Любовь на высоте

Бекки не могла поверить своим глазам. Она перечитывала письмо снова и снова, словно боялась, что это сон, который развеется в любую секунду. “Уважаемая Ребекка Патриция Армстронг, Мы рады сообщить, что Вы успешно прошли собеседование и приняты на должность бортпроводника в нашу авиакомпанию. В ближайшие дни Вам будет предоставлена вся необходимая информация о подготовке к переезду в Таиланд, а также детали по оформлению документов. Поздравляем и ждём Вас в нашей команде!” Она вскрикнула от радости и, подпрыгнув, упала спиной на кровать, прижимая телефон к груди. Она сделала это! Она прошла! Всё это время, пока она учила английский, готовилась, волновалась перед собеседованием — всё было не зря. В груди бурлило волнение, радость накрыла её с головой, и она не могла усидеть на месте. Выбросив телефон на кровать, Бекки вскочила, босыми ногами ударилась о край тумбочки, но даже не почувствовала боли. Она выскочила из комнаты и бросилась по коридору. — Мам! — закричала она так громко, что наверняка напугала соседей. Разбежавшись, девушка влетела на кухню, где мама как раз наливала чай. Женщина вздрогнула, чуть не уронив кружку, и удивлённо посмотрела на дочь. — Ты чего так кричишь? — спросила она, ставя чайник на место. — Я прошла! — запыхавшись, выпалила Бекк. — Меня взяли! Она прижала ладони к лицу, сдерживая счастливый визг. — Правда?! — мама тоже не сдержалась и кинулась обнимать её. — О, Боже, дочка! — Я даже не верю… — пробормотала девушка, уткнувшись в её плечо. — Это же невероятно! — Мама чуть отстранилась и взглянула на неё сияющими глазами. — Я так тобой горжусь! Бекки почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Она столько трудилась, столько переживала… и вот, теперь это не просто мечта, а реальность. — Таиланд… — тихо произнесла она, поглаживая дочь по руке. — Это же так далеко… Бекк сразу уловила перемену в её голосе. Радость сменилась лёгкой грустью, и это кольнуло её в сердце. — Мам… — она сжала её ладонь. — Это ведь моя мечта. — Я знаю, знаю… — Мама выдавила улыбку, но глаза её немного потемнели. — Просто… ты уедешь в другую страну, одна. Я не смогу в любой момент приехать к тебе, если что-то случится… Бекки сглотнула. Она понимала её. Это был огромный шаг — не только для неё, но и для всей ее семьи. — Но со мной всё будет хорошо, — уверенно сказала та. — Мне предоставят жильё, у меня будет работа, друзья. Я буду писать тебе каждый день! Мама тихо вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Я знаю, ты сильная, — она провела рукой по её волосам, как в детстве. — Просто ты всегда была рядом, а теперь… теперь мне придётся тебя отпустить. Бекки почувствовала, как сжалось её сердце. Но она улыбнулась, хоть внутри всё сжалось от осознания того, что скоро ей действительно придётся уехать. — Это не навсегда, мам, — мягко сказала она. — Я обязательно приеду в гости, и ты сможешь прилететь ко мне. Мы не потеряемся. Мама кивнула, сжав её руку чуть крепче. — Ты такая смелая, — прошептала она. — И я правда горжусь тобой. Бекк кивнула, пряча волнение за улыбкой.

***

Бекки всегда тянуло в Таиланд. Она не могла объяснить, почему — просто что-то в этой стране манило её, заставляло мечтать о том, чтобы когда-нибудь оказаться там. Ее подруга часто шутила, что её судьба ждёт её именно там, но Бекки лишь отмахивалась. Работа бортпроводницы и личная жизнь? Это несовместимые вещи. Как правило, работники авиации постоянно в разъездах, и серьёзные отношения — большая редкость. Она мечтала стать стюардессой с детства. Представляла, как шагает по терминалу в элегантной форме, приветствует пассажиров на борту, а затем отправляется в новое путешествие. Её мечтой было увидеть мир, и теперь этот шанс был у неё в руках. Bangkok Airways — лучшая авиакомпания Таиланда, и именно сюда Бекки удалось пройти собеседование. Однако, чтобы работать в этой престижной компании, нужно было соответствовать их условиям. Одним из них был переезд в Бангкок — столицу страны. Для сотрудников, которые не являются местными, компания предоставляла жильё и оплачивала переезд, но взамен требовала отработать у них не менее четырёх лет. Это был серьезный шаг, но девушка была готова и не сомневалась.

