One love, one heart, one destiny

Феликс весь день думал как бы одеться на вечер. Свидание с Хенджином! Сердце трепетало, предвкушая этот миг. Джисон уже знал обо всем. Он весь день так же крутился возле Феликса, оценивая образы. Все не то. – Идеально, – наконец изрек он. – Неудобно. Феликс снова переодевается. – Вот это прям хорошо. – Фу. Ты в каком веке застрял? И куда ты собрался? С другом пить чай или на свидание с парнем? Переодевайся, – отрезал Джисон, словно капризный модельер. – Сексуально. – Слишком. – Заткнись. Хенджину понравится. – Джи, может, что-то другое? Не такое обтягивающее? – Ликс, поверь мне, он не сможет оторвать от тебя глаз. – Мне кажется, он и так не сможет ни на что другое смотреть. – Ты прав, – услышал Феликс из-за спины. – Джи, скажи, что мне послышалось, – Феликс не оборачивался, зная, кто стоит за спиной. Внезапно он почувствовал обжигающие руки на своих бедрах. – Ну… Я вас оставлю, – пробормотал Джисон, спешно ретируясь. Феликс мысленно проклинал его на чем свет стоит. – Ты красивый, Ликс, – прошептал Хенджин, поворачивая Феликса к себе. В его взгляде плескалось такое обожание. – Ликс... Я пришел не просто так. Все мысли смешались, сердце бешено колотилось, волнение нарастало с каждой секундой. Хенджин смотрел на Феликса, и его собственное сердце грохотало в груди, словно птица, жаждущая свободы. В этот момент все сомнения отступили. Он наклонился, его дыхание коснулось щеки Феликса, словно легкий летний бриз. Мир вокруг замер, оставив только их двоих. И вот, наконец, их губы встретились. Поцелуй был нежным и робким, словно бабочки касались друг друга крыльями. Феликс закрыл глаза, полностью отдаваясь этому моменту. Внутри расцветал букет чувств: нежности, волнения, трепета и чего-то невероятно теплого, что невозможно было выразить словами. Хенджин чувствовал, как дрожит Феликс в его объятиях, и это делало поцелуй еще более драгоценным. Он углубил поцелуй, аккуратно притягивая Феликса ближе. В этом поцелуе было все: привязанность, забота, восхищение и, конечно же, любовь. Когда они оторвались друг от друга, Феликс смущенно опустил глаза, легкий румянец тронул его щеки. Хенджин нежно улыбнулся, проводя большим пальцем по щеке Феликса. – Ликс… Нам придется перенести свидание. – Что-то случилось? – Чан нашел Ёнджуна. Сегодня едем показать, что бывает с крысами. – Будь осторожен, пожалуйста. – Конечно. Мы же ещё на свидание не сходили. Я точно не умру сегодня. – Обещай. Обещай, что вернёшься. Обещай, что не умрешь. – Обещаю. Я обязательно вернусь. И не умру. Феликс поцеловал его ещё раз.

***

– Сони, Чан нашел Ёнджуна. – Нет, Хо. Ты не поедешь. – Я не могу бросить Хенджина. – А меня можешь? – Я вернусь. – Нет, Хо. Уедешь, я уйду. – Джи... Я не могу отпустить его одного. Пойми меня, пожалуйста. – Нет, Хо.

***

Хван и Минхо решили встретиться в кабинете Хенджина после разговора с младшими. – Джисон наотрез отказывается отпускать меня. Сказал, что если уеду я, то и он тоже. – Оставайся. Тебе не обязательно ехать. – Нет, Хенджин. Я не могу отпустить тебя одного. – Все будет хорошо. Со мной будет много людей. Не волнуйся. Чан и Чанбин там тоже будут. Не думаю, что со мной что-то случится. Я уже не первый год хожу на такие задания. – Никто не знает сколько людей у этого Ёнджуна. – Вот и узнаем. И сделаем так, чтобы их стало намного меньше. – Хван, я не могу тебя отпустить. Минхо разрывался между двумя дорогими ему людьми. С одной стороны – Джисон, который за него волнуется, с другой – Хенджин, за которого волнуется Минхо. – А Феликс что сказал? – Он понимает, что без меня никак. Я пообещал, что вернусь. – Если Хван Хенджин что-то обещает, он сдержит свое обещание. – А если я обещаю что-то Ликсу, то тем более сдержу это обещание. Даже если это не полностью от меня зависит.

