Кофе, мандарины и университет.

К вечеру кампус наполнился огнями, создающими яркие пятна на темных асфальтовых дорожках. Толпа студентов и преподавателей, наконец, заполнила площади и дворы, наполняя пространство веселыми криками и смехом. В воздухе витал аромат жареной еды , токпоки, кальби, пахтчи и сладкой ваты. Время от времени раздавался шум фейерверков, но, судя по звукам, попытки их запустить были не слишком удачными. Юнги всё равно не был готов к этому празднику. Он пытался убедить себя, что должен быть частью этого, что хотя бы стоит постараться не отставать от остальных. Но в его голове продолжало крутиться то злополучное сообщение о гирляндах, которые действительно украшали все просторы университета. Они выглядели красиво, но это только добавляло странности в общую атмосферу. Он не знал, что думать, когда вокруг царил такой шум. Толпа казалась слишком громкой, слишком навязчивой, и все эти яркие огоньки лишь усиливали ощущение того, что он не в своей тарелке. – Всё-таки пришли? – раздался знакомый голос рядом. Юнги повернул голову и увидел Тэхёна. Он стоял в нескольких шагах, держа в руках бумажный стаканчик. Лёгкая усмешка играла на его губах, и он смотрел на Юнги с каким-то лёгким превосходством, будто знал что-то, чего не знал сам Юнги. Юнги уставился на него, а потом, не поднимая головы, буркнул: – Не пришёл. Просто оказался тут. – Ну-ну, – ответил Тэхён, делая глоток из своего стаканчика, его глаза блеснули от искры веселья. – И что скажете? Чувствуете дух праздника? – Чувствую, как меня уговаривали сюда прийти, – сказал Юнги, запихивая руки в карманы своего пальто, пытаясь скрыть, что всё же чувствует немного чего-то другого, чем раздражение. Тэхён усмехнулся, но не ответил. Вместо этого он протянул Юнги второй стаканчик. – Попробуйте. Это вкусно. Юнги прищурился, подозрительно взглянув на напиток. Тэхён выдержал паузу, давая Юнги возможность самому принять решение. В его взгляде была такая легкость, что, возможно, он просто хотел, чтобы Юнги почувствовал себя чуть более комфортно в этом беспокойном мире праздника. – Клянусь, профессор, там нет яда или приворотного зелья! Юнги в конце концов взял стаканчик. Когда он сделал первый глоток, густой, сладкий шоколад, казалось, растаял весь этот барьер, который он себе выстроил. – Это действительно вкусно, – пробормотал он, и его голос, сам того не замечая, стал мягче. Это был маленький шаг вперёд, но именно такие моменты давали надежду на то, что что-то могло измениться. Тэхён улыбнулся, продолжая смотреть на него с лёгкой усмешкой. – Я же говорил. Они замолчали. Вокруг мелькали улыбки, смех и суета. Где-то на сцене кто-то что-то говорил в микрофон, но Юнги не слушал. Он смотрел на Тэхёна, и в свете гирлянд его глаза казались темнее, чем обычно, полные чего-то тёплого, мягкого, почти притягательного. Юнги быстро отвёл взгляд, пытаясь скрыть своё смущение. Он знал, что Тэхён это заметил. Тэхён усмехнулся. – Вам идёт быть частью праздника, профессор, – сказал он с лёгкой иронией. Юнги фыркнул, делая вид, что не слышал, но внутри он понимал, что Тэхён был прав. Он знал, что это было замечено, и это его немного смущало. Время шло, толпа становилась всё плотнее. Кто-то схватил Юнги за руку и потащил к сцене, но он вырвался, недовольно оглянувшись. Тэхён стоял рядом, чуть склонив голову, скрывая усмешку. – Держитесь за меня, профессор, – пошутил он. – Вдруг вас украдут? Юнги фыркнул, но не отстранился, когда Тэхён взял его за локоть, пробираясь сквозь людской поток. Его пальцы были теплыми даже сквозь ткань кофты. Это ощущение было… странным. Как-то слишком правильным и в то же время — неправильным. Ничего не могло быть легче, чем просто отстраниться, но почему-то Юнги этого не сделал. – Что-то не так? – вдруг спросил Тэхён, повернувшись к нему лицом. Юнги задержал дыхание, но быстро ответил. – Нет, – его голос предательски дрогнул. Он сам не понял, почему. Тэхён усмехнулся, и в этом было что-то таинственное. – У вас странный взгляд. Почти как на лекциях, когда вы что-то задумали. Юнги отвел глаза, но этого было недостаточно, чтобы скрыть свои чувства. Вокруг был шум, толпа, музыка, но он чувствовал только одно — взгляд Тэхёна, его присутствие, его тепло. Тэхён слегка наклонился к нему. – Может, вы всё-таки немного любите этот праздник? – его голос стал мягким, почти нежным. Юнги вздохнул, не в силах оправдаться, и, возможно, впервые за долгое время не стал отрицать очевидное. И тут, как будто случайно, их пальцы соприкоснулись. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы в воздухе повисло напряжение, которое они оба почувствовали. – Вам стоит чаще бывать на таких мероприятиях, – сказал Тэхён, не убирая руки. Юнги молчал, но не отдёрнул свою руку, оставаясь в этом пространстве между ними. – Вам стоит перестать говорить чушь, – буркнул Юнги, пытаясь скрыть лёгкую улыбку, но он уже не был таким строгим. И тут, прямо над их головами, взлетел фейерверк. Золотые искры разорвались в небе, и на мгновение весь мир замер. В этот момент Юнги почувствовал, как взгляд Тэхёна снова встретился с его. И вдруг он понял, что сам смотрит на Тэхёна точно так же. В их глазах отразились всполохи фейерверков, и на несколько секунд весь мир вокруг исчез. Только они двое, окружённые светом, как будто стояли в центре этого праздника, и он уже не казался таким уж и плохим.