Ты стал моим несчастьем, Калеб

Перед глазами рябили лучи света. Габриэль ворочился во все стороны, дабы избежать отвратительного покалывания глаз. Внезапно, парень ощутил чужой хват на своем плече, который не давал ему пошевелиться. Кто это? Разве здесь был кто-то ещё? Он медленно приходил в себя, собирая воспоминания из разных уголков головы.  Открыв глаза, сразу сощурился от света кухонной лампы. Выпалил бы несколько матов, но смена обстановки не дала покоя. Почему он на кухне? Разве не должен  сейчас стоять перед дверью, прогонять Калеба из общежития? Точно, Калеб! Хронология восстановилась, Габриэль на эмоциях едва не подпрыгнул, но чужая рука продолжала удерживать его. – Ты как? – послышался обеспокоенный голос. – не ушибся?  Впервые голос айдола звучал так.. виновато? Только жалеть его, в этом помещении некому. – как я? Блять, тебе от самого себя не мерзко? Ты правда, ничего не замечаешь, раз спрашиваешь? Всё ещё не понял? – голос Габриэля был тихим, пропитанным  злостью и обидой.  – Совсем  не мучила совесть, когда ты ехал сюда?  Рука на его плече ощутимо сжалась, Габриэль был готов высказаться и на это, но увидев лицо Калеба, который впервые за это время, обдумывал ситуацию, не решался заговорить.  – Габриэль, ты можешь высказать всё, что обо мне думаешь.. – он не посмел сказать ничего более. Калеб понимал, что извинения никак не помогут, а оправдать себя и подавно не сможет.  – Ты сейчас смеешься? Сам ещё не понял, что я о тебе думаю? – он больше не смотрел на него, не хотел. – Ты кошмар в моей жизни, Калеб. Я проклинаю тот день, когда мы встретились. – Габриэль говорил сцепив зубы, старался не показывать нарастающую боль. Он не заметил как чужая рука отпустила его плечо, не увидел как фигура айдола начала отдаляться. – Отдыхай, Габриэль. – произнес он шепотом, стараясь успокоить самого себя. Его силуэт исчез в дверном проходе, но прежде чем хлопок оставленный закрытой дверью разнёсся по общежитию, голос второго, заставил его застыть на месте. – Я правда не понимаю.. – его голос дрожал, как и руки лежащие на коленях. – не понимал, как бы не пытался.. Почему ты уничтожаешь мою жизнь? Для чего ты стал мои несчастьем, Калеб? И пусть айдол не видел всей картины, дрожащего голоса было достаточно. Он действительно заигрался, настолько, что и сам не видел выхода из собственной клетки.  В тишине  из кухни доносились всхлипы, а в коридоре прислонившись к стене стоял Калеб, поджал хвост от страха, как маленький щенок.