого пристального внимания ему становится не по себе, и он пытается отвлечься, слушая разговоры матерей. Через час их мамы отлучаются в уборную и оставляют парней одних. Это дает Сонхуну возможность задать Рики несколько вопросов.
— Итак, Рики-щи, я думаю, ты понимаешь, что означает этот ужин, организованный нашими матерями? — Сонхун не теряет времени даром и сразу переходит к сути вопроса.
Рики кивает, вытирая губы от остатка соуса салфеткой.
— Да, я не уверен, что это хорошая идея, но мне кажется, они хотят заключить между нами брак. Но не слишком ли ты молод для этого? — Рики отвечает, не смотря на то, что нервничает под взглядом младшего, сохраняя вежливое и нейтральное выражение лица. Сонхун, кажется, ухмыляется и откидывается на спинку стула, поигрывая кольцами на пальцах. Омега не замечает, как тот смотрит на него, потому что отвлекается.
— Да, но мне двадцать два, так что я не вижу проблемы в нашей разнице в возрасте. Думаю, она не такая уж и большая, верно? — дразняще говорит Сонхун, наклоняя голову, ухмыляясь и наслаждаясь реакцией Омеги на его флирт.
— Мне двадцать пять, так что ты прав. Она не такая большая. Но прежде чем жениться, мы должны узнать друг друга получше, Сонхун, — говорит Рики, пытаясь запугать его, но, похоже, это не срабатывает.
— Я готов выйти за тебя, даже не зная тебя толком, ты кажешься очень милым, омега, — улыбается Сонхун, заигрывая с Рики и заставляя его покраснеть. Конечно, он уже знает, что парень напротив омега, потому что так сказала ему мама, но альфа хочет посмотреть, будет ли старший отрицать это.
— А что, если ты ошибаешься и я — альфа? — Рики сдерживает появляющуюся на губах довольную улыбку, но она исчезает, когда он слышит красивый смех Сонхуна. — Что смешного?
— О, дорогой. Я знаю, что ты омега, мама сказала мне об этом ещё до нашего знакомства, и, если ты не заметил, я альфа, — он хихикает, видя, как Рики забавно открывает и закрывает рот, не в силах сформулировать ответ. Старший просто очарователен, и Сонхуну не терпится ещё немного поддразнить и пофлиртовать с ним, но, к сожалению, их матери вернулись за стол.
Они некоторое время разговаривают, в основном о пустяках, но Рики слушает вполуха. Он больше занят тем, что может произойти, когда мать скажет ему, что он женится на сыне семьи Пак. Что и случится, если не через несколько недель, то через несколько месяцев. Они выскажутся за скорейшую свадьбу, ведь родители не могут дождаться внуков, да и сам Рики хочет иметь семью… Но готов ли Сонхун к семье и семейной жизни? Ужин подходит к концу, они прощаются, Рики отвозит мать домой и едет к себе, размышляя о встрече с молодым альфой.
Позже той же ночью, не в состоянии уснуть, его мысли возвращаются к красавцу альфе, которого он встретил впервые. Его внутренний омега признает в нем своего альфу, но Рики отказывается верить в это, по крайней мере, пока. Сначала он должен узнать его получше и только потом отдать ему своё сердце. Он вздыхает и пытается заснуть, но даже во сне образ альфы продолжает преследовать его.
Следующие несколько недель прошли в тишине и спокойствии, время от времени он видел Сонхуна в коридорах университета, но разговаривать им было некогда. Кроме того, было бы подозрительно, если бы он вдруг подошел и беседовал с ним на темы не связанные с учебой, когда в стенах университета они лишь преподаватель и студент. Поэтому Рики решил сосредоточиться на своих занятиях и хореографии для предстоящего танцевального конкурса, который они намеревались посетить. Он чувствовал, что что-то должно произойти, но старался не обращать на это внимания, пока однажды в воскресенье не позвонила мама и не сообщила, что он выходит замуж не за кого иного, как за Пак Сонхуна.
Рики вздохнул и выслушал всё, что хотела сказать мать, и даже спросил, согласен ли Пак. Мама с энтузиазмом ответила, что да, и они ждут, не дождутся, когда смогут объединить их семьи. Рики фыркнул и закатил глаза, но чуть не поперхнулся, когда матушка сообщила ему, что через несколько месяцев состоится свадьба.
— Почему так скоро, мама? — спрашивает он, немного обеспокоенный тем, что его жизнь так быстро изменится. — Разве не будет лучше, если мы узнаем, друг друга поближе с Сонхуном, — он пытался быть рациональным, но, похоже, у него ничего не вышло, так как мама вздохнула и рассмеялась над его предложением.
— Конечно, да, глупыш. Именно поэтому мы собираемся устроить всё так, чтобы вы встречались и узнавали друг друга получше до свадьбы. Сонхун — хороший молодой человек, и, похоже, ты его очень заинтересовал, — поддразнивает его мама, и Рики густо краснеет, хотя она не видит его. — Дорогой, я знаю, что вы будете хорошей парой, и мне показалось, что вы оба заинтересованы друг в друге во время встречи в ресторане, — успокаивает она, и Рики слышит рядом с ней другой голос отца и спешит попрощаться с ними.
Что ж, похоже, Рики придется привыкать к тому, что он будет с кем-то другим. На самом деле все было не так уж и плохо: Сонхун показался ему привлекательным, а его кокетливые улыбки и ухаживания заставляли его улыбаться. У них все может получиться, нужно только узнать друг друга и посмотреть, что из этого выйдет. Его внутренний омега счастлив, что его будущий партнер — Сонхун, и он верит своей животной части.
