Прости меня сестра

Нил разглядел «Лисью нору» задолго до того, как они въехали в парковочную зону, — и мысленно проклинал всех, кто решил сделать корт настолько ярким. Рассчитанный на шестьдесят пять тысяч зрителей стадион располагался на окраине кампуса, угрожающе нависая над соседними зданиями, уступающими ему по высоте. Благодаря необычному цветовому решению арена еще сильнее выделялась на фоне остального: ослепительно-белые стены были окантованы ярко-оранжевой полосой, а на каждой из четырех сторон красовался гигантский отпечаток лисьей лапы. Нил попытался прикинуть, во сколько обошлось университету строительство и как, вероятно, горько об этом пожалело руководство, глядя на паршивые результаты «Лисов». Проехав мимо четырех парковок, они свернули на пятую. Там уже стояло несколько машин — скорее всего, сотрудников стадиона или слушателей летних курсов. А вот вдоль обочины, прямо у спорткомплекса, не было ни одной. Стадион со всех сторон был обнесён забором с колючей проволокой. Через равные промежутки вдоль него располагались ворота — чтобы распределять толпу в дни матчей. Сейчас все они были плотно закрыты и замкнуты на цепные замки. Нил подошёл к ограде и окинул взглядом территорию. Ни души. Сувенирные лавки и точки питания на лето забраны ставнями. Ники хлопнул Нила по плечу: — Скоро ты просто влюбишься во всё оранжевое, — пообещал он. Нил в этом сомневался, но сказал: — Впусти меня. — Идём. — Ники повёл его вдоль ограды. Они дошли до последних ворот. Автомобиль припарковали у входа под номером двадцать четыре, а над следующим уже висела табличка с номером один. Между ними темнела узкая дверь с электронным замком. За ней находился тоннель, делящий внешнюю территорию стадиона надвое. Чтобы пройти с одного конца на другой, пришлось бы войти внутрь, подняться и снова спуститься по трибунам. Кевин и Миньярды уже ждали их у этой самой двери. Аарон держал в руке бутылку виски. — Заходим здесь, — пояснил Ники. — Код меняется раз в два месяца, и тренер всегда сообщает об этом. Сейчас действует комбинация 0508. Май и август — месяцы рождения тренера и Эбби. Понял? Говорю же, они шпилятся. А у тебя когда день рождения? — В марте, — соврал Нил. — Жалко, пропустили. Зато в апреле тебя взяли в команду — засчитай это как величайший в мире подарок. А подружка что тебе подарила? — Чего? — не понял Нил. — Хватит прикидываться, у таких красавчиков, как ты, точно есть подружка. Или ты, может, на парней заглядываешься? Говори прямо, чтобы я не терзался в догадках. Нил безразлично смотрел на Хэммика, размышляя, с чего тот взял, что он будет рассказывать ему всю свою жизнь. Перевёл взгляд на цифровую панель, затем снова на Ники. — А тебе какое дело? — Просто спрашиваю. — Он хотел сказать, что сгорает от любопытства, — вмешался Аарон. — Не интересует — не то чтобы соврал, скорее слегка слукавил. — Идём уже. Пока они болтали, Кевин ввёл код и толкнул дверь. — Вперёд. Дважды приглашать Нила не пришлось. Он двинулся по тоннелю, теребя в кармане ключи. Тоннель заканчивался дверью с надписью «Лисы». Нил вопросительно посмотрел на Кевина, протянув ему связку — тот молча указал нужный ключ. Странно было вставить его в замок и услышать щелчок. Эрнандес иногда разрешал Нилу ночевать в школьной раздевалке, но даже не думал вручать ему ключи. Ключи означали доступ, допуск, статус члена команды.Наткнувшись на парня в раздевалке, он, наоборот, каждый раз отводил глаза, будто вовсе его не замечая. Ключи же символизировали официальный допуск и полную свободу действий — теперь Нил был полноправным членом команды. Сразу за входом располагалась комната отдыха. Большую часть пространства занимали три кресла и два дивана, расставленные полукругом перед тумбой с теле- и аудиоаппаратурой. Экран телевизора был неприлично огромным, и Нилу не терпелось посмотреть на нём какой-нибудь матч. Над телевизором на стене висел список спортивных и новостных каналов. Остальные стены занимали фотографии. Некоторые из них были профессиональными — командные снимки, яркие моменты с