Одна судьба на двоих

      Взявшись за руки, так быстро и, до боли медленно, две души летят вниз. Две души, которые только нашли друг друга, вновь вынуждены расстаться, чтобы опять найтись. Иронично. Руки крепко держаться друг за друга. Даже жизнь не смогла их разлучить, почему это должна сделать смерть? Крики людей становятся все тише и тише. Нет страха, нет паники, нет абсолютно никаких чувств, лишь незаконная любовь и надежда. Надежда в пустоту.       Подскакивая на кровати, мужчина стряхивает со лба холодный пот. Каждую ночь ему сниться этот сон. Сон или ничего. Одно хуже другого, но вот что странно. В обоих случаях больно. Больно так, что хочется кричать. Словно ножом режут душу, забираясь руками в сердце и сжимая его настолько сильно, насколько хватает сил. Сколько бы не хотелось, как бы парень не старался, от этой боли избавиться невозможно, лишь смириться. Смириться и жить дальше.       Хватаясь руками за голову, Ин У старается прийти в себя. Не сразу, но боль начинает отступать, оставляя за собой послевкусие опустошения. Послевкусие к которому уже привыкли. Пару минут глаза смотрят в одну точку, а затем в голове начинает разрываться звоночек о том, что пора бы собираться на работу. На работу, где каждый день приходится, сжимая кулаки, наблюдать недоступную любовь. Любовь, словно раньше уже были знакомы, как будто родственные души. Бред. А может нет?       Отбрасывая навязчивые мысли, Ин У поднимается с кровати. Медленно направляясь к стулу с одеждой, парень натягивает на себя чёрные брюки. Хватая с дверной ручки вешалку с рубашкой, он аккуратно надевает её на себя. Застегивая пуговицы он заглядывает в свое отражение. Зеркало, которое висит на двери, показывает внешний вид жалкого парня, который в свои 22 года является чертовым гением, но все также жалок. Красивый, но недостойный этой красоты. Встряхивая голову, Ин У отворачивается от своего отражения, хватая свою сумку и очки, он медленно выходит из квартиры, попутно закрывая за собой дверь. — И так, на этом мы заканчиваем наш урок. — закрывая учебник, учитель аккуратно берёт мел в руку. — на следующий раз, попрошу подготовить пересказ о том, что мы сегодня читали. — выводя буквы алфавита в слова, а затем и в предложения. Рука почему-то дрожит, но буквы получаются четкими и красивыми. Как жалко.       Дописав домашние задания, Ин У аккуратно начинает стирать с доски все лишнее, пока ученики медленно покидают класс. Руки все также дрожат, странное чувство страха и волнения начинает смешиваться внутри, формируя комок из странных надежд на то, что его любовь осталась сидеть за партой. Глупо. Зачем ему ждать его, если они совершенно чужие друг другу люди…       Полностью очистив доску от мела, Ин У кладет тряпку на раковину, а затем поворачивается лицом к классу. Руки вновь начинают подрагивать, а губы сжимаются в ниточку, когда он замечает то, чего хотел пару минут назад. Его любовь, молодой парнишка сидит за последней партой, первого ряда от окна. Он не сводит глаз с учителя ещё несколько минут, а затем поднимается со своего места. — Лим Хён Бин, вы что то хотели бы узнать? — пряча дрожащие руки в карманы брюк, парень смотрит на приближающегося к нему, школьника. Милого, красивого, высокого, спортивного школьника, который, хоть и не знает, но заставляет сердце Ин У биться все сильнее и сильнее. — Да, учитель, я хотел бы с вами поговорить. — приблизившись вплотную к Ин У, Хён Бин заглянул в глаза старшего, словно пытаясь в них найти что то. — вы не знаете, почему я так странно себя чувствую?       В воздухе повисла тишина. Тишина не понимания слов и счастья от такой близости. — в каком смысле? — медленно делая шаг назад, учитель отводит глаза в сторону. — вот и я бы хотел узнать это, в каком. — твёрдый голос загоняет старшего, все быстрее и быстрее, в ловушку из которой выбраться будет ужасно сложно. — вы преподаёте у нас несколько месяцев, а я все эти месяцы чувствую себя так, словно знаю вас. Знаю все что вы любите, все что вам нравится, чего хочется и что вы ненавидите, может вы объясните мне, почему же это так.       На лбу выступили капли пота. То ли от нервов, то ли от неоднозначности всей ситуации, но сказать, как бы сильно не хотел Ин У, не получалось. Будто ком в горле, который не позволял словам вылететь наружу и совершить ошибку. — молчите.. — делая шаг навстречу, парень прижимает учителя к раковине, опираясь руками по обе стороны от того. — а мне больно. Два месяца, каждый день я вижу один и тот же сон. Два парня летят вниз с тарзанки. Каждый раз просыпаясь, я чувствую, словно это я. Становится невыносимо больно, но когда забываю, вы входите в класс и вот перед глазами это сон. Учитель. — я..