Компания

      Джейсон точно знал и понимал, что делал незаконные действия по отношению ко всему, что существует на этой планете.       После тупой операции «утонувшие котята», когда команду Рейчел выхаживали в закрытом американском лагере на территории Ирака, их отпустили, только перед этим попросили подписать бумаги о неразглашении. И конечно же они все согласились на это дерьмо, даже Эрик, потому что ему, похоже, от начальства прилетит по шапке больше всех: это его операция и он с ней не справился. Но для неразглашения есть и другие причины, в противном случае их могут всех расстрелять. Каждый раз в фильмах рассказывали про власть Америки, возможно, реальность и есть таковой, что США решит изучить и даже приручить этих огромных летучих мышей, чтобы проводить с ними секретные операции под покровом ночи. Сами посудите: пуленепробиваемые ублюдки, которые внушают страх один своим стрекотом. Это же будет гениальный прорыв в господстве Америки над другими странами. Но только Джейсону как-то по хуй. Сейчас у него есть дела поважнее.       В руке он держал покрытый кровью кусок бумаги, на которой кривым почерком был написан адрес места проживания Салима. Джейсон только наделялся, что он все ещё находился там, потому что прошел целый месяц, а вестей никаких. Возможно, он пробрался в чужую страну незаконным способ. Он высадился где-то далеко от военных действий с помощью «секретного» самолёта. Попасть обратно в свою родную страну, в случае нахождения иракскими салатами, будет невозможно. Но, вроде как, он не жалуется. Кроме ребят, с которыми он достойно попрощался, его ничего не держало в стране.       Тут же его, он наделялся, ждал Салим. Так что в полной темноте с фонариком в руках, он по GPS шел к месту своего назначения. Прошел он незаметно для всех, но встретил по пути не самых приятных личностей, и это были не иракцы. Кто же знал, что самый короткий путь будет через то место, из которого они все месяц назад чудом выбрались. Ямы не были замурованы, но и пидорские твари из них скопом не лезли, только рядом ошивались черные внедорожники и люди в химических костюмах. Пора сваливать отсюда.       Через высокие горные хребты, хотя я дольше, но безопаснее, Джейсон добрался до маленького городка — Бадры. Населения здесь правда было небольшое. После военных действий, которые были как раз недалеко отсюда, жителей осталось не так уж и много. Может быть в каких 200 жителей, знающих друг друга. Знать, правда, кто в каком доме жил, не представлялось возможным. Нигде не было подписан точны адрес, но Джейсон помнил, что Своим упоминал о каких-то «цветах» на клумбе.       Только включенный свет натолкнул Джейсона в другое направление. Интересно только: в таком маленьком городе у домов не было даже окон, но похоже, что это не мешало жителям спокойно спать в своих домах. Наоборот, если бы у них было окна, то в помещении было бы слишком душно, потому что в Ираке круглый год было жарко до потери сознания.       Посмотрев в окно, и увидев Салим, спокойно читающего какую-то ираксую книжку, Джейсон постучал в дверь. Шанс пятьдесят на пятьдесят, что его не вышвырнут из дома. Через несколько секунд дверь тихо отворяется.       — Салим... — только и говорит Джейсон, больше не зная, какие слова можно подобрать. Но это и не важно, потому что Салим приглашает Колчека в дом и крепко обнимает. — Я думал, что больше не увижу тебя...       Джейсон тихо шмыгает носом в чужое плечо, но горькие мужские слезы не катятся по его щекам: выплакал все давным давно. Салим же снимает с него эту памятную кепку и теребит чужие волосы, словно Джейсон какой-то подросткой, но и это даёт ему чувство того, что мужчина постарше рад его видеть. Только тихую обстановку разряжает напряжённый голос подростка:       — Пап, кто это? — спрашивает на арабско парень, стоящий в коридоре, уж слишком он похож на Салима.       — Зейн, это мой друг — Джейсон. Вместе с ним я был... сам знаешь где, — на том же арабском отвечает Салим.       — Что ж. Понятно, — спокойно говорит Зейн и уходит в свою комнату.       — Это было странное знакомство с твоим сыном.       — Не переживай, я много рассказывал ему о тебе, так что он не расскажет никому об этом. Проходи, никто нас не побеспокоит.       И это действительно казалось так, но в маленьком городе, как можно понять, секреты долго не хранятся, только чудом никто из соседей не донес иракским потрульным о том, что у одного из бывших солдат в доме находится американец, тут же семья Османа пошла под трибунал, а Джейсон на расстрел. Как-то к Салиму наведалась одна его знакомая и Джейсон слишком сильно забеспокоился, подумал, что его нашли, и теперь ему все, каюк, но эта сорокалетняя женщина была рада, что у Салима появился кто-то после бывшей жены. Как она узнала, что Джейсон и Салим встречались знал, похоже, только Аллах.       Со временем Джейсон начал привыкать, конечно, редко выходил на улицу, потому что иногда его настигали панические атаки, просто спонтанно в каком-то переулке, может быть от жары, но Осман всегда был рядом. Они вместе также учили арабский, а Джейсон подтягивал Зейна в английском, хотя тот, по мнению Османа, был достаточно хорош в нем, может быть лучше Колчека, который до сих пор, когда был расстроен, счастлив или раздражён непонятно сквозь зубы говорил предложения: взялось языка после наркоты пока что не прошла, но он старался говорить понятно.       Джейсон правда был рад, что находился рядом с тем, кого любил; люди в городе, когда через неделю всё-таки узнали о незаконно пришедшем сюда американце долго в страхе не находились, привыкли, потому что Джейсон жил у них, помогал и оружие не наставлял, а также работал в небольшой лавке то у одного, то у другого знакомого, ведь тут конечно все друг друга знали. Только не каждый мог понять, что Салим и Джейсон встречались, а это было немного не по их религии. Осман тоже прибывал в шоке, когда Джейсон после «небольшой» одиночной вечеринке поцеловал его в губы, а после отключился на полу, слава Аллаху, что это необременонное теперь ничем лицо упало на мягкие подушки. После этого они, конечно, серьезно поговорили, Джейсон ожидал отказа, но его не было.       Они жили тихо и спокойно, в надежде на переезд из Ирака, чтобы никто их не поймал. Салим немного числится в списке мертвых, потому что выжившие солдаты, которые не упали в яму, доложили о пропаже своего подразделения, а высшие уже не стали разбираться — один солдатом меньше, другим больше, какая всё-таки разница.