Авантюра, которая ему не понравилась.

Шанс позволил себе упасть на спинку дивана позади себя, положив одну ногу на другую. Он нащупал свое кремневое ружье, чтобы убедиться, что оно все еще надежно спрятано, лениво оглядывая пространство. Деревянные стены и тусклый, теплый свет хижины словно обещали выжившим надежное убежище. Он не обращал внимания на легкие шаги, раздававшиеся поблизости, 007n7 появился в его поле зрения, прижимая к груди несколько срубленных поленьев, по-видимому, с небольшим трудом, но эксплуататору удалось сбросить их на камин, не уронив ни одного, и на мгновение встряхнуть руками, словно это избавит его от боли в руках. Пока 7n7 взяв зажигалку после недолгих поисков и снова опустился на колени перед камином, Шанс полез в карман за монетой, изучая её некоторое время, прежде чем бесцельно подбросить в воздух. Решка. 7n7 с трудом пытался разжечь поленья в течение минуты или двух, пока Шанс продолжал подбрасывать монету, вскоре послышался треск пламени, за которым последовал другой, огонь распространялся и танцевал внутри камина. 007n7 сидел там целую минуту, уставившись на огонь, Шанс бы сказал что-нибудь, если бы это не происходило ежедневно. Мысли парня всегда были где-то в другом месте. С нарастающим жаром костра родитель-одиночка, казалось, вырвался из этого состояния и отступил, вытирая пот со лба и осматривая игрока на диване. Шанс наклонил голову, снова подбрасывая монету. Орел.   «Через час или два мы отправимся за припасами, у нас заканчивается еда.», — сообщил ему бывший хакер, медленно возвращаясь туда, откуда пришел. «Я... полагаю, ты не идешь?»   Шансу не очень нравились поездки за припасами, и, вероятно, все это уже знали. Редко случалось, что убийца преследовал группу, когда они собирали продукты в не самых посещаемых местах. Другими словами: скучно. Он снова подбросил монету, и выпала решка. «Нет. Вы, ребята, развлекайтесь». Отец-одиночка вышел, кивнув головой, оставив Шанса наедине с потрескиванием огня. Здесь не было стольких трудностей, с какими обычно сталкиваются в обычных поездках, все, кроме него, предпочитали мирно искать припасы, а не чинить технику, когда за спиной таится угроза смерти. По началу, конечно, его союзники находили это странным, но Шанс полагал, что они быстро привыкли к его выходкам, связанным с поиском неприятностей.   Ну, он искал не совсем неприятностей. Это было захватывающе. Это был вызов. Это было весело, потому что это было рискованно. И если он может поддержать своих союзников, рискуя, это два зайца в одном. Конечно, он не хотел видеть, как его товарищи по команде страдают, если он терпит неудачу, но всё всегда возвращается в норму после полного выздоровления, поэтому Шанс никогда не думал об этом слишком долго. Это также относилось к нему самому.  («Как ты мог положиться на такое опасное оружие?» Он помнит, как Эллиот спросил его об этом в первые месяцы, пребывания Шанса с группой выживших, он звучал раздраженно, но его глаза говорили Шансу, что он боится. Чего он тогда не понял. «Не используй его, когда ты выглядишь так, будто в любой момент можешь упасть. Пожалуйста».)  Его ухмылка дрогнула, монета снова приземлилась решкой вверх. Эллиот не прошел бы через эти муки, если бы его кремневое ружье просто не взорвалось в первый раз. Он бы заметил, как Джейсон пытается подкрасться к нему после того, как Шанс застрелил серийного убийцу и убежал невредимым. И он стал бы шашлыком, если бы твое ружье не сработало или если бы ты не смог прицелиться как следует во второй раз, напомнил другой голос в его голове, Шанс заставил себя снова улыбнуться. Он мог бы быть благодарным за это, да.   