голов, — другие явно вырезали из журналов, но большая часть, судя по качеству и углам съёмки, была сделана самими Лисами. Они лепили их на свободные участки стен, закрепляя на скотч. Целый угол был посвящён фотографиям трёх девушек из команды. Экси считался совместным видом спорта, но не каждый университет приветствовал участие женщин. История Лисов гласила: в первый год ректорат Пальметто отказал Ваймаку, включившему девушек в заявку. Но после провального сезона администрация изменила мнение, и Ваймак набрал сразу троих. Более того, он назначил Даниэль Уайлдс первой женщиной-капитаном в истории НССА среди команд первого дивизиона. Поклонники экси и без того не жаловали Лисов, но Даниэль затравили. В первый год даже однокомандники не стеснялись насмешек. Женоненавистники винили её во всех неудачах. Но, несмотря ни на что, не имея поддержки, кроме как от Ваймака, Даниэль удержалась. Только через три года стало ясно, что Ваймак не ошибся. Лисы всё ещё оставались в числе аутсайдеров, но под её предводительством начали превращаться в команду и набирать очки. Увидев фотографии девушек, Нил задержался взглядом, стараясь охарактеризовать каждую. Дэн — сильная, как мать. Элисон показалась интересной — с ней, возможно, удастся подружиться. А в глазах Рене он уловил тьму — такую же, какую видел в своих собственных и в глазах того, кто заставлял его сердце биться чаще. Заметив, куда он смотрит, Хэммик ткнул пальцем по очереди в лица на ближайшем снимке: — Дэн, Рене и Элисон. Дэн — классная, но на тренировках загоняет. Элисон — коварная сучка, с ней лучше держать ухо востро. А Рене — просто няшка. Только смотри, не обижай её. — Иначе прилетит в лоб? — догадался Нил. Ники лишь усмехнулся и пожал плечами. — Идём, — поторопил Кевин. Они прошли по коридору мимо кабинетов «Дэвид Ваймак» и «Эбигейл Уинфилд». Третья дверь была отмечена красным крестом, а за ней — «Женская раздевалка» и «Мужская раздевалка». Кевин приоткрыл последнюю, позволив Нилу мельком взглянуть на ярко-оранжевые шкафчики, скамейки и плиточный пол. Нил хотел было задержаться, но Кевин уже уходил вперёд. Коридор заканчивался просторным помещением — фойе, как его называли Лисы. Здесь проводились послематчевые интервью, и отсюда был прямой выход на стадион. Оранжевые скамейки, белый кафельный пол, покрытый отпечатками рыжих лисьих лап, и куча оранжевых конусов в углу создавали особую атмосферу. Напротив входа была оранжевая дверь, справа — белая. — Добро пожаловать в фойе, — усмехнулся Ники. — Название придумал какой-то умник ещё до нас. — Умник — это международное признание, — буркнул кто-то. Эндрю уже сидел на скамье, вытряхивая таблетку из пузырька. Аарон передал Кевину украденную бутылку виски, тот передал её Эндрю, а затем спрятал пузырёк обратно в карман. Эндрю запил таблетку внушительным глотком. Кевин, бросив взгляд на Нила, указал на белую дверь: — Инвентарь — там. — Можно?.. — начал Нил. — Ключи доставай, — отрезал Кевин. Нил подошёл к оранжевой двери, и Кевин показал нужный ключ. За ней было темно, потолок терялся в высоте, едва различимые стены. Сделав несколько шагов за Кевином, Нил понял — они на поле. — «Лисья нора» в лучшем виде, — прозвучал голос Ники. — С приходом Кевина потекли деньги — обновили покрытие и стены. Теперь всё блестит, как яйца у кота. Тьма скрывала очертания трибун, но даже в полутьме сердце Нила колотилось от восторга. — Да будет свет, — раздался голос Аарона. Сначала зажглось аварийное освещение, затем огни побежали вверх по трибунам. Стадион оживал. Чередующиеся бело-оранжевые сиденья терялись в высоте. Нил подошёл к ограждению и, прижав ладони к холодному пластику, всматривался в поле. Поле было идеальным — с оранжевыми линиями и гладким деревянным покрытием. Стадион казался прекрасным… за исключением цвета. Восторг боролся с паникой: как он сможет играть здесь, после убогой милпортской коробки? Нил закрыл глаза, вдохнул полной грудью, представил скрежет столкновений, голос диктора, рев трибун. Он знал, что не заслуживает играть здесь — и всё же желал этого