О том, как блудить в отражениях

      Не смотреть в ту сторону, не смотреть. Лучше проверить осанку, поменять положение затёкших ног и приветливо улыбнуться подошедшим к ним гостям: лысому толстячку с женой и взрослым сыном. Вроде бы на этого толстячка вчера на выезде указывал Межечка, упомянув рудники и ранение сына? Бияла благожелательно выслушала очередные витиеватые поздравления и пожелания, потому что после наступал приятный момент, когда начинал говорить её муж: такой взрослый, умный, красивый и величественный! Бросив внимательный взгляд на Межечку, она постаралась повторить то, как гордо он держал голову, давая понять, кто здесь главный, но при этом умудряясь выглядеть милостивым, а не высокомерным. Услышав про рудники, Бияла уверилась, что правильно узнала гостей, и, когда толстячок по традиции обратился к ней, мягко улыбнулась ему и его семье:       — И я благодарю вас, господин Панзи, за верную службу князю и народу Готрона. Мой муж рассказывал о ваших трудах — рада, что медными рудниками занимается такой талантливый человек, как вы. Но не забывайте о своём здоровье и принимайте заботу вашей драгоценной жены, — она приветливо кивнула скромной полненькой женщине. — Госпожа Панзи, судя по тому, что ваш сын сегодня одинаково хорошо владеет обеими руками, ваши усилия увенчались успехом. Рада за вас обоих, — Бияла кивнула на чуть застеснявшегося молодого человека. — Младший господин Панзи, ваши химические опыты очень важны, но в дальнейшем поберегите себя — будьте осторожнее.       Ценнее всяческих славословий семьи Панзи был тёплый взгляд Межечки, которому, несомненно, приятно слышать от окружающих, какая замечательная у него жена. И Бияла рада, что он сейчас вновь в этом убедился. Но Межечка и не мог ошибиться с выбором: ведь он очень мудрый для своих тридцати двух лет, а ещё он давно дружил с императором Долины. Светозарнейший Дэйвэн, зная о талантах двоюродного племянника, самолично благословил его на княжение.       Мама последние восемь лет частенько напоминала, как их семье повезло: сватался к Бияле усыновлённый Мэйлен, а долгие годы ждал её взросления уже светлейший князь Готрэн. Правда отец всегда добавлял, что замуж Бияла выйдет только за того, за кого сама захочет, но как такого потрясающего Межечку можно не… любить? Её прекрасный сказочный князь тоже любил её: вот уже неделя прошла с их свадьбы, но каждую ночь он был таким же нежным, как в первую брачную. Зря её пугали подруги: при должной подготовке неприятных ощущений практически не было — как и говорил Межечка.       Только вот последние пару дней в серых глазах её мужа начинала мелькать тоскливая печаль, стоило его взгляду упасть на рыжих близнецов-телохранителей. Конечно, он старательно пытался скрыть эту печаль от окружающих и даже от самого себя — вот как сейчас, когда, переглянувшись с Медяком, князь еле заметно ему кивнул, показывая, что готов к беседе со следующим гостем и возможным неожиданностям, с тем связанным. А дальше ей лучше не смотреть! Потерпи ещё немножко, Межечка. А она пока старательно не будет смотреть на тех, кто шёл за дворянином из северных земель, чья семья весьма удачно пережила и войну с Итиланом, и разборки с контрабандистами, и даже покушение на князя. Бывший глава семейства даже обвинялся в участии в заговоре, но наказания смог избежать, своевременно улизнув на другой континент и передав всё имущество формально непричастному сыну. Состояние рода уменьшилось в десятки раз, малолетние сыновья нового главы были отданы на обучение в Готр, но семья смогла сохранить положение в обществе.       Пронырливый хлыщ закончил заваливать льстивыми восхвалениями и пожеланиями Межечку, который слушал его с ледяным спокойствием, и переключился на княгиню. Дослушав его речь, Бияла чуть изогнула губы в милостивой улыбке:       — Рада знакомству, господин Хундани, и благодарю за тёплые пожелания. Теперь мне понятно, в кого ваши милые сыновья такие умные и проницательные. Насколько я помню, они учатся в том же военном училище, где воспитывался сам светозарнейший император? В последнее время, я слышала, старший радует достижениями и вас, и своих преподавателей. Успешные дети — это счастье для родителей.       