Очередное звено

Александр стоял в полутени величественного здания, где раз за разом проходили съемки готического зала. Словно призрак, он наблюдал за собравшимися зеваками за забором, радуясь тому, что плотные насаждения из туй скрывают его от любопытных глаз. В его руке тлела сигарета, и пальцы слегка дрожали от холода. Сильнее укутываясь в тёплую шубу, он поймал себя на мысли, что в ней нужно меньше курить - дорогой мех не должен пропахнуть табачным дымом, для дотошливого к собственному внешнему виду Саше это было важно. Очередная глубокая затяжка. Курение стало для него не просто привычкой, а своеобразным ритуалом, помогающим сосредоточиться перед съемками. Каждая затяжка была как маленькое отступление от реальности, позволяющее собраться с мыслями и настроиться на нужный лад. Внезапно крики собравшихся людей пронзили тишину, и от неожиданности он чуть не выронил тлеющую сигарету. Выглянув за угол, он увидел Олега, который мелкими перебежками приближался к нему. - Тебе всё-таки жутко не идёт эта шапка, - с улыбкой заметил Саша. Кудрявые волосы брата, торчащие из-под плотного головного убора, напоминали ему кокер-спаниеля. Мысль о каламбуре вызвала у него добрую улыбку. - Ну, зато тепло! — Олег нахмурился, доставая из кармана пачку сигарет. - А ты себе последние отморозишь. Дай зажигалку, — Олег зажигает сигарету и делает первую затяжку, облокотившись спиной о стену здания. - Зато причёску не испорчу! — Саша смеётся, бросая окурок в снег. Сегодняшним образом он действительно был доволен. Он всегда питал симпатию именно к чёрному цвету, поэтому рубашка с россыпью цепочек, на его скромный вкус смотрелась великолепно. - Постой со мной, - сказал Олег, следя за брошенным окурком. Саша зевнул одобрительно, кивая. Холод пронизывал, от продолжительного нахождения на улице кожу неприятно покалывало он съежился, пряча руки в карманы. - Не выспался что ли? — поинтересовался Олег, щёлкая по сигарете и стряхивая истлевший пепел. - Да так... - В памяти всплыли воспоминания утреннего монолога перед зеркалом. Решив обойти эту тему, Саша ответил расплывчато: - Бессонница. Быстро перебрав в голове темы для разговора и не найдя ничего лучше, он заговорил о предстоящих съемках, героями которых сегодня должны были стать Олег, Вика и Ангелина. - Рассчитываешь на высокие баллы сегодня? Олег закатил глаза. - Ага, конечно! Они найдут до чего докопаться, придурки! Оля на меня весь день волком смотрит, Краснов как обычно что-то выкинет... Про Влада я вообще говорить не хочу. Саша знал, что Артем для Олега в последнее время стал как красная тряпка для быка. Почему-то его раздражение к нему росло с каждым днем. Саша понимал его, хотя, если говорить честно, многие качества Артёма ему нравились. А вот противоречивые чувства больше пугали. Сегодня утром в такси он уже думал об этом, и приисполненный злостью был почти уверен, что при встрече не удержится и пару раз встряхнёт его за шкирку с вопросом: Не сильно ли много о себе возомнил, рас решил что может делать хоть какие-то магические работы в его сторону.  Но когда в гримерке столкнулся с ответным взглядом карих глаз, стушевался даже не удосужившись ответить на приветствие. - Я не думаю, что Оля будет ставить тебе низкую оценку. А Артём, мне кажется, уже давно не проявляется по отношению к тебе в негативном ключе. - Саша скептически поднял бровь, отвечая на хмурый взгляд брата исподлобья. Олегу его ответ не понравился. - Ты на чьей стороне вообще? Саша устало вздохнул. Взрывной характер был присущ им обоим, но сегодня ни сил, ни желания ругаться с братом у него не было. Олег же не унимался. - Вот только не надо опять эти вздохи! Ты с каких пор таким миролюбивым стал? Да ещё и к Краснову? Он же пустышка! Там от эзотерика одно название: то мы души бетонируем, то способности забираем... - Олеж, успокойся! — Саша почувствовал раздражение. Ему было дискомфортно от того что мысли о Краснове преследовали его с самого утра, и легче всего сейчас было обвинить всех вокруг, чем искать проблему в себе.  Но в то же время сознание зацепилось за новую мысль: а можно ли сделать что-то через кровь родственника? Они ведь и правда как дети устроили спектакль на испытании относительно недавно. А может быть, Артём настолько злопамятен к его комментариям, что решил напакостить хотя бы так?  