я. — слова не клеились в предложения. Мозг, словно отключился, стоило услышать о сне. И вот глаза уже не ищут спасения где то на полу, они медленно поднимаются по телу младшего, останавливаясь на лице. — я не знаю. Тяжёлый вздох. Напряжение, как натянутая струна, готово порваться в любую секунду. Только Ин У не хочет ждать этого, он рвёт её быстрее, выставляя руки впереди, отстраняя парня от себя. Ладони в ту же секунду начинают гореть, будто перед ним пламя, а не человек. Но почему-то от этого становится так приятно, так странно и приятно. — Хён Бин, прости, мне кажется, ты переступаешь черту. — подрагивающий голос учителя раздаётся эхом по классу. Ноги быстро уносят парня подальше от ученика. В противоположную сторону от двери, будто-бы не хотят покидать, не хотят терять этот шанс, хоть и понимают, что это все так неправильно.       Хён Бин наблюдает за тем, что происходит с Ин У, он не торопиться действовать, он изучает, что ему дозволено. Но что еще страннее, он пока не знает, что ему дозволено все.       Тихо вздохнув, парень двигается с места в сторону учителя. Медленно, шаг за шагом он приближается к нему со спины, ведь так от него не смогут убежать. — Учитель, вы верите в реинкарнацию? — останавливаясь за спиной Ин У, произносит Бин, надеясь получить, хоть сейчас, ответ. — наверное.       Подойдя ближе, младший прижимает учителя к подоконнику, вновь заключая в ловушку. Опять так близко, так мучительно близко. Хочется отстраниться, разум дает понять, что нужно останавливаться, но тело не слушается. Его толкают к краю, а он и не сопротивляется. Он вовсе не против, чтобы его столкнул это малец. — тогда.. — зарываясь лицом в макушку старшего, шепчет парень. — выходит мы реинкарнация прошлого, учитель.       Становится ужасно душно. Воздуха не хватает, а рубашка начинает душить, даже если не застегнута до конца. Что же это такое. Его так тянет к этому пареньку. Каждый раз, когда он видит его, его разум пустеет, а сердце начинает дрожать все сильнее. Словно.они и правда судьба друг для друга. — пожалуйста, не неси бред. Ты же пожалеешь о том, что сейчас сказал. Это ошибка, заблуждение, в которое я тебя ввёл. — рука медленно поднимается к лицу, закрывая глаза, чтобы не видеть этот мир, не видеть того, кто стоит сзади. — а вы не пожалеете? Я два месяца пытался понять, почему так происходит? «Я же люблю Хён Су, так почему мои мысли забиты им?» Знаете сколько раз я задавался этим вопросом в голове. — сжимая кулаки, Хён Бин сильнее прижимается носом к мужчине. — я читал обо всем, но ничего не подходило. Везде говорилось одно «первая любовь», но черт возьми, я влюбился позже. Мое сердце, моя душа нашли вас быстрее, чем мой разум.       Последняя капля упала в бокал с терпением. Стенки переполнились, выливая все наружу, затапливая голову до конца. Поворачиваясь лицом к Хён Бину, парни встречаются взглядами друг с другом. Их лица на расстояние миллиметра. Горячо. — пожалею. Я чувствую тоже самое, тот же сон, все что ты описал, я ощущаю столько же, сколько и вижу тебя. Мне ужасно больно от понимания того, насколько неправильно все это. Наша разница в возрасте всего 3 года, но это не меняет сути. — голова падает на плечо младшего. — ты — ученик, я — учитель, то что с нами происходит — неправильно. — неправильно. Но не правилам писать за нас судьбу, ведь так? — медленно укладывая руку на голову старшего, парень зарывается пальцами в каштановые волосы. — простите меня, но я не хочу отпускать вас опять.       Чуть сжав волосы на затылке, Хён Бин заставляет учителя приподнять голову. Он заглядывает в эти глаза, чужие, но такие родные. Он знает их, знает чего они хотят на самом деле, а не на словах. Только вот, глаза учителя не знают, чего желает его сердце. Медленно наклонившись, Хён Бин выдыхает маленький поток воздуха в губы старшего, а затем нежно касается их. Теплые, дрожащие и родные. В голове начинают мелькать картины, складывать пазл и открывать замки к ответам. Минутная слабость, вечная любовь. Отстранившись, парень накрывает своей рукой руку старшего, сплетая пальцы в замочек. — Прости, что тогда не успел провести. Прости. — слеза, неосознанно потекла по щеке младшего. Поздно говорить это, но лучше так, чем вообще никогда.       Все последующие слова были лишними. Все, что прозвучало дальше не имело бы значения, ведь судьба прошлого, все же свела несчастные души воедино, опять. Она искупила вину, за то, когда отняла его любовь в первый раз.       Спустя столько времени и попыток, наконец то вновь вместе. Дрожащие руки обвили талию младшего, прижимаясь к нему сильнее, будто тот вот вот может исчезнуть. — я скучал. — прошептал Ин У, зарываясь лицом в грудь Хён Бина. Их последняя попытка увенчалась успехом. Теперь никаких страданий, боли или снов, после которых хочется умереть. Теперь можно просто жить, любить и не отпускать друг друга. Никогда.