больше всего. Через три с половиной недели начнутся тренировки впятером, в июне подтянутся остальные, в августе стартует сезон. Нил открыл глаза — решение было верным. Судьба привела его сюда, и он обязан сыграть на этом поле, вдохнуть запах арены, услышать сигнал попадания мяча, увидеть вспышку контрольных лампочек. — Ну-ну, — отозвался Ники, прислонившись к стене. — Неудивительно, что он выбрал именно тебя. Нил посмотрел на него, но не понял слов. В голове по-прежнему тикал секундомер. Кевин всё ещё стоял неподалёку. В его взгляде не было выражения, но, встретившись глазами с Нилом, он кивнул на дверь: — Выдайте ему форму и инвентарь. Аарон и Ники проводили Нила до раздевалки. Эндрю не вышел вместе с ними на поле, но и в фойе его тоже не было. Куда он подевался? Нил подавил беспокойство и молча прошёл внутрь. В передней части раздевалки вдоль стены тянулись шкафчики с номерами и фамилиями игроков. В глубине помещения, в дверном проеме, виднелись раковины — Нил решил, что там душевая. Больше всего его сейчас интересовал собственный шкафчик. В последние недели его учёбы в Милпорте Эрнандес и Ваймак занимались вопросом экипировки. И хоть Нил знал, что найдёт внутри всё необходимое, увиденное всё равно его поразило. Пять комплектов тренировочной формы, плюс по одному для домашних и выездных матчей. Большую часть шкафчика занимала мягкая и жесткая защита; на верхней полке лежал шлем, а под ним — нечто ярко-оранжевое в упаковке. Нил осторожно развернул плёнку — это оказалась ветровка, по яркости не уступающая разметке поля. На спине светоотражающей краской было написано: «Лисы» и «Джостен». — Такую даже из космоса заметят, — пробормотал он. Ники засмеялся: — Дэн заказала их почти сразу, как пришла в команду. Сказала, что ей надоело быть невидимкой. Люди вокруг любят делать вид, будто таких, как мы, вообще не существует. Мол, мы — не их проблема. — Он провёл рукой по ткани. — Они не знают, как к нам подступиться. Думают, мы безнадёжные, и сразу сдаются, даже не пытаясь. Ники тряхнул головой, и на смену внезапной грусти пришла привычная улыбка: — Знаешь, часть прибыли от продажи билетов мы отправляем на благотворительность. Поэтому наши билеты чуть дороже остальных. Это идея Рене. Я ж говорю, она — просто золото. Ну, давай, натягивай уже лисью шкуру. Нил мысленно убил Дэн и проклял её тысячу раз. Он всерьёз подумал, не подарить ли кому-то ветровку или выбросить её. Пока Ники рылся в своём шкафчике, Нил собрал всё необходимое и отправился в туалет. Переодеваться в кабинке было неудобно, но за годы он довёл процесс до совершенства. Он снял футболку, надел защиту на плечи и грудь, покрутился, проверяя лямки, и сверху натянул джерси. Решив, что остальное можно надевать при других, Нил вернулся в раздевалку. Он переоделся в форменные шорты, уселся на скамейку, закрепил на ногах щитки, натянул длинные гольфы и обулся в специальные бутсы. Потом он надел хлопчатобумажные перчатки, застегнул их выше локтя, приладил налокотники. Краги он положил рядом с шлемом, чтобы забрать перед выходом. Волосы спрятал под оранжевую бандану. Осталось только защита для горла — тонкий ремешок с непростой застёжкой. С ним всегда было много возни, и порой казалось, будто он душит, но получить мячом по горлу хотелось ещё меньше. В фойе Ники подвёл Нила к кладовке, на которую ранее указал Кевин. Нил отпер дверь своим ключом. Аарон достал корзину с мячами, а Нил выдвинул стойку с клюшками. Каждому игроку полагались две, и его пара стояла последней в ряду. Он взял одну, медленно повертел в руках, оценивая вес. Темно-оранжевая, с белой полоской у основания и белой веревочной сеткой — пахла новизной. Настоящая мечта. Нил едва удержался, чтобы не зарыться лицом в сетку. В Милпорте он играл старой клюшкой из общего набора, а эту изготовили специально для него — от одной мысли об этом сердце учащённо забилось. Кевин по-прежнему стоял у плексигласового щита и молча наблюдал, как они надевают шлемы и краги. Он не сказал ни слова, когда Аарон повёл Нила к выходу. Нил отпер дверь