Тайная встреча

«Я никогда не думал, что буду делать это с тобой.» «Надеюсь, это не значит нет.» Конечно, нет Хвэй тихонько захихикал и поднял голову, встретившись взглядом с горящими красными глазами. Старая библиотека, построенная для хранения книг с историей Койена, пропускала лишь тусклый свет сквозь закрытые оконные ставни. Потрепанные и выцветшие тексты, древние, как сама история, редко привлекали посетителей. Лукаи с детства находил здесь убежище, наслаждаясь одиночеством. Но теперь он делил это уединение с художником, которого сам привел сюда. Заглянув в глаза, окрашенные вожделением, Джин коротко поцеловал Хвэя, затем скользнул губами к его шее. Тот дернулся и застонал от щекотки, вдохнув слабый аромат роз. Хада отстранился, мягко улыбаясь, наблюдая за лицом, все еще затуманенным жаром. Вблизи его улыбка казалась настолько ласковой, что можно было поверить — они действительно любовники. «Если ты оставишь след на моей шее, весь храм узнает, чем мы тут занимались…» Джин не ответил. Лишь провел большим пальцем по чувствительной коже, и Хвэй невольно застонал от резкого перепада температур. Его рука медленно скользнула вниз, к поясу, пальцы ухватили узел, удерживавший брюки. Я затаил дыхание, ощущая его прикосновение к нижней части живота. Сколько раз я слышал истории о студентах, которых заставали за непристойным поведением… но никогда не думал, что окажусь в такой ситуации сам. И, что хуже, с ним. В этой забытой, пыльной библиотеке вот-вот должно было произойти то, что раньше казалось мне лишь смутным представлением… «Сейчас… подожди, Джин, подожди секунду…» Хвэй вдруг ужаснулся, увидев бесстрастное лицо Хада, его рот на полуэрегированном члене. Обхваченные руками бедра были напряжены, почти дрожали. В отличие от него самого, плечи Джина не дрогнули ни на дюйм, когда Лукаи схватил их, чтобы удержаться на ногах. Джин, казалось, ждал, когда из уст парня, вырвутся слова, чтобы он мог наконец приступить. Неужели ему настолько плевать? Как будто присутствие члена перед его лицом не было для него проблемой. Сделав глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание, Хвэй слегка кивнул, избегая зрительного контакта, а затем тот прикоснулся губами к головке. «Хмф…» Художник застонал от скользкого тепла, коснувшегося его крайней плоти. Джин был искусен. Проведя языком по всей длине один раз, он снова переместил губы к кончику и обхватил головку. Хвэй задыхался и хватался за голову Хада, всхлипывая от головокружительного возбуждения. Словно не обращая внимания на его всхлипы, Джин молча продолжала ласкать его член. Он брал его в рот, доводя до мягкого неба, запускал в горло, потом медленно отстранялся проводя языком до лобковых волос. «Хах…» Удовольствие заставило его стыдиться самого себя. В голове всплыл вопрос: был ли он настолько возбужден ранее, но опуская взгляд из-под прикрытых ресниц и вид Джина, ублажающего его с особой осторожностью… Это зрелище смущало своей восхитительностью. Хвэй убрал руку, державшую Хада за волосы, и нежно погладил смуглые щеки. Ему нравилось это лицо, и речь даже не только вкусах, лицо Джина будто всегда изображало глубокое понимание… Не известно, возразил ли бы мужчина, но художнику казалось, что именно так оно и было. Парень попытался оттолкнуть чужую голову из-за чувства скорой эякуляции, но Джин прижался ближе, взял его глубже. Хвэй пытался оттолкнуться обеими руками, и при таком темпе казалось, что он кончит ему в рот. «Джи-и-ин…!» Лукаи поспешно поднял глаза на мужчину, его голова кружилась, а затылок стало покалывать, когда сладкое удовольствие рассеилось. Не в силах смириться с тем, что он только что кончил в чужой рот, он схватил подол своей рубашки и со смущением протянул руку. Джин усмехнулся и спокойно поднес руку к уголку рта, чтобы вытереть густую жидкость. Хвэй лишь уставился на язык и пальцы, переплетенные слюной и его соками. Наверное, он не понимал, насколько наивно