***

Бекки прошла регистрацию, получила посадочный талон и направилась к выходу на посадку. Волнение переполняло её — всё казалось таким нереальным. Самолёт был роскошным. Авиакомпания позаботилась о своём будущем сотруднике, оплатив ей место в VIP-классе. Широкие кресла с мягкой кожаной обивкой, больше пространства для ног, индивидуальные экраны — всё выглядело идеально. Возле каждого пассажира уже лежали удобные подушки и пледы, а на столиках стояли бутылки с водой. Бекки прошла по проходу и заняла своё место у окна. Её пальцы коснулись подлокотника, и она глубоко вздохнула, впитывая в себя атмосферу предстоящего путешествия. Вдоль салона сновали бортпроводницы в идеально сидящей униформе. Они двигались грациозно и уверенно, проверяя ремни безопасности, помогая пассажирам с багажом, приветливо улыбаясь. Бекки наблюдала за ними, и на её губах заиграла мечтательная улыбка. — Скоро я стану одной из них, — тихо прошептала она. Она представила, как через пару месяцев кто-то займёт её место в этом самолёте. Кто-то посмотрит на неё с восхищением и подумает: Хочу стать, как она. Это осознание пронзило её до глубины души. Глаза защипало, и, прежде чем она успела сдержаться, по её щеке скатилась слеза. Бекки быстро вытерла её и улыбнулась. Всё было так, как должно быть. Её мечта становилась реальностью. Самолёт плавно двинулся ко взлётной полосе, и в проходе появилась стюардесса. Ярко-красная помада подчёркивала её чёткие, аккуратные черты лица. Волосы были идеально убраны в гладкий пучок, ни единого выбившегося локона. Невероятно красивая голубая форма подчёркивала её фигуру: юбка до колен, белоснежная блузка, аккуратно сидящая на ней. Весь её образ излучал строгость, элегантность и профессионализм. Бекки не могла оторвать взгляд. Облокотив подбородок на кулак, она наблюдала, как девушка спокойно и уверенно объясняет правила безопасности. Её жесты были отточенными, плавными, будто она не просто рассказывала инструкцию, а танцевала. «Наверное, она тайка…» — пронеслось в голове у Бекки. Стройная фигура, грациозные движения, безупречная осанка… Эта девушка выглядела так, словно была рождена для этой работы. Бекки улыбнулась и их взгляды встретились. Стюардесса заметила это, и на её лице мелькнула лёгкая, едва уловимая улыбка — неформальная, не та дежурная вежливость, с которой они общались с пассажирами. Эта улыбка была невероятно тёплой, будто девушка чувствовала, что эта пассажирка своя. А затем она спокойно отвернулась и продолжила демонстрировать инструкцию, будто ничего и не было. Но Бекки почувствовала, как её сердце пропустило удар. Стюардесса закончила инструктаж и скрылась из виду, а Бекки, сделав глубокий вдох, отвернулась к иллюминатору. Самолёт медленно разворачивался вдоль взлётной полосы, готовясь к самому волнительному моменту. Ей всегда нравилось это чувство. Взлёт — мгновение, в котором смешиваются страх, восторг и адреналин. Это не только самый опасный этап всего полёта, но и самый завораживающий. В этот момент будто бы всё остаётся позади — переживания, страхи, сомнения. Всё остаётся там, на земле, а ты поднимаешься выше, оставляя их далеко внизу. Самолёт остановился. А затем моторы загудели громче, проверяя готовность самолета. И лайнер двинулся вперёд. Медленно. Чуть быстрее. Ещё быстрее. Теперь он мчался по полосе, словно огромная птица, готовая к взлёту. Бекки крепче вжалась в кресло, чувствуя, как сердце выстукивает ритм вместе с вибрацией под ногами. И вот — лёгкое ощущение невесомости. Нос самолёта плавно пошёл вверх, и Бекки почувствовала, как её тело на мгновение прижало к креслу. Взлёт.

***

Когда самолёт достиг крейсерской высоты и поравнялся с облаками, раздался привычный сигнал. Маленькая лампочка на панели погасла, сообщая пассажирам, что теперь можно расстегнуть ремни. Бекки медленно отстегнула пряжку, но не спешила вставать. Вместо этого она достала наушники, вставила их в уши и включила музыку. Она отвернулась к иллюминатору. За стеклом раскинулось безграничное небо — бесконечная голубая гладь, по которой плыли мягкие, пушистые облака. Отсюда, с этой высоты, всё казалось таким маленьким и незначительным. Земные заботы, тревоги… Всё оставалось далеко внизу. Именно поэтому она любила самолеты. Бекк читала множество книг про авиацию. Одна из ее любимых была книга «Твое сердце будет разбито». «Самолеты - символ перемен»— говорилось там.— « Они взлетают против ветра. Навстречу мечтам, а мы вместе с ними.» Бекки глубоко вдохнула и улыбнулась. Она перевела взгляд с окна на салон и начала рассматривать пассажиров. Ей всегда было интересно, какие истории скрываются за случайными попутчиками. Напротив сидела женщина в строгом чёрном костюме, с планшетом в руках. Время от времени она постукивала по экрану, сосредоточенно что-то читая. Ага, кажется, летит с работы. Бизнес-встреча или, может, возвращается домой после командировки? Чуть дальше — мужчина, а рядом- женщина. Парень что-то говорил ей и улыбался. Наверное, летят в отпуск. Возможно, медовый месяц? Через проход, на несколько рядов впереди, сидел мужчина лет пятидесяти. Короткие тёмные волосы с сединой, строгий костюм, крепкие руки, сложенные на коленях. Его лицо было каменным, выражение — холодным и отстранённым. Он почти не двигался, лишь иногда переводил взгляд с прохода на окно. Бекки задержала на нём взгляд чуть дольше. Куда он летит? В гости? На деловую встречу? Или, может, просто сбегает от чего-то? Мысли плавно сменялись одна за другой под мелодию в наушниках. Время приближалось к 21:00 по британскому. За окном темнело, небо становилось глубокого тёмно-синего оттенка, а самолёт продолжал ровно лететь сквозь облака. Ей предстоял долгий ночной рейс. Спать в самолёте она не особо любила, но впереди было ещё около 12 часов пути, а значит, хоть немного отдохнуть всё же стоило. Музыка в наушниках звучала приглушённо, словно убаюкивая её. Уютное кресло, лёгкое покачивание самолёта, тёплый воздух в салоне — всё это будто бы затягивало в сон. Она перевела взгляд в иллюминатор, но картинка перед глазами начала расплываться. Глубоко вдохнув, Бекки откинулась на спинку кресла, закрыла глаза… и провалилась в сон. Но не успела она проспать и часу, как ее , даже сквозь музыку, разбудили голоса.