***
В студии университета горел свет, отбрасывая мягкое сияние на зеркальные стены. Рики, стройная фигура с каскадом светлых волос, глубоко вздохнул, осматривая зал. Последние несколько лет это место было его убежищем, где он мог потерять себя в ритме музыки и грации движений. Теперь, в двадцать пять лет, пришло время вступить в новую роль, которая была уготована ему с момента судьбоносной встречи: он станет супругом Сонхуна, молодого альфы из именитой семьи. — Джейк, ты следующий, — окликнул его Рики, чей голос эхом разнесся по залу. Студент отрывисто кивнул, и Рики постарался не обращать внимания на нервное напряжение в животе. Несколько недель он готовился к этому моменту, но всё равно ситуация казалась нереальной. До свадьбы оставалось всего пару дней, и осознание того, что должно произойти, наконец-то стало очевидным. Сонхун учился в том же университете, где преподавал Рики. В свои двадцать два года он обладал присущим только ему юношеским обаянием, несмотря на то, что был сильным альфой. До объявления о помолвке они почти не общались, но за последующие месяцы сблизились. Сонхун был добр и внимателен, часто дарил Рики цветы во время свиданий и спрашивал, как прошел день. Связь между ними неожиданно расцвела, и Рики с нетерпением ждал их совместного времяпрепровождения. — У тебя всё получится, — сказал Чонвон, один из его близких друзей и коллега по танцам. Он ободряюще похлопал его по спине. — Сонхун — счастливчик, — Рики не мог не улыбнуться его словам. Несмотря на неоднозначное начало их отношений, он чувствовал искреннюю привязанность к своему будущему мужу. Когда Джейк ступил на сверкающий паркетный пол, зазвучала музыка — классическая мелодия, которая, казалось, сплетала историю любви и судьбы. Его тело двигалось с грацией танцующего на ветру листа, каждый шаг и поворот — безмолвное признание о чувствах. Традиционный танец, который Рики неустанно изучал, чтобы довести до совершенства к предстоящим через несколько месяцев соревнованиям, и теперь ему не терпелось увидеть, как его ученики справятся с этим заданием. Музыка лилась с новой силой, и он позволил себе погрузиться в выступление, а внешний мир померк. Внезапно дверь в студию распахнулась. Музыка с шумом оборвалась, и все взгляды обратились на незваного гостя. Это был Сонхун, запыхавшийся и взволнованный. Сердце Рики учащенно забилось, увидев его в дверях. — Рики-хён, — задыхался он. — Мне нужно с тобой поговорить, — в его взгляде читалась срочность, которой прежде ему не доводилось видеть. Студия погрузилась в тишину, единственным звуком был стук их сердец. — Это важно. Чонвон, заметив возникшее напряжение, взял инициативу в свои руки. — Ребята, пожалуйста, оставьте их наедине, — студенты, перешептываясь между собой, удалились в раздевалку. Когда они остались одни, Сонхун подошел ближе. — Я знаю, что это брак по расчету, — начал он, произнося слова полушепотом. — Но я хочу, чтобы ты знал, что я влюбился в тебя, — по телу Рики разлилось тепло, какого он никак не ожидал. — Сонхун, я… Я чувствую то же самое, — признался он, его голос слегка дрожал. Откровение, казалось, сняло с плеч обоих всю тяжесть мира. Они смотрели друг другу в глаза, молчаливое понимание витало между ними, как невидимый дух. Сонхун взял его за руку, и от прикосновения по позвоночнику пробежала дрожь. — Я знаю, что мы не должны жить вместе до свадьбы, но я не могу выносить разлуку с тобой. Ты переедешь ко мне? Рики помотал головой, собираясь с мыслями. — Сонхун, думаю будет правильнее если я перееду к тебе после свадьбы. Я тоже не могу дождаться момента, когда мы будем жить вместе, но ты всегда можешь оставаться у меня ночевать, пока мы не станем жить вместе. Мысль о том, чтобы жить с Сонхуном, разделить с ним совместную жизнь, одновременно и волновала, и пугала. Но он твердо понимал, что хочет именно этого. Им придется справляться с ожиданиями своих семей и с обсуждением их отношений другими людьми, но они будут вместе, и это главное. Они решили начать жить вместе уже после свадьбы. Дни, предшествующие этому событию, превратились в вихрь последних приготовлений и украденных моментов, проведенных вместе. Они говорили о своих надеждах, страхах и мечтах. Рики ощущал глубокую связь с Сонхуном, которая выходила за рамки договоренностей и обещала будущее, наполненное любовью и счастьем. В ночь перед свадьбой Сонхун проскользнул в квартиру Рики, его взгляд был полон волнения. Омега с улыбкой и объятиями встретил его. Отпрянув от возлюбленного, альфа протянул ему небольшую коробку. — Я знаю, что это мелочь, но я хотел подарить тебе что-то от себя, показать, как много ты для меня значишь. Внутри лежала изящная цепочка с одним-единственным сверкающим бриллиантом. Взяв ее из рук Сонхуна, Рики с интересом и восхищением рассмотрел неожиданный подарок. — Это прекрасно, — пробормотал он, чувствуя всю важность этого жеста. Они присели вместе на диван, их сердца бешено стучали о грудную клетку, прижимаясь, друг к другу. Запах одеколона Сонхуна наполнял комнату, смешиваясь со слабым ароматом цветов, украшавших небольшое пространство. Рики посмотрел в глаза альфы — те самые глаза, которые наблюдали за ним с такой страстью и заботой. — Спасибо, — тихо сказал он, надевая цепочку на шею. — Это имеет для меня огромное значение. Сонхун нежно поцеловал его, пообещав, что они будут