Подарок

Сукуна лениво потянулся, опираясь на перила веранды. Его взгляд был уставшим, скучающим — таким, каким он всегда встречал людей, когда не видел в них ничего интересного. На нём была простая мятая футболка, свободные штаны и старые тапочки — явно не его обычный стиль, но сегодня ему было плевать. Во дворе стоял Тоджи, держа за плечо своего сына. Мегуми выглядел так, будто вот-вот кого-то ударит, стиснув зубы и злобно сверкая глазами. — Забирай, — спокойно произнёс Тоджи, толкнув сына вперёд. Сукуна приподнял бровь, не отрываясь от своей расслабленной позы. — Что это, точнее что это значит? — его голос был ленивым, но в нём скользила тень насмешки. — Ты сам знаешь. Мне не до него. Присмотри за ним , пока я в отъезде , — Тоджи отвернулся, доставая из кармана сигарету. Мегуми резко дёрнулся вперёд, с силой наступая на гравий, его злость буквально вибрировала в воздухе. — Я не вещь, чтобы меня вот так оставлять — рявкнул он, метнув на отца испепеляющий взгляд. Сукуна только ухмыльнулся, наблюдая за этим маленьким семейным спектаклем. — О, так он ещё и кусается, — протянул он, склонив голову набок. — Слушай, Тоджи, ты точно хочешь оставить его у меня? Он же мне всё тут разнесёт. — Разберёшься, — отмахнулся Фушигуро-старший, затягиваясь. Сукуна фыркнул, лениво взглянув на Мегуми. — Ну что, щенок, пойдёшь по-хорошему, или мне придётся тебя привязать? Парень лишь фыркнул, проигнорировав его слова . Мегуми скрестил руки на груди, недовольно посмотрев вслед отцу. Как он вообще мог так беспечно отправить его к этому человеку? Ну, почти незнакомому… Мегуми перевёл взгляд на Сукуну, всё ещё не разжимая рук. Тот лишь лениво зевнул, устало глядя на него, словно происходящее его совершенно не касалось. Не говоря ни слова, Мегуми шагнул вперёд и, проходя мимо, намеренно пнул его плечо. Лёгкий, но выразительный жест. Сукуна слегка приподнял бровь, наблюдая, как парень уходит дальше, но ничего не сказал. МУжчина проводил его взглядом, всё так же лениво усмехаясь. — Характер у тебя, конечно, дрянной, — протянул он, убирая руки в карманы. — Что, папочка тебя без предупреждения слил? Мегуми остановился, сжав кулаки. Не дав себе сорваться, он резко выдохнул и продолжил идти дальше по коридору особняка. — О, молчание? — продолжил издеваться Сукуна, шагая за ним. — Или ты просто ещё не придумал, как мне нахамить так, чтобы это звучало остроумно? Мегуми остановился у двери, резко обернулся и метнул в него холодный взгляд. — Я тут ненадолго, — процедил он. — Так что не старайся. Сукуна тихо рассмеялся, чуть склонив голову. — Ой, не зарекайся, Фушигуро. Мегуми раздражённо дёрнул дверную ручку и вошёл в комнату, что ему выделили. Особняк был огромным, но почему-то казался ему душным, словно воздух здесь был пропитан чем-то невидимым, но давящим. Сукуна не стал торопиться уходить. Он лениво облокотился на дверной косяк и продолжил наблюдать за парнем с усталым прищуром. — Ну, располагайся, не стесняйся. Будь как дома, хоть ты тут и не в гостях. Мегуми лишь бросил на него мрачный взгляд. Он скинул рюкзак на кровать, затем прошёл к окну и выглянул наружу. Особняк стоял высоко над городом, и с этого ракурса можно было видеть огни улиц, тянущихся вдаль. — Если собираешься стоять там и смотреть на меня, можешь сразу идти к чёрту, — сухо бросил он, не оборачиваясь. Сукуна вяло ухмыльнулся, оттолкнулся от дверного косяка и сделал несколько шагов внутрь. — Да ладно, не такой уж я и плохой хозяин, — сказал он с притворной добротой. — Могу даже предложить тебе выпить. Мегуми устало закатил глаза и наконец повернулся к нему. — Просто оставь меня в покое. Сукуна покачал головой, всё так же ухмыляясь, но ничего не ответил. Он задержал на парне взгляд — цепкий, оценивающий, но затем всё же развернулся к выходу и вышел, закрыв за собой дверь. Мегуми вздохнул, потерев переносицу. Похоже, это будет