***

Хенджин сидел в своей машине. Они были на месте и ждали Ёнджуна, который с минуты на минуту должен был выйти из дома. Минхо не поехал. Хван уговорил его остаться дома, так как и ему самому так будет спокойнее. Он и сам не хотел, чтобы Ли ехал с ними, и был благодарен Джисону. Самого Хвана, он, вряд ли послушал бы. Дом, в котором жил Ёнджун, был большим, поэтому ни Бан, ни Хван не сомневались, что жил он там не один. Пистолет Хвана был под рукой. Планировалось, что всю работу на себя возьмут люди Хвана и Бана, а они сами только схватят Ёнджуна. Дверь дома распахнулась, и на крыльцо вышел Ёнджун. Он был не один. За его спиной, словно из ниоткуда, материализовалась целая группа крепких мужчин. Их было, как и предполагал Хенджин, немало – человек десять, не меньше. Все как на подбор высокие, широкоплечие, с жесткими лицами. Ёнджун, в своем дорогом костюме, выглядел среди них хищной птицей в окружении стаи волков. В тот же миг из припаркованных неподалеку машин высыпали люди Хвана и Бана. Началась настоящая перестрелка. Воздух наполнился звуками ударов, криками и выстрелами. Хенджин выскочил из машины, пистолет уже в руке. План был прост: прорваться сквозь охрану Ёнджуна, схватить его и убраться отсюда как можно скорее. Но все пошло не так. Охрана Ёнджуна оказалась не просто многочисленной, но и хорошо подготовленной. Они дрались с яростью, которой Хенджин не ожидал. Пистолеты были не у многих. Каждый удар, каждый выпад был пропитан отчаянной решимостью защитить своего босса. Хенджин пробивался вперед, уворачиваясь от ударов и отвечая на них. Адреналин бурлил в крови, заглушая страх. Он видел, как его люди и люди Бана яростно сражаются, тесня охрану Ёнджуна. Еще немного, и они доберутся до него… Внезапная острая боль пронзила его бок. Хенджин охнул, рука инстинктивно метнулась к ране. Он почувствовал, как по пальцам течет что-то теплое и липкое. Кровь. Один из охранников Ёнджуна, воспользовавшись его секундной заминкой, полоснул его ножом. Хенджин пошатнулся, но удержался на ногах. Боль была адская, но он не мог позволить себе упасть. Ёнджун стоял всего в нескольких метрах, окруженный остатками своей охраны. Хенджин стиснул зубы, целясь из пистолета. В глазах потемнело, в ушах зазвенело. Он должен был… должен был… Хенджин смог выстрелить, не зная куда. Не зная попал ли он в Ёнджуна или нет. К нему подбежал Чан, хватая его на руки, словно ребенка, и неся к машине. – Хван, ты должен жить. Не закрывай глаза, слышишь меня? Тебя дома ждет тот парень твой. Он же у тебя живет, верно? И я уверен, что ждет, – Чан пытался его подбодрить, понимая, что с каждой секундой Хенджин теряет силы. Чан уже сел за руль, но когда повернулся назад понял, что так они не доедут. – Блять, – прорычал он сквозь зубы. Он вышел из машины и открыл заднюю дверь. Пуговицы на рубашке оторвались, когда он потянул ее. Быстро сняв рубашку, он разорвал ее. – Потерпи. Чан буквально вдавил ее в рану, зная как это больно. У него уже был такой случай в прошлом, он знает, что нужно делать в таких ситуациях, как никто другой. – Держи. Не отпускай. Я не могу держать, мне нужно за руль. Давай. Ты сможешь. Где твой телефон? Хенджин попытался достать телефон из кармана, но у него ничего не вышло. Бан понял, где он, и вытащил его, дрожащими пальцами набирая номер Минхо.

