Код паранормального: ловушка для близнецов

На следующее утро Дилан, с лицом человека, который всю ночь пересматривал сериал «Как провалить всё за 24 часа», спустился вниз Планируя направиться в участок. На ресепшене уже была другая девушка, а на диванчике у выхода Келли собирала вещи в рюкзак. Увидев Дилана она широко улыбнулась: — Томас, ты выглядишь как зомби. — Тяжёлая ночка. Надо в участок уточнить кое-что у шерифа. — У дяди сегодня выходной, как у меня. Но я еду в лагерь. Хочешь подвезу? Дорога на её ржавом пикапе напоминала экзамен на выживание: Келли рулила одной рукой, второй смотрела тикток, а на заднем сиденье валялся свитер с надписью «Спроси меня про Норт-Килл!». — Ты точно не везешь меня в логово секты? — Дилан спросил, цепляясь за дверь на повороте. — Ты уже в ней, — фыркнула она. Дилан вышел из пикапа Келли, кивнув ей в благодарность. Утренний воздух был свеж, а лес вокруг лагеря «Хэкетт Куори» казался менее угрожающим при дневном свете. Трэвис стоял у костра, разливая кофе по термокружкам. Его взгляд скользнул по Дилану, оценивающе, но без обычной насмешки. — Туристы сегодня ранние, — произнёс шериф, протягивая кружку. — Или решил проверить, сколько раз можно обжечься моим кофе? Дилан принял напиток, сделав глоток. Горький вкус обжаренных зёрен ударил в нёбо, но он лишь слегка сморщился. — Спасибо. Лучше, чем мой, — он поставил кружку на пень, избегая прямого взгляда. — Покажешь те самые следы? Трэвис приподнял бровь, будто удивлён отсутствием паники. Экскурсия началась. Трэвис показывал «медвежьи» следы, сломанные ветки, засохшую кровь на камнях. Дилан слушал, задавая короткие вопросы, отмечая детали: — Эти царапины на дереве, — слишком высоко для медведя. — Остёр глаз, — Трэвис остановился, изучая его. — Может, волк? — Или что-то на двух ногах, — Дилан встретил его взгляд, не моргнув. Шериф усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения: — Например оборотень? Они вышли к обрыву. Озеро внизу блестело, как разбитое зеркало. Трэвис прислонился к сосне, наблюдая, как Дилан осматривает местность. — Нравится вид? — спросил он, голос намеренно смягчив. — Да. Особенно те точки, где земля проседает, — Дилан указал на рыхлый грунт у края. — Кто-то часто здесь ходит. Ты? Трэвис рассмеялся, но на этот раз без издёвки. — Прямолинейный стал, Томас. Или… — он шагнул вперёд. —… не Томас? Дилан не отступил. Внутри всё сжалось, но лицо осталось невозмутимым. — А кто я, по-твоему? Призрак? — Призраки не краснеют, когда я дышу им в шею. — Может, им просто не хватает твоего одеколона. — Знаешь, — он приподнял подбородок Дилана пальцем, — если ты и вправду Томас… то стал гораздо симпатичнее. — Я… — Дилан поперхнулся, чувствуя, как предательская краска заливает лицо. — Шучу, — Трэвис вдруг снял с дерева паутину и протянул ему. — Держи. Для статьи про «готических пауков-одиночек». Неужели переборщил? Дилан пытался вести себя более спокойно, но в итоге стал самим собой. Хотя откуда шериф знает как ведёт себя Томас в не своей маниокальной фазе поиска сверхъестественного. Трэвис замер, всё ещё держа паутину между пальцами, как будто это был свадебный букет из параллельной вселенной. Дилан почувствовал, как тик-ток его сердца ускорился до уровня трека драм-н-бэйса. — Готические пауки-одиночки… — шериф протянул «подарок», зацепив взглядом его покрасневшие уши. — Уверен, они оценят твою… научную щепетильность. Дилан взял паутину, стараясь не дёрнуться, когда их пальцы соприкоснулись. — Спасибо, — он сунул паутину в карман, где уже лежал презерватив. «Научная коллекция: 50% абсурда, 50% позора». — Кстати, — Трэвис внезапно снял с пояса фонарик, включив его так, чтобы луч скользнул по губам Дилана. — В лесу за озером видели… эээ… светящиеся грибы. Не хочешь посмотреть? Для статьи. — Светящиеся