третьим ключом и спрятал связку в крагу. Когда за ними захлопнулась дверь, он с удивлением посмотрел на Ники: — А Кевин не будет сегодня тренироваться? — Наш Кевин выходит на поле либо с Эндрю, либо один. Осенью, когда вратарём станет Рене, ему придётся переучиваться, а пока — пусть корчит сноба, — ответил Ники. — А где Эндрю? — Таблеток нажрался, наверное, лежит где-то в отключке. Придёт в себя — снова включит психа, — пожал плечами Ники. — А сейчас он не псих? — Неа. Больше похож на бездушного автомата. Нил ждал, что Аарон заступится за брата, но тот молча направился к центру поля. Нил пошёл рядом с Ники, лениво перебирая пальцами сетку клюшки. Оглянувшись на Кевина, всё ещё стоявшего за прозрачным щитом, он спросил: — Так он всё-таки может играть? Я слышал, будет чудом, если он вообще возьмёт клюшку в руки. — Левая рука у него почти не работает, — сказал Ники. — Теперь учится играть правой. — Серьёзно? — удивился Нил. Ники довольно улыбнулся: — Недаром его называют поехавшим гением. — Это не из-за гениальности, — вставил Аарон. — Он просто хочет кому-то досадить. — И это тоже, — кивнул Ники. — Хотел бы я посмотреть на рожу Рико, когда он увидит наш первый матч. Крысёныш. Кевин нетерпеливо постучал по ограждению, подгоняя. Ники только отмахнулся: — У нас вообще-то каникулы! — крикнул он, хотя Кевин его и не слышал. — Кстати, спасибо за помощь, — запоздало сказал Нил. — Чего? А, не парься. Отблагодаришь потом, когда никто не будет путаться под ногами. — Ты мог бы не флиртовать с ним при мне? — фыркнул Аарон. — Тогда иди прогуляйся и дай нам с Нилом познакомиться поближе. — Я всё Эрику расскажу. — Да ладно! Когда ты в последний раз вообще с ним разговаривал? Нил не помнил ни одного Лиса по имени Эрик — ни из нынешних, ни из бывших. — Кто такой Эрик? — Мой муж, — радостно сказал Ники. — Ну, будущий муж. Я жил в его семье, когда учился в Берлине. После окончания школы мы съехались. — Ты жил в Германии? — Ja, — подтвердил Ники. — Ты же слышал нашу тарабарщину? Это был немецкий. Близнецы даже начали учить его в школе — надеялись, что я помогу им с подготовкой к экзаменам. Если в универе решишь взять немецкий как дополнительный предмет — скажи, я тебе тоже помогу. Я в этом мастер. — Хватит болтать, давайте играть, — сухо отрезал Аарон, ставя корзину с мячами на землю. Ники театрально вздохнул: — Ладно, потом напомни — покажу тебе фото Эрика. У нас будут восхитительные дети! Нил нахмурился, сбитый с толку: — Он что, не живёт здесь? — О, нет. Эрик живёт в Штутгарте. У него там любимая работа с отличными перспективами, так что переезжать ко мне он не может. Изначально я собирался остаться в Штатах только до окончания школы близнецами, но когда тренер предложил мне стипендию, Эрик настоял, чтобы я не отказывался. Жить в разлуке тяжело, сам понимаешь... Но прошлое Рождество он приезжал ко мне, а в этом году я поеду к нему. Если тут всё заглохнет, вообще рвану в Германию на всё лето. — Он бросил выразительный взгляд в сторону Кевина, всё ещё стоявшего за прозрачным щитом. Следующие полтора часа Нил знакомился с набором стандартных упражнений. Все они были ему хорошо знакомы. Закончили тренировочной мини-игрой: нападающий против двух защитников, без голкипера. Хоть в рейтинге НССА Ники и Аарон и не числились сильнейшими защитниками, играли они в разы лучше любого старшеклассника из Милпорта. Наконец, Аарон объявил, что на сегодня всё. Нил поймал мяч на отскоке и бросил его в ведро к остальным. Остальные начали снимать шлемы. Ники, прижавшись щекой к плечу, вытер пот рукавом и улыбнулся: — Ну, как тебе? — Понравилось. Вы оба отлично играете. Ники просиял. Аарон только фыркнул: — Кевин убился бы об стену, если бы это услышал. Он считает, что мы зря коптим небо, — пожал плечами Ники. — Что ж, радует уже то, что ты не потащишь нас на дно, — подытожил Аарон. — Конечно, потребуется полсезона, чтобы вытянуть тебя до нужного уровня, но теперь я понимаю, почему Кевин тебя взял. — Кстати, — Ники указал подбородком в сторону ограждения. — Кажется, кое-кому уже