Вальс

***

Сегодня ночью в старинной башне горит свет Как будто правда бывает ночь перед рождеством И как эссенция разливается волшебство Его законы не умещаются в голове

***

За окном холодное, отражающее фальшивые огни графства, рождество. Все деревни погружены в ласковую предпраздничную суету. Звёзды щедро дарят людям, звездным и лунным эльфам, и прочим созданиям свой мягкий прозрачный свет, хрустальным бликом падающим в деревни и города. Луна равнодушно льет янтарный водопад лучей на мрачные, ледяные замки аристократов. Снег алмазной крошкой искриться под ногами, старательно затмевая еле заметное свечение из далёкой, давно уже закрытой темной башни их дворца Сияния. Гемма сидит у туалетного столика, аккуратно проводит по черным, словно крыльям ворона, волосам, мягкими плавными движениями собирая их незатейливую косу для сна. Привстав, звёздная эльфийка снимает с длинной лебединой шеи колье из сапфира и аквамарина и тихонько поправляет белоснежную сорочку. Но отражение в зеркало вынуждает повернуться к окну в тихом ожидании. Мягкий огонь из темной башни манит девушку своими тихими искрами. Недолго раздумывая юная графиня разводит руками, делая сложные пасы, как белые замысловатые узоры на её тонких бледных руках начинают мягко светиться, россыпью звёздной пыли плывя к двери из темного дуба. Ещё пару минут постояв, леди Антарес быстрым шагом подходит к гардеробной и накидывает на себя первую попавшуюся шубу. Мягко прыгнул на подоконник и отворив ставни, девушка морщится от холодного ветра, окутавшего её. Обуздав звездный ветер Гемма мчится к окну на далёкой мраморной башне. Вступив на выступ она раскрывает скрипящее окно и в ступоре останавливается, становясь хрустальной статуей, созданной искусным мастером.

***

А дальше — больше, выходят тени, встают в ряд Кариатиды, скульптуры певчих и лошадей И снова окна старинной башни сильней горят Свет заливает пространство улиц и площадей

***

По заброшенной комнате, покрытой вековой пылью нежно струиться водопад из смешанных лунных и звездных лучей, отражаясь от белесых стен с золотистыми и серебряными прожилками. Тени стыдливо пляшут, переплетаясь в неуверенном танго, отвлекая от призрачной фигуре в простом белом платье, струящимся по стройной высокой фигуре. Длинные пряди цвета белого агата дождем спадают с хрупких на вид бледных плеч. Гемма очаровано сглатывает, нервно спрыгивая на дощатый пол, пахнущего замороженными цветами. Она не видит лица прекрасного миража, но даже так она может без труда оценить всю грацию и изящество сияющей, словно звёзды, девушки. Призрак легонько дёргается на звук, но не поворачивается, к сожалению графини, а лишь начинает качаться, заходясь в вальсе. С каждым шагом её танец становится уверенней, а повороты все яростней. Подол платья кружиться за своей хозяйкой, светлой тенью следуя за ней, а призрак все танцует и танцует, словно не замечая незваную гостью. Гемма безмолвно наблюдает за девушкой, чувствуя себя до безумия нелепой в этой тонкой ночной сорочке и пышной бурой шубе. Вот она уже решается уйти как призрак поворачивается к ней лицом, обнажая сиреневые глаза под лёгкой прозрачной вуалью взору Антарес и протягивает ладонь, приглашая на танец.

***

Я приглашаю тебя на танец, на фантастический вальс А ты — король или голодранец, не имеет значения Ведь то не музыка, а кровотечение Виолончелей, саксофонов и флейт

***

Гемма удивлённо смотрит на лицо, скрытое за вуалью, но явственно чувствует, что незнакомка нежно ей улыбается. Поколебавшись долю секунда графиня решается принять предложение. Призрак словно восторжествовав энергично потянул эльфийку к себе, аккуратно держа за талию длинными тонкими пальцами, похожими на опалы странной, безумной огранки. Вальс крутиться все быстрее, в ушах все звенит, переплетаясь симфонией из лёгкой, невесть когда появившейся музыки и тихого, сбитого дыхания. Сознание готово сорваться в любой момент в бездонную пропасть нежности и ярости. В черных, словно оникс глазах вмиг вспыхивают искры, он начинают сверкать и сильнее кружиться в танце, обращаясь в звездчатые сапфиры.

