Кватро и минорное появление Кьеки Шимизу

Акааши очень устраивала его размеренная школьная жизнь, если вы спросите его мнение. Престижная столичная академия, доступ к многим интересующим его вещам благодаря этому статусу, клубная жизнь в конце концов и Бокуто Котаро. Даже его гиперактивный семпай (не говорите ему, что он так его назвал) стал приятной привычной рутиной, с которой Акааши с удовольствием проживал каждый день. Но вот, спустя месяц второго года его обучения, Бокуто решил напомнить ему, как Акааши себя чувствовал в самом начале — закинутый в неизвестность, без почвы под ногами в виде списка уже из миллиона чужих причуд, и глубоко озадаченный одним вопросом: «Все, что сейчас происходит, это нормально?» Акааши! А давай ты пасонешь мне, пока мы по разные стороны сетки! Акааши, а давай зайдем в оккультный клуб! Мне чертовски (Понял? Ахаха «чертовски») любопытно! Акааааши… А что насчет пикника прямо на крыше? Акаши, я ни разу не прогуливал физру! 'Кашиии! Говорят, бассейн на ремонте, потому что там ходит призрак. Го посмотрим? Акааши, Акааши, Акааши… Чего он теперь добивался? Исключения? Именно с этим вопросом Бокуто был зажат в душевой поздно вечером — в самом уязвимом положении, и особенно уставшим. Акааши позаботился о последнем ради своего маленького плана, даже не жаловался на просьбы Бокуто в зале. Абсолютно любые. Честно говоря, фантазия капитана впечатляла. Тот явно был смущен таким раскладом сил, поэтому сдался без вопросов: — Выпустишь, тогда покажу. Честно, Акааши! — На сколько бы капитан не был вымотан, это никогда не влияло на его голос, поэтому почти крики отразились от кафеля. Был бы Бокуто умнее, то использовал бы это в качестве своей суперспособности. Сколько бы диалогов с Акааши он тогда бы избежал. Кейджи немного нахмурился статистике: а не слишком ли часто он зажимал старшего в душе? Вопрос на другой день. Сейчас он только кивнул с непроницаемым лицом — сразу надо показать, что отступать он не намерен.               — Вот, — спустя несколько минут, когда Акааши позволил Бокуто накинуть что-то на себя и собрать вещи, капитан протянул помятую бумажку, которую вытащил со дна рюкзака. Это не было чем-то плохим, иначе бы он не поделился, но ситуация его явно волновала, Бокуто даже будто ждал от него реакции — перекачивался с пятки на носок, сдерживая энтузиазм и другие энергии. Акааши поднял бровь, как стал частенько делать в последнее время, будто снова первый раз встретил Бокуто и первый раз встречался с его образом жизни, но глаза на листок перевел: «СУПЕР-ПУПЕР ПЛАНЫ ДЛЯ ПОСЛЕДНЕГО ГОДА В ШКОЛЕЕЕ-Е-Е-ее-еее-е!» Гласили размашистые буквы сверху листа. В конце, согласно представлению Бокуто, они решили зачитать рэп. У Акааши отлегло от сердца что-то напоминающее страх. По крайней мере, Бокуто не умирал и не решил нагнать все упущенное. Ладно, в каком-то смысле так и было, но все еще не так страшно. — Отлично, — протянул он, отмечая, что некоторые пункты были зачеркнуты: поиграть в волейбол не по правилам, оккультный клуб, прогулы. Большинство Бокуто выполнил с самим Акааши. — Почему сразу не сказал, я мог бы придумать, как сделать некоторые из них не влезая в неприятности. Тот же пикник на крыше. Акааши думал, что это очередная спонтанная авантюра, но если бы он знал, что всему предшествовал план, он бы раздобыл разрешение. От имени Бокуто, разумеется, — тот сказочно не понимал вес собственной репутации. Тут его внимание привлекла зачеркнутая строчка почти в самом конце списка: Эпичный школьный роман Бровь снова поднялась: — Бокуто-сан, не говорите мне, что уже успели получить интрижку. Мы в школе месяц. Бокуто отзеркалил его выражение лица, переместился к нему, заглянул в список еще раз, и тут того осенило — по лицу было видно, что он только что что-то вспомнил. — А-а-а, ну, я считаю отношениями то, где мне комфортно. И партнер должен поддерживать меня во всем. — Он повернул лицо к Акааши, все еще стоя немного за его плечом. — Ты со всем соглашаешься! — И он лыбился. А у Акааши кризис между прочим. — Ты просто в одного решил считать все наши вылазки свиданиями и зачеркнул это? — Интонация, как будто Акааши предполагает, как будто Акааши не ведет список и не знает, что он умеет читать Бокуто. Что он правильно читает Бокуто. — М-м-м, да, так и было. — Он покивал головой. Ладно, Акааши знал, на что идет. На Бокуто Котаро — это почти эквивалент капкана, только механизм у него работает по миллиону правил, а так получилось, что Акааши все их знает. — Ты мог бы спросить и сделать его более точно. Бокуто был уверен и невозмутим, когда выруливал из-за его плеча, разворачиваясь теперь лицом к лицу. — Ты бы все равно сказал «да», я просто сохранил нам время. Бокуто так гордился собой, но потом — опять по лицу — Акааши понял, что тот забыл рассказать ему что-то важное. — И технически признание было. Так что и согласие, и свиданки — роман в чистом виде, я прошел по всем пунктам! Бокуто сделал победный танец, пока Акааши рылся в памяти: — Я ничего такого не помню. — Так я Куроо спрашивал. Он кстати тоже сказал «да». — Бокуто ухмылялся. — Я ведь неотразим?! Учтите, варианты только «да», «конечно» и «абсолютно» ха-ха! Акааши тоже начал улыбаться, только это больше было похоже на невроз. Согласие и свиданки — и неважно, что от разных людей. Но в этом же весь Бокуто, да? Вся эта штука с капканом. Вся эта штука с непредсказуемостью. Бокуто как-то сказал ему, что жить нужно так, чтобы никто не знал твой следующий шаг, даже ты сам, и Акааши резко понял причину существования миллиона пунктов в его инструкции к Бокуто Котаро. Абсолют кота Шредингера, а не характер. Он чувствует, что ему нужен еще один функционирующий мозг в окружении, особенно в слишком близко подобравшемся окружении из Куроо и Бокуто. — Рад за вас? И за нас? — Акааши немного путается в жизни, но жить в неопределенности, даже имея уже порядком осточертелый список из миллиона пунктов, это то, чему ты учишься, когда связываешься с одним капитаном. С двумя, если на то пошло. — И я помогу с остальным наименее законным, больше от охраны в женских туалетах заброшенного бассейна я прятаться не буду. Пока Бокуто стискивал его в объятиях и трепал за волосы, повторяя «спасибо-спасибо-спасибо» (будто Акааши действительно мог ему отказать), Кейджи думал, как докатился до такого. Точнее дополз — помним про ноги в капканах. — Хотя вот это, — Акааши, стоило Бокуто его выпустить, указал на «Пробраться к директору в кабинет ночью и выкрасть МОЙ кубок с прошлогоднего матча», — никак нельзя сделать законно, и мы воздержимся от этого. Тебя минимум отстранят, не порть себе последний год отсутствием волейбола. И команде нужен их капитан. Бокуто сначала расстроился, но потом в его глазах вспыхнули сверхновые и он с энтузиазмом начал: — У Голландца всегда должен быть капитан…! Акааши делает себе заметку написать Куроо и устроить киновечер. Должен же он начать присутствовать на свиданиях и знать, что это свидания.