вместе и навсегда. — Вечность начнется завтра, — прошептал он. В день свадьбы сквозь занавески в комнате Рики пробивался теплый свет. Он в последний раз взглянул на опустевшее жилище, ставшее ему домом на многое года, и почувствовал тоску. Но стоило ему надеть цепочку, как на него нахлынули тепло и любовь Сонхуна, заставляя осознать, что он готов встретить будущее с радостью. Церемония прошла в мельтешении лиц, улыбок и поздравлений. Сердце Рики колотилось в груди, когда он стоял перед их семьями и друзьями, держа свою руку в руке Сонхуна. Клятвы, которыми они обменялись, были не просто словами, а выражением их приверженности друг другу, обещанием построить жизнь, наполненную любовью и уважением. Когда они танцевали свой первый танец в качестве супругов, музыка, казалось, говорила за их сердца. Танец перестал быть выступлением, а стал выражением их союза. Их движения отличались плавностью и естественностью, свидетельствуя об узах любви и понимания, которые возникли между ними. По окончании их первого танца толпа разразилась аплодисментами, и Рики поднял голову, разглядывая гордые лица своих любимых. Но именно глаза Сонхуна приковывали его внимание, наполненные любовью, столь же неистовой, сколь и неожиданной. Они выбрали друг друга вопреки всем ожиданиям. И, ступив в новую совместную жизнь, Рики знал, что их танец только начинается. Свадебный прием проходил в роскошном отеле, большой бальный зал был украшен белыми розами и воздушными шарами. В воздухе витал аромат любви и предвкушения, друзья и члены семьи высказывали свои пожелания и поздравления. Рики волновался и нервничал, наблюдая за гостями, а крепкая рука Сонхуна надежно обхватывала его талию, даря с собой заботу и давая понять, что он не один. Во время затишья они уединились в тихом уголке бального зала, чтобы отдышаться и осмыслить все происходящее. Сонхун наклонился, шепча Рики на ухо: «Я никогда не думал, что найду такого человека, как ты. Спасибо, что выбрал меня». Сердце Рики забилось от мысли о том, что выйти замуж за альфу было правильным решением. По мере того как продолжался вечер, они снова втягивались в вихрь тостов и смеха. Возникло игривое соперничество, когда они соревновались в лучших танцевальных движениях, стараясь превзойти друг друга. Их химия была ощутимой, привлекая внимание окружающих. Всем присутствующим было ясно, что их любовь вышла за рамки брака по расчету. Сонхун прижал его к себе, и их движения стали безмолвным разговором о страсти и обещаниях. В зале воцарилась тишина, их сердца бились в такт музыке, пока они кружились по танцевальному залу. Этот момент был запечатлен на фотографиях, как застывшая память о любви, которая расцвела между ними. Они танцевали вместе со своими родителями — традиция, означающая слияние их семей. Глаза матери Рики блестели от непролитых слез, а гордая улыбка отца отражалась в сверкающих люстрах. Родители Сонхуна приняли Рики в свою семью, и теперь на их лицах отражалась радость от союза, созданного ими. Друзья и родственники разошлись, давая возможность молодоженам уехать и наслаждаться тишиной своего нового дома. В воздухе витал аромат свежих цветов и слабый гул далекой музыки — остатки радостного праздника, состоявшегося несколько часов назад. Вглядываясь в красивые черты лица мужа, Рики почувствовал, как по шее пополз легкий жар, а в животе забурлило от волнения и беспокойства. — Ты выглядишь просто потрясающе, — пробормотал Рики, впиваясь глазами в подтянутую фигуру Сонхуна, облаченного в смокинг. — А ты выглядишь так, будто собираешься меня съесть, — усмехнулся Сонхун и задорный блеск в его глазах выдавал его намерения. — Пойдем, — сказал он, взял Рики за руку и повел его наверх. — Давай-ка избавим тебя от свадебного платья. Спальня была тускло освещена, мягкий свет прикроватной лампы отбрасывал тени на стены. Сонхун повернулся лицом к Рики, проведя большим пальцем по тыльной стороне его руки. Сердце омеги дрогнуло, когда он заглянул в глаза альфы, ощутив тяжесть невысказанного обещания, прозвучавшего между ними. — Знаешь, — начал Сонхун бархатным шепотом. — Я ждал этого момента с тех пор, как впервые увидел тебя в ресторане. Твои губы были единственным, на чем я мог сосредоточиться во время разговора. Наше неловкое общение и мой флирт, похоже, подействовали на тебя чудесным образом. — Я тоже, и твой флирт был по-настоящему ужасен, а мое сердце и вовсе не пропустило удар. Тебе действительно есть над, чем работать, — щеки Рики запылали ярче, и он кивнул, с трудом вымолвив слова, но сарказм в его голосе был очевиден. — Вот как? Мне нужно поработать над своим мастерством флирта? — усмехается он, пристально глядя на мужа. — Или ты просто пытаешься меня поддразнить, хён? — Сонхун шагнул ближе к нему, тепло его тела обдало жаром тело Рики. — Конечно, нет! — Рики старается не замечать, как он едва не тает под взглядом альфы, и отворачивается, слегка покраснев. — Но мне нужно, чтобы ты был честен со мной, любимый. Я видел, как ты краснел и как нервничал рядом со мной даже после нашей первой встречи, так что нет нужды отрицать это, — Сонхун наклонился к нему, дыхание перехватило, когда он заговорил ему на ухо. Рики молчит и молится, чтобы его тело не дрожало от приятного голоса альфы, шепчущего ему на ухо. — Ладно! Да, ты заставил меня нервничать, доволен? — омега поворачивается и