Феникс

— Потанцуем? Ичиро неспешно отпил из своего бокала, задержав взгляд на подошедшем молодом человеке. Судя по голосу, тот был совсем ещё юн. Удивительно, как ему вообще хватило смелости подойти. Ичиро терпеть не мог подобные мероприятия. Фальшивые улыбки и пустые разговоры вызывали скуку с легким раздражением. По его мнению, смешивать работу с развлечением было неправильно, но позволить себе пропустить бал он не мог. Это по-прежнему отличная возможность прощупать почву для новых знакомств и узнать последние сплетни, несмотря на все прочие неудобства. Одно из таковых, кстати, все еще ожидало его ответа с вытянутой рукой, облаченной в бордовую бархатную перчатку. Парня, кажется, нисколько не смутило длительное молчание. Он продолжал держать руку в приглашающем жесте и обольстительно улыбаться. Допив вино, Ичиро с легкой неохотой принял приглашение, вложив свою руку в чужую ладонь. Тонкие пальцы сразу же сомкнулись на его запястье, слегка сжимая. Стало интересно узнать, чей это отпрыск. Маска скрывала большую часть лица, позволяя рассмотреть только игривые голубые глаза и растянутые в усмешке губы. Незнакомец был облачен в роскошного феникса. Золотую маску украшала россыпь драгоценных камней и изящный клюв. Самой завораживающей деталью костюма были объемные, вышитые золотыми перьями рукава, которые при движении развивались и сияли, словно настоящие крылья. Ичиро позволил вывести себя ближе к центру зала, однако в танце все равно занял ведущую позицию. — Почему ты согласился? — поинтересовался Феникс, мягко кладя руку Ичиро на поясницу, — я наблюдал за тобой весь вечер. Ты ни разу не танцевал. Первым порывом было осадить мальчишку за фривольное обращение, но потом Ичиро передумал. Это же бал-маскарад. Здесь некоторые формальности стираются. Все равно ты не узнаешь, с кем имел честь пообщаться. — Я не танцую с кем попало. Ты выглядел чересчур уверенным в себе, мне стало интересно, как долго ты продержишься, — честно ответил Ичиро. Феникс тихо хмыкнул, прижавшись несколько ближе дозволенного. Его рука достаточно двусмысленно гладила поясницу партнера, слегка дразня. Мальчишка явно заигрывал, и Ичиро, к своему стыду, не испытывал никакого желания прекращать это. Он все быстрее и быстрее кружил Феникса по залу, стараясь угнаться за темпом музыки. Некоторые пары даже остановились, чтобы полюбоваться на их сокрушительный дуэт. — Ты показался мне не таким, как все эти богатые шишки, — Феникс скорее рассуждал вслух, нежели поддерживал диалог, — даже под масками они продолжают держаться наигранно и фальшиво. От некоторых особ блевать тянет. К тому же получить согласие на танец стало личным вызовом после того, как ты отказал такому количеству людей. — Вот как, — мягко ухмыльнулся Ичиро, наклоняя Феникса назад. Их бедра невольно встретились, заставив Ичиро на секунду прикрыть глаза. Ему не была свойственна излишняя чувствительность, но Феникс производил слишком яркое впечатление, — и чего же ты хочешь? — было ясно, что парень пришел к нему не из профессионального интереса. Ему было лет 20, не больше. Вряд ли его волнуют какие-то сложные рабочие вопросы. — Одна ночь, — протянул Феникс, резко выпрямившись и практически столкнувшись с Ичиро носами, — если все пройдет гладко, я был бы рад рассчитывать на номер или хотя бы твое имя. Ичиро вскинул брови от такой прямолинейности. Балы уже давно отошли от традиционных укладов, но и до уровня клубных тусовок не скатились. Предлагать подобное не являлось чем-то приличным в их обществе. Однако именно это и заставило Ичиро почувствовать легкий мандраж. То, как Феникс подавал себя, резко отличалось от привычного и надоевшего. Мальчишка был не промах. Не постеснялся пригласить его на танец после того, как Ичиро предварительно отогнал от себя с десяток потенциальных партнеров, и теперь ещё пытался затащить его в постель. Очевидно, низкой самооценкой парень не страдал. Ичиро ещё раз осмотрел Феникса. Невысок, но строен и подтянут. Из-под пышного головного убора выглядывали рыжие кудряшки, глаза, обрамленные пушистыми ресницами, светились ледяным блеском. Причин отказываться от развлечения не было, но соглашаться на перепих в туалете Ичиро не собирался. Было важно сохранить личное достоинство, несмотря ни на что. — Можем поехать ко мне, если не боишься, — предложил Ичиро, — выпьем в более приватной обстановке, пообщаемся. — Согласен, — кивнул Феникс и, ловко провернувшись у Ичиро под рукой, на долю секунды прижался спиной к его груди, — тогда буду ждать тебя у выхода после окончания бала. Ичиро не успел ничего ответить, как Феникс растворился в толпе танцующих. Потеряв парня из виду, Ичиро с усталым вздохом вернулся к столикам с алкоголем. Было ещё несколько тем, которые он планировал обсудить до окончания вечера. Однако огненный Феникс теперь занимал большую часть его мыслей.