Говоря о сотруднике, он... не просыпался с тех пор, как уснул у него на руках. Он был без сознания почти два дня, и Шанс никому не признавался, что беспокойство разъедает его изнутри, несмотря на то, что Гость утверждал, что с рабочим все будет в порядке. Гость отнес бедолагу в хижину после того, как забрал его у Шанса (Шедлецкий также бросил на Шанса взгляд. Самодовольный взгляд. Шанс явно этого не оценил.) и зашил его раны, чтобы они зажили как следует, затем заменил бинты и также переодел его в чистую запасную одежду, которая хранилась в хижине. Ветеран войны, вероятно, потерял бы больше своего времени на сон, пытаясь присматривать за другим выжившим, если бы его не уложил в постель Строитель. Гость всегда становился таким, когда кто-то получал травму. Было несколько забавно видеть, как он обращается с ранеными, как со своими детьми, о которых ему нужно заботиться. Альтруистическая натура и отцовские инстинкты смешались в одно целое, предположил Шанс. Он видел, как ветеран время от времени поглядывал на фотографию женщины и маленькой девочки с каштановыми волосами. Было очевидно, что он скучал по ним.   Шанс убрал монету, не зная, что делать с собой. Он на мгновение задумался о том, чтобы пойти с остальными, но быстро передумал, посчитав, что смотреть на стену веселее, чем стоять, и стоять без дела, не имея любимого кремневого ружья и монеты. Он мог бы предложить игру в карты тому, кто останется. ..И подождать, пока Эллиот проснется. Черт, он ведь вообще ничего не ел, не так ли? Как человек без сознания может получить пищу?? Он действительно понятия не имел. Гость подумал об этом? Предполагал ли родитель, что Эллиот уже проснется? Шанс постучал ногой по полу, лишь вполуха обращая внимание на большую часть группы выживших, которая уже выходила. Он также не обращал внимания на время. Преувеличивал ли 007n7 или уже прошел как минимум час сидения здесь? Шанс покачал головой с улыбкой, когда Строитель спросил, идет ли он с ними, и тот кивнул, ухмыльнувшись, и последовал за Ту Таймом. Он увидел, как Гость бросил неуверенный взгляд, и взгляд этот упал на него - к неуверенности добавился намек на доверие. Конечно, никто не может быть уверен на сто процентов, когда дело касается Шанса.   Работник казино сидел там еще некоторое время, может быть, полчаса, уставившись в камин, а Нуб сидел неподалеку в кресле справа. Игрок предложил выжившему поиграть в карты, но Нуб вежливо отказался, не назвав причину, и Шанс не собирался больше его беспокоить. Он не был уверен, но полагал, что Шедлецкий тоже остался, может быть, он захочет поиграть. Нубу обычно нравились поездки за припасами, Шанс задавался логичным вопросом, почему тот захотел остаться, но он не стал долго об этом думать, вернувшись мыслями обратно к Эллиоту. Шанс потянулся за своими солнцезащитными очками, чтобы потереть глаза, и встал с легким вздохом. Нуб с любопытством наклонил голову, пока тот проходил мимо широкого дверного проема туда, где у выживших были импровизированные кровати. Несколько двухместных диванов были сдвинуты вместе, чтобы обеспечить больше места для лежания, на всех были разбросаны разные виды подушек и одеял. На верхнем этаже лежали четыре матраса, а на первом этаже пространство перед стеной занимали еще четыре импровизированных сиденья из ресторана. Он слышал, что сначала они поселились на этаже повыше, но, поскольку выживших становилось все больше, им не хватало места на маленькой площадке наверху. Строитель рассказал ему, что сначала были только Нуб и он, затем Шедлецкий, позже присоединился 007n7, за ним Гость, Эллиот и Ту Тайм один за другим, а позже и сам Шанс - хотя между прибытием каждого из членов группы был всего лишь промежуток в месяц или два. Никто не ожидал, что группа так сильно разрастется, многие жертвы попадали сюда, просто никому не удавалось выжить. Поскольку Шедлецкий и Строитель технически были лидерами и очень хотели защитить других выживших, они спали на разных этажах, чтобы лучше присматривать за всеми. Присоединившись к группе позже других, на первом этаже были он, Эллиот, Ту Тайм и Шедлецкий. Платформа наверху обеспечивала связь между всеми выжившими, ничего плохого, кроме жалоб на храп, из этого не вышло. Иногда Шанс заводил разговор с теми, кто был на балконе, если тому было скучно или он просто не мог заснуть. (И часто получал просьбы замолчать или успокоиться, если он это делал, когда все пытались заснуть, конечно.)   