долгое испытание. *** Первые дни в особняке были мучительно тягучими. Здесь всё раздражало: слишком мягкая кровать, непривычно тишина, навязчивая роскошь, тоска Он находил себе дела: тренировки, книги, долгие прогулки по территории. Но всё это не спасало от осознания, что теперь он был здесь, под крышей этого человека, зависимый от его решений. Еда. Ему приходилось есть за одним столом с Сукуной. Первые пару раз он отказывался, но это закончилось тем, что Сукуна просто сел напротив и заставлял его медленно есть, пристально глядя на него. — Давай, Фушигуро, жрать надо. А то ещё подумают, что я тебя тут мучаю. — Ты и так мучаешь, — пробормотал Мегуми, всё же беря палочки. Сон. С ним тоже были проблемы. Ночами в особняке было слишком тихо. После долгих лет в доме отца, где шум улицы был привычным фоном, такая глухая тишина действовала на нервы. Пару раз ему казалось, что он слышит шаги за дверью. Однажды он даже вышел в коридор проверить — никого. Но ощущение чужого присутствия не исчезало. Спустя неделю стало понятно, что худшая часть этой жизни — это не роскошь, не вынужденное соседство с Сукуной, а одиночество. Мегуми мог бы сказать, что привык к нему, но это была бы ложь. *** Сукуна не планировал этим заниматься. Совсем. Но когда до него дошли слухи, что Фушигуро снова вляпался в неприятности, он лишь раздражённо вздохнул и отправился в школу. Школьный коридор был тихим. Только звук его шагов нарушал эту тишину, пока он шёл к кабинету директора. Когда он открыл дверь, перед ним предстала картина: Мегуми сидел перед столом, скрестив руки на груди, а напротив него директор с суровым выражением листал какие-то бумаги. — Значит, ты всё-таки пришёл, — директор мельком взглянул на Сукуну, откладывая документы. — Не ожидал. — Честно? Я тоже, — Сукуна лениво усмехнулся, кидая взгляд на Мегуми. — Ну и что ты натворил? Мегуми не ответил, лишь отвёл взгляд в сторону. — Он снова подрался, — директор сложил руки на столе. — Несколько учеников в медпункте. Один с разбитым носом, другой с синяком под глазом. Сукуна приподнял бровь, затем медленно повернул голову к Мегуми. — И что, всех так разнёс? — его тон был скорее забавленным, чем осуждающим. — Они первые начали, — наконец выдавил Мегуми. — Конечно, — хмыкнул Сукуна. — Все так говорят. — Они издевались над младшими, — добавил Мегуми уже твёрже, и в его голосе прозвучала нотка злости. Сукуна на секунду замолчал, глядя на него. — И ты решил, что лучший способ решить проблему — это переломать им носы? Мегуми нахмурился, но промолчал. Директор тяжело вздохнул. — Если такое повторится, нам придётся принять меры. Ученикам не место в драках, какими бы благородными ни были их мотивы. Сукуна снова посмотрел на Мегуми, затем ухмыльнулся. — Ладно, я с ним разберусь. Больше такого не повторится. Директор недоверчиво посмотрел на него, но кивнул. Когда они вышли из кабинета и направились к выходу, Сукуна сунул руки в карманы и хмыкнул: — Так, значит, ты у нас герой, да? — Заткнись, — буркнул Мегуми. Сукуна усмехнулся, но на этот раз в его взгляде не было насмешки. Только лёгкое… одобрение? *** Сукуна лениво развалился на диване, прокручивая в руках телефон. На экране открыта статья: «Что подарить на 18-летие подростку из обеспеченной семьи» Стандартный набор советов: брендовые часы, дизайнерская одежда, редкие коллекционные вещи, элитный алкоголь (хотя с этим пока рановато), дорогие автомобили и путешествия в самые престижные уголки мира. Всё это казалось ему откровенной чушью. Но что из этого могло заинтересовать такого, как Фушигуро?