Шляпники

Сначала была только тьма. Полная, кромешная, совсем непроглядная. Она окутала от макушки до пяток, не пропускала ни лучика света, ни малейшего звука. Он сам тоже молчал и просто ждал. Ждал чего-нибудь, просто изменений, просто, когда рассеется тьма. Ведь он знал наверняка, что тьма не может существовать вечно. Только в Черной дыре, в бесконечном космосе. Но он по-прежнему на Земле, он никуда не улетал. Он лег вечером в кровать и закрыл глаза. А открыл уже в полной темноте. И не чувствовал под собой больше кровати. Вообще, ничего не ощущал, никакой опоры. Только воздух – он все еще дышал, только пространство – руки и ноги ни во что не упирались. И по интуиции, которая была развита у него лучше, чем у любого другого живого существа, он понял, что летит во тьме. Не известно, куда и как долго еще ему лететь, но он летел. Вниз или вверх? В полной тьме определить он не смог. Но почему-то удара о Землю не боялся. Ведь он четко помнил, что никуда высоко не забирался, он просто лег спать в свою кровать и закрыл глаза. Как обычно, как всегда. Ничего особенного. Но особенное уже случилось. Спать он лег в любимой пижаме, мягкой, но легкой, а сейчас же на нем была другая одежда. Много одежды. И совершенно точно – шляпа на голове. В принципе, ничего странного, он же Шляпник. Он постоянно носит шляпы. Но проблема в том, что шляпу перед сном он совершенно точно снимал. И не мог оказаться в ней. Но шляпа была. Она приятно и вполне привычно стискивала голову. А еще, на нем был костюм, скроенный по фигуре, а поверх, что тоже весьма странно – огромная шуба. Причем, это была именно его шуба. Ее запах и тяжесть, а также искусственный мех, он узнает наощупь без труда. Что ж, все равно он ничего сделать не может. Поэтому просто продолжает лететь, то ли вниз, а то ли – вверх. Главное, что шляпа никуда не летит, а хорошо держится на голове. Очень хочется поскорее на нее посмотреть, оценить дизайн и задумки. Наверняка, шляпа на нем не совсем обычная. Ведь обычная не появилась бы таким интересным образом – во тьме. И пока он думает о шляпе, рисуя себе ее в воображении, происходит непредвиденное. В него кто-то врезается, громко ойкает и произносит еще пару невиданных слов. А тьма в мгновение ока вспыхивает и исчезает. И он открывает глаза снова. И больше не видит тьмы. А видит следующее. Он сидит на полу в огромном черно-белом необычном коридоре. Сразу и не оценишь его размеров и необычности, находясь на полу. Но пол вполне обычный: гладкий, скользкий даже, твердый, прохладный и черно-белый, в клеточку. И стена обычная, что идет от пола – светлая и твердая. Значит, это вполне обычный коридор. Но узнать точно получится, если только увидишь, куда он ведет. Но пока он сидит на твердом прохладном полу, вытянув ножки в узких брюках, и смотрит на свои вполне себе обычные черные ботинки на платформе. А еще на полы прелестной бело-черной, почти в цвет коридору, шубы. И да, это его шуба. На ней даже висят все самые необходимые вещи в быту. Все, как он сам когда-то по ней развесил. Все на месте. И вот, казалось бы, он очутился в своей же одежде – костюм тоже признал, не так давно его ему сшили на заказ, поэтому и сидит так хорошо; в черно-белом коридоре с невиданной целью, - все вполне обычно. Но нет. Все очень странно. Потому что напротив, у противоположной стены, тоже сидел на полу, вытянув ножки, человек в очень яркой шляпе и в ярком стильном пиджачке. И человек очень внимательно смотрел прямо на него. Невежливо молчать, когда на тебя смотрят в упор. Да еще и разглядывают с таким интересом и легким любопытством. К тому же, на первый взгляд, этот человек в шляпе показался очень даже милым. - Добрый день. Я – Шляпник. И я оказался здесь только что, вылетев из тьмы. А Вы как здесь оказались? - А я тоже Шляпник. И тоже – из тьмы. Я налетел на Вас …и. Оказался здесь. Что ж, начало знакомству положено. У этого Шляпника приятный голос. Но как? Как он может быть Шляпником? Ведь Шляпник только один. И он – это другой. Необходимо скорее разобраться. Но надо сначала встать с пола – не подобает приличному Шляпнику решать дела, сидя на полу. К тому же, на таком твердом и холодном, даже через шубу. Шляпник ловко встает, оправляет костюмчик и шубу и лишь после внимательно смотрит на другого Шляпника. Тот тоже успел встать, одернуть пиджак – красивый, надо признать, яркий и со сверкающими камушками по плечам; поправил свою невообразимую яркую шляпу и тоже уставился на Шляпника. И лишь сейчас получилось рассмотреть его лицо – миловидный, с