не терпится испытать тебя в деле. Нил проследил за его жестом. На домашней скамейке «Лисов» он увидел Эндрю (тот, лежа вдоль сидений, подбрасывал мяч), Нил невольно засмотрелся на него, и Кевина, в руках которого откуда-то взялась клюшка. Кевин лениво вращал ее в руке, наблюдая за игроками на поле. Несмотря на плексиглас толщиной в полтора сантиметра и расстояние в половину поля, Нил физически ощущал на себе тяжелый взгляд Дэя. — Берегись, — предупредил Ники. — Методы у Кевина жесткие, цацкаться с тобой он не будет. На поле он вздрючит кого угодно, даже обдолбанного Эндрю. Точнее, кого угодно, кроме Рене, но она вообще не человек, а ангел, так что это не считается. Нил снова перевел взгляд на Эндрю. — Я думал, из-за таблеток он будет ползать по полю, как сонная муха. — Весной мы убедились в обратном. — Ники закинул клюшку на плечо и двинулся к выходу. — Видел бы ты это зрелище: Эндрю чуть череп Кевину не снес — и снес бы, если бы Кевин не закинул его клюшку на другой конец поля. Прямо не терпится посмотреть, как ты будешь между ними скакать. — Охрененно, — пробормотал Нил, а на замечание Ники мысленно добавил, что скакать будет только для одного красивого блондиночка. Подхватив ведро с мячами, он зашагал вслед за остальными к трибунам. Услышав, как хлопнула дверь, ведущая на поле, Эндрю сел и бросил мяч Ники, потом достал из-под скамьи оставленную там бутылку виски и открутил крышку. — Долго же вы, — произнес он. — Пока дождешься, от скуки сдохнуть можно. — Ну, ты же дождался. — Хэммик повесил шлем на клюшку, чтобы освободить руки и забрать у него бутылку. — Слушай, может, тебе уже хватит? Эбби меня запинает, если разнюхает, что ты пил. — Вообще не моя проблема. — Эндрю одарил его белоснежной улыбкой, от которой у Нила подкосились ноги. Ники повернулся к Аарону, ища поддержки, однако тот молча направился в раздевалку. Тогда Ники приставил палец к виску и изобразил, что вышибает себе мозги, после чего поспешил за товарищем. Нил двинулся было за ними, однако по пути имел глупость посмотреть на Кевина. Их взгляды встретились, и Нил понял, что просто отвернуться уже не получится. Лицо Кевина было непроницаемо, но Нилу его выражение явно не сулило ничего хорошего. — М-да, сезон нам предстоит нелегкий. — А что еще ты хотел от новичка? — От обычного ничего, от тебя — многое. Нил пропустил эту подначку мимо ушей. Кевин шагнул вплотную к нему, вцепился в сетку его клюшки и потянул снаряд на себя. Не говоря ни слова, Нил лишь крепче стиснул рукоятку. Пожалуй, Кевину удалось бы одержать верх, дерни он резче, однако он, судя по всему, не планировал этого делать. — Не хочешь стараться для всех, будешь играть для меня, — бросил он. — Сам по себе наверх ты ни в жизнь не пробьешься, поэтому слушай, что я говорю. — На какой еще верх? — Если сам не понимаешь, тебя остается только пожалеть. Нил молча уставился на Кевина. Ясное дело, что таким, как он, Нил Джостен, «пробиваться» некуда. Даже если Ниель хочет убить отца, это не означает, что у него есть будущее. Наверное, Кевин прочел это по его равнодушному лицу, потому что протянул свободную руку и накрыл глаза Нила ладонью. — Забудь про стадион, — сказал он, — про «Лисов», про свою бездарную школьную команду и про семью. Не думай ни о чем, кроме экси и того, куда он может тебя привести. Что ты видишь? Свести жизнь к такому примитиву? Что за нелепость? Одним лишь усилием воли Нил сдержал кривую усмешку, однако ее тень, видимо, все же мелькнула на его губах, потому что Кевин снова дернул клюшку на себя. — Сосредоточься. Нил попытался вообразить мир, в котором он не живет под чужими именами, в котором Нил Джостен — это он и есть. Его опять покоробило при мысли о том, какой примитивной могла быть его жизнь, однако он все же поборол отвращение и обратил мысленный взор к экси. А в действительности — рожден ли он для этого спорта или оказался здесь и сейчас случайно, в силу обстоятельств? Экси — единственный луч света в его загубленном детстве. Он помнил, как мать возила его на тренировки Малой лиги — на