Парень, конечно, не из тех, кто радуется бесполезной роскоши. Он не носил дорогие украшения, не восхищался брендами, да и в суперкарах явно не нуждался. Он бросил взгляд на заголовок ещё раз и раздражённо выдохнул. — Какого чёрта я вообще этим занимаюсь? — пробормотал он, откидывая голову назад. Но игнорировать дату тоже не выход. Фушигуро исполнялось 18, и, чёрт побери, парень официально становился взрослым. Не сказать, что тот придавал этому какой-то особый смысл, но Сукуна понимал — для большинства людей день рождения значил что-то важное. И пусть Мегуми никогда не казался человеком, ждущим подарков, оставить его с пустыми руками было бы странно. Что ему нужно? Он задумчиво прокрутил в голове всё, что знал о парне. Фушигуро не интересовали вещи, которыми кичатся богачи. Он не носил дорогих аксессуаров, ему было плевать на статус и бренды. Парень как казалось ставил практичность выше внешнего блеска. Но кое-что он действительно любил. Да он сумел сделать выводы за столько короткий промежуток времени о нем, что нравилось паренку, судя по внешним суждениям и обстоятельствам, назовите как хотите Сукуна усмехнулся. — Этот пацан обожает драться, — хмыкнул он, открывая сайт с бойцовским снаряжением. Он начал просматривать варианты. Боксерские мешки, манекены для спаррингов, профессиональные перчатки, силовые тренажёры. Что-то из этого точно придётся к месту. «Для тех, кто хочет повысить свою технику удара» — привлекла его внимание одна из надписей. — Груша, а? — пробормотал он, задумчиво щёлкая пальцем по экрану. Большая, усиленная, с регулировкой веса, способная выдержать удары даже самого злого бойца. Вариант выглядел достойным, но Сукуна колебался. — Хотя, может, этого мало? Он снова задумался. Вспомнил, как когда-то Фушигуро в драке не просто бил, а анализировал каждое движение, будто считывал противника на лету. Да- да ему удалось быть свидетелем этого — Хм... Может, ещё какой-нибудь умный тренажёр? — пробормотал он, продолжая пролистывать. А ещё можно добавить что-то символическое. Например, нож — не как оружие, а как знак. Он знал, что в некоторых культурах такой подарок означал доверие и силу. Сукуна хмыкнул, закрывая страницу. — Ладно. Груша, хорошие перчатки и что-то неожиданное. В конце концов, 18 лет бывает раз в жизни. *** Сукуна устало потер шею. Он завалился домой, громко хлопнув дверью, и тяжело вздохнул. Как же он задолбался. Работа достала, люди бесили, голова гудела от всей этой суеты. Хотелось только скинуть с себя эту грёбаную одежду, врезаться в кровать и забыться хотя бы на пару часов. Сукуна щёлкнул выключателем — но свет так и не загорелся. Он нахмурился. — Чёрт, опять электричество? — пробормотал он, раздражённо чешая шею. Было темно, но не так, как при обычном отключении света. Скорее, будто свет горел, но не его. Что-то неестественное. Он лениво бросил в сторону сумку, проходя по коридору. Дом казался тише обычного, но когда он проходил мимо одной из комнат, уловил приглушённые звуки. Голоса? Музыка? Он споткнулся обо что-то на полу, резко обернулся, но, увидев валяющуюся вещь, лишь раздражённо фыркнул, сжав зубы. — Твою мать... — пробормотал он сквозь зубы, чуть не влетев головой в стену. Он раздражённо развернулся, взглянул вниз и заметил какую-то чёртову коробку, которую точно здесь не оставлял. — Бардак... Фыркнув, он пнул её в сторону, прокручивая в голове мысли о горячем душе и покое. Но когда его взгляд скользнул в сторону какой-то комнаты, он резко остановился Приглушённый, красноватый, пробивающийся сквозь щель двери. Сукуна нахмурился. Покачав головой, он медленно повернул ручку и открыл дверь…И замер. В комнате царил тёплый, приглушённый свет, мягкие тени ложились на стены, а в воздухе витал тонкий аромат сандала и ванили, смешанный с чем-то терпким, почти сладким. Густая, тягучая атмосфера обволакивала, забиралась под кожу, врезалась в сознание, будоража инстинкты Но всё это было лишь фоном. Главное зрелище сидело прямо перед ним. На столе, сидел Мегуми. Ноги раскинуты в стороны, поза слишком расслабленная, чтобы быть случайной. Он лениво опирался на руку, будто ожидая кого-то. Будто ожидая его. В комнате царил тёплый