пухлыми губами и очень красивыми зелеными глазами, подведенными немыслимыми цветами в тон шляпе. - Но как Вы можете быть Шляпником, если Шляпник – это я? - Очень просто. Я тоже Шляпник. Но, видимо, из другого мира, где нет других Шляпников. А Вы – Шляпник в своем мире. - Ого. Я и не подумал бы. Это очень интересно. Что ж, если мы оба Шляпники, тогда предлагаю познакомиться и перейти на «ты». Привет, я Шляпник, - улыбнулся Шляпник и протянул руку для приветствия, замечая, как красиво засверкали на кольцах изумруды. - Привет, Я тоже Шляпник, - ответил второй, тоже очаровательно улыбнулся и протянул руку в красной перчатке без пальцев. - Но подожди. Так мы совсем запутаемся. Не могут в одном коридоре находится два Шляпника и называть друг друга Шляпниками. Надо вспомнить наши имена. Как тебя мамочка в детстве называла? - Меня – Сашей. - Значит, ты - Саша. А в этом пиджачке и шляпе - целый Александр. - Мне больше нравится Саша. А тебя как мамочка называла? - Меня – Ярославом. Но можно просто Ярик, мне так тоже нравится, Саш. Они снова друг другу улыбнулись и крепко пожали руки. И сразу Ярославу понравилась эта рука. Он ведь был Шляпником, он сам активно работал руками, держал тончайшие иглы и нитки пальцами, орудовал ножницами. Сашина рука тоже была как будто предназначена для этого. А еще, тепло ладони Шляпника стало маленькой радостью после тьмы и сидения на холодном полу. Судя по тому, как в глазах напротив тоже сверкнули зеленые искорки – ощущения явно оказались взаимными. Но Саша ничего не сказал, лишь слегка смущенно убрал руку сразу в карман штанов. - Вдвоем теперь не так грустно идти по коридору. - Идти? Ты собираешь куда-то идти? - Конечно. Нам надо найти выход отсюда. Или узнать, куда ведет этот коридор. На месте нельзя оставаться – иначе ничего не произойдет. - А если я не хочу, чтобы что-то происходило? Это может быть опасно. И, вообще, почему ты такой чудной? В шубе огромной? - Я отвечу на третий вопрос. Шуба – потому что там, где я живу – чаще бывает холод и зима, а не лето. И меня называют Зимним Шляпником за мои льдисто-голубые глаза и бледную кожу. И я люблю снег и мороз. И часто ношу шубы, которые мне шьют на заказ. Эта – одна из них. Но я сам повесил на нее все самое необходимое. Нравится? - Нравится, - ответил немного задумчиво Саша, обходя Ярика по кругу. - А меня называют Весенним Шляпником, не знаю, правда, за что. Так сложилось. Но у нас бывают все времена года. Но люблю я больше всего тепло и весну. - Прекрасно, Саш. Еще вопросы есть? - А у Зимнего Шляпника есть Алиса? И этого вопроса Ярик никак не ожидал услышать. Не потому, что не хотел отвечать. А просто из-за того, что Алиса «есть», но больше была, осталась в сердце навсегда, но исчезла при этом из его жизни. И на вопрос не было однозначного ответа. А такое Шляпник Ярик не любил. Он был очень умным и ответственным Шляпником, хотя позволял себе разные безумства. Но какой Шляпник без Безумств? Так, Алиса… - Конечно у меня есть Алиса. А у тебя, Саша? Весна – это же прекрасная пора. У Весеннего Шляпника тоже должна быть… - У меня была Алиса. Очень-очень давно. И я хотел бы ее забыть, но не могу. Видишь эти камушки на моих плечах, на ткани пиджака? - Да. Очень красивые, Саш. И Ярик подошел поближе и даже потянулся пальчиком к одному из камешков, но Саша тут же удивленно вскинул бровки и сделал шаг назад. Пальчик со сверкающим кольцом не достиг своей цели. - Это не простые камешки, не украшение от дизайнера. Это – мои пролитые слезы. Слезы по Алисе. И каждый раз, когда я плачу, вспоминаю о ней, камней становится все больше и больше. - Ничего себе. Какая красивая и печальная история. И какие красивые у тебя слезы. - Да. Попав во тьму, я начал надеяться, что увижу Алису вновь. Но вместо нее в коридоре появился ты. - А я что, хуже Алисы? - Ты – очень чудной. И ты мне нравишься. Поэтому, давай искать выход вместе. Я согласен. А Алиса – это уже прошлое. - Правильно. А я – настоящее. И, возможно, будущее. - Чудной ты. И шуба у тебя такая же. Саша засмеялся теперь совсем по-доброму, тронул шубу на плече, точнее, прикрепленные к ней зажимы и цепочки. - Зачем тебе это все, Ярик? - Как это зачем? Я же Шляпник. Все самое нужное должно быть с собой. Вот, например, ты хочешь сейчас пить? - Пить? Да не особо. - А чай? Шляпник не может не любить чай. - Я люблю чай. Ярослав кивает, загадочно улыбаясь, и отцепляет от шубы небольшой серебристый чайничек с крышечкой. - Открывай ротик. - Что? – Саша, пусть и Шляпник, но удивляется. - Я хочу