Саша вздохнул выдавив: - Пойдём, я замерз уже. Олег кивнул, потушил свой окурок носком сапога направляюсь вслед за братом. *** — Все готовы?! Начинаем! — выкрикнул редактор, оставаясь в тени кулис, его голос звучал как команда. Александр, словно мастер-иллюзионист, уверенно шагал по съемочной площадке готического зала. Его лицо было непроницаемым, отражая лишь то, что происходило вокруг, но не позволяя заглянуть в его внутренний мир. Такой образ он построил вокруг себя; ему приходилось соответствовать. В глазах не было ни тени эмоций — ни радости, ни печали, ни волнения. Он умело отключал любую личную привязанность, оставляя за пределами этой яркой реальности все свои чувства. Каждый раз, когда камера начинала работать, он становился воплощением профессионализма. Его движения были точными и отточенными, как механические шестеренки в часах, которые не допускают ни одной ошибки. Съемочная площадка была для него не просто местом труда; это было святилище, где царила магия света и тени. Он обожал атмосферу, пропитанную ожиданием и волнением. Проходя мимо мощных софитов и камер, он чувствовал, как в нем разгорается искра вдохновения. В этой яркой реальности он находил свою стихию, где каждая реплика и каждый жест становились частью большого шоу.  Уважаемые экстрасенсы, и снова здравствуйте! — произнес Башаров, его голос резонировал в зале. На этой неделе испытание проходили эти трое сильнейших… Сегодня всё происходило так же, как и множество раз до этого. Первую часть — оценки от очевидцев — сняли почти одним дублем. По сценарию следовало самое «вкусное» — оценки от конкурентов. Олег оказался прав: когда дело дошло до оценивания его работы, первой возмущалась Якубович. - Она ведь несколько раз повторила: «Чувствую чье-то присутствие только ночью или когда сплю!» Зачем это фантомам?! - Ольга, не в силах сдержать эмоций, активно жестикулировала руками, размахивая табличкой с отметкой 6. - Стоп! - прервал Саша, его голос прозвучал резко. — С каких это пор мёртвые из нашей родовой системы, к тому же недавно умершие, не могут как-то себя проявлять?! Как бы он ни обещал себе сегодня обойтись без конфликтов, промолчать в этой ситуации он просто не мог. - Да потому что им это не нужно! — парировала Оля, поворачиваясь к Александру с вызовом. - Как это не нужно?! Если покойный хочет что-то попросить, предупредить, в конце концов навестить! Как ему это сделать по-другому, если не через сон?! — Саша был готов продолжить свою тираду о глубоком заблуждении Ольги, но его прервал голос за спиной. - Можно минуту!? У меня есть вопрос, Александр,— Артём натянул свою фирменную улыбку, выступая чуть вперёд и наклоняясь так, чтобы точно увидеть лицо Саши в момент вопроса. — А вам часто снятся вещие сны? Саша растерянно хлопнул глазами; заминка всего на секунду вызвала у Артёма ещё более ехидную усмешку. - Хотелось бы реже,— ответил Саша с лёгкой усмешкой. Может быть, это тоже лишь совпадение… - Ну что вы! У вас такая богатая фантазия; пусть снится и как можно более детально! — в голосе Артёма заметно звучала ирония, а его взгляд буквально ощущался кожей. В разговор вклинился Олег с ноткой раздражения, ставя точку в этом споре. — Да что мы вообще за бред обсуждаем? Могут покойники так себя проявлять! И мне странно слышать, что в битве сильнейших для кого-то эта информация является чем-то новым! Дальше своё мнение начала высказывать Соня, вот только Саша её уже не слушал. Первой эмоцией было негодование, теперь он почти был уверен: этот гадёныш пытается сделать на него какую-то работу; осталось только убедиться в этом. Наконец-то прозвучало долгожданное слово «стоп», и облегчение окутало его как теплое одеяло. Но радость была краткой. Он быстро спустился в гримерку, где царила обычная суета. С механическим спокойствием Саша собрал свои вещи, словно выполняя рутинное задание. Сегодня он точно больше не планировал задерживаться здесь, думать он мог только об одном. Скоро он покинул гримерку и направился к выходу, прокручивая в голове предстоящую работу.