***

В машине висела неприятная тишина. Оба по-прежнему оставались в маскарадных костюмах, разговор не клеился. Благо дорога до особняка Ичиро была недолгой. Феникс казался слишком тихим, особенно если вспомнить его решительное поведение на балу. Неужели он волнуется? Это показалось Ичиро несколько странным. Надо будет не спускать с него глаз. Добравшись до дома, Ичиро жестом пригласил Феникса пройти внутрь и прикрыл за ним дверь. — Вино, виски? — поинтересовался Ичиро, проходя на кухню. По всей видимости, выпитый на балу алкоголь несколько притупил его бдительность, потому что с ясным рассудком Ичиро никогда бы не повернулся к незнакомцу спиной. Через несколько мгновений к его виску оказался приставлен холодный металл. Пистолет. Блять. Ичиро медленно поставил бокалы на стол и, приподняв руки в жесте капитуляции, повернулся лицом к Фениксу. У него тоже было оружие, но достать его незаметно в подобном положении не получится. Значит, надо постараться уболтать мальчишку. Вряд ли он был очень опытным киллером в силу своего возраста. — Неплохо. У тебя почти получилось втереться ко мне в доверие, — Ичиро держался спокойно и невозмутимо, как будто вовсе не в его голову упирается ствол. Если Феникс не пустил в него пулю при первой удобной возможности, значит, он сомневался в себе или ещё не получил всего, что хотел. К тому же в особняке полно охраны. Если начнется суматоха, Феникс умрет раньше, чем успеет что-либо понять. — Сними маску, — попросил Ичиро. Его тон был полон холодного спокойствия и даже какой-то усталости. Он надеялся наконец-то расслабиться в приятной компании, но, видимо, не в этот раз. Феникс хмыкнул и сорвал маску, обнажая лицо, которое Ичиро, разумеется, узнал. Мало кто в их кругах не знал Натаниэля Веснински — малолетнего преступника, который убил своего отца в четырнадцать лет. Его история в свое время прогремела на всю криминальную сцену. С тех пор Натаниэль в одиночку варился в их сложной системе и, стоит заметить, неплохо справлялся. Если Ичиро не изменяла память, с того скандала прошло около пяти лет. И вот, наконец, они с Натаниэлем встретились лицом к лицу. — Веснински, — протянул Ичиро с явными нотками любопытства в голосе. На его губах заиграла легкая ухмылка, — вот мы и встретились. Какова причина? Натаниэль никогда не нападал без причины, и это был общеизвестный факт. Он, в отличие от своего отца, не был тем человеком, которому нравилось проливать чужую кровь ради забавы. Во всех его действиях прослеживалась четкая причинно-следственная связь. — Перестрелка в Бруклине, — Натаниэль ещё плотнее прижал пистолет к чужой голове и снял его с предохранителя, — в ходе нее погибли невинные люди, в том числе и кое-кто из тех, кого я считал своей семьей. Я пришел, чтобы отомстить. — Моя смерть успокоит твою боль? — Ичиро чуть склонил голову, медленно делая шаг к Натаниэлю. Теперь они находились практически вплотную. У Ичиро по спине побежали мурашки. Мальчишка, если подумать, действительно был красив, правда, очень строптив и совершенно не способен к подчинению. Было бы интересно заполучить в свои руки такой кадр. — Это уже не твоя забота, Морияма, — достаточно холодно отрезал Натаниэль, резко сорвав чужую маску. Теперь они наконец-то в прямом смысле стояли лицом к лицу. — Кажется, на балу ты говорил, что хочешь секса, — Ичиро попытался ловко съехать с неприятной темой, в которой каждое слово было бомбой замедленного действия. Судя по тому, как резко потемнели глаза Ната, Ичиро был на верном пути. — Хочу, — Натаниэль был, как всегда прямолинеен, — особенно после того, как увидел твое фарфоровое личико вживую. Но… — Ичиро не дал ему закончить. Он