грибы? — Дилан попытался изобразить азарт Томаса, но получилось, как у актёра порно в документалке про пингвинов. — Это же… революционно! — Революционно, — шериф усмехнулся, приближаясь так, что фонарик теперь освещал его кадык, двигавшийся гипнотически. — Могу показать. Сейчас. — Уже темнеет! — Дилан отпрыгнул, как кот от огурца, и тут же пожалел. «Томас бы никогда не испугался темноты. Томас бы уже бежал с криком: «Грибы или смерть!». — Именно, — Трэвис поймал его взгляд. — Ночью они светятся ярче. Как… некоторые люди. Дилан понял, что проигрывает. Он представил, как брат, сидя где-то в кустах, ржёт над его попытками изобразить «восторг учёного». — Ладно, — он выдохнул, делая шаг вперёд. — Но только если ты… обеспечишь безопасность. — Безопасность — моя специализация, — шериф провёл рукой по рукояти наручников. — И не только. Они двинулись к лесу. Трэвис шёл так близко, что ветки, которые он отодвигал, хлестали Дилана по плечам. — Вот, — шериф внезапно остановился, указывая на пень, с которого действительно слабо светилось что-то зеленоватое. — Биолюминесценция. Или… — он наклонился к уху Дилана, — галлюциногены. Тот дрогнул, чувствуя, как дыхание Трэвиса смешивается с запахом хвои и опасности. — Надо собрать образцы, — Дилан потянулся за ножом из рюкзака, но шериф перехватил его руку. — Аккуратнее. Грибы бывают… кусачими, — он медленно провёл пальцем по его запястью, прежде чем отпустить. Дилан выхватил нож, срезал гриб и сунул его в пакет, бормоча: — Спасибо. Добавлю в коллекцию… между паутиной и конфетами с личи. Трэвис рассмеялся тихо, как будто делился секретом с самим лесом. — Знаешь, Томас… — он внезапно прижал ладонь к стволу дерева рядом с его головой. — Ты сегодня… интереснее обычного. Дилан замер. «Если я сейчас поцелую его — это будет провал миссии. Если не поцелую — тоже». — Это потому что я… — он заглянул в рюкзак, будто ища ответа между банкой энергетика и флешкой. — …сегодня не принимал ноотропы? Шериф откинул голову назад, смеясь так, что эхо разнеслось между деревьями. — Точно. Ноотропы. — Он отошёл, щёлкая фонариком. Тишину леса разорвал громкий хруст веток. Прежде чем Дилан успел обернуться, Трэвис резко прижал его спиной к сосне, зажав ладонью рот. — Тише… — прошептал шериф прямо в ухо, и Дилан почувствовал, как его собственное сердцебиение слилось с ритмом шагов приближающегося кабана. Они замерли. Трэвис, пригвождая его к дереву, стоял так близко, что Дилан различал запах его кожи — смесь древесного дыма и чего-то острого, вроде запретного. Шериф чуть сдвинул бедро, и Дилан внезапно осознал, что между ними затесался непрошеный «гость»… и это был не кабан. — Не двигайся… — голос Трэвиса звучал хрипло, словно он говорил не только ему, но и себе. Кабан фыркнул, роясь в листве в двух метрах от них. Трэвис медленно потянулся к ремню, где висело ружьё, но каждое движение лишь усиливало трение, от которого у Дилана в голове загорелись все тревожные лампочки. Выстрел грохнул в землю рядом с кабаном, и зверь рванул прочь, оставив после себя облако пыли и неловкость размером с грузовик. Но Трэвис не отошёл. Его рука всё ещё лежала на стволе дерева над плечом Дилана, а взгляд, обычно холодный, горел, как сигнальная ракета. — Кажется, у меня… проблема, — прошептал шериф, намеренно сместив бедро так, чтобы сомнений не осталось. Дилан, чувствуя, как презерватив в кармане будто излучает саркастическое тепло, выдавил: — Может, это… реакция на адреналин? — Адреналин? — Трэвис усмехнулся, проводя пальцем по его ключице. — Или ты просто очень убедителен в роли учёного. Они замерли. Дилан, понимая, что проигрывает игру, решил перейти в контратаку. — Ладно, шериф… — он приподнял бровь. — Если это часть твоего «расследования», то я требую адвоката. Трэвис рассмеялся, но не отстранился. — Адвокат? — его