оттенок красного, на соседнем столике горели ароматические свечи, сука , он точно не покупал такое, а из динамика негромко лилась музыка, мягкие гулкие ритмы заполняли комнату, создавая почти интимную атмосферу. Сукуна провёл взглядом по всей картине, затем медленно перевёл глаза на Мегуми. — …Ты что, охренел? Мегуми не пошевелился, только посмотрел на него снизу вверх, уголок губ дрогнул в слабой усмешке. — Ты долго. Сукуна молча прищурился. — Это что, попытка соблазнить меня или мне показалось? Мегуми не ответил сразу. Сукуна медленно закрыл дверь за собой, развернувшись к парню. — Он глубоко вздохнул, стараясь держать себя в руках. Быстрым, отточенным движением он стянул пиджак, откинул его в сторону и шагнул вперёд. Мегуми не шелохнулся. Он сидел всё так же развязно, ноги раскинуты, на губах лёгкая усмешка, а в глазах — вызов. Сукуна остановился прямо перед ним, взгляд скучающий, но в глубине глаз полыхало раздражение, смешанное с чем-то, чему он пока не хотел давать название. Медленно, с нарочитой небрежностью, он положил ладонь на бедро Мегуми и сжал чуть сильнее, чем требовалось. — Ты что творишь? Спускайся с моего стола. Мегуми не шелохнулся. Только уголки его губ дрогнули в едва заметной усмешке. От него веяло чем-то терпким, тёплым. Аромат парфюма — лёгкий, но цепляющий, и запах алкоголя и наркотиа ,смешанный с его естественным запахом. — Чего ты такой напряжённый? — его голос звучал спокойно, но в нём скользнул намёк. — Как бы… восемнадцать лет так не празднуют. Сопляк. Он провёл пальцами по бедру, медленно, почти лениво, но с намёком на предупреждение. — Ты нарываешься, Фушигуро. Мегуми чуть подался вперёд, позволяя свету свечей пробежать по его ключицам, по шее, по лицу, и, не отводя взгляда, усмехнулся: — Тогда покажи мне, как следует отмечать день рождения, — голос Мегуми был ровным, почти ленивым, но в нём слышался вызов. Сукуна медленно моргнул. Вот же… Он коротко выдохнул носом и шагнул ближе. Не спеша. Так, чтобы заставить Мегуми почувствовать его приближение. Стол едва слышно скрипнул, когда Сукуна положил ладонь рядом с его бедром, не касаясь, но создавая давление. Мегуми не пошевелился. Он просто ждал. — Ты хоть понимаешь, что несешь? — голос Сукуны был низким, с оттенком усталости и чего-то ещё. Чего-то, что он не собирался выпускать наружу. Мегуми слегка приподнял бровь. Сукуна щурится. Он медленно подаётся вперёд, сдвигая своё лицо ближе, создавая давление, но не пересекая грани. — И что ты хочешь? Мегуми чуть склонил голову, позволяя тени играть на его лице. — Ты взрослый, сам должен понимать. Тишина. Сукуна смотрит в эти тёмные синие глаза и… Резко отступает. — Всё. Заканчивай этот цирк, — он убирает руку, отворачивается и идёт к двери. Мегуми не сразу двигается. Но когда он спрыгивает со стола, уголки его губ дрожат в едва заметной усмешке. Этот разговор ещё не закончен. *** Громкие шлепки их тел заполняли всю комнату, делая в ней воздух тяжёлым и горячим. Мегуми обвил его талию ногами, желая притянуть ближе. Сукуна толкнул его на стол, заставляя его не торопиться с действиями. Схватившись за край стола, Мегуми выгнул спину, открывая рот, из которого вырывались легкие стоны. Сукуна замедлил толчки, слегка отдышавшись снова прижался к нему вплотную, подхватив парня под колени, и неторопливо входил, давая Мегуми привыкнуть и когда начал медленно набирать темп, наслаждаясь стонами паренька, его взгляд словно пронизывал его насквозь. На лице того, кто обычно был так сдержан, теперь было что-то непривычное — удовлетворение. Это было даже забавно. — Ну что, тебе так больше нравится? — его голос был мягким, но в нем звучала легкая насмешка. Мегуми довольно постанывал каждый раз когда он продолжал толкаться быстро и глубоко в его простоту — Наконец-то взрослый, да? — Сукуна склонился немного вперёд, его лицо было почти вблизи, и Мегуми ощутил дыхание на своей шее. — А вести себя умеешь, как взрослый? Мегуми почувствовал, как его щека слегка пылает. Он не хотел этого показывать, но в его голосе проскользнуло напряжение, когда он ответил: — Ты что, смеёшьс..