услышал достаточно, чтобы выбрать нужные рычаги воздействия. Не обращая внимания на то, что у его головы по-прежнему находился пистолет, Ичиро наклонился вперед, обжигая чужие губы поцелуем. Его целью было усыпить бдительность и заодно дезориентировать противника, поэтому темп был взят болезненно быстрый. Сердце грохотало, как бешеное. Несмотря на железный настрой, Натаниэль действительно растерялся на долю секунды, благо от страха не нажал на курок. Этого секундного замешательства Ичиро оказалось достаточно, чтобы выбить из рук Веснински пистолет и откинуть его в сторону. — Сука! — выругался Натаниэль и попытался двинуть коленом Ичиро в пах, но тот успел отклониться и ухватить Натаниэль в удушающем захвате. Оба понимали: Натаниэль проебался. — Я бы мог вызвать охрану, — прошептал Ичиро, удерживая Натаниэля на месте, — но мне кажется, что к тебе можно найти подход. Ты ведь умный мальчик, Натаниэль. Моя смерть не вернет к жизни другого человека, но обеспечит тебе пулю в лоб. Отступи. Натаниэль беспомощно трепыхался в его руках, пытаясь вывернуться или хотя бы повалить их на пол, но Ичиро лишь сильнее душил его предплечьем. — Тише, — прошептал Ичиро, мягко и мокро целуя шею рыжего. Натаниэль задрожал. Очевидно, ему было сложно справиться с таким количеством эмоций, чем Ичиро, конечно же, нагло воспользовался. Прижавшись к Натаниэлю, Ичиро медленно заскользил ладонями по стройному телу. Со стороны могло показаться, что это просто ласка, но Ичиро никогда не делал ничего просто так. Неожиданно его руки скользнули под чужую одежду и извлекли из внутреннего кармана складной нож. Было очевидно, что Натаниэль не пошел бы на дело с одним только пистолетом, поэтому его стоило хорошенько обыскать, прежде чем давать свободу. Касания недвусмысленно действовали на Натаниэля, заставляя того иногда подрагивать и раздраженно шипеть. Вслед на пол полетела еще пара ножей и кинжалов, и, судя по разъяренному выражению лица Натаниэля, он наконец-то оказался окончательно обезврежен. Чтобы создать видимость равенства, Ичиро откинул свой собственный пистолет к оружию Ната и снова прижался губами к его шее, покусывая. Ичиро давно не испытывал такого яркого желания. Сама рискованность ситуации чертовски заводила: соблазнить человека, который пришел тебя убить. Ичиро с остервенением вжимался в Ната, чувствуя, что теряет терпение. — Выбирай, Натаниэль. Либо я зову охрану, либо ты признаешь свое поражение. Бежать тебе некуда, — проговорил Ичиро. На этот раз его рука скользнула ближе, к бедру. Натаниэль молчал. Его брови были немного нахмурены, а глаза прикрыты, свидетельствуя о напряженном мыслительном процессе. Гордость не позволила ему открыто согласиться с чужой победой, горечь обиды по-прежнему жгла душу, но ему, обезоруженному и возбужденному, действительно было некуда бежать. Тогда Натаниэль решил обставить все так, будто все последующее — исключительно его решение. Что ж, Ичиро был рад подыграть. Как только Натаниэль развернулся, Ичиро крепко сжал в его задницу, заставляя бедра столкнуться. По кухне прокатились сдавленные стоны. Какой бы напряженной ни была эта ситуация, у обоих уже давно крепко стояло. — Блять, — сдавленно прошептал Натаниэль, закидывая ногу Ичиро на бедро и тем самым сокращая последнее расстояние между их телами. Стояк Ичиро теперь плотно вжимался в его бедро, вызывая сильную дрожь у обоих. В этот момент Ичиро понял, что окончательно пропал. Схватив Ната за эту идиотскую яркую рубашку, он снова столкнул их губы в поцелуе. Языки толкались навстречу друг другу, беспрерывно сражаясь за доминирование. Никто не хотел уступать. Зубы и носы периодически совсем не