рука скользнула вниз, поправляя пряжку ремня с преувеличенной театральностью. — Тогда готовься к… перекрестному допросу. Дилан почувствовал, как адреналин смешался с чем-то опасным и сладким. Его пальцы вцепились в воротник рубашки Трэвиса, а губы нашли ответ на немой вызов шерифа — поцелуй, горячий и дерзкий, как побег из тюрьмы под лунным светом. Трэвис замер на миг, словно пытаясь решить, нарушать ли протокол, но его руки уже скользнули вниз, притягивая Дилана ближе. — Ты… уверен, что готов к последствиям, учёный? — прошептал Трэвис, дыхание прерывистое, но голос всё ещё играл. Дилан, не отвечая, провёл ладонью по его пояснице, заставив шерифа резко вдохнуть. Его пальцы нащупали пряжку ремня, и он усмехнулся в поцелуй, услышав, как металл со звоном упал на землю. — Допрос, говоришь? — Дилан оторвался на секунду, уловив, как дрожь пробежала по спине Трэвиса. — Похоже, ты не готов к моим методам… Шериф хрипло засмеялся, но смех превратился в стон, когда Дилан прижал его к сосне, повторив трюк с точностью до наоборот. — Чёрт, Томас… — Трэвис выдохнул, запрокидывая голову. Имя брата обожгло, как удар током. Дилан на миг остановился, но затем впился зубами в его нижнюю губу, словно стирая границы между ложью и правдой. Рука, скользнувшая под пояс джинсов, заставила Трэвиса вздрогнуть, а его пальцы впились в кору дерева, будто пытаясь удержать остатки контроля. — Ты… играешь с огнём, — прошептал шериф, но его бедра сами потянулись навстречу. — Огонь? — Дилан усмехнулся, чувствуя, как дрожит Трэвис под его прикосновениями. — А я думал, это ты служишь и защищаешь… Лес вокруг замер, будто природа сама затаила дыхание. Даже совы перестали ухать, словно наблюдая за тем, как два упрямца превращают противостояние в нечто… гораздо менее одетое. — Знаешь, — Трэвис внезапно перехватил его запястье, но не остановил, а лишь притянул ближе. — Ты всё ещё врёшь… Но чертовски талантливо. Дилан не стал отвечать. Он решил, что завтрашний день — проблема завтрашнего Дилана. А сегодня… сегодня он заслужил Нобелевскую премию по актёрскому мастерству. Лес остался позади, а в салоне полицейской машины повисло молчание, густое, как смола. Дилан уставился в окно, пытаясь не обращать внимание на то, как рука Трэвиса лежит на рычаге коробки передач — слишком близко, слишком небрежно. — Так… — шериф наконец нарушил тишину, свернув на шоссе. — Завтра. После заката. — Что после заката? — Дилан притворился, что проверяет шнурки, хотя на нём были ботинки на липучках. — Ты любишь загадки, «Томас», — Трэвис бросил взгляд в зеркало, и Дилан поймал в нём искру азарта. — Встретимся у старого дома, где ты попал в капкан. Принеси… фонарь. И смелость. — Смелость? — Дилан фыркнул. — У меня её ровно столько, чтобы не спрашивать, зачем тебе понадобился фонарь посреди ночи. Шериф усмехнулся, замедляя ход у въезда в отель: — Может, я просто хочу рассмотреть твою… научную методику поближе. Дилан вышел из машины, хлопнув дверью с преувеличенной небрежностью. — Ладно, шериф. Но если это ловушка — я требую, чтобы в протоколе написали: «Погиб, следуя за красивым задом в темноте». Трэвис рассмеялся, низко и глухо, будто звук рождался где-то между рёбрами: — Обещаю, в отчёте будет только «героическая попытка изучения местной фауны». Когда машина скрылась за поворотом, Дилан прислонился к стене отеля, пытаясь унять дрожь в коленях. В кармане жужжал телефон — СМС от неизвестного номера: «Не забудь сменить дезодорант. А то грибы сбегут. — Т» — Чёртов Томас, — он усмехнулся, глядя на звёзды. — Если ты живой — я убью тебя раньше, чем это сделает твой лесной фан-клуб. Но где-то в глубине души он уже составлял список того, что взять на «свидание»: фонарь, перцовый баллончик (на всякий случай) и ту самую флешку с надписью «Не стирать! Шпаргалка для конца света».