угостить тебя чаем. Скажешь мне, какого он будет вкуса? - В смысле? Ты забыл, что ли? – Саша откровенно смеется, но явно не собирается отказываться от чая и подходит поближе, готовясь открыть рот. - Нет, Саша. Мне просто интересно, совпадут ли у нас вкусы. Из этого чайничка всегда льется тот чай, который на данный момент ты хочешь. И он меняется. Вот я сейчас хочу совершенно определенный чай, мне любопытно, какой чай хочешь и любишь ты. - Ого. А я могу сам себе налить в рот? - Нет. Это же мой чайничек. Только я могу. Открывай ротик. Ярик поит Сашу чаем с особым азартом и удовольствием – уж слишком мило тот пьет. - Ну, какой был чай? - А если я совру? - Тогда чайничек сильно охладиться в моих руках и не будет давать мне чай целый час. - Очень интересно. Ладно, врать мне не за чем. Чай был малиновый. С мятой. Очень вкусный, Ярослав, в меру горячий. Спасибо большое. - Малиновый. Как прекрасно. И Ярик тут же сам начинает пить из чайничка через носик. - Ты его даже не вытер после меня, Зимний Шляпник! - Это мой чайничек, не беспокойся. Мммм. Удивительно, у меня тоже малиновый с мятой. Саш, это фантастика. - Может, это потому, что я тоже Шляпник? Ты давал кому-нибудь пробовать еще? - Нет. Ты первый Шляпник в моей жизни. - Ясно. А ты – в моей. Ну ладно. Ничего удивительного. Пошли искать выход. От жажды мы теперь точно не погибнем. Ярослав кивнул и поспешил за Сашей, что уже смело и уверенно зашагал вперед. Точнее, Ярик не мог сказать наверняка, где было «вперед», а где -«назад». Потому что направление они не знали. - Саш, постой. А почему ты решил идти в эту сторону? - А куда еще нам идти? - В другую? - Ну пошли в другую, без разницы. Я не понимаю, где тут начало и конец. Я, вообще, ничего не понимаю. Но после твоего чая мне стало чуть спокойнее. - Мне тоже стало спокойнее, Саш. Давай проголосуем, куда нам идти. Саша громко хмыкает и первым касается Ярикова плеча. Может быть, ему просто понравилась мягкость шубы? Или тянуло к Ярику? Потому что сам Ярослав после чаепития определенно стал относиться к Саше еще лучше, с большим теплом. И немножко переживал за его сверкающие слезы-камушки. Это очень печально. А Зимний Шляпник был очень чувствительным, хотя и не считал себя эмпатом. - Я проголосую за одну сторону, ты – за другую. И мы ни к чему не придем. А третьего здесь никого нет. - Да, ты прав. - Мы можем пойти в разные стороны… - Нет. Мы зачем-то столкнулись во тьме и встретились. Значит, нам надо идти в одном направлении. К тому же, как ты пойдешь один, без моего чая? - Без твоего чая мне будет очень плохо. - Тогда решено, идем в одном направлении. - Хорошо. Идем туда, куда ты скажешь. - Но ты хотел в обратную сторону. Идем туда. - Ладно. Тем более, что я точно знаю, что там север. А всегда надо идти на север. - Постой. Откуда ты знаешь, что там север, Саш? - А мои торчашки на голове всегда указывают на север. - Торчашки? На голове? Вместо ответа Саша осторожно стянул свою невозможно яркую шляпу, и Ярик увидел его прическу – причудливо торчащие волосы в одном направлении. И густая челка тоже указывала на север. Без шляпы Саша показался еще милее и безобиднее, и Ярослав решил последовать за его торчашками беспрекословно. Шли они долго или не очень, но коридор начал вилять. Пару раз Ярослав поскальзывался на гладком полу, едва не падал, но Саша ловко ловил его под руки и ставил обратно. Неловко было, но никуда Ярослав от Сашиного внимания и заботы деться не мог. И все норовил вновь напоить его чаем из своего чайничка. - Значит, Алиса одновременно осталась с тобой и при этом, ее как бы нет? Ярик, но разве такое может быть? Все ведь просто. Ты и я – мы есть. А Алиса. Она тоже, либо есть, либо ее нет. - Саш, она осталась. Но она не со мной. Точнее, очень даже со мной. Но. Я не могу тебе объяснить, Саш. Я лучше покажу, когда мы найдем выход. - Я надеюсь, что найдем. У меня там столько заказов осталось. - О, заказы. Ты любишь много работать, Саш? - Люблю. Я обожаю делать шляпы. А ты, Зимний Шляпник? - Я тоже. Но всегда даю себе время на отдых. - А я забываю. Ярик вдруг остановился и уставился на Сашу. Тот тоже выглядел изумленно. А все потому, что у стены на столике стоял огромный яркий телефон. И он звонил, не переставая, громко и даже немного противно для нежных ушек Шляпников. - Саша, ответь. Сними трубку. - Почему я? - Потому что я боюсь. И ты выше меня. - А как это связано с моим ростом? Я тогда скажу, что ответить должен ты – потому что ты в шубе и с чайничком. - Но это ведь тебе звонят. - Мне? Откуда ты