- мхм…— Мегуми попытался ответить с той же уверенности, но в его голосе сорвался приглушенный стон , когда очередной грубый толчок окончательно выбивает из головы даже понимание происходящего, заставляя парня заорать от удовольствия, Сукуна усмехнулся, и его ладонь скользнула по бедрам Мегуми. Мегуми не знал, что его больше бесит — то, что Сукуна, возможно, что он безвольно трахает его, или то, как легко тот выжимает из него такие реакции. — Нет, не смеюсь. Просто интересно, насколько ты выдерживаешь все это... Мегуми закусил губу, не зная, стоит ли продолжать этот разговор или просто уйти от разговора, чтобы избежать ловушки, в которую его так легко заманивал Сукуна. Парень слегка задержал дыхание. Сукуна всегда умел поддразнивать, всегда знал, какие слова выбрать, чтобы вывести его из себя. Но теперь... теперь что-то в этом было странным. Он не мог понять, как ответить. Сукуна ухмыльнулся заметив это и подошёл ближе, их лица почти соприкасались. Он следил за ним, питаясь его эмоциями, ловил каждый стон и вздох, продолжая двигаться. Его толчки стали хаотичными, а дыхание — редким. Капля пота ползла по его ключице, и Сукуна жадно сглотнул, борясь с желанием подняться и слизать её с тела Мегуми, но парень едва не отключился, когда его пальцы сильно сжались на его бёдрах. Сукуна скрепил свои действия поцелуем, его губы требовательно прижались к губам Мегуми, когда он излил весь свой голод и желание в объятия. Он чувствовал, как Мегуми растворяется в нем, его тело податливо и податливо, когда руки Сукуны блуждали по каждому изгибу и контуру, после того как он прервал поцелуй, его губы скользнули вниз к шее Мегуми, где он кусал и посасывал чувствительную кожу. Его бедра снова начали двигаться, медленно и глубоко проникая в задницу Мегуми, пока он чувствовал, как его оргазм нарастает, его яйца сжимаются, когда он приближается к краю. Сукуна застонал от удовлетворения, почувствовав, как задница Мегуми сжимается и спазмируется вокруг его собственного пульсирующего члена Он схватил Мегуми за бедра так сильно, что оставил синяки, в последний раз подался бедрами вперед, зарываясь по самую рукоять в спазмирующую дырочку Мегуми. Его член пульсировал и дергался, когда он опустошал себя внутри мальчика, заливая внутренности Мегуми своим горячим, густым семенем. Блядь это было великолепно. Тело Сукуны содрогалось и содрогалось в конвульсиях над Мегуми, теряясь в интенсивности своего оргазма. Сделав еще несколько мощных толчков Мегуми откинул голову назад, гортанный крик вырвался из его горла, когда оргазм обрушился на него, как приливная волна. Его член дергался и пульсировал в хватке Сукуны, горячие струи спермы выстреливали наружу, окрашивая его грудь и живот Наконец он рухнул на Мегуми, его вес прижал парня к столу. Он чувствовал, как сердце Мегуми колотится у него в груди, Сукуна уткнулся носом в шею Мегуми, его губы коснулись влажной от пота кожи Черт А Сукуна уже и забыл, что собирался уйти, "несколько" минут назад Он хотел отмахнуться от этого пацана, оставить ему его дурацкий вызов и просто отдать подарок — дорогой, тщательно подобранный, который сейчас валялся в коридоре, забытый. Но сейчас ему было не до этого. Сукуна провёл языком по клыку, будто пытаясь удержать раздражённый вздох, и вдруг хмыкнул, низко, почти беззвучно. Чёрт. Как, блядь, он вообще оказался в такой ситуации? Он всего-то пришёл, чтобы узнать в чем дело, вручить пацану подарок и свалить. Но вместо этого…Он стоит здесь. И трахнул сына своего друга. Сукуна прикрыл глаза на секунду, будто собирался с мыслями, потом глубоко выдохнул носом и усмехнулся шире, стряхивая с себя наваждение. *** Тоджи