смотрит на лучезарно улыбающегося мужа. — Более чем доволен, — улыбаясь от уха до уха, говорит он, чувствуя себя счастливым от того, что на самом деле заставил Рики смутиться и занервничать. — Но я хочу знать еще кое-что, — Сонхун внезапно становится серьезным, а старший напрягается, ожидая вопроса. — Ты действительно этого хотел? Быть со мной? Рики внимательно посмотрел в глаза альфы и нашел в них только любовь и заботу. — Больше всего на свете, — вздохнул он, его голос был ровным и спокойным. Сонхун мягко притянул его к себе, их тела словно созданы друг для друга. Он принялся расстегивать пуговицы на платье, открывая нежную бледную кожу под ним. У Рики перехватило дыхание, когда он почувствовал, как теплые пальцы Сонхуна касаются его плоти, и от каждого прикосновения по позвоночнику пробежала дрожь предвкушения. Как только платье упало к его ногам, Сонхун отступил назад, окидывая взглядом Рики, задерживаясь на изгибах, скрытых весь вечер. — Ты такой красивый, — прошептал он, его голос источал желание. От голода в глазах, напротив, у Рики затряслись колени, а его желание росло с каждой секундой. Он потянулся к нему, дрожащими руками развязывая галстук-бабочку смокинга Сонхуна, желая ощутить жар тела мужа на своем. Комната наполнилась страстью, как только последняя часть одежды исчезла, оставив их обоих обнаженными. Рики уставился на Сонхуна, ища в его глазах успокоения, и нашел в них яростное чувство собственничества, пылающее во взгляде альфы. — Я сделаю тебя своим, хён, — прорычал он, его голос понизился до низкого хрипа. — И тебе понравится каждая минута нашей близости. В воздухе повисло напряжение, Сонхун подошел ближе, не сводя с него глаз. Руки альфы скользнули по его талии, легко опуская омегу на кровать. Сердце омеги заколотилось в груди, дыхание участилось, когда он почувствовал, как тело Сонхуна навалилось на него. — Сонхун, — шепчет Рики. — Ты должен кое-что знать. — Что именно? — Сонхун замер, не сводя глаз с него. — Это мой первый раз, — признался Рики, его глаза были полны ранимости. Выражение лица Сонхуна смягчилось, зрачки расширились от удивления и решимости. — Я позабочусь о тебе, хён, — пообещал он, нежно произнося слова. — Я сделаю всё идеально. Сонхун впился в его губы страстным поцелуем, изучая руками нетронутую территорию тела мужа с нежным благоговением, от которого у него загибались пальцы на ногах. Теплые мозолистые ладони альфы прошлись по его груди, проследили изгибы бедер, а затем скользнули вверх и коснулись его лица, углубляя поцелуй. Руки Рики блуждали по его телу, ощущая упругие мышцы под гладкой кожей, мягкость его волос и учащенное биение сердца. Прервав поцелуй, Сонхун прошептал в губы Рики: «Теперь ты мой, и я буду оберегать тебя всегда». Рики кивнул, его глаза затуманились от желания при виде того, как Сонхун наклонился к прикроватной тумбочке. Его рука вернулась с маленьким флаконом смазки, который он отложил в сторону, а затем снова забрался на кровать. Он расположился между ног омеги, прижавшись своим возбуждением к его бедру. Он смотрел на него напряженным взглядом, растирая смазку меж пальцев, и, несмотря на дрожь, взгляд Сонхуна был твердым. — Расслабься, — приказал он, обводя большим пальцем тугое колечко мышц. — Я позабочусь о том, чтобы тебе было хорошо. Рики глубоко вздохнул, закрыв глаза, и почувствовал, как первый скользкий палец упирается в него. Он судорожно вздохнул, когда Сонхун проник первым пальцем внутрь: ощущение было одновременно и странным, и невероятно приятным. Движения альфы были нежными и медленными, словно он побуждал тело Рики принять его. — Ты так хорошо держишься, — подбадривал Сонхун, в его голосе слышалось тихое мурлыканье. — Не могу дождаться, когда окажусь внутри тебя. Предвкушение большего было почти невыносимым, когда Сонхун добавил ещё один палец, осторожно растягивая его. Дыхание Рики сбилось, бедра инстинктивно двигались навстречу проникающим в него пальцам. Тело отзывалось на прикосновения так, как он, и представить себе не мог, каждое движение разжигало новую искру удовольствия, заставляя извиваться под мужем. Наконец альфа вынул пальцы, заменив их плотным давлением своего узла. Рики распахнул глаза, дыхание перехватило в горле, когда он почувствовал возбуждение альфы. Взгляд Сонхуна прикован к мужу, глаза которого широко распахнулись, как только он принялся вводить член внутрь. — Ты такой тугой, — простонал Сонхун, в его голосе отчетливо слышалась жажда удовольствия. — Просто прекрасно, хён. Мне так нравится. Я так хотел, чтобы ты стал моим. Сначала была резкая боль, но Рики сосредоточился на любви в глазах Сонхуна и нежных словах. Он ощутил, как раскрывается, как его тело поддается ласкам альфы. Когда узел наконец скользнул внутрь, глаза Рики закатились, а с губ сорвался стон. Сонхун замер, давая Рики время привыкнуть, а затем начал двигаться, толкаясь бедрами в медленном, устойчивом ритме, который вскоре заставил омегу истошно застонать. Каждый толчок вызывал у омеги волны наслаждения, сжимая внутри себя возбуждение альфы. Их союз был танцем доминирования и подчинения, прекрасной симфонией страсти и любви. Ногти Рики впивались в спину Сонхуна, когда альфа полностью овладевал им, а его слова выражали любовь и пошлые разговоры, которые только подталкивали омегу к оргазму. — Ты мой, хён, — прорычал он, его голос звучал