Арестуй меня, Катина

Через два дня они стояли перед офисным зданием из стекла и бетона в центре города. Вывеска была скромной, човсем не похоже на логово мошенников или спецслужб. — Ну что.. — выдохнула Юля, поправляя новый, купленный на последние деньги и оттого жутко неудобный пиджак. — Пора проверить, не продают ли они тут на самом деле гербарий под видом правосудия Лена в строгом брючном костюме, который напоминал ей форму только мягче, кивнула. Её лицо было спокойным, но внутренне всё было сжато в тугой узел. Этот шанс был слишком важен, чтобы его упустить. Их встретила молодая женщина-секретарь и проводила в кабинет на пятом этаже. Там их уже ждал Аркадий Аркадьевич и ещё один человек, седовласый с умными, пронзительными глазами за очками в тонкой оправе. Он представился как Михаил Ильич, председатель правления фонда. Всё прошло не как собеседование, а как совещание. Им показали структуру фонда, проекты, рассказали о клиентах, и действительно в списке были известные правозащитные издания и адвокатские конторы. Обсудили конкретные задачи: для Юли это проверка безопасности офисов после угроз, тестирование систем цифровой защиты, консультации по защите от несанкционированного проникновения. Для Лены выстраивание всей системы внутренней безопасности фонда, обучение сотрудников, взаимодействие с правоохранительными органами. Условия были более чем достойными. Белая зарплата, полный соцпакет, возможность удалённой работы и гибкий график. Идеально для тех, кому ещё предстоят регулярные визиты в суд и к следователю. — Вопрос доверия конечно ключевой.. — сказал на прощание Михаил Ильич. — Мы предлагаем вам трёхмесячный испытательный срок. Вы можете в любой момент уйти, мы можем в любой момент расторгнуть договор. Никаких санкций, это время чтобы присмотреться друг к другу. Когда они вышли на улицу уже вечерело. Первый шок прошёл, осталась лёгкая эйфория и куча вопросов. — Выглядит.. Честно. — первой нарушила молчание Юля, закуривая у подъезда. — Слишком честно, и меня это бесит — Меня тоже настораживает. — призналась Лена. — Но проверить-то нечего, кроме как попробовать. Три месяца не срок, если что-то не так, то уходим Они пошли пешком, не спеша. Весенний воздух был свеж и прохладен. — Консультант по безопасности.. — ещё раз произнесла Юля, будто пробуя на вкус. — Блять Лен, а если я облажаюсь? Если все эти их системы окажутся слишком крутыми, а я просто мелкая карманница? Лена остановилась и взяла её за плечи. — Ты проникла в охраняемый особняк Шаповалова, перехитрила Войтинскогоя вывела нас из теплотрассы, где нас искал целый спецназ. Ты думаешь, какая-нибудь система видеонаблюдения тебе не по зубам? Да ты их на раз-два обойдёшь, даже не вспотев В её словах не было лести. Юля посмотрела на неё и уголки её губ поползли вверх в той самой улыбке, которая всегда предназначалась лишь для Лены — Ну, когда ты так говоришь... Ладно, берусь, но если меня посадят за взлом какого-нибудь сервера правозащитников, ты меня отмажешь, да? У тебя же связи остались — Никаких связей не осталось.. — улыбнулась Лена. — Но я буду твоим адвокатом-самоучкой. *** Испытательный месяц пролетел в бешеном ритме. Юля оказалась на удивление талантливой и въедливой. Она не просто искала дыры в безопасности, а мыслила как злоумышленник, предугадывала неочевидные ходы. Клиенты фонда сначала смотрели на бывшую воровку с подозрением, но после того, как она за десять минут «взломала» сейф, который они считали неуязвимым, а потом показала три способа незаметно вынести документы из охраняемого здания, отношение сменилось на уважительное. Лена погрузилась в бумаги, процедуры и обучение. Она выстраивала систему с нуля, опираясь на свой оперативный опыт, но теперь чтобы защищать, а не преследовать. Это было странно и непривычно, но чертовски интересно, она снова чувствовала себя полезной и нужной. Их квартира понемногу стала обживаться. Появились книги, папки с работой, на кухне две любимые кружки. По вечерам они ужинали вместе, обсуждали дела, строили планы на выходные. Иногда спорили, Лена пыталась привить Юле хоть какие-то основы бюрократии, Юля издевалась над её излишней правильностью. Но эти споры заканчивались смехом и.. Всё более частыми, менее случайными прикосновениями. Однажды поздно вечером, после особенно тяжёлого дня, Лена сидела на диване, растирая виски. Юля вышла из душа в одних шортах и майке, с мокрыми волосами. — Опять головная боль? — спросила она, садясь рядом. — Мгм.. — кивнула Лена, не открывая глаз. — Целый день правила внутреннего распорядка писала.. Мозг кипит Она почувствовала, как пальцы Юли легли на её виски и нежно, но уверенно начали массировать. — Расслабься, начальник.. Ты же не на службе, можно и челюсть разжать иногда Лена позволила себе обмякнуть, откинуться на спинку дивана. Массаж был волшебным, напряжение медленно уходило, уступая место приятному расслаблению. — Спасибо.. — прошептала она. — Ты.. У тебя волшебные руки — У меня волшебные пальцы, они много чего умеют.. Не только замки открывать Лена открыла глаза и посмотрела на неё. Юля смотрела в ответ, её голубые глаза в полумраке комнаты казались бездонными. Расстояние между их лицами составляло сантиметров десять. Она не отстранилась, а наоборот, её взгляд упал на губы Юли, чуть приоткрытые. Она видела, как дрогнула капля воды на мокрой пряди у её виска, слышала её дыхание. Это был момент выбора. Лена медленно, давая Юле время отпрянуть, наклонилась вперёд и закрыла расстояние. Поцелуй был не страстным, а вопросительным и нежным. Губы Юли оказались мягче, чем она представляла и отзывчивее. Та не отпрянула, она замерла на секунду, а потом ответила так же осторожно, но без тени неуверенности. Это длилось недолго, всего несколько секунд. Когда они разъединились, дыхание у обеих было тяжелым. — Вот так вот.. — тихо сказала Юля, не отводя взгляда. Её щёки порозовели. — Смена стратегии, подполковник? От бюрократии к личному контакту? — Кажется, да.. — голос Лены звучал так же тихо. — Это.. Проблема? Юля улыбнулась. — Проблема только в том, что ты делаешь это слишком редко И на этот раз поцеловала её уже она, увереннее и глубже, с той самой дерзостью, которая была её сутью. Лена ответила, обняв её за шею, пальцами вплетаясь в мокрые волосы. В этот момент для обеих не существовало ничего и никого, кроме друг-друга.