***

Ты вызываешь меня на танец — я поднимаю вуаль Здесь чувство ритма нам ни к чему, здесь важней чувство такта И с высоты за каждым следующим тактом Следят скитальцы земляничных полей

***

В следующую ночь, и в другую, и в третью, Гемма все сбегает к таинственной незнакомке, которая каждый раз мягко улыбается и приглашает на танец. Она яростно, но нежно крутит графиню в вальсе, держа её близко к себе, словно если призрак её отпустит, то она рассыпется подобно сломанной мраморной статуе, сползёт в жадные лапы смерти как песок. Они кружиться до утро, до того самого момента, полного мистики и величия, грустных вздохов и горячих обещаний вернуться на следующую ночь.

***

Девятый танец до середины — валюсь с ног В старинной башне петух проснулся, ну наконец! Внезапно кто-то, стоявший сзади, в руках венок Меня хватает и тянет волоком под венец

***

Каждый раз её сердце бешено колотиться, гулко отдаваясь в ушах мелодичным шепотом призрака, шепчушего клятвы любви. Гемма с яркой счастливой улыбкой продолжает каждую ночь доверять свою душу незнакомке, мягко смеясь на аккуратные поцелуи, оставляемые на своей шее. Такой эйфории и покоя она не чувствовала никогда прежде, чувство, что она только познала жизнь, вкусила сладкий плод первой влюбленности, бурно, как горная река, перетекшей в искреннюю, завернутую в нежность любовь.

***

Мне говорили, все эти танцы — дурной спорт Предупреждали: следи за стрелками на часах! Но посмотрите, какой теперь у меня эскорт! И змеи вьются в моих распущенных волосах

***

Наутро кто-то меня разбудит, нальёт чай Я выпью залпом, как будто это такой спирт И кто-то спросит, где пропадаю я по ночам Когда весь город дрожит о нажитом или спит? И я сознаюсь, что ночью в башне горит свет Сознаюсь тоже, что в этом танце я с ним горю Что в целом мире другого света такого нет А только лето всё время тянется, тянется к январю

***

Ничего не остаётся в тайне вечно, верно? А от старого маркиза Йозефа тем более. Этот хитрый лис быстро заметил, что Гемма куда-то начала пропадать по вечерам, и возвращалась только под утро, вся выматаная, но донельзя счастливая. –Итак, юная эльфийка,–Глава Рода Сияния мягко постукивает по шапке пальцами, вкрадчиво спрашивая Гемму,–не откроете ли вы, куда вы уходите каждую ночь? Сердце останавливается. Гемма собирается духом, и совсем не красиво залпом выпив свой чай, на одном дыхании выдает все. С чего началось, как манило, как красивая там танцует эльфийка, как она целует и кружит её. Голос предательски дрожит, когда юная графиня описывает призрака. Йозеф молчаливо слушает, кивая свои мыслям. Он скрещивает ноги, заинтересовано, даже слегка ошарашенно глядя на свою воспитанницу. Кто же знал, что его внучка, давно, задолго до рождения Геммы, погибшая во время Via Combusta, ритуала Сожженого пути, вернётся к жизни бледными миражом, влюбив в себя лучшего мистика среди молодых звездных эльфов. Он мягко, и на этот раз искренне, улыбается, обещая все устроить, если Гемма позволит ему встретиться с погибшей.

***

Я приглашаю тебя на танец, на фантастический вальс А ты — король или голодранец, не имеет значения Ведь то не музыка, а кровотечение Виолончелей, саксофонов и флейт Ты вызываешь меня на танец — я поднимаю вуаль Здесь чувство ритма нам ни к чему, здесь важней чувство такта И я слежу за каждым следующим тактом И с каждым тактом улыбаюсь смелей

***

И вот они вновь танцуют. Селестина радостно улыбается Гемме, притягивая в поцелуй, когда та приближается к её лицо очень близко, оставив лишь пару жалких сантиметров. Она вкушает вишнёвые губы, не желая больше отрываться от них. Обсидиановые глаза графини с благоговением следят за чароитом в очах своей, уже, к слову, супруги. Она мягко обвивает белоснежную шею Святовой и прижимает к себе. Йозеф не врал, когда пообещал все устроить. В том числе и свадьбу.