знаешь? - Чувствую. - Ладно. Но ты становись рядом. Шляпники подошли к столику, сделали пару глубоких вдохов, и Саша снял трубку. - Алло, Весенний Шляпник Александр слушает. - Саша, как хорошо, что ты дома и так быстро ответил! - Госпожа Кардава? Но я не дома, я… Шляпник Ярик стал указывать жестами, чтобы Саша не рассказывал ничего звонившей – не поймет и не поверит, скорее всего. Лучше ее послушать. - Как это не дома? Я же Вам звоню. Ох, Саша. Шляпка, которую я заказала позавчера, мне срочно понадобится уже послезавтра. Очень прошу, нет, умоляю, доделайте ее, пожалуйста за два дня. Я доплачу. - Два дня? Вместо недели? - Да. Очень прошу. - Хорошо, я понял. Но у меня нет уверенности… И тут снова Ярик стал показывать, что надо соглашаться. И точка. - Хорошо. Ладно. Будет вам шляпка послезавтра. - Великолепно, Сашенька. Всего хорошего. - И Вам. В трубке раздаются обычные гудки, и Саша кладет ее на аппарат. - Удивительно, Саш. К нам можно дозвониться. - Да уж. И именно для того, чтобы заставить меня теперь переживать из-за невыполненного заказа. Я же не успею! Это точно. Там очень непростая шляпка. О, нет, ну как же так? Саша в глубоком отчаянии сполз по стеночке вниз и уселся на пол у самой стены. И схватился за голову, точнее, за шляпу. И поджал свои красивые пухлые губки. И Ярославу стало его искренне жаль. Он понимал его, как Шляпник Шляпника. Не сделанная шляпка в срок – это недопустимо. Ведь в мире всего один Шляпник, никто не сделает его работу за него. - Саш, ну не отчаивайся. Мы обязательно найдем выход. Надо только идти вперед. И не сидеть на голом полу. - Зачем теперь идти, если я все-равно не успею? Меня ждет позор. Какой я после этого буду Шляпник? - Ты всегда будешь самый лучший и красивый Шляпник в своем мире. Ну. Потому что в моем мире, я самый талантливый и красивый Шляпник. - Ты такой забавный, Ярослав. Но ты меня успокаиваешь. Саша мило улыбнулся и взял за руку Ярика, чтобы подняться. - Идем дальше. Но шляпа… - Так теперь же ты не один. Ты не единственный Шляпник. Саш, я помогу тебе сделать шляпу. - Поможешь мне? - Ну, конечно. Вместе мы справимся в два раза быстрее. Или что, ты сомневаешься в моих талантах Шляпника? Ярослав даже руки в боки поставил, требуя ответа. Но в голубых красивых глазах забегали искорки. - А шляпку, которая сейчас на тебе, ты сам сделал? – прищурился Саша. - Конечно. Показать тебе ее поближе? Я могу снять. - Нет, не надо. Я вижу, что это очень талантливо и красиво. И перо, и золото. Изящно. И, главное, безумно тебе идет. Не снимай, Ярик. - Ну и? - Я не сомневаюсь в твоем таланте, Зимний Шляпник. - Здорово. А после изготовления шляпки для госпожи Кардавы, я покажу тебе все свои шубы. - Мы сможем попасть к тебе в мир? - Я не сомневаюсь. Ведь вместе мы уже оказались. - Ярик, смотри, дверь! И оба Шляпника почти бегут к ней, открывают, сталкиваясь руками, и заходят. И видят перед собой вполне обычную квадратную комнату со светлым потолком и стенами, одна стена все же красная; а пол, как и в коридоре – в черно-белую клеточку. По середине комнаты стоит ярко-фиолетовый диван, собранный, рядом – светильник напольный. И больше ничего. - Это не похоже на выход, Саш. - Это просто комната. Пойдем дальше или отдохнем здесь? - Можно немножко посидеть на диване. Никто ведь не знает, сколько еще нам идти. - Мы не знаем даже, сколько уже прошли. Я хочу посидеть. И выпить чая. - Тогда остаемся пока здесь. Шляпники почти одновременно садятся на диван и пьют по очереди чай из чайничка. В этот раз тот оказывается зеленым, с жасмином. А диван очень даже удобный. И каждый не против на нем полежать. Светильник они заведомо не трогают. До того момента, как в комнате не начинает становиться темнее. - Саш, я начну засыпать, если мы останемся. - Я тоже. А почему бы нам не поспать? Ты вполне поместишься на этом диванчике. Ты мелкий. А я умею спать стоя. - Стоя? Саш, но ты же не слон. Ты – Шляпник. - Я так много работаю, что научился быстро спать стоя. - Ужасно неправильно, Саш. Раздвигай диван, а я включу светильник. А то совсем темно станет. И будем спать столько, сколько захотим. - У меня в шляпе есть будильник. - И часы? - Нет. - Но мы не знаем, сколько сейчас времени. День или ночь. Но, судя по состоянию, очень похоже на ночь. Я уже засыпаю, Саш. - Ярик, я никак не могу раздвинуть этот диван. Что у него за механизм такой сложный? Может, он не раскладывается? - Сейчас посмотрю. Ярослав ловко склоняется над диваном, смотрит пару минут, потом тянет его куда-то вниз и на себя и, опа, он