стадион, расположенный в часе езды от Балтимора. Там никто не знал его отца, там тренеры давали ему играть по-настоящему. Мать и Ниель громко болели за него, не обращая внимания на вооруженных до зубов телохранителей, которые следили за каждым их словом и шагом. На воспоминания, смутные и обрывочные, накладывала отпечаток кровавая реальность (деяния отца), так не вовремя появившая болезнь сестры, и все же Нил отчаянно за них цеплялся. Только в этих воспоминаниях его мать и сестра улыбались. Сейчас Ниель будто погасла и медленно умирала внутри. Тихо. И погружалась в безметежное спокойствие. Он помнил, как долго играл в команде Малой лиги, помнил тяжесть клюшки так же хорошо, как тяжесть пистолета. Эта мысль отрезвила его и одновременно вернула к действительности. Через погоду он можете умереть, и такая личность, как Нил Джостен, исчезнет, перестанет существовать. — Тебя, — наконец выдавил он. Кевин снова потянул клюшку на себя, и на этот раз Нил разжал пальцы. — Я могу на тебя рассчитывать? Ничем хорошим для команды это не закончится, но сейчас лучше об этом помалкивать. — Можешь. — Нил все понял, — объявил Кевин, опустив руку и бросив на Эндрю выразительный взгляд. — А-а, так его полагается поздравить! Ладно, но мне его поздравить нечем, а потому попрошу остальных, чтобы сделали это за меня. — Эндрю поднялся на ноги и снова отхлебнул из бутылки. — Здорово, Нил. Вот так встреча! — Мы сегодня уже встречались, — сказал Нил. — Если это очередной твой фокус, то зря стараешься. Эндрю ухмыльнулся, не выпуская изо рта горлышка бутылки. — Не будь таким подозрительным. Ты же видел, как я принимал таблетки. Если бы не закинулся, корчился бы сейчас где-нибудь от ломки, выблевывая собственные кишки. Правда, мне все равно хочется блевануть от этого вашего фанатизма. — Упоролся, — констатировал Кевин. — Он всегда предупреждает меня, когда пропускает таблетки. Так как ты понял, что перед тобой он, а не брат? — Они похожи, но не во всем, — Нил пожал плечами. — Один презирает твою страсть к экси, а другой это не замечает, — прокомментировал Нил, хотя мог бы выделить и другие различия, но вовремя остановился. Кевин перевел взгляд на Эндрю, но тот смотрел только на Нила. Переварив услышанное, Миньярд фыркнул: — О, у нас тут шутник завелся? Спортсмен, студент и комик в придачу — сколько достоинств в одном человеке! Как повезло «Лисам»! Скорей бы уже увидеть, что еще он умеет. Может, устроим конкурс талантов? Только попозже. Кевин, погнали, я жрать хочу. Кевин вернул Нилу клюшку, и все трое пошли в раздевалку. Аарон и Ники были в душевой. Услышав шум воды, Нил опустился на скамейку. — К Эбби в таком виде нельзя, — заявил Кевин. — Прими душ. — Я не буду мыться вместе с остальными, — сказал Нил. — Когда все выйдут, тогда и помоюсь. Не хотите ждать меня — езжайте, сам найду дорогу. — Опасаешься Ники? — подмигнул Эндрю. Нил на мгновение замер. Он постарался собраться и ответил: — Ники тут ни при чем. Это вопрос приватности. — Если хочешь стать звездой, про личное пространство забудь, — презрительно бросил Кевин. Он мысленно возразил: «Я вообще-то пытаюсь сохранить вам психику, а тебе не переломать менталку и не отправить в запой.» Склонившись к нему, Эндрю прикрыл рот ладонью, но не потрудился понизить голос: — Ему есть что скрывать, Кевин. Я залез в кабинет тренера и полистал его личное дело. Как ты думаешь, что наш Нил прячет под одеждой — синяки или шрамы? Я думаю, шрамы. Вряд ли это синяки, раз колотить его некому. Родителей-то нет, а? Нил поразился, насколько Эндрю попал в точку. Миньярд, в свою очередь, повернулся к Нилу. — Душевые здесь отдельные. Когда строили стадион, Ваймак поставил кабинки. Ректорат отказался за них платить — типа к чему такая роскошь, так что тренер выложил деньги из собственного кармана. Сам убедись, если мне не веришь. Ты же мне не веришь, да? Кстати, правильно делаешь. Нил, сделав вид, что не слышал, встал со скамьи и направился в душевую. Его взгляду предстали раковины с зеркалами до потолка; по одну сторону от них — туалет, а по