как звериный рык. — Мой омега, которого я люблю и, которого я буду защищать и лелеять. Рики мог только кивнуть в ответ, его голос пропал из-за переполнявших его ощущений. Он никогда не чувствовал себя таким живым, нужным, полностью принадлежащим другому человеку. По мере приближения кульминации их движения становились всё неистовее, тела покрывались испариной, а дыхание смешивалось с рваными выдохами. Узел Сонхуна раздулся ещё больше, скрепляя их не только физическими узами. С последним, отчаянным толчком он с криком кончил, и теплое семя заполнило ждущее нутро Рики. Затем последовала кульминация омеги — белая вспышка удовольствия, от которой он задрожал и вцепился в своего альфу. После того как послеоргазменная дымка спала, Сонхун осторожно притянул его ближе, крепко обхватив руками. Узел внутри омеги пульсировал в такт с его колотящимся сердцем, постоянно напоминая об их новой связи. Сонхун поцеловал омегу в лоб, его дыхание было теплым и ровным на коже Рики. — Спасибо, что преподнес мне этот подарок, — прошептал Сонхун, его голос был хриплым от эмоций. — Я обещаю всегда быть достойным твоего доверия. Глаза Рики наполнились слезами, он крепко сжал мужа в объятиях, чувствуя любовь и защиту альфы. Он знал, что сделал правильный выбор, выйдя замуж за альфу и решив стать его во всех отношениях. В комнате царила тишина, только стук их сердец и редкий звон хрусталя, остывающего в люстре. Узел Сонхуна начал медленно спадать, но он не отстранялся. Альфа наслаждался ощущением единения с Рики, чувствуя их связь самым тесным образом. В конце концов, Сонхун с тихим стоном выдохнул, оставив между ними липкий след, свидетельствующий об их страсти. Схватив лежащее рядом полотенце, он вытер их обоих, а затем снова улегся на кровать, притянув Рики к себе. — Я и не знал, что так бывает, — пробормотал Рики, его голос полнился удивлением. Сонхун хихикнул и прижался к его щеке. — Это было только начало, любимый. У нас впереди целая жизнь, которую мы проведем вместе. Так они лежали, прижавшись, друг к другу, пока сквозь занавески не стал пробиваться утренний свет. Рики прижался головой к груди Сонхуна, слушая ровный стук его сердца. Он чувствовал себя в безопасности, любимым и довольным. — Я никогда не хочу забывать этот момент, — прошептал Рики. — Нам и не нужно, — заверил его Сонхун, поглаживая его по волосам. — Это лишь первая страница нашей совместной истории. И молодожены погрузились в мирный сон, их тела по-прежнему были переплетены, а сердца навсегда связаны любовью и страстью, которые привели их к этому моменту. Когда взошло солнце, оно окрасило их тела в мягкий золотистый свет, символизируя новую главу, ожидавшую их после пробуждения.
***
Рики возвращается домой, чувствуя себя измотанным после долгих занятий танцами и преподаванием. Сегодня, учитывая предстоящие соревнования, ему пришлось остаться и помочь своим ученикам с выполнением некоторых движений. Он открывает дверь своего дома и с облегчением вздыхает, чувствуя знакомый аромат темного шоколада, который принадлежит его альфе, но в нем есть и пряные нотки, которые сигнализируют ему о том, что он расстроен или зол. Особенно если учесть, что он не встречает его у двери, как обычно. Рики снимает пальто и ботинки и со вздохом влезает в свои мягкие тапочки. Он идет по темному коридору в тускло освещенную гостиную. Но мужа там не обнаруживает. «Куда он делся?» — со вздохом думает омега и идет в спальню, чтобы взять чистую одежду и принять душ. Он сильно вспотел на уроках, а в университете ленился принимать душ. Ему хотелось поскорее попасть домой к Сонхуну. Он скучал по своему щеночку (как он ласково его называет) целый день, даже если они встречались в университетских коридорах, этого все равно было недостаточно. Изредка он получал от него сообщения, но отвечать на них было некогда, так как он был занят подготовкой к предстоящим соревнованиям с другой школой. Вероятно, Сонхун расстроился из-за этого и того, что он задержался дольше обычного. Открыв дверь в спальню, Рики не обнаружил там своего мужа и сразу же отправился к шкафу, доставая оттуда шорты и футболку. Просто и удобно после утомительного рабочего дня. Он идет в душ, чувствуя себя намного лучше, после чего одевается и спускается на кухню. Наконец он видит широкую и мускулистую спину Сонхуна, и, наслаждаясь открывшимся ему видом, неосознанно облизывает губы, улавливая собственный сладковатый запах. Сонхун поворачивается, на его лице красуется сердитая гримаса, брови нахмурены, руки скрещены на груди, он выглядит рассерженным, но в глазах Рики — очаровательным и нежным. Как сердитый щеночек. Неудивительно, что время от времени он называет его щеночком, просто чтобы поддразнить. — Где ты был, хён? — спрашивает он, все еще выглядя обиженным и сердитым, даже тон его голоса намекает на его раздражение. Рики только смеется и качает головой, находя его очаровательным. — Даже не здороваешься, Хуни? Я задержался, чтобы помочь своим ученикам. На следующей неделе у нас танцевальный конкурс, так что нам нужно было отточить некоторые движения, — отвечает он и подходит ближе, чтобы обнять своего ворчливого альфу, но тот по-прежнему не двигается с места. — Ну же, малыш, не будь таким, — говорит он и обнимает его, несмотря на недовольство и насупленное выражение лица. Рики обнимает его и оставляет поцелуи на