Шедлецкий сидел на одном из двойных диванов, прислонившись спиной к стене. Казалось, он не делал ничего особенного, просто любовался сталью своего меча в данный момент. Шанс посмотрел в угол, где на другой паре двойных банкеток лежали дополнительные подушки, тепло-желтые, выглядывающие из-под красного мягкого одеяла. Козырек Эллиота висел наверху одного из сидений, ожидая, когда его поднимут и наденут. Сжимающее чувство в груди вернулось, и Шанс заставил себя отвести взгляд, поправив шляпу и повернулся к Шедлецкому. Администратор прищурился, заметив, что внимание переключилось на него. «Хочешь поиграть в карты?» — предложил игрок, держа руку открытой в воздухе. «Бильярд? Дартс?» Он наклонил голову в сторону бильярдного стола и мишени для дартса, стоявших позади него слева от комнаты, уверенно ухмыляясь. Шедлецки выглядел так, будто сопротивлялся закатыванию глаз. В какую бы игру ни играл Шанс, работнику казино всегда сопутствовала удача. Мечник был убежден, что тот сможет выиграть игру, даже не зная, как играть. Пока Шанс ждал ответа, слева от него послышался шорох ткани, отчего он на мгновение впал в панику, и его ухмылка пропала, а голова метнулась к источнику шума. Шедлецкий поднялся со своего места, слегка оттолкнув Шанса с дороги, чтобы тот мог пройти. Шанс поправил свои солнцезащитные очки и шляпу, прежде чем последовать за администратором, губы его по привычке снова скривились в ухмылке.   Он на мгновение вздрогнул, увидев, как Эллиот со скоростью света сел там, где его погрузили в сон, красное одеяло соскользнуло ему на колени, а Эллиот зашипел сквозь стиснутые зубы и схватился за грудь от боли. Ну, это довольно... вовремя. «Ого... Расслабься, мужик», — Шедлецкий положил руку на плечо рабочего, меч теперь, казалось, был в его инвентаре, вне поля зрения. «Не рви швы». Эллиот выглядел немного сбитым с толку, глядя и на администратора, и на игрока, как будто не узнавая их.   «Проснись и пой, разносчик пиццы». Шанс ухмыльнулся ему, скрывая, насколько он нервничал в данный момент, хотя в то же время и испытывал огромное облегчение. Он был жив, с ним все в порядке, с ним все будет в порядке. Беспокойство о том, что он был недостаточно быстрым, чтобы спасти его, улетучилось, еще один груз с его плеч скинут. На долю секунды Эллиот выглядел не впечатленным, но это быстро исчезло, когда его лицо снова сморщилось, доставщик позволил себе съехать с двойного сиденья ровно настолько, чтобы оказаться где-то между лежачим и сидячим положением, его руки расположились на груди и животе. Точно. Шанс повернулся направо, чтобы проанализировать пространство возле обеденного стола в другом углу комнаты, и, не увидев никакой еды в нескольких ящиках на полу, он предположил, что все, что у них есть, находится наверху. 007n7 не лгал, когда говорил, что у них мало еды, место на углу этого стола обычно всегда было занято едой, которой наверняка хватило бы на пару недель. В данный момент там стояло всего несколько пластиковых бутылок с водой.   «Сейчас вернусь», — сообщил Шанс, быстро отойдя, Шедлецкий с любопытством посмотрел на него краем глаза, прежде чем фехтовальщик сказал Эллиоту что-то ещё. Он не обратил на это внимания. Шанс снова прошел через гостиную, мельком взглянув в сторону камина, чтобы увидеть Нуба, отключившегося на кресле в позе, которая совсем не выглядела удобной, рукой нащупав перила лестницы, прежде чем повернуться, чтобы подняться по деревянным ступеням. Он слегка запыхался, когда поднялся до верхнего этажа (Он привык бегать от убийц, которые охотятся на всех, но никак не на лестницу. Почему он был такими уставшим?) и ступил на платформу, одеяла на кроватях других выживших были аккуратно сложены и положены поверх матраса. Даже если кто-то из них не заботился об аккуратном виде, Шанс догадался, что остальные все равно сложили свои одеяла. Он шагнул в сторону нескольких ящиков и коробок, которые были сложены у стены рядом с едва работающим телевизором и кресло-мешками, присев и осмотрев то, что у них было на данный момент. Пара пакетов с пастой, несколько консервированных фруктов, пакеты чипсов и печенья, бла-бла-бла. Работник казино схватил консервированный суп, чтобы прочитать этикетку — томатный, и улыбнулся про себя, это, возможно, лучшее, что он смог найти. Вспоминая случаи, когда сам Шанс и другие ребята получали травмы, твердая пища была не совсем тем, что их желудки приветствовали с распростертыми объятиями. И Шанс знал, что желудок Эллиота предпочел бы избавиться от любой пищи сразу после дискомфорта, чем переварить её ради выживания доставщика. Отчасти поэтому сотрудник никогда не использовал свою собственную пиццу для себя, так как тошнота и рвота только замедляли его в погоне — но он сказал Шансу, что хочет просто сохранить её для других. «Им она понадобится больше, чем мне. Я не хочу сидеть и смотреть, как они страдают...».   («...Ты особенно! Перестань умирать!» После этого разговора Шансу прямо в лицо бросили пиццу, а тот смущенно показал Эллиоту большой палец.)   Шанс широко улыбнулся воспоминаниям, вставая, чтобы быстро спуститься по лестнице, отметив, что Нуб проснулся, чтобы принять более удобную позу, потирая глаза. Он шагнул в правый угол комнаты, которую все они использовали чаще всего, и опустился на колени рядом с длинным деревянным столом, взяв чистую ложку и бутылку воды из одного почти пустого ящика. Когда он подошел, он услышал, как фехтовальщик что-то ещё болтает Эллиоту — Шанс подумал, что тот, вероятно, резюмирует произошедшие события. Пока Шедлецкий наблюдал за приближающимся игроком, он похлопал Эллиота по плечу в успокаивающем жесте и встал с того места, на которое он опирался.    «Я пойду проверю Нуба, вам двоим приятно поболтать. Скоро поправишься, приятель!» Администратор направив «пистолет из пальцев» в Эллиота с яркой улыбкой, затем повернулся, чтобы выйти из комнаты, Шанс бросил на него взгляд вслед. Шедлецки повернул голову ровно настолько, чтобы дать Шансу тот же взгляд, который он получил тогда, когда ведущий конкурса увидел, как тот нес раненого Эллиота в своей куртке, держа его на руках, словно защищая. Нуб был оправданием, он знал, что он делает. Шанс не знал, как реагировать, поэтому он просто сохранил бесстрастное лицо и снова обратил свое внимание на Эллиота. Теперь он отчетливо видел, что теперь на работнике был мягкий светло-коричневый свитер, по дизайну напоминающий шубу олененка. Он... выглядел в нем, довольно очаровательно, волосы снова были растрепаны, но Эллиоту, похоже, было все равно, потому что он уже надел свой козырек обратно. Несколько секунд они неловко смотрели друг на друга, на лице Эллиота появилась легкая улыбка, а сонные глаза на мгновение наполнились весельем (и привязанностью?).   «Эй», — поприветствовал Эллиот, Шанс протянул ему бутылку, консервированный суп и ложку, которые он взял с искренней улыбкой. «Эй». Эллиот принял предметы и сел, чтобы слегка отодвинуться в сторону, когда Шанс пристроился рядом с ним на другом сидении из двух, которые были объединены, отодвинув часть красного одеяла, чтобы не сидеть на нем. «Привет. Рад видеть тебя снова на земле живых». Шанс пошутил, закинув руку на спинку сидения, повернувшись к нему боком, чтобы иметь возможность поддерживать разговор с парнем. Эллиот в это время глотал воду, вытирая рот тыльной стороной ладони, бутылка была допита за несколько секунд. «Спасибо», — сказал доставщик, отставляя пустую бутылку в сторону, чтобы выбросить ее позже, а рука снова легла ему на грудь. Его голос звучал немного хрипло, но это было намного лучше, чем когда он истекал кровью. «...Не только за еду, гм», — Эллиот отвернулся и, держась за консервированный суп, убрал руку от туловища, чтобы схватить язычок и потянуть его в противоположном направлении, открывая металлический инструмент вялыми движениями. «...За все, я думаю. Практически спас мне жизнь... Дважды. Ты, э-э, это ведь ты выстрелил в него, верно?» Сотрудник пиццерии поднял глаза, чтобы встретиться с его взглядом за толстыми солнцезащитными очками, взяв в руки ложку, которую ему дали, и окунул ее в банку.    «Не кто иной, как самый удачливый человек на свете», — театрально указал Шанс большим пальцем на свою грудь и гордо подняв подбородок, заслужив смешок от другого. Хотя Эллиот заставил себя остановиться после очередного приступа боли от швов, доставщик все еще продолжал ухмыляться. «Конечно, конечно. Он чуть не убивал себя по меньшей мере пятнадцать раз.». Эллиот наконец поднял ложку в руке, чтобы сделать глоток томатного супа, глаза на мгновение расширились, вероятно, осознав, насколько он голоден. Шанс должен был подумать о том, чтобы принести еще одну консерву и бутылку воды, на всякий случай. Ну, ничего страшного, он сможет сделать это немного позже.   «Я бы сказал, что я твой должник», — сказал Эллиот, проглотив пару ложек, «Но я думаю, что ты должен мне, может быть, где-то раз сорок». Он ухмыльнулся работнику казино, который игриво приподнял бровь. «Я буду щедрым и посчитаю это за три». Ого. Проснулся всего несколько минут назад, а уже так жесток.   «Хэй!» — рассмеялся Шанс, он бы толкнул локтем того, кто пониже, если бы не волновался о том, что может навредить ему в и так уязвимом состоянии. Эллиот попытался проглотить еще одну ложку супа сквозь смех, но потерпел неудачу, Шанс ещё больше забеспокоился, когда он на пару секунд задохнулся, продолжая смеяться. «Не рви свои швы от смеха», — съязвил он, и внутри него забурлило что-то теплое и приятное. «Это был бы глупый способ умереть, а?».   Смех обоих вскоре стих, и атмосфера перешла в уютную тишину, Шанс просто сидел за компанию с выжившим поменьше, пока тот ел. Иногда он слышал, как Шедлецкий говорил о чем-то из другой комнаты, Нуб, казалось, был рад просто слушать, без необходимости отвечать, положив локти на скрещенные ноги, слушая с интересом и время от времени кивая головой, камин потрескивал в качестве фонового шума.   «..Итак», — снова начал Шанс, когда Эллиот почти закончил есть суп, а тот с любопытством наклонил голову. «О том, что ты сказал на обратном пути, ты хочешь поговорить об этом сейчас?» Шанс опустил голову набок, сохраняя простую улыбку, как он и всегда делал. Эллиот сначала казался сбитым с толку, затем отвел взгляд, когда его лицо опустилось, поставив пустую банку рядом с также пустой бутылкой воды вместе с ложкой, которая все еще находилась в ней, на пол, движения рассчитаны так, чтобы не слишком сильно сгибать туловище.   «Я просто...» Доставщик начал объяснять, колеблясь и долго раздумывая над тем, какие слова использовать. Шанс терпеливо сидел, не позволяя своей улыбке дрогнуть, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы подбодрить его продолжать. «Все вы можете делать крутые, полезные вещи! У Строителя большие познания в инженерии, которые он может применить к различным вещам, чтобы поддержать нас. Целительная машина, сделанная на заказ! Как же это круто? Шедлецки опытен в бою на мечах, и он очень универсален в этом! Ту Тайм очень проворны и налетают, чтобы выдержать удар или два, и у них всегда есть предмет, который нам может понадобиться, и они предлагают его нам». Как только рабочий начал говорить, его скорость не уменьшилась, и Шанс слушал его с той же сосредоточенностью, что и тогда, когда его латал.   «Я даже не знаю, как Гость может быть таким сильным! Он всегда заботится о нас. А ты — только ты имеешь смелость полагаться на такое нестабильное оружие. Ты всегда появляешься из ниоткуда, чтобы помочь нам оглушить того, кто преследует нас, когда нам это больше всего нужно, и твоя меткость тоже потрясающая! Ну, в большинстве случаев... Ты такой безрассудный, глупый, храбрый, везучий и невезучий одновременно, что это меня немного удивляет». Эллиот замолчал, чтобы нервно улыбнуться ему, Шанс ответил на его жест смешком. «Спасибо приятель!» Он убедился, что его тон дает понять, что он не в обиде, ухмыльнувшись шире обычного с чувством гордости за то, что кто-то другой мог счесть оскорблением.   «7n7.. Тьфу», тон и лицо Эллиота стали кислыми от одного имени парня, и Шанс не мог не найти это очаровательным. Было ли что-нибудь в работнике, что не было милым?? Шанс заставил себя снова сосредоточиться на разговоре, ёрзая на сиденье, подтянув ноги и согнул их внутрь, чтобы сесть, скрестив ноги, перед Эллиотом. «Я все еще не в восторге от него, но... Его клоны иногда могут быть довольно полезны, я полагаю. И он обычно легко может выбраться из неприятностей». Доставщик пожал плечами, Шанс замычал в ответ. Он знал, почему ему не нравится эксплуататор, он уже упоминал об этом игроку раньше. Хотя 007n7, казалось, питал тонны вины за свои прошлые поступки, Шанс знал, что прощения так быстро не добиться, и одинокий родитель, вероятно, прекрасно это осознавал.    «Нуб также может выбраться из неприятностей и избежать их! Он следит за нами и пытается помочь, насколько это возможно, принося предметы и сообщая нам о местонахождении убийцы и состоянии других выживших». Эллиот закончил список группы, сделав паузу, чтобы собраться с мыслями, прежде чем продолжить. Он теребил одеяло на коленях. «И я знаю, что мои пиццы полезны, но... Я просто, иногда так часто косячу! И нет ничего, что я могу сделать, чтобы это исправить, кроме как починки генераторов. Иногда мне кажется, что я только втягиваю вас в еще большие неприятности, когда пытаюсь помочь... Сколько раз кого-то ударяли, потому что он был сосредоточен на попытке поймать кусок пиццы — я просто расстроен собой».   Тишина висела в комнате несколько секунд, Эллиот, казалось, становился все более нервным с каждой секундой. Шанс положил локоть на колено и наклонился вперед, уверенная улыбка вернулась, когда Эллиот оглянулся на него.   «Ты недооцениваешь себя, мужик. Позволь мне сказать тебе, что я не видел никого, кто был бы быстрее тебя, для начала». Работник казино начал, поддерживая зрительный контакт, даже если его не было видно из-за его солнцезащитных очков. «Ты также знаешь, как выбраться из неприятностей! Просто ты должен в них попасть, чтобы попытаться поддержать нас, понимаешь? Твои пиццы не только очень вкусные, но и отлично помогают с регенерацией. Ты добровольно идешь навстречу опасности ради благополучия своей команды, это также делает тебя храбрым, не думаешь?» Шанс прислонился щекой к ладони и другой рукой сделал указательный палец пистолетом в сторону Эллиота, что-то засверкало в глазах работника.   «И я уверен, что ты видел, как мы все в какой-то момент ошибались. Остался бы я цел и невредим перед тобой без тебя?» Шанс поднял бровь, Эллиот подавил смешок. Они оба знали ответ. «А может, дело в том, что тебе не так часто удавалось увидеть, как другие терпят неудачу, потому что эти ребята сразу же на тебя нападают». Эллиот слегка потянул одеяло вверх. «Иногда Строитель не замечает окружения, когда выполняет свою работу. Я видел, как он так увлекался, собирая машину, что не замечал убийцу прямо перед своим носом. Величайший игрок SFOTH промахивается чаще, чем ты думаешь. Я до сих пор помню случай, когда Шед настолько плохо рассчитал удар, что его меч застрял в деревянной стене, и он не мог вытащить его назад до конца поездки. Как ты думаешь, почему мы в конце концов получаем травмы? Да потому, что все мы хотя бы раз в поездке попадаем в неприятности. И поверь мне, мы бы не бросились сразу за пиццей, если бы это не стоило того».   Краем глаза Шанс увидел, как Шедлецкий поднял взгляд из другой комнаты при упоминании его имени. Он сомневался, что тот сможет полностью понять, о чем они говорят, с учетом расстояния и непринужденно-низкой громкости их тона. Шанс глупо помахал ведущему конкурса, Эллиот также уставился в сторону гостевой зоны хижины после жеста Шанса. Шедлецкий повернулся к Нубу через пару-тройку секунд, обычно тихий выживший, казалось, говорил о чем-то нервно, но было похоже на то, что ему это нравится, Шедлецкий уделил этому особое внимание.    «Ту Тайм не могут предсказывать и иногда оказываются застигнутыми врасплох. Гость может действовать слишком быстро или слишком медленно, я часто видел, как он слишком рано ставит блоки. Он также однажды чуть не ударил меня прямо в лицо, когда я подошел к нему, а он меня не услышал. Я слышал, как 007n7 тоже однажды неправильно набрал команды и случайно наполовину застрял в земле? Было бы забавно увидеть это...» Шанс пробормотал это, не упоминая о Нубе— он знал, что он и так старается изо всех сил. И он был хорош, вот в чем дело! Просто ему не хватало уверенности.   «Что??» Рабочий снова попытался сдержать смех, но не смог, Шанс наслаждался улыбкой другого. «Я-я не думаю, что смог бы спасти тебя от этого удара, даже с целой коробкой пиццы», — добавил Эллиот, Шанс присоединился к хихиканью после фырканья. Он не упустил из виду то, как Эллиот все еще тянулся к своему торсу, и не был уверен, стоит ли ему прекратить юморить или нет - хотя игрок решил не делать этого. Просто это не его стиль.   «Да, наверное, нет... Иии, ты уже знаешь мое дело». Шанс откинулся назад, чтобы пожать плечами, положив руки на колени. Эллиот фыркнул, кивнув головой с ухмылкой. Всякий раз когда ему не везло— и кремневый замок заклинивало, когда он так уверенно целился, он взрывался, когда ему больше всего нужно было, чтобы он сработал, - и множество выстрелов, которые он мучительно промазывал, Эллиот, вероятно, был единственной причиной, по которой он вообще был жив. Всегда спешит на помощь и ругает его, когда тот попадает в беду, остается рядом с ним, чтобы убедиться, что с ним все в порядке — Шанс обожал этот поступок так же сильно, как и ценил его. Это было чудо, что ему никогда не надоедали его саморазрушительные ошибки, ни одна жалоба не была жестокосердной. Шанс мог вспомнить пару раз, когда тот действительно злился на него, но он знал, что это было только потому, что он заботился о своих друзьях. (Почему он был так расстроен, в те разы когда Шанс и Ту Тайм ставили жизнь сотрудника выше своей собственной? Они чуть не погибли, но одного этого было бы недостаточно, чтобы отплатить Эллиоту за его доброту.)  Со временем, ради здравомыслия доставщика, Шанс старался быть все более и более осторожным — настолько осторожным, насколько это вообще возможно для такого парня, как он. В обмен на его поддержку Шанс пытался предложить ему как можно больше защиты с помощью своего кремневого ружья, каждый раз внутри него что-то замирало, когда Эллиот выбирал  его из всех, чтобы остаться, если у него были неприятности.   «Я просто говорю, я не думаю, что кто-то другой может бежать так же быстро, как ты, когда понимаешь, что тебе нужно убираться куда-нибудь к чертям собачьим. Уверен, что все мы были бы поджарены без твоей помощи, это действительно имеет большое значение!»   Глаза Эллиота снова встретились с его собственными, но на этот раз казалось, что другой действительно мог видеть сквозь темные очки, застенчиво улыбнувшись на мгновение, прежде чем поерзать на сиденье- Прежде чем Шанс успел задать вопрос, он обнаружил себя в крепких объятиях, сердце подпрыгнуло от этого действия, в то время как Эллиот прислонился лицом к груди старшего. Он забыл как дышать на несколько секунд, когда нерешительно обнял в ответ, немного удивленный силой объятий. «Спасибо большое ещё раз, типа, огромное...»   «Н-не парься, приятель». Шанс усмехнулся, никто из них, похоже, не хотел вырываться из объятий. Его лицо горело. «...Тебе нужно что-нибудь ещё, поесть, попить? Ты был без сознания долгое время».    Эллиот хмыкнул ему в грудь, размышляя. «..Мне кажется, меня вырвет, если я попытаюсь. Я просто все ещё устал..» «Все хорошо, мы можем взять больше позже».   Поза была неловкой поначалу, но никто не прокомментировал это, не было никакой гарантии, чтобы Эллиот не услышал, как его сердце выпрыгивает из груди сейчас. Шанс сильно колебался, но решил пойти на ещё один риск, не особо задумываясь об этом- Он осторожно поднял меньшего, чтобы изменить положение на более удобное, потянув Эллиота прямо рядом с собой, чтобы тот прислонился к его боку, работник пиццерии, казалось, был немного ошеломлен. Если Эллиот сейчас отстранится или даже огрызнется на него, Шанс не будет против, он заслужил это за то, что слишком много думал о таких вещах. Он отступит, он будет много извинятся, и оставит его в покое на столько, сколько тот захочет, и исчезнет навсегда, но...    Эллиот не протестовал. Страх, нараставший внутри него, начал утихать с каждым мгновением, и его дыхание сбилось, когда он почувствовал, как другой выживший все больше наклоняется к прикосновению, Шанс закинул руку ему за спину, чтобы прижать его к себе. Ладно. Вот оно, вот как он умрёт. Он чувствовал, что сгорает изнутри, но это чувство было приятным, так как он просто позволил времени течь, пока доставщик лежал на нем, усталость явно возвращалась в десятикратном размере. Почему он должен был быть таким чертовски очаровательным? Эллиот собирался убить его, если его сердце, колотящееся в груди, не сделает этого первым.   Должен ли он уйти, когда другой уснет? Что подумают другие? Что именно Эллиот подумал о нем? Было ли это неправильно? Это казалось правильным.   Он был теплый. Шанс пошарил свободной рукой в ​​кармане в поисках монеты, судорожно вдыхая. Он уйдет, если выпадет решка. Он останется, если выпадет орел. Через мгновение он подбросил монету в воздух, позволив ей решить его судьбу. Она быстро приземлилась обратно на его большой палец.   Даже его монета была против него. Орел. Грудь Эллиота уже вошла в устойчивый ритм, и Шанс переместился, чтобы устроиться поудобнее, и снова положил монету в карман. Вероятно, он пробудет здесь некоторое время. Это было так мирно, но это вызывало бурю внутри него, хотя он нисколько не возражал против этого. Он был более чем счастлив держаться за другого и ничего больше не делать.   Взглянув в сторону приглушенных смешков, Шанс вздохнул, когда жар на его лице усилился. Шедлецкий схватил бутылку воды с другой стороны комнаты, прикрывая рот рукой, и установил зрительный контакт с игроком, когда тот обернулся. Администратор покачал головой и убрал руку, все еще ухмыляясь от уха до уха, глядя на работника казино, и медленно двигаясь к выходу из комнаты. Шанс смущенно опустил свою фетровую шляпу.   «Чувак, заткнись!»   «Я даже ничего не сказал».