другую, за поворотом, душ. Заглянув за угол, Нил убедился, что чутье его не подвело — вдоль стены в ряд стояли отдельные душевые кабины. Высокие стенки обеспечивали полное уединение, а дверцы были оборудованы защелками. — Видал? — выпалил Эндрю прямо ему на ухо. Из-за шума льющейся воды Нил не услышал, как он подошел, и уже инстинктивно хотел двинуть ему под ребра, но Эндрю успел перехватить его локоть и со смехом отступил. — Тренер так и не объяснил, зачем нам кабинки. Наверное, считал, что мы должны оплакивать наши феерические провалы в одиночестве. Все самое лучшее для восходящих звезд экси, да? — Восходящих звезд? Это вряд ли. Потеснив Эндрю, Нил направился к своему шкафчику. — Согласен, — кивнул Эндрю, — «Лисы» из дерьма не выберутся никогда. Но попробуй сказать это Дэн, и она тебе уши отгрызет. Захватив бутылку виски, он двинулся к выходу. — Кевин, жду в машине! После того как Эндрю ушел и дверь закрылась, Нил взял вещи и пошел в душ. Наскоро вымылся, начал одеваться и недовольно поморщился. Вентиляторы исправно гоняли воздух, предотвращая появление плесени, однако в помещении все равно стояла тяжелая влажная духота, от которой одежда липла к телу. Нил провел пятерней по мокрым волосам и вернулся в раздевалку. Ники и Аарон показали, где хранить защиту, чтобы она проветривалась, и куда складывать грязную форму. Выходя, Аарон погасил свет, а Нил запер дверь. Кевин и Эндрю ждали у машины. Забрав у Эндрю ключи, Ники жестом подозвал Нила. — Сегодня можешь сесть впереди, но только в честь первого дня. Имей в виду, Кевин ненавидит ездить сзади. — Мне не принципиально, — пожал плечами Нил, но близнецы и Кевин уже устроились на заднем сиденье: Аарон и Эндрю — по бокам, Кевин — посередине. Эндрю оказался как раз позади Нила, и тот надеялся, что ехать придется недолго. Иначе его сердце не выдержит. Эбигейл Уинфилд жила в одноэтажном домике в пяти минутах езды от университетского кампуса. Поскольку подъездную дорожку уже занимали два автомобиля, Ники припарковался на обочине. Парадная дверь была не заперта, и все пятеро вошли без стука. В ноздри ударил густой запах чеснока и горячего томатного соуса. Ваймак и Эбигейл хлопотали на кухне. Тренер рылся в ящике со столовым серебром и ворчал себе под нос. Не обращая на него внимания, Эбби что-то помешивала на плите. Ваймак первым заметил «Лисов» и наставил указательный палец на Ники: — Хэммик, иди сюда. Постарайся хоть раз в своей никчемной жизни принести пользу. Стол сам себя не накроет. Теперь обернулась и Эбигейл. — Ну-у, тренер, — жалобно протянул Ники, — почему всегда я? Вы же уже начали, так, может, сами и закончите? — Закрой рот и берись за дело, — прорычал Ваймак. — Эй, вы двое, ведите себя прилично, у нас все-таки гость, — приструнила их Эбби, отложив ложку и направляясь к парням. Ваймак окинул взглядом всю компанию. — Не вижу тут гостей. Нил — один из «Лисов», и только из-за того, что он первый день в команде, плясать вокруг него никто не будет. Пусть сразу зарубит себе на носу: в этой команде никто с ним нянчиться не будет, иначе в июне реальность преподнесет ему жестокий удар. — Дэвид, хватит уже чесать языком, следи лучше, чтобы в кастрюле с овощами не выкипела вода. Кевин, посмотри, как там хлеб — он в духовке. Ники, займись сервировкой. Аарон, помоги Ники. Эндрю Джозеф Миньярд, если это то, что я думаю, ты у меня схлопочешь! Эбигейл попыталась отнять у Эндрю виски, но он лишь засмеялся и нырнул в коридор. Она как будто бы хотела броситься за ним, но ей помешал стоявший на пути Нил. Он шагнул в сторону, уступая дорогу, однако Эбби ограничилась тем, что метнула убийственный взгляд на Ники. — А что я должен был делать? — виновато потупился Хэммик, вместе с Кевином и Аароном приступая к своим обязанностям. — Отнять силой? Я что, идиот? — Эбигейл оставила его реплику без ответа и посмотрела на Нила. — Значит, ты у нас Нил. А я — Эбби, командный медик и временно квартирная хозяйка этой братии. Они тебя не обижают? — Не волнуйтесь, всему свое время, — подал голос Эндрю. — К августу мы его