Ещё Бияла слышала, что через пару месяцев после начала обучения троих избалованных дворянчиков вышибли из училища в заведение с гораздо более строгими правилами и двое младших до сих пор там оставались. Старший оказался действительно умнее и приложил все усилия, чтобы вернуться обратно в училище и на сей раз вести себя на занятиях гораздо прилежнее.       Хлыщ наконец откланялся, и Межечка переглянулся с рыжиками, вновь скрывая всплеск щемящей тоски под опущенными тёмными ресницами. Вот теперь пора. Бияла чуть прижалась к мужу и тихо шепнула ему на ухо:       — Сегодня можешь пригласить Сила и Мила присоединиться ночью к нам в постели.       Межечка недаром был князем — он прекрасно держал себя в руках. Она услышала лишь, как сбилось его дыхание, а бросив быстрый взгляд, увидела как разверзается бездна обожания в засиявших счастьем серых глазах. Да, любимый, твоя жена сделает всё, чтобы ты не печалился, а радовался жизни. Потому что Бияла не обманщица, предающая своего суженого. А та сучка ещё не раз пожалеет, что так подло поступила с самым прекрасным в мире мужчиной!       Межик переглянулся с рыжиками лишь мельком, но они как-то сразу всё поняли — Бияла с удовлетворением поймала благодарные и восхищённые взгляды близнецов и в полной боевой готовности встретила следующих гостей самой искренней и радостной улыбкой:       — Хони, как же я рада вас видеть!       Огромный амбал в идеально подогнанном костюме чуть поклонился, соблюдая формальности, и широко ухмыльнулся в ответ:       — А уж как я рад, Синичка! Прости, на вашу свадьбу мы не успели: обстоятельства задержали меня на целую неделю.       — Главное, что приехали. Рада познакомиться с твоей женой, — Бияла вежливо кивнула низенькой долинке, которая на фоне огромного Хони выглядела мелкой колобушкой. — Героическая женщина, которая смогла обуздать самого любвеобильного кигги на всём континенте. А может, и на всём свете.       Князь молча кивнул, оставляя беседу с этими гостями за женой. Полезно в очередной раз напомнить готронскому дворянству, что старший сын Фрея Путеводного считал княгиню практически младшей сестрой. Как и его брат Дик — муж императрицы. А эти двое были официальными предводителями самых мощных военных сил на континенте: боевых кланов долинских и итиланских «тюленей».       — Рада познакомиться, ваша светлость, — поклонилась госпожа Фолг. — Благодарю за тёплые слова.       Тёплые? Да от них пылать должно, потому что весь континент наслышан о постельных подвигах Хони. А тот уже нагло ухмылялся Межечке:       — Как удачно я сберёг тебя для такой красавицы-жены, да, сладкий?       Бияла шагнула вперёд и, подняв руку высоко вверх, отрицательно помахала пальцем перед глазами Хони:       — Это мой муж. Не смей смотреть на него с такими мыслями!       От волнения она чуть промахнулась и слегка задела Хони по лицу, на что тот искренне заржал и добродушно обнял её одной рукой, другой машинально потирая нос:       — Какая жадная Синичка! Вся в папочку Алча. Ладно, оставляю Межика в твоё полное пользование — всё равно он прям сияет и смотрит на тебя как кот на сметану. И не только он. Рад за вас, Межик. Совет да любовь, как говорится.       — Благодарю, — невозмутимо кивнул князь и сам слегка приобнял шагнувшую назад Биялу. Жест собственничества, неожиданно оказавшийся весьма приятным для юной княгини.       Да всё вообще шло отлично! Если даже Хони заметил, как счастлив Межечка, то его жена уж точно должна понять, что её бывшему жениху откровенно повезло, что она показала своё истинное лицо ещё до замужества, и сейчас он наслаждается жизнью, даже не вспоминая о первой невесте! Жаль, конечно, что их семья опоздала на свадьбу. Потому что праздник получился просто идеальным: Межик был сказочно красив — сам светозарнейший с улыбкой признал, что князь в тот день выглядел более величественно, чем сам император. А принцесса Айюна, принимая участие в сборах невесты, дала весьма дельные советы по выбору аксессуаров и использованию косметики. Правда, сама Айюна Прекрасная была практически не накрашена и одета в скромное светлое платье тоном потемнее наряда невесты. Пусть она и говорила, что у матери трёхлетнего юэнаи нет никакого желания одеваться броско и красочно, но Бияла была уверена — её кузина сделала это специально, чтобы не затмевать скромной красотой счастливую невесту, в тот день и так экзотично яркую для долинки.       