щеках и носу, наслаждаясь тем, как морщится от возмущения лицо альфы, но старший знает, что это всего лишь притворство и альфа скоро растает. Сонхун, кажется, расслабляется и обнимает его в ответ, но напрягается, когда чувствует незнакомый запах на Рики. Запах альфы… Его внутренний альфа злится и расстраивается, потому что его партнер пахнет не им. Поэтому Сонхун поступает единственным правильным для альфы образом: он вырывается из объятий и серьезно смотрит на своего омегу. Рики растерян, на его лице застыла неловкая улыбка. — Почему от тебя пахнет другим альфой? — Сонхун рычит, заставляя Рики невольно вздрогнуть. Омега шокировано смотрит на него, а затем на его лице появляется нежная улыбка. — Что смешного? — Хуни, я помогал своим ученикам, конечно, на мне есть их запах, — покачал головой Рики, не понимая, почему Сонхун злится на него из-за такой глупой причины. — Они мои ученики, которым я должен помогать, а помогать — это значит находиться рядом с ними и направлять их, — спокойно объясняет Рики, испуская успокаивающий аромат, чтобы угомонить разъяренного щеночка. Сонхун рычит, уткнувшись ему в шею, чтобы пометить его своим запахом. — Омега не может пахнуть как другие альфы, только мной. Ты должен пахнуть только мной, — голос Сонхуна сменился голосом альфы, и Рики остается только вздохнуть в знак поражения и позволить ему пометить себя. Он ласково гладит его по волосам, позволяя делать то, что нужно, чтобы усмирить его. — Да, да, я твой, мой сердитый щеночек, — смех Рики переходит во вскрик, когда Сонхун слегка прикусывает кожу на его шее, а затем зализывает ее языком. — Почему ты меня укусил? — успевает спросить Рики, пытаясь скрыть стон, грозящий сорваться с его губ. — Плохой омега, смеется над своим альфа-мужем, — бормочет он, оставляя засос на бледной шее и удовлетворенно хмыкая. Он поднимает глаза, встречаясь взглядом с Рики, чьи щеки украшает розовый румянец, а губы слегка приоткрыты. Не теряя времени, Сонхун целует его и проглатывает стон, сорвавшийся с губ старшего. Прежде чем разорвать поцелуй, он посасывает язык и прикусывает нижнюю губу. Видя, что его омега так покорен без малейшего намека на поддразнивание, его внутренний альфа остаётся доволен. Ухмыльнувшись, он отстраняется, оставляя Рики в замешательстве. — Я приготовил для нас ужин, так почему бы тебе не присесть, а я накрою на стол? — Сонхун уверенно говорит, повернувшись спиной к омеге и не замечая сияющей улыбки Рики. Он так счастлив, что у него такой замечательный муж, который к тому же хорошо готовит. Не то чтобы Рики не умел готовить, но он приходит домой позже своего альфы, поэтому ценит, что Сонхун заботится о нем. Он может быть немного сварливым, собственником и ревнивцем, но он любит его, даже, несмотря на все недостатки. А разве не в этом смысл настоящей любви? Рики довольствуется тем, что сидит и терпеливо ждет, когда его красавец-муж будет заботиться и баловать его. Пусть его называют избалованным омегой, но он знает, что Сонхун любит его, как и он его. То, что должно было стать простым браком по расчету, обернулось чем-то прекрасным. Любовь расцвела свободно и естественно. Чем больше времени они проводят вместе, тем лучше понимают друг друга. А недавно Рики задумался о создании семьи с Сонхуном. Хотя он не решается на это, ведь альфа так молод и еще не закончил учебу. В деньгах они не испытывают недостатка, и родители с радостью помогут. Но Рики предпочитает все делать правильно. — Я так счастлив, что мой сильный и красивый альфа-муж заботится обо мне, — дразняще говорит Рики, и бедный Сонхун краснеет, несмотря на то, что уже привык к выходкам старшего. — Ты так мило краснеешь, Хуни, — подмигивает он и наконец, пробует своё любимое блюдо. — Потрясающий вкус, — стонет он в восторге, наслаждаясь восхитительным ароматом и вкусом. — Наверное, потому что ты готовил его с любовью. Не ожидая услышать от мужа новых подколов, бедный Сонхун поперхнулся водой. «Ладно, двое могут поиграть в эту игру», — он будет дразнить своего омегу, но в постели. Рики ещё не подозревает, во что ввязывается. После полезного и душевного ужина, наполненного смехом и поддразниваниями, пара отправилась спать. Сонхун привел свой план в действие, доводя любимого мужа до исступления. Можно с уверенностью сказать, что ночь была наполнена страстью и любовью. Месяц пролетел как один миг, наполненный постоянной подготовкой к очередным соревнованиям, уроками и дополнительными занятиями для Рики, экзаменами, учебой и дополнительными занятиями в клубах для альфы. Сонхун даже пошел на подработку, потому что хотел сделать мужу подарок на годовщину свадьбы. Сегодняшний день начался как обычно, только Рики почему-то не захотел завтракать, сказав, что плохо себя чувствует и поест в обед. Что-то внутри Сонхуна изменилось, и альфа почувствовал, что с его омегой что-то не так, но решил не пугать его чрезмерной опекой и собственничеством. В университет они отправились каждый своей дорогой, и оба погрузились в рутину, пока в перерыве между уроками он не услышал, как кто-то из учеников обсуждает то, что произошло на уроке танцев. — Ты слышала, что учитель Нишимура упал без сознания во время урока? — говорит одна девушка своей подруге, и в ее голосе слышится беспокойство. — Что? Не может быть, что случилось? — спрашивает другая девушка, явно желая узнать подробности