приехал за сыном поздно. Как всегда. Он вышел из машины, лениво прислонился к капоту, вытащил сигарету, но даже не зажёг её — просто крутил в пальцах, наблюдая за тем, как Мегуми прощается с кем-то у входа. Парень выглядел спокойным, сдержанным, как обычно. Кто-то хлопнул его по плечу, что-то сказал, но Мегуми лишь коротко кивнул и направился к машине. — Ну что, как? — заговорил Тоджи, когда они уже ехали по ночной улице, мимо припаркованных машин. Мегуми молчал, глядя в окно. Тоджи скосил на него взгляд. — Понравилось? Или что-то не так было? Мегуми слегка нахмурился, но ответил не сразу. — Нормально. Тоджи кивнул, одной рукой повернул руль, ловко обогнав медленно ползущую машину. — Что там случилось? — он посмотрел на сына мельком, потом снова на дорогу. — Извини, что не успел приехать. — Ничего страшного. Тоджи коротко усмехнулся. — Ну и как отметили? Что тебе Сукуна подарил? Мегуми чуть повернул голову, встречаясь с ним взглядом. — Он трахнул меня. Тоджи резко закашлялся. Мегуми едва заметно усмехнулся. Секунду назад он был спокоен. А сейчас чуть не врезался в бордюр, резко сдёрнув руль обратно. — Что? — он резко откашлялся, его рука сжала руль сильнее, чем следовало. Мегуми, сидящий на пассажирском сиденье, просто выглянул в окно, как будто только что не вбросил нечто, способное отправить отца в инфаркт. — Ты оглох? — спокойно уточнил он. Тоджи на секунду прикрыл глаза, медленно выдохнул и… — Фушигуро, ты, блядь, повтори это нормально. Мегуми чуть склонил голову, наблюдая за тем, как у отца дёргается нерв на виске. — Он… — начал парень, но нарочно задержал паузу, будто смакуя эффект. — Трахнул меня… подарком. Тоджи резко посмотрел на него. — Каким, нахрен, подарком?! Мегуми усмехнулся. — Каким-то дорогим. Я даже не успел толком посмотреть. Тоджи продолжал пялиться на него, пытаясь понять, можно ли убить собственного сына за такие шутки. — Ты, сука… — он вернул взгляд на дорогу, проводя языком по зубам. — Когда-нибудь я его придушу. Мегуми просто пожал плечами. — Когда-нибудь. Но не сегодня. *** Тоджи в ахуе. Он сидел, нервно постукивая пальцами по столу, поглядывая на часы. — Где эта мразь? — прошипел он, ощущая, как его терпение трещит по швам. Сукуна должен был прийти ещё полчаса назад. Но, конечно, этот царь хуев горы не мог явиться вовремя. Наконец дверь открылась. Вальяжной походкой заходит Сукуна, нахально ухмыляясь, как будто его тут не хотят тупо разорвать. — Задержался. — Сукуна лениво повёл плечами. Тоджи тяжело вдохнул, чтобы не въебать ему с ноги. — Я спросил, зачем ты задержался. — Дела. — Какие нахрен дела? Сукуна прищурился, усмехнулся. — Ты же не просто так меня позвал. Говори уже, что хотел. Тоджи встал. Ему срочно нужно было что-то сломать. Но вместо этого он просто вперился взглядом в Сукуну. — Почему ты трахнул моего сына?! Тишина. Сукуна замер. Потом… Усмехнулся. — Потому что захотел. Тоджи захотелось его убить. Но в этот момент… Дверь снова открылась. На пороге стоял Мегуми. Теперь он понял почему тот задержался...Вот пидор. И прежде чем Тоджи успел что-то сказать, он спокойно подошёл к Сукуне… …и чмокнул его в щёку. Тоджи в ахуе. Его челюсть чуть не отвалилась. Он моргнул. — Ты что… Мегуми, как ни в чём не бывало, сунул руки в карманы. — Я замуж за него. Тоджи перестал дышать. — Чего?! Мегуми поднял руку. На его пальце сверкнуло кольцо. Бриллиант. Настолько дорогой, что его можно было продать и купить половину Японии. — Он сделал мне предложение. Тоджи в ахуе 2.0. Он попытался что-то сказать. Но не смог. Сукуна развлекался как мог, глядя на его охреневшее лицо. — Кстати, Тоджи, ты скоро станешь тестем. Где-то вдалеке послышался звук сломанной психики. Это сон. Это точно ёбаный сон. — Кстати, тесть, — голос Сукуны был елейно-сладким, он явно кайфовал от ситуации. — Я ещё и богатый, так что с голоду он не умрёт. Определнно...