Гости празднества неоднократно повторяли, что кузины Бияла и Айюна прекрасны как солнце и луна, но никто из Дэйвэнов даже не подумал на это обижаться. Дядя Фрей, наоборот, сказал, что это хорошо зайдёт их подданным-готронцам для подъёма патриотизма: пусть гордятся, что их княгиню сравнивают красотой с Айюной Прекрасной. Сама Бияла прекрасно понимала, что её двоюродная сестра была абсолютным совершенством: изящно-тонкие черты лица, одухотворённый взгляд больших прозрачно-серых глаз, фарфоровая кожа, острый ум и образцово-идеальное поведение на людях. А в неофициальной обстановке она была самой любящей и заботливой сестрой, которая уже не раз просматривала судьбу Биялы в разных вариантах будущего, предостерегая от возможных ошибок. Но Бияла и сама знала, что будет счастлива только с Межечкой. А те просьбы посмотреть её будущее с одним-другим симпатичным поклонником — это лишь любопытство и избалованное злоупотребление даром Айюны. За несколько лет они обе прекрасно уже усвоили, что во всех случаях, кроме одного, взрослая Бияла больше всего жалела о том, что предпочла своему идеальному Межику кого-то неподходящего…       — Ты всегда хотела большую семью, а я созрел только сейчас, — благодушно кивнул князь своей первой невесте — к удивлению чуть отвлёкшейся на воспоминания Биялы.       А что это он ей «тыкает»? И вообще, весь такой милый? Хочет продемонстрировать окружающим, что так хорошо к ней относится? Неужели Межечка до сих пор что-то испытывал к этой профурсетке?!       Почувствовав взгляд жены, князь с нежной улыбкой повернулся к ней, но, заметив что-то в выражении лица, тревожно насторожился и вопросительно приподнял брови. Бияла, вернув лицу скромное и доброжелательное выражение, успокаивающе опустила ресницы, и Межечка вновь обратился к гостям:       — Вы приехали семьёй? Где же ваши цветы жизни? Представите их нам?       Госпожа Фолг, чуть смутившись, начала было оправдываться:       — Не всем нашим мальчикам привычен дворцовый этикет…       …но Хони уже сложил пальцы в замысловатом жесте — и к нему стремительно подбежала целая толпа: пятеро разноразмерных мальчишек и на одном из них верхом — мелкая девчушка.       — А князь — это не так круто, как король или император… — со знакомой непосредственностью успел ляпнуть кто-то из сыновей, но тут же поймал от папаши суровый взгляд, надёжно заткнувший рот.       Госпожа Фолг, сконфузившись ещё больше, даже слегка покраснела и поспешила представить детей княжеской чете. Бияла машинально повторяла вежливые кивки за супругом, уже успокоив свою ревность: он просто следовал этикету. Ранее он заметил очевидное: самым важным для госпожи Фолг были её дети, а некоторая полнота — последствие, похоже, не только нескольких родов, но и намечающийся седьмой цветок на семейной клумбе. Бияле даже показалось, что Межечка, заметив её реакцию, постарался явно продемонстрировать своим поведением, что главное для него — душевное равновесие жены, а бывшая невеста — перевёрнутая страница в его жизни.       Дождавшись, когда холодно-отстранённый князь завершит обмен формальными любезностями с первой невестой, Бияла шагнула вперёд и, чуть пригнувшись к невысокой долинке, тихо посоветовала:       — В саду над малым прудом поставили лавочки — удобнее за детской площадкой наблюдать. Чтобы не на ногах, — она с мягкой улыбкой кивнула на чуть заметный живот, поймав в ответ недоверчиво-растерянный взгляд.       Но ещё приятнее, чем непонимание в глазах озадаченной изменницы, был взгляд Межечки: он откровенно гордился и восхищался своей женой. Значит, именно такого поведения он от неё желал. Хорошо, что она не обманула его ожиданий. И всё-таки, как радостно, что он почувствовал её переживания, и его общение с бывшей невестой стало ещё более протокольным. Конечно, со стороны могло показаться, что это реакция на бестактные слова одного из фолговских цветков жизни, но Бияла чувствовала, что муж делал это ради неё — очевидно, хотел сделать ей приятно. Возможно, в ответ на её недавнее предложение пригласить в супружескую постель его любимцев, но скорее всего, потому что Межечка просто идеальный. И она сделает всё, чтобы он был счастлив.