раскладывается почти вдвое. - У меня дома на кухне такой же, Саш. Все очень просто. Когда ты ко мне придешь, я тебе покажу. На нем удобно спать, сможешь сам оценить. А сегодня, мы вдвоем на нем поспим. - Как это вдвоем? На одном диване? - Конечно. Я не позволю тебе спать стоя. Отдых нужен обоим. - Ну да, нужен. Ярослав, тем временем, ловко скидывает шубку с плеч и крепко держит перед собой, обнимая. - Саш, сверху или снизу? - Чего? – Весенний Шляпник явно краснеет, но тень от шляпы хорошо это скрывает. – Ты что мне предлагаешь? У тебя в мире так сразу принято? - Что принято? Куда шубу класть будем, Саш? На диван постелем, снизу, под нами, или накроемся ей сверху, как одеялом, для уюта? - Лучше снизу. Здесь совсем не холодно. Жарко под ней будет. - Так мы разденемся и укроемся, для уюта. - Не стану я раздеваться и укрываться. Стели на диван. Ой, ну в смысле, лучше постелить. Тебе помочь? - Я сам. Ярослав ловко стелет шубу и сразу сам оказывается на диване, укладывается. Только ноги в ботинках немного свисают. - Саш, здесь места еще на пару Шляпников. Так что нам обоим хватит. Саша чуть неловко и хмуро смотрит на диван с Яриком, а потом тоже садится и снимает шляпу – торчашки никуда не пропали, указывают на север. И вместо того, чтобы раздеться, наоборот, застегивает пиджачок и ложится. - С твоей стороны ближе светильник, туши свет. - Хорошо, Саш. И снова они оба во тьме. Но никуда не летят и не падают. Они лежат поверх шубы и смотрят в потолок, которого не видят. И молчат. Недолго. - Кажется, я лег на что-то твердое. У тебя же столько всего понавешено на шубе. - Только ничего не сломай. Ты не шевелись, ладно. - Ладно. Но под моей задницей, кажется, оказался твой чайничек. - Мой чайничек! Саша, дай его мне сюда немедленно. Мы забыли выпить чай на ночь, чтобы лучше спать. - Но ничего же не видно, Ярик. Держи. Саша без какой-либо надежды протягивает чайничек, и его тут же подхватывают. - Открывай ротик. - Яр, ну уж нет. Обольешь меня всего. - Открывай, Саша, рот, - повторяют уже чуть настойчивее, и Саша не может не подчиниться этому удивительному глубокому голосу. Удивительно, но едва он открывает рот, как тут же ощущает уже знакомый носик. И чай в этот раз самый привычный – ромашка. То, что надо перед сном. По звукам рядом Саша быстро понимает, что Ярик тоже пьет, а затем укладывается. Легко задевает его коленками. Наверно, свернулся почти калачиком. Интересно, снял ли шляпу? Жаль, что так быстро они оказались во тьме. - Приятных тебе снов, Шляпник Саша. - И тебе, Шляпник Ярик с удивительным чайничком. «Ты тоже удивительный», - слышится в комнате в полной темноте, спустя несколько мгновений. Может быть, никто и не собирался из них крепко засыпать в странном коридоре и его комнате, но так уж случилось, что сон пришел неизбежно. Правда, неизвестно, насколько. Но, когда Саша открыл глаза и отодвинул от носа пластиковый зажим, державшийся на шубе, то в комнате было уже светло, как днем. Но Ярослав еще спал, действительно, свернувшись почти калачиком, поджав к себе ноги. И вроде бы мелкий, а места занимал много. Саша присмотрелся – у Ярика дрожали веки, были приоткрыты его необычные фиолетовые губы – интересно, это стойкий цвет, навсегда? - а пальцы в красивых перстнях с камнями тоже подрагивали, почти сжатые в кулаки. Шляпник выглядел тревожно, совсем беззащитный во сне, нежный и совсем юный. Если с него смыть эти тени фиолетовые и всю краску с лица, то он совсем милым окажется. Без строгой черной шляпы с пером, с растрепанными короткими волосами он начал нравиться Саше еще больше. Они непременно должны найти выход и попасть домой. Чтобы снова встретиться в мирах друг друга. И Саша будет его защищать от всех напастей. Но тут вдруг вместе со своими мыслями Саша отчетливо слышит бормотание и тихие тревожные стоны. Сразу внимательнее всматривается в Ярика. Тому явно снится кошмар. Значит, надо осторожно его разбудить. Ведь в этом месте может присниться все, что угодно. И, вообще, можно просто не проснуться. Саше повезло – он не видел кошмаров и проснулся отдохнувшим. Но чертовски голодным. И сколько проспал, тоже не знал. - Ярик, Ярослав, - Саша легко тронул за хрупкие плечи и потряс Ярика. – Проснись. Тише только. Спокойно. Ярослав быстро открыл глаза и уставился на Сашу. И этот взгляд поразил и удивил. Этот взгляд красноречиво сообщил, что Ярик был напуган. - Ярик, все хорошо? Ты меня помнишь? - Помню, Саш. Я проснулся, не переживай. Наверное, я совсем не похож на Шляпника без шляпы, да? Надо поскорее ее