пообтешем. — Только посмей повторить прошлогоднюю историю… — начала Эбби. — И сюда пригремит Би, — перебил ее снова появившийся в дверях Миньярд. Бутылку он где-то оставил и, дабы умиротворить Эбби, предъявил пустые ладони. — С Мэттом у нее хорошо получилось, да? Нила она запросто расщелкает. Вы ведь пригласили ее на ужин? — Пригласила, но она отказалась. Сказала, не хочет создавать неудобств. — Там, где Эндрю и Ники, всегда сплошные неудобства, — буркнул Ваймак. Эндрю не стал утруждать себя оправданиями и перевел взгляд на Нила. — Би — универский мозгоправ. Раньше работала с малолетними преступниками, потом перешла к нам. Приглядывает за потенциальными самоубийцами и психами, всякое такое. Она наша персональная нянька. В августе тоже с ней поболтаешь. — Это обязательно? — спросил Нил. — Да, спортсмены обязаны беседовать с психотерапевтом раз в семестр, — подтвердила Эбби. — Первая встреча — просто знакомство; узнаешь, где ее кабинет, расскажешь о себе. Второй раз будет весной. Конечно, если понадобится, ты можешь прийти к ней в любое время и вообще договориться о регулярных посещениях. Консультации психотерапевта входят в стоимость обучения, так что пользуйся возможностью. — Бетси отличная, тебе она понравится, — заверил Ники. Нил сильно в этом сомневался. Он помнил, как в детстве его отвели к психотерапевту, а потом все рассказали его отцу, который в тот же день запер его в подвале на неделю без еды и воды, а сестру — в комнате на две недели. Мол, почему она не следила за тем, что он говорит. — Ну что, начнем? — Эбби жестом пригласила Нила и Эндрю пройти в комнату. Нил расхотел есть, но деваться было некуда, и он сел за стол — подальше от Кевина и Эндрю. Рассевшись, все замолчали и начали наполнять тарелки, но как только принесли горячую лазанью, беседа возобновилась. Нил предпочитал молчать; его больше интересовало, как ведут себя остальные. Время от времени общий разговор разделялся на маленькие беседы: Кевин и Ваймак обсуждали весенние тренировки и новобранцев из других команд, а Ники развлекал всех болтовней о фильмах и сплетнях о незнакомых Нилу звездах. Эндрю слушал Кевина и тренера, но не вмешивался, лишь бормотал что-то себе под нос и гонял еду по тарелке. В одиннадцатом часу вечера Ваймак решил откланяться, и Нил ушел с ним. Поездка в машине вдвоем с тренером стала для него самым серьезным испытанием за день. Эндрю, конечно, был шизанутым, но к мужчинам, годящимся ему в отцы, Нил испытывал стойкое недоверие. Всю дорогу он сидел на пассажирском сиденье, напряженный, как струна. Вероятно, Ваймак почувствовал это, потому что до самого дома не проронил ни слова, и только закрыв за ними входную дверь, задал вопрос: — Проблемы с парнями? Нил покачал головой и незаметно отодвинулся подальше. — Разберусь. — Они не знают границ, — вздохнул Ваймак. — Если зайдут слишком далеко и у тебя не получится поставить их на место, обращайся ко мне, понял? Полного контроля над Эндрю у меня нет, но Кевин — мой должник, и я могу действовать через него. Нил кивнул и направился к своей сумке. — Будешь весь год носить шесть футболок? — Восемь, — поправил его Нил. — И позже куплю еще. Ваймак изогнул бровь, но от комментариев воздержался. — Прачечная на цокольном этаже. Стиральный порошок в тумбочке под раковиной. Берите все, что нужно, и на кухне тоже не стесняйтесь. Лучше уж ты возьмешь последнюю ложку хлопьев, чем будешь шугаться, как уличный кот. — Я понял, тренер. — Мне нужно заняться бумагами. Ты как, нормально? — Хочу выйти на пробежку. Ваймак молча кивнул и ушел. Отложив спортивные штаны в сторону, Нил запихал пижаму под диван, сбегал в туалет, переоделся и бросил сумку. Ваймак, погруженный в работу, даже не поднял головы, хотя на прощание что-то буркнул. Нил закрыл за собой дверь, сунул ключи в карман и двинулся вниз по лестнице. Он сам не знал, куда идет и где окажется, но это было неважно. Нужно было просто дать ногам направление, и они унесут его подальше от всех мыслей о сестре и о том, как она там в "Воронах". Именно этого он сейчас и хотел.