Весенние отметки 2025 год

Возможно, будни с буйным ребёнком, каждую секунду норовившим учудить что-то, у обычных людей не входили по понимание уюта. Однако, этим ребёнком был Вэй Ин, как что для Лань Чжаня забота о нём была не наказанием, а благословением.

***

А началось всё с того, что раненный тридцатью тремя ударами дисциплинарного кнута, Лань Ванцзи, несмотря на отговоры дяди и брата, пошёл на гору Луандзан искать всё, что осталось от возлюбленного. Поиски были безуспешным до тех пор, пока в какой то момент Ханьгуань-цзюнь не услышал тихие всхлипы. Они исходили из пенька, в котором был спрятан ребёнок! Сначала Лань Чжань подумал, что это тот мальчик из Вэней, А-Юань чудом выжил благодаря тому, что Вэй Ин его спрятал. Однако, когда ребёнок повернул голову в сторону Лань Ванцзи, тот, к своему немалому удивлению, обнаружил, что это никто иной, как сам Вэй Усянь! У резко помолодевшего Старейшины Илина была лихорадка, поэтому Лань Чжань поспешил вернуться с ним в Облачные Глубины.

***

Лань Ванцзи понятия не имел, что будет, когда Вэй Усянь вырастет, однако, одно он знал точно: в этот раз, он ни за что не даст Вэй Ина в обиду! Лихорадка длилась несколько дней, на протяжении которых Ханьгуань-цзюнь ни на шаг не отходил от Старейшины Илина. Когда болезнь, наконец, отступила, Вэй Ин с трудом разлепил глаза, тут же странным взглядом уставившись на Лань Чжаня. — Ты… — пробормотал ребёнок. — Я?.. — повторил Лань Ванцзи, напрягшись. Неужели Вэй Усянь сохранил память, а откат времени произошёл только для его тела? Не станет ли он отказывается от помощи из-за чистого упрямства? Ханьгуань-цзюнь был готов умолять Старейшину Илина остаться хотя бы на время, однако Вэй Ин помолчал некоторое время, пялясь на Лань Чжаня, а затем резко подскочил с радостной улыбкой на лице: — МАМА! Обнимая резко прижавшегося к «маме» ребёнка, Лань Ванцзи думал о том, что теперь понятно, что находил в нём Вэй Ин всё это время. Похоже, теории о том, что дети ищут партнёров, похожих на своих родителей, правдивы.

***

Став «мамой» Вэй Ина, Лань Чжань принялся растить и воспитывать возлюбленного. Однако, это оказалось гораздо сложнее, чем Лань Ванцзи ожидал. — Ну, мама! — проныл Вэй Усянь. — Я не хочу эту пресную кашу! В ней совсем нет специй! Ханьгуань-цзюнь, который надеялся привить ему здоровую пищу в детском возрасте, сам был на грани истерики и едва удерживался от желания скупить весь перец Поднебесной и бахнуть Вэй Ину в тарелку. Единственное, что удерживало его от такого решения, это осознание того, что детям много острого вредно. В этой жизни Усянь должен вырасти здоровым мальчиком. В конце-концов, Лань Чжань разрешил добавить немного перца в полезную кашу для детей. Грядя на радостное лицо Вэй Ина, Лань Ванцзи думал, что что только не сделаешь, чтобы дитятко было счастливо.

***

Как бы ни хотел Лань Чжань ни на шаг не отходить от своего дитяти, через пару лет Лань Сичень всё же настоял, чтобы он сходил на ночную охоту. «Всего на пару дней! — говорил он. — Гусу-Ланьские няньки не такие беспомощные, они справятся. С ним ничего не случится. А тебе надо развеяться!» Однако, вернувшись через два дня отсутствия Лань Ванцзи уже сильно сомневался в словах брата. Облачные Глубины выглядели так, будто в их стенах произошло масштабное сражение: на всех стенах были трещины, где-то их куски и вовсе отвалились. На земле валялись изнемождённые до потери сознания няньки, а Стена Послушания была расколота на две части, одна из которых упала, лицом вниз. Ханьгуань-цзюнь уже думал идти к брату за ответами, однако, он сам выскочил на встречу с Лань Ванцзи со слезами на глазах. — Ванцзи! — воскликнул Лань Хуань, рыдая. — Прости, что не замечал, какое бремя родительства ты несёшь на своих плечах! Я знаю, что был плохим братом, и ты привык справляться со всем в одиночку, но знай: когда тебе трудно, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью! — Брат, что произошло? — Вэй Усянь играл с няньками в догонялки, — Лань Сичень окинул многозначительным взглядом лежащие на земле тела. — Он победил.

***

Это был обычный вечер в Облачных Глубинах. Родитель и ребёнок сидели в цзинши. Лань Чжань исправлял ошибки в отчётах учеников о последней Ночной охоте. Вэй Ин играл с плюшевым розовым кроликом, сшитым специально для него Хангуан-цзюнем. Как вдруг, Лань Ванцзи оторвал взгляд от бумаг, посмотрел на Вэй Усяня и сказал: — Уже восемь часов вечера. Вэй Ин, тебе пора ложиться спать. Лань Чжань моргнул. Больше Вэй Ина в цзинши не было. Лань Ванцзи тяжело вздохнул: всё как обычно. Он встал и отправился на поиски ребёнка.

***

Вэй Усянь нашёлся на поляне с кроликами. Он любил это место и часто прятался здесь, когда не хотел идти спать. Ханьгуань-цзюнь подошёл к нему и присел на корточки. — Вэй Ин, тебе правда пока спать. Пойдём в цзинши. — Ну, мама! — проныл мальчик. — Я не хочу спать! Я хочу играть! — Ты сможешь поиграть завтра, Вэй Ин, — продолжал уговаривать его Лань Чжань. — А сейчас, я могу рассказать тебе сказку. От последних слов Вэй Ин резко расцвёл и радостно запрыгал. — Сказку! Сказку! — закричал он. Лань Ванцзи взял Вэй Усяня на руки и отнёс в цзинши, аккуратно уложив на кровать. Посмотрев на ожидающее лицо ребёнка он сел на край кровати и принялся рассказывать: — Жил был белый кролик. Он был очень холодным и серьёзным. Все хвалили его за то, что он такой культурный и воспитанный. Однако, у белого кролика не было друзей. И однажды, белый кролик познакомился с чёрным кроликом. Чёрный кролик был весёлым, игривым и дружелюбным. Он хотел подружиться с белым кроликом. Белый кролик тоже хотел подружиться с чёрным кроликом, но отталкивал его. И однажды, чёрный кролик украл морковку, чтобы накормить крольчат-сирот. Остальные кролики разозлились на чёрного кролика и выгнали его с кроличьей поляны. Но белый кролик нашёл чёрного кролика и привёл к себе домой. И жили они вместе долго и счастливо. Ханьгуань-цзюнь закончил рассказывать и посмотрел на Вэй Ина: тот уже спал. Поцеловав мальчика в лоб, Лань Чжань пошёл в сторону своей кровати. Возможно, будни с буйным ребёнком, каждую секунду норовившим учудить что-то, у обычных людей не входили по понимание уюта. Однако, этим ребёнком был Вэй Ин, а ухаживающим — Лань Ванцзи, и ему, лёжа на кровати и слыша сопение с соседней койки, было по настоящему уютно.