надеть. И думаю, что именно из-за того, что я снял шляпу, мне и приснился страшный сон. - Страшный сон? Что тебе приснилось? - Сейчас. Я выпью чая и расскажу. Ярослав ловко присосался к носику чайника и попил не без удовольствия. Саше тоже сразу захотелось, ведь в животе было пусто. - А мне можно? - Конечно. Открывай ротик. И Саша прыснул от смеха, не удержался, потому что взъерошенные волосы Ярослава тоже частично показывали на север. И это было очень смешно. А еще, у Ярика загнулся воротник пиджачка, и у Саши буквально ладошки зачесались, как сильно захотелось его поправить. Хорошо, что перчатки немного сдерживали этот зуд. Саша с наслаждением попил чая, и они с Яриком покинули комнату и продолжили свой путь. Шубу решили оставить на диване, чтобы вернуться и снова поспать. А чайничек прихватили с собой. Коридор встретил все тем же полом и светлыми стенами. И снова не понять, в какую сторону идти. А дверь – исчезла. - Ну вот, я потерял свою шубу. И все ценные вещи, которые на нее повесил. - Главное, что шляпу не потерял. Пошли скорее, очень хочется найти комнату с едой. - Да, мне тоже плохо от голода. - Плохо? Тебе плохо? - Да. - Идти сможешь? - А ты сможешь меня нести? - Нет. У меня травма спины с детства. Мне очень жаль. - Сашенька, ты только не плачь. Не расстраивайся. Тогда я пойду сам. - Хорошо. Надеюсь, что мы быстро увидим нужную дверь. - Да. - Ты оправился ото сна? - Не совсем. Я ведь не рассказал тебе. Мне снилась зеленая поляна, красивая. Солнечная. Но там вдруг появилась огромная зеленая гусеница. Страшная такая, Саш, с множеством глаз на лице, со странным голосом. И она летала надо мной на ковре, грозилась утопить меня в мыльных пузырях. Очень жутко было. Всегда страшно, когда над головой что-то есть. Я только шляп не боюсь. Они, наоборот, нас защищают. И гусеница эта все приближалась и приближалась ко мне, я смотрел в ее жуткие глаза… - Ох, мерзость, Ярик. Но любопытно знаешь что? - Что? - Мне тоже снился летающий ковер. - И гусеница? – вытаращил глазки Ярослав, схватив Сашу за плечи. И тот не упустил момента, и все-таки поправил тому пиджак и украшенный камушками ворот рубашки – там еще и пуговица расстегнулась. Нельзя Шляпнику быть неопрятным. Но Ярик еще от кошмара не отошел, и голод его мучил – не уследил. И на Сашу взглянул удивленно, но все еще устало будто бы. Но не стал возражать. - Нет, никаких гусениц. Был ковер, была лампа и кальян. И я еще помню шелковые подушки и песни. Много песен раздавалось вокруг. И на голове у меня не шляпа, а платок повязан, и волосы странные, спутанные, длинные. Но это был хороший сон, добрый. Я там лежал и пел. - Да, Саш, тебе повезло больше. Ой, смотри. Что это? Саша даже внимания не обратил на огромные желтые цветы у стенки в таких же желтых горшках. Они просто стояли на полу, как украшение коридора. И не вызывали интереса. А вот Ярослав сразу к ним подошел, да еще и потрогал. - Нет, не съедобные. Твердые, как будто. - Ярослав, ты что? А вдруг они ядовитые? А ты голыми руками их трогаешь. Саша тоже поспешил к цветам. - Да пластиковые они, Саш. Эх. Не съедобные. - Да? И Саша сам потрогал глянцевые листочки, провел по стеблям, перевернул горшки, внимательно все изучив, и напоследок еще и на зуб попробовал – точно, пластик не вкусный. -Точно, не съедобные. Пошли скорее дальше. Вскоре им на пути попался столик со стульчиками, с чашечками и блюдцами яркими. Но это оказалась просто посуда. Шляпники внимательно ее изучили: ничего из нее не лилось вкусного, ничего не выпадало съедобного. Ярик снова попил чай и угостил им Сашу. Но одним чаем сыт не будешь. - Какой-то неправильный коридор. Где здесь еда? - Согласен, Ярослав. Кушать хочется страшно. Оба Шляпника покинули столик и стульчики, напоследок еще раз внимательно потрясли чашечки и кружечки, и пошли дальше, уже вместе хватаясь за животы. И тут вдруг Ярик остановился и внимательно посмотрел на Сашу. Теперь иначе как-то посмотрел, с блеском в голодных глазах. Облизнулся. - Что? - У тебя точно нет ничего съедобного? - Что ты имеешь в виду? И не смотри так на меня, мне страшно. - А что у тебя в шляпе, Сашенька? И в кармашках? - Ярик, ты с чего вдруг такой подозрительный? Ты сам видел, под шляпой только голова и прическа, а в карманах – пусто. Я ничего с собой не ношу. А вот ты зря шубу оставил. - Эх. Да. Прости, Саш. Я просто очень голодный. Начинаю терять рассудок. Шубу и, правда, жалко. Там ведь был и ключик от ванной. - Чего? Ключик от ванной? - Конечно. А ты разве не запираешься на ключ, когда