он выглядел в тот момент. В долю секунды брюки Хада с грохотом упали на пол, а запачканные руки прошлись между своих ягодиц. Хвей расслабился и, не имея ничего, что могло бы поддержать его бедра, рухнул вниз. Джин сразу же взобрался на бедра парня и сел, слегка раздвинув ноги — действительно, неприличная сцена. Я привык видеть обнаженные тела незнакомцев, когда рисую, но почему обнаженное тело мужчины передо мной столь притягательное? Почувствовав кончик вновь стоячего члена, мужчина медленно опустил бедра. Тепло его внутренних стенок обхватило полностью, заставив Хвэя резко выдохнуть. Ощущения были настолько непривычными, тягучими и интенсивными, что у него закружилась голова, а лицо предательски пылало. С опаской Лукаи положил руки на талию Джина, пока тот неумолимо наращивал темп. Пришлось прижаться лицом к его груди, тихо скуля и вдыхая запах. Хада всегда пах так… правильно. За насыщенными, тяжёлыми нотами одеколона скрывалась едва уловимая бледная роза — аромат, такой же многогранный, как и сам мужчина. Когда я смотрел на него, во мне вдруг оживало забытое ощущение дружбы — чего-то теплого, искреннего, давно потерянного. Рядом с ним я чувствовал себя открытым, понятым, настоящим. И никогда бы не подумал, что смогу делать то, что, как мне казалось, между нами было невозможным. «Ха-а» «Ха…» Парень поднял глаза — в темноте едва уловимо блестели капли слез на уголках, а волосы, влажные от пота, прилипли к коже. Хвэй выглядел, как промокший под дождем щенок. Джин провел рукой по его волосам, осторожно убирая прилипшие пряди с лица, а затем мягко прикоснулся губами, сливаясь в поцелуе. В этот момент снаружи раздался голос. «…Итак, на этой выставке…» Лукаи замер. Услышав знакомый голос, он поспешно разорвал поцелуй и оттолкнул мужчину. «Там снаружи мастера…» «И что?» «Они могут прийти сюда… Ах…! Подожди…» Но, похоже, Джин слышал их не меньше, чем чувствовал. Вместо того чтобы остановиться, его движения лишь стали настойчивее, словно посторонние голоса не имели права проникнуть в их уединенное пространство. Художник, напротив, был охвачен паникой. Он изо всех сил пытался отстраниться, избежать возможного разоблачения — а что ещё хуже, унижения. Но тщетно. «Джин… Ах, пожалуйста…!» «Если не хочешь попасться, то-» Будь тише. Он не договорил — остаток фразы растворился в глубоком поцелуе. Тепло, влажность, нетерпение… Всё смешалось в один вихрь. Шаги мастеров постепенно удалялись. Если Хвэй будет достаточно тихим, они не вернутся. Поцелуи продолжались, пока от недостатка воздуха не начало темнеть в глазах. Собрав силы, он слабо толкнул Джина в плечо, наконец глотая долгожданный воздух… но едва не застонал, когда его тело содрогнулось от вспыхнувшего внутри желания. Бёдра Хада двигались с дразнящей медлительностью, испытывая его терпение. Хвэй судорожно вцепился в его спину, ощущая, что вот-вот снова достигнет предела. «Все, все!» Джин медленно двигал бедрами, чувствуя, как Хвэй изнутри заполняет его, медленно приподнимаясь. Он грубо потер свой член, морщась от досады, что до сих пор не кончил, но сразу же с низким стоном излился прямиком на одежду парня парня. Через несколько мгновений мужчина выпрямился, не спеша натянул брюки и, как ни в чем не бывало, пригладил складки на одежде. Его движения были спокойными, уверенными — словно ничего и не произошло. Хвэй же только молча смотрел на беспорядок, оставленный Джином «Это было хорошо… Но для первого опыта, думаю, слишком.» Лукаи закончил фразу, надеясь, что в следующий раз все случится в более подходящем месте. Джин лишь усмехнулся в ответ и, не говоря больше ни слова, покинул библиотеку. Только спустя несколько минут после его ухода Хвэй наконец смог перевести дух и собраться с мыслями. Разве так он представлял себе свой первый опыт? Думал ли когда-нибудь, что у него будет любимый человек? Определенно нет. Он покинул библиотеку, унося с собой лишь легкие следы, оставленные Джином.