***

– Блять, блять, блять, – Минхо метался по комнате, словно зверь в клетке, лихорадочно набирая номер их врача. Спустя бесконечные несколько секунд он услышал его сонный голос. Такое чувство, будто его разбудили посреди ночи, но это сейчас никого не волновало. – Приезжай. Хван ранен. Его везут в дом, – прохрипел Минхо, стараясь успокоить дрожь в голосе.

***

Феликс услышал, как хлопнула входная дверь и сразу же побежал вниз по лестнице, ожидая встретить Хенджина. Так и есть – это Хенджин, но совершенно обессиленный, словно выжатый лимон. Его бережно поддерживал Бан, потому что он упал бы, если бы попытался стоять самостоятельно. Так и есть – это Хенджин, но совершенно обессиленный, словно выжатый лимон. Его бережно поддерживал Бан, потому что он упал бы, если бы попытался стоять самостоятельно. Хенджин чувствовал, будто веки налились свинцом. Такие тяжёлые. А ещё так безумно хочется спать, словно он не спал уже несколько суток. А ещё эта адская боль… Невыносимая, пронзающая все тело. Он лежал на диване, когда увидел Феликса, и не смог не улыбнуться, несмотря на дикую боль. – Обещал, – тихо произнес Хенджин, словно извиняясь. – Идиот, – Феликс упал на колени рядом с ним, не в силах сдержать слезы. – Мне нужна твоя помощь. Подержи. Желательно прям давить. Да, ему будет больно, а тебе сложно, но это нужно, чтобы он выжил, – Бан говорил четко и по делу. Да, это сложно. Невероятно сложно делать больно любимому человеку, но выбора нет. Ещё хуже – осознавать, что если не это, то Хенджин просто умрет прямо у него на руках. Сквозь слезы, захлестывающие его с головой, Феликс смог. В какой-то момент Хенджин закрыл глаза, и только для Феликса эти несколько секунд длились как целая вечность, полная страха и отчаяния. Хенджин смотрел на Феликса, которого трясло от нервного напряжения. Он чувствовал себя виноватым в том, что довел младшего до такого ужасного состояния. – Терпи, хён. Пожалуйста… Только терпи, и не закрывай глаза. Прошу тебя, – Феликс умолял его, словно в молитве. Феликс аккуратно положил вторую руку ему на щеку, нежно поглаживая большим пальцем. – Ещё немного потерпи, – прошептал он, словно заклинание. Феликс видел, что сил у Хвана почти не осталось. По его измученному лицу было видно, что ему невероятно больно, хотя он и старался держаться из последних сил. Ликс старался успокоиться и успокоить Хенджина своими нежными прикосновениями и ласковыми словами. – Ты очень смелый, знаешь? – прошептал Феликс. Хенджин не мог ничего ответить, лишь слабо улыбнулся в ответ. Феликс нежно поцеловал его в щеку, а после посмотрел прямо в глаза, полные боли и отчаяния. – Я люблю тебя, хён, – признался Феликс, и слезы снова потекли по его щекам. Хенджин хотел что-то ответить, но даже дышать было невыносимо больно. – И я тебя… – прохрипел он едва слышно. Это все, что он смог произнести, а по его щеке скатилась одинокая слеза, которую Феликс аккуратно вытер своим дрожащим пальцем. – Пожалуйста, Хенджин. Не говори. Не трать силы, – умолял его Феликс. Дыхание Хенджина становилось все более слабым и прерывистым. – Хён… Пожалуйста… Ещё немного, хён, слышишь меня? – Феликс не сдавался, продолжая бороться за его жизнь. В комнате они были одни. Все остальные бегали по дому в панике и искали все необходимое, все, что попросил их найти приехавший врач. Хенджин больше не мог сопротивляться надвигающейся тьме. – Прости… – прошептал он, и по его щеке скатилась еще одна слеза, а затем он закрыл глаза, словно погружаясь в вечный сон. Он не сдержал своего обещания…