ванну принимаешь? Ко мне как-то пришел один Кролик, внезапно. Я так испугался. И теперь всегда запираюсь на ключ. Придется поменять замок, когда вернусь. - Ты очень, очень необычный, Ярослав. Но я до тебя и не встречал Зимних Шляпников. Возможно, вы все такие. - Ничего подобного! Я один такой! - Ладно-ладно, успокойся. Ой, смотри, дверь! - Скорее, вдруг там еда. Шляпники вошли внутрь. Наконец-то, еда. Точнее, целые горы еды. И напитков. Столы вдоль стен с множеством сладкого и выпечки, тортов, конфет и мармелада, шоколадные фонтаны и горы фруктов, вафли и печенье. Шляпник Ярик тут же начал пробовать все и сразу, а вот Саша сначала пригляделся. Неужели только сладкое? Ни овощей, ни котлетки, ни мяска, ни картошечки? Да даже от простой пасты он бы не отказался. Что угодно. Но вокруг были лишь сладости. Ярослав расстегнул пиджачок и усиленно жевал. Подошел к Саше и протянул ему круглую шоколадную конфету. - А ты почему не ешь? Все вкусное. Хочешь? Открывай ротик. Саша скептично взглянул на конфету, зажатую между пальчиками Ярика. И открыл рот. - Ам. Вкусно? - Шоколад. Сладкий. - Запей. Здесь есть кислый морсик из ягод. Принести тебе? - Нет, я сам. Ты ешь, а я что-нибудь еще попробую, не сильно сладкое. - Хорошо. Пока Ярик набивал живот всем подряд, Саша задумчиво осматривал столы. Неужели здесь все только для Зимнего Шляпника? Придется есть фрукты, от которых потом еще сильнее аппетит разыграется? Саша зажевал банан – наиболее калорийное лакомство, потом – пару долек апельсина с печеньем, запил морсом, а после сунул в карман пару круассанов и горсть шоколадных конфет. Ну что ж, можно идти дальше. Где там Ярослав? И, ой, Саша Ярика быстро нашел. Тот лежал прямо на полу и держался за живот. И жмурил красивые глазки. - Ярослав. Ты чего разлегся? Пошли дальше искать выход. - Не могу, Саша. Не могу. Все, объелся. Плохо мне. Саша нахмурился и все-таки опустился рядом на колени, поправил Ярику съехавшую шляпу. - Что значит, тебе плохо? А зачем ты столько ел тогда? - Я сильно кушать хотел. Вот и ел. Я Зимний Шляпник, я очень люблю сладкое. - Но не в таких же количествах. Я видел, ты много съел. И, вроде, такой худой. Как в тебя столько поместилось? - С трудом. Вот, смотри, как животик надулся. И болит сильно-сильно. Ярослав положил руку себе на живот и начал расстегивать свою красивую рубашку. Саша застыл, вначале, от удивления, наблюдая за появляющейся бледной кожей, а потом, спустя пару секунд, остановил, припечатав своей рукой. - Я вижу, остановись. Здесь холодно. Такой мелкий, а такой большой живот наел. - Мне плохо, Саш, - почти захныкал Ярик, и у Саши рука на его животе дрогнула. И, честно признаться, сердце екнуло от жалости. Бедный маленький Шляпничек. Шубу потерял, сладкого наелся до боли в животе, кошмары по ночам пугают – ужас. А рядом – только Шляпник Саша. - И как тебе помочь, сладкоежка? - Погладить нужно по животику. Как мама в детстве делала. По кругу, медленно и ласково. Тогда все пройдет. - Но я не твоя мама, Ярик. - Но рука у тебя теплая, Саш. - Кхм, да? Ну ладно. Только рубашку давай застегнем. Спрячем твой пупочек. - Почему? - Потому что он меня отвлекает. - Ну ладно. Саша сам осторожно застегнул вновь рубашку и положил ладонь Ярику на живот. И начал водить по кругу. - Вот так? - Да, только сильнее нажимай, не бойся, Саш. Саша водил по животу и пялился на Ярика, а тот закрыл глазки и затих. Главное, что больше не ныл и на боль не жаловался. Прошла, казалось, вечность, но на самом деле не больше пяти минут. - Ну как? Прошло? - Почти. Ты волшебный Шляпник, Саш. - Идем дальше? - Идем. Ярик поднялся с пола, напихал в карманы сладостей, и они с Сашей покинули комнату. И сразу же в коридоре наткнулись на что-то, свернутое в рулон. - А это что-такое, Саш? - Сейчас посмотрим. Помоги мне развернуть. Они вместе подняли рулон и развернули. - Дверь! - Дверь. Развернутый рулон повис прямо в воздухе, а дверь приоткрылась. - Заглянем? – с любопытством спросил Саша. - Разумеется. Только после тебя. - Если что, держи меня покрепче. Все-таки, это дверь. Вдруг, я куда-нибудь шагну через нее? - Куда? - Не знаю. - Если окажешься в комнате с диваном, то забери мою шубу, пожалуйста. Но Шляпник Саша не оказался в комнате с диваном. И в другой комнате – тоже. Едва он сунул голову, как его всего тут же утащило за дверь. И крепко державшего его за плечо Ярика - тоже. Шляпники и вскрикнуть не успели. Только зажмурились. А когда открыли глаза, то снова вокруг была лишь тьма. Непроглядная. Саша чувствовал, что Ярик