эстетично сталкивались, но Ичиро было наплевать. Кухню наполнило пошлое чмоканье, которое кружило голову обоим. Хотелось еще, хотелось утонуть в этом разврате. — Сожрать меня решил? — усмехнулся Нат, кое-как заставляя себя отстраниться. Его зрачки были настолько расширены, словно он недавно бахнул нехилую дозу кокаина. Диван в гостиной никогда не казался Ичиро особенно удобным, но это была ближайшая пригодная для лежания поверхность, поэтому именно на него был опрокинут Веснински. Нат, кажется, успел смириться с происходящим и больше не пытался оказать сопротивление, наоборот, соблазнительно выгибался навстречу, буквально требуя большего. Ичиро стремительно опустился на диван, затаскивая парня к себе на колени. Все закрутилось в сумасшедшем потоке красок и эмоций. Неудобные костюмы быстро были откинуты куда подальше. Натаниэль взирал на Ичиро сверху-вниз полными похоти глазами, беззвучно приказывая перейти к чему-то поинтереснее. Его бедра беспрестанно ерзали и терлись об Ичиро. Кажется, Веснински совершенно не осознавал, кто находится перед ним. Хотя нет, не так. Ему нравилось понимать, сколько власти находится в руках Ичиро. Нравилось испытывать его терпение на прочность. Смазка, извлеченная из комода, отдавала неприятным холодом, но Натаниэль стоически это выдержал, насаживаясь сразу на два пальца. Они вошли туго, но из-за слишком страстного желания как можно скорее получить в задницу член вместо пальцев, Натаниэль не собирался возмущаться. Ичиро внимательно следил за эмоциями, проскальзывающими на веснушчатом лице. Там было все от гнева до голодного отчаяния. Ему крайне льстила такая яркая реакция. Третий палец очень быстро проскользнул вслед за первыми двумя, безошибочно вжимаясь в простату. Натаниэль хныкнул что-то нечленораздельное и впился зубами в шею Ичиро, заглушая собственные стоны. — Так не пойдет, — отрезал Ичиро и свободной рукой за волосы оттянул лицо Натаниэля от своей шеи, — я хочу слышать твои крики, детка. — Ублюдок, — прошипел Нат, пытаясь вырвать свои волосы из крепкого захвата. Это только позабавило Ичиро, и он, наоборот, ещё сильнее вцепился в кудри, отводя голову ещё дальше от себя. — Не выражайся, — лаконично заметил он, с садистским удовольствием загоняя длинные пальцы до самых костяшек, — дальше поработай немного самостоятельно. Ичиро выдернул фаланги из горячего тела и кратко кивнул на свой пах, мол, действуй. На его губах при этом светилась настолько самодовольная усмешка, что Нату захотелось ему врезать. — Я жду, — пропел Ичиро, лениво закидывая руки на спинку дивана. То, с каким гневом пялился на него Натаниэль, заставляло невольно усмехаться про себя. Осознание того, что этот своенравный парень совсем скоро окажется верхом на его члене, вызывало легкий мандраж и невероятно сильное чувство гордости. Натаниэль, продолжая удерживать зрительный контакт, оттянул резинку нижнего белья в сторону и крепко обхватил чужой стояк рукой, размазывая предэякулят и новую порцию смазки по стволу. Ичиро не сдержал блаженного стона. Натаниэль, уловив этот звук, наконец-то перестал смотреть так яростно и вновь ухмыльнулся. Рыжий черт явно наслаждался возможностью оказывать воздействие на такого неприступного человека. Он придвинулся чуть ближе и, закинув руки Ичиро на плечи, начал медленно опускаться. Сначала вошла только головка, но уже от этого Ичиро был готов взывать. Внутри Ната было просто невыносимо горячо и тесно. Растяжки было маловато, но так даже интереснее. Решив поиздеваться, Натаниэль ухмыльнулся и медленно повел бедрами по кругу, заставляя Ичиро буквально задохнуться от восторга. Когда Натаниэль со сдержанным стоном опустился