новых сплетен. — Видимо, во время одного из танцев у него закружилась голова, и когда кто-то из студентов спросил, всё ли с ним в порядке, он ответил «да», а в следующий момент упал на пол! — торопливо восклицает она, жестикулируя руками. Ее подруга ахнула и прикрыла рот ладонью. Сонхун напрягся всем телом, услышав, что его муж упал в обморок во время урока. Он разворачивается и направляется к двум девушкам, спокойно беседующим друг с другом. Его альфа внутри кричит, чтобы он как можно скорее нашел своего омегу. — Привет, я слышал, что вы говорили об учителе Нишимуре, — начинает он с дружелюбной улыбкой, и девушки смущаются и краснеют, поправляя волосы. — Не могли бы вы рассказать мне, что еще вы слышали? — К-к-конечно! Один из студентов помог ему прийти в себя, а затем он отправился в медпункт. Это все, что я слышала, Сонхун-сонбэ, — ответила одна из девушек. Сонхун поблагодарил ее и поспешил в медпункт. Его сердце готово было выпрыгнуть из груди от волнения и переживаний. Как такое могло случиться с его омегой? Неужели он чего-то не заметил? В последние дни Рики стал чаще уставать, его мучили головокружения и тошнота. В тот момент Сонхун не понимал, что это значит. Он запыхавшись ворвался в кабинет медбрата и увидел, с каким удивлением тот на него смотрит. — Добрый день. Что привело вас сюда? Что-то болит? — спрашивает он, но Сонхун качает головой и пытается отдышаться. — Я пришел сюда, узнав, что случилось с учителем Нишимурой. Могу я его увидеть? — спрашивает он, с трудом переводя дыхание. Мужчина хмыкает, качает головой, но жестом указывает на кровать, скрытую за занавеской. Сонхун кланяется и тихо подходит к кровати, отодвигает занавеску и задвигает ее обратно. Сердце замирает в груди, когда он видит бледного мужа на кровати. Что с ним могло случиться? Поскольку они в университете, он не может почуять, что с ним не так. Сонхун берет стул и садится рядом с ним. Осторожно, чтобы не потревожить сон омеги, он берет его ладонь в свою и поглаживает в успокаивающем ритме. Альфа собирается остаться с ним и не хочет идти на оставшиеся занятия. Его омега для него важнее всего остального. Сонхун молча, смотрит на спящего Рики, тяжело вздыхает и убирает несколько прядей с лица мужа. Омега морщит нос и широко распахивает свои прекрасные карие глаза. На мгновение он дезориентирован, тупо моргает и озирается по сторонам, а затем, кажется, понимает, что произошло. Он, молча, переводит виноватый взгляд на альфу, который терпеливо ждет, что он скажет. — Хуни, что ты здесь делаешь? Как долго я лежу здесь вот так? — торопливо спрашивает он. Рики уже готов приподняться на кровати, но Сонхун останавливает его и толкает обратно на кровать. — Примерно час назад, и я прибежал сюда, как только узнал, что случилось. Думаю, нам стоит сходить к врачу… ты никогда раньше не падал в обморок… — Сонхун прикусывает губу и берет ладонь Рики в свою, сжимая её в знак молчаливой поддержки. — Думаю, это от усталости, Хун. Все в порядке, я еще немного отдохну и постараюсь не переутомляться, — уверяет Рики, глядя в его глаза, в которых он находит беспокойство и тревогу. Он не хочет, чтобы Сонхун волновался по пустякам. — Мне уже гораздо лучше, так что пойдем домой, ладно? — предлагает Рики и осторожно поднимается с кровати. На этот раз альфа не препятствует ему и помогает сесть. — Если ты уверен, я не буду настаивать, но, пожалуйста, береги себя и не переутомляйся. Как только мы вернемся домой, ложись в постель, а я обо всем позабочусь, — Сонхун помогает ему надеть кроссовки и завязать шнурки. Рики немного шокирован серьезностью альфы, но ему нравится, что тот так заботится о нем и беспокоится. Он хотел бы возразить и заверить его, что все в порядке и ему не нужен отдых, но уверен, что Сонхун рыкнет на него и заставит лечь в постель. — Не возражай, Рики. Ты не представляешь, как я испугался, когда узнал, что ты потерял сознание, — они прощаются с медбратом и выходят из медпункта. Коридоры института пусты, все студенты, кроме них, сейчас на занятиях. Так даже лучше, что их никто не видит. — Прости, альфа, — шепчет Рики извинения, но Сонхун резко останавливается и смотрит на него с укоризной. — Не смей извиняться за такое, Рики. Ты не виноват в том, что произошло. Я не хотел заставить тебя чувствовать себя виноватым, — он вздыхает и берет лицо омеги в свои ладони, заглядывая в заплаканные глаза. — Я люблю тебя и очень волнуюсь, ты меня напугал, но если мои слова тебя обидели, прости, — извиняется Сонхун и смахивает капли слез со щек мужа. Рики кивает в ответ и крепко обнимает его, прижимаясь к запаховой железе альфы. — Пойдем домой, — приглушенно произносит Рики, но Сонхун кивает и берет его за руку, ведя к парковке. Домой они возвращаются в молчании, а когда оказываются внутри, Сонхун берет его на руки и относит в спальню, чтобы положить на кровать. Рики хотел бы протестовать и изобразить истерику, но он действительно чувствует усталость и наслаждается тем, как муж заботится о нем. — Я приготовлю для тебя ванну и помогу принять её, — говорит он как о чем-то само собой разумеющемся, и Рики слегка краснеет. — Подожди меня немного и разденься, — последнее, что он говорит, прежде чем исчезнуть за дверью ванной. Рики вздыхает, но подчиняется и снимает с себя блокатор запаха, футболку и штаны с боксерами, оставаясь полностью обнаженным. Он