все еще держался за него, теперь уже обеими руками и даже ногами. Почти повис на нем полностью. Но тяжести не чувствовалось. Они снова куда-то то ли падали, а то ли поднимались. - Саша. Мне страшно. - Ничего. Ты, главное, держись за меня покрепче. - Держусь. Я не хочу тебя потерять во тьме. И Саша ощутил, как Шляпник Ярик почти всем собой к нему прижался, крепко обхватил за шею прохладными руками. Край его шляпы коснулся Сашиной щеки. - Ты меня не потеряешь, раз не хочешь. Я тоже не хочу тебя терять. Пусть ты и такой необыкновенно чудной. - Я же Шляпник. И ты – Шляпник. - Ага. Мы – Шляпники. Два взгляда напротив ярко сверкнули, а губы – встретились. И тут вдруг тьма начал приобретать оттенки, краски, появились зеленые и фиолетовые просветы. Шляпники заморгали, стараясь хоть что-нибудь рассмотреть вокруг, завертели головами. А цвета становились все ярче и ярче, все насыщеннее. Тьма постепенно окрашивалась в зеленое и фиолетовое. И вдруг – вспышка! И все исчезло. Саша открыл глаза в своей кровати и сел. Ничего не изменилось. Это была его уютная комнатка, его пижама и его тело. И его разум. Только вот воспоминания о сне остались. И вкус сладких фиолетовых губ, что он почувствовал в самом конце. И голос звучал: «Саша, Сашенька». Саша глубоко вздохнул и вылез из кровати – пора приниматься за заказы. Никто не простит Шляпника, если он не сделает все шляпки в срок. И тут вдруг на полу рядом с кроватью Саша увидел уже знакомую огромную светлую шубу с кучей разных штучек, а рядом – свернутый рулон. - Шуба. Дверь. Ярик. Саша тут же, не раздумывая, схватил в охапку шубу и развернул дверь. Она привычно повисла в воздухе. - Стоит хотя бы попробовать. Саша зажмурился и сделал шаг за приоткрывшуюся дверь. И тут же услышал шум воды и пение. Приятное такое пение, знакомое, очень красивое. И уставился вперед, на открывшуюся картину. - Ярик? - А? Аааааааа…… Саша очутился ровно по середине ванной комнаты, где как раз принимал душ Ярослав, в шляпе. Его бледное тело мелькнуло за шторкой, и бедняга так закричал, что у Саши даже уши заложило. Но через мгновение Ярик все-таки выглянул из-за шторки, которая, кстати, немного просвечивала его силуэт. Но об этом Саша решил тактично промолчать. - Саша?! Ну как так-то? Я же поставил новый замок и закрылся на ключ. - Ярик, прости, это все дверь. Я проснулся, увидел шубу… - Шуба! – и глаза Шляпника заблестели. Но всего лишь на мгновение. – Так, Саша. Срочно выходи из ванной и жди меня в комнате на диване. Я не могу принимать тебя без одежды. Я же Шляпник. - У тебя есть шляпа. А я тоже в пижаме. Но без шляпы. А почему ты моешься в шляпе, Ярик? - Потому что я Шляпник. Все, Саша, выходи немедленно. Я начинаю краснеть. Саша ловко открыл дверь изнутри и оказался с шубой в очень светлой и уютной гостиной. И стал ждать Ярика на диване, как и велели. И не мог перестать улыбаться, вспоминая инцидент. Вот же дверь что натворила. Доставила прямиком в ванную, да еще и закрытую на ключ. А Ярик без макияжа яркого очень миленький. Очень. Не успел Саша вспомнить про поцелуй, как хотелось и замечталось, как в комнате появился Ярослав. В простом неброском халате и в тапочках на босую ногу. И в шляпе, разумеется, в той же самой, с пером и золотом. - Ну привет, Весенний Шляпник. - Привет. Ты рад меня видеть? И прости, что так вышло… - Ничего. Это же дверь во всем виновата. Саша, я очень рад тебя видеть. Давай позавтракаем, и я все-все покажу тебе в своем мире. И все свои невероятные шубы. И шляпки. Я думаю, тебе очень пойдет розовый цвет. Ты мило краснеешь. - Обязательно, Ярослав. Но все потом. Сначала нам надо проверить работу двери в обратном направлении. А вдруг я не смогу вернуться домой и закончить шляпку для Госпожи Кардавы? - Ой, точно. Тогда разворачивай скорее дверь. Но я пойду с тобой, если что. - Ты готов бросить свой дом? Мы ведь можем и не вернуться. - Я не готов бросить тебя, Саш. Ни на минуту. Но в комнату Саши они перенеслись без препятствий. Правда, упали сразу оба на кровать, засмеялись и обнялись. - Работает? Это твоя комната? – спросил, немного успокоившись, Ярик, поглаживая Сашу по плечу. - Моя. - Тогда показывай скорее шляпку для Госпожи Кардавы. Я помогу. - Только после поцелуя, Ярик. - Я полностью разделяю твой выбор, Саш. Пухлые розовые и тонкие фиолетовые губы снова встретились, а взгляды загорелись еще ярче. - Так что, теперь и в твоем, и в моем мире будет сразу по два Шляпника? - Выходит, что так. Но я по-другому не согласен - Это безумие. Но я по-другому тоже не согласен.