полностью, оба застонали в унисон. Они застыли в этом положении на несколько мгновений, прислушиваясь к реакциям и сбитому дыханию друг друга. Ичиро запрокинул голову назад, устремляя рассеянный взгляд в потолок. Его рот был приоткрыт в беззвучном стоне, чем быстренько воспользовался Натаниэль, глубоко целуя его. Этот поцелуй не уступал предыдущим по своей опошленности, но определенно был самым медлительным из них. Вместе с губами в движения пришли и бедра, начавшие мерно подниматься и опускаться обратно. Не желая ждать, пока Натаниэль привыкнет, Ичиро вцепился руками в его ягодицы, самостоятельно нагоняя темп. Он следил за тем, чтобы Натаниэль каждый раз опускался до самого основания и даже не думал халтурить. — Оказывается, известный своей непокорностью Веснински тоже бывает податливым, — хрипло заметил Ичиро, оставляя несколько темных меток на и без того покрасневшей от возбуждения шее, — как шлюха стонешь. — На хуй иди, — Натаниэль попытался ему врезать, но Ичиро в ответ на такую наглость только сильнее столкнул их бедра, выбивая новый скулеж. — Сам, — Ичиро вновь убрал руки на спинку дивана, слишком пристально наблюдая за тем, как Натаниэль двигается на нем. Это было похоже на сон. Слишком сладкий, чтобы кому-то из них захотелось пробудиться. Когда они остановятся, все снова придет на круги своя, а Ичиро не был уверен, что после такого сможет отпустить своего феникса. Блаженно прикрыв глаза, Натаниэль стал подпрыгивать быстрее, методично доводя обоих до исступления. Его ноги явно устали, но Ичиро не собирался помогать. Оргазм был настолько сильным, что Ичиро показалось, будто его прошибло током. Тело ненадолго обмякло, а после сверху навалился такой же вымотанный и раздолбанный Натаниэль. Ещё долгие минуты они не решались пошевелиться, а после Ичиро потянулся за салфетками, желая избавится от противной липкости на торсе и бедрах. Когда сознание немного прояснилось, Натаниэль вновь помрачнел. Видимо, он вспомнил изначальную цель своего визита и понял, насколько же грандиозно провалился на этот раз. Он попытался встать, но Ичиро схватил его за запястье, удерживая на месте. — Пусти, — надломленно попросил Нат, но Ичиро, конечно же, не счел нужным повиноваться этой просьбе. — Люди, виновные в смерти твоего человека, уже получили по заслугам, — проговорил Ичиро и прижал лицо Натаниэля к своему плечу, успокаивая, словно ребенка, — если ты хотел кровь за кровь, то она уже была пролита. Не люблю, когда страдают невинные. Бессмысленная трата ресурсов и дополнительная возможность попасться. Вышедшие из-под контроля работники были устранены ещё вчера вечером. Нат поднял хмурый взгляд. Ему было больно вновь ворошить этот случай, но если не прояснить это сейчас, потом все может стать гораздо хуже. — Проехали, — отмахнулся Веснински, прижимаясь губами к острым ключицам неожиданного партнера. Они ещё долго сидели в тягучей тишине, предаваясь не самым приятным мыслям. Оба думали о том, что у них ещё есть шанс начать все с нового листа. Натаниэль устал скитаться по всей Америке, не доверяя никому кроме самого себя. Сотрудничество с Ичиро могло подарить ему дом и защиту. Веснински далеко не сразу отойдет от внезапной смерти своего единственного товарища Жана Моро и примет мысль о том, что Ичиро не виноват. Ичиро знал, что в первое время не сможет полноценно доверять Натаниэлю. Для того чтобы заслужить его признание и уважение, недостаточно одного только хорошего секса. Нужны поступки и пролитая кровь. Верность и честность. Но Натаниэль выглядел как человек, который сможет подойти по всем пунктам, если постарается. Пройдет время, но с этого момента их жизни будут связаны.