берет полотенце и направляется в ванную, наслаждаясь успокаивающим лавандовым ароматом, доносящимся из-за двери. Он заходит внутрь, и Сонхун помогает ему забраться в ванну, нежно намыливая его с помощью мочалки. Рики наконец-то может расслабиться и даже мурлычет от того, что его альфа так бережно о нем заботится. Сонхун осторожен и нежен в своих движениях. Рики испытывает удовольствие, когда длинные пальцы массируют его голову, промывая волосы. Стон наслаждения вырывается из его губ, когда альфа проводит ладонями по его телу, смывая пену. Закончив с мытьем, Сонхун заворачивает его в полотенце и отправляет в комнату отдохнуть и одеться, а сам отправляется на кухню, чтобы приготовить для них легкий ужин. Они плотно ужинают, и альфа не позволяет Рики мыть посуду, а отправляет его спать. Чуть позже он присоединяется к омеге, и они вместе засыпают в обнимку.***
— Что за…? — Рики в шоке уставился на пластиковую палочку в своей дрожащей руке. Маленькая красная линия была безошибочно видна, как и цифровой индикатор, на котором мигало слово «Беременен». Колени подкосились, и он опустился на холодный кафельный пол ванной. Не может быть, это неправильно. Они же предохранялись. Как такое могло произойти с ним? — Рики, ты в порядке? — обеспокоенный голос Сонхуна донесся до него через дверь ванной. — Ты там уже давно. Рики сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить свое, бешено колотящееся сердце. — Я в порядке, — ответил он, но его голос дрожал сильнее, чем ему хотелось бы. — Просто… живот прихватило. Я выйду через секунду. Он знал, что не может вечно прятаться в ванной. В конце концов, Сонхун придет его искать, и тогда ему придется все объяснить. Но как он мог это объяснить? Они были так осторожны. Всегда предохранялись. Он снова посмотрел на тест, надеясь, что результат изменится, но ничего не произошло. Это была твердая, непоколебимая красная линия. Собравшись с мыслями, Рики мысленно прокручивал в голове прошедшие несколько недель. Тошнота, усталость, внезапная тяга к еде. Он просто списал всё на стресс из-за работы и недавнего переезда. Но теперь всё стало понятно. Он был беременным. И ждет ребенка. Реальность нахлынула на него потоком холодной волны. Он всегда хотел иметь семью, но не так представлял себе это. Они с Сонхуном, конечно, говорили об этом, но они ещё молоды. Альфа только-только начинает входить во взрослую жизнь. Они не предпринимали попытки завести ребенка. Рики сделал ещё один глубокий вдох и встал, ухватившись за стойку для опоры. Он должен был рассказать Сонхуну. Иначе никак. Он слышал приближающиеся шаги мужа и звон ключей, судорожно сжимаемых им за дверью. — Я в порядке, — снова сказал Рики, на этот раз его голос окреп. — Мне просто нужно немного воды. Дверь со скрипом открылась, и на него устремился обеспокоенный взгляд Сонхуна. — Ты выглядишь неважно, — сказал он, внимательно изучая лицо Рики. — Что происходит? Рики протянул тест на беременность, и красная полоска показалась ему неоновой вывеской в ярком свете ванной. — Я думаю… Я думаю, у нас будет ребенок, — прошептал он едва слышно. Глаза Сонхуна расширились, и на мгновение стало слышно, как они дышат в унисон. Затем он оказался рядом, обхватил Рики своими сильными руками и крепко прижал его к себе. — Всё будет хорошо, — прошептал он ему в волосы. — Мы станем прекрасными родителями. В словах Сонхуна прозвучала весомая нотка уверенности, и Рики почувствовал проблеск надежды. Может, это и был сюрприз, но именно для них. А вместе они могли справиться с чем угодно. Он сделал ещё один глубокий вдох, чувствуя, как тепло мужа окутывает его, словно одеяло, и уверенно выходит с ним из ванной рука об руку, готовый встретить их новое будущее. Сонхун не мог стереть улыбку со своего лица. Он практически сиял, и Рики заметил, что его тревога немного улетучилась под влиянием безудержной радости мужа. — Мы будем замечательными папами, — сказал альфа, крепче прижимая к себе мужа. Рики тяжело сглотнул, его глаза заметались по комнате, словно в поисках выхода из сложившейся ситуации. — Но Сонхун, ты же ещё учишься в университете, — напомнил он ему с ноткой отчаяния в голосе. — Для меня это не имеет значения, хён. Я так счастлив, что ты носишь нашего ребенка. Теперь я буду ещё больше оберегать тебя и обещаю хорошо заботиться о своем красавце-муже, — Сонхун отстранился и заглянул Рики в глаза, выражение его лица по-прежнему оставалось спокойным. — Я люблю тебя, Рики, — твердо сказал он. — И я тебя тоже люблю, Хун, — ответил Рики на грани слез. — Спасибо, что принял… нас, — говорит он, беря лицо Сонхуна в свои руки. Муж кивает, вдыхая чуть сладковатый аромат омеги, и его внутренний альфа радуется, зная, что в животе омеги растет маленькая жизнь. Он кладет руку на все еще плоский живот и поглаживает его, а затем сладко целует мужа, пытаясь передать все свои чувства. Они отстраняются друг от друга с глупыми улыбками на лицах. Рики почувствовал, как напряжение в его плечах немного спало: благодаря тому, что Сонхун рядом, ситуация казалась не такой пугающей. Он глубоко вздохнул и обнял мужа, ощущая тепло и надежность, которые всегда находил в его объятиях. Вместе они принесут в этот мир новую жизнь и окружат её любовью и счастьем. До рождения ребенка ещё много времени, но, будучи вместе и благодаря силе любви, они преодолеют всё.
