I
1 апреля 2025 г., 11:13
***
В дверь постучали. Мерцелла, так и не сомкнувшая глаз к полуночи, лениво потянулась — ей казалось, она знает кто стоит в коридоре. — Войдите, — она расположилась на краю кровати, едва успев спрятать всё, что не предназначено для чужих глаз, за тканью длинного ночного пеньюара. — Надеялся, что ты спишь, — мужчина, как всегда укутанный в тайны, не решаясь подойти ближе, сделал всего один шаг и посмотрел на свою невесту. — Зачем же тогда пришёл? — Мерцелла вопросительно подняла брови, не скрывая хитрой ухмылки. — Змея, — Айен улыбнулся в ответ в совсем не свойственной ему манере. — Циник, — взгляды молодых людей встретились, никто не хотел уступать. — И всё же это ты пришёл в мою спальню. Ещё один осторожный шаг. Айен остановился у зеркала и посмотрел на кольцо на пальце Мерцеллы. И всё-таки что-то заставляло его продолжать попытки сближения… Интриговало, притягивало, подтолкнуло его подарить украшение, которое девушка так и не сняла. Айен знал ответы, но не хотел признаваться в этом даже себе. Он принимал поступок Мерцеллы за свою маленькую победу, ведь такое согласие означало, что у них может получиться что-то большее, чем простой союз, держащийся лишь на чувстве долга перед семьёй. — Нравится? — ещё ближе, мужчина наклонился и коснулся руки невесты, плавно поднялся вверх, вслед за взглядом, а после большим пальцем обвёл подаренное кольцо. Хотел застать её врасплох, засмущать, увидеть обнажённые чувства. Не ответил на колкость, произнёс только одно слово, решил действовать мягче. — Вкусы Цереры специфичны, на Гексосе я бы оставила его пылиться в шкатулке, — Мерцелла наблюдала за тем, как опускаются и без того лишённые улыбки уголки губ Аейна, — нравится. Мир так изменчив, — так глупо. Она не хотела выдавать себя, соглашаться с тем, что местный шарм начал её завораживать. В голове появились образы из той самой ночи. Айен, прогулка, заколка его костюма и полупрозрачная вуаль, приоткрывающая крепкий торс. Мягкие прикосновения, волнующий диалог и кольцо, которое отчего-то значит для неё так много. Символизирует то, что вынужденный брак может стать желанным. Брак ради выгоды может стать браком по любви. И почему она, пожертвовавшая собой во благо семьи, теперь думает о подобном? Казалось, это проделки магнитара или руны, нанесённые ей во время обряда, имеют иные, не озвученные девушке свойства. Других объяснений она дать не могла, она в них не верила. — Счастлив, что смог угодить, — мужчина подкрадывался медленно, хотел проникнуть в сознание невесты, завладеть её вниманием и доверием. Не спешил, боялся сделать необдуманный шаг и всё испортить. Ему хотелось прочного мира, не только на Церере или Гексосе, но и между ними с Мерцеллой, пусть они и принадлежат к двум разным. Губы коснулись тыльной стороны ладони. Айен плевать хотел на слова о том, что ночь — неподходящая пара для солнца. Также безразличен был и сам автор высказывания, так яро желающий забрать Мерцеллу себе. Он ревновал. В её комнате сердце отчего-то билось чуть чаще, чем обычно, и Айен постепенно начинал это принимать. Тяжело противиться собственным чувствам, даже если ты Атрау… Щёки Мерцеллы вспыхнули, сама мысль о том, в каком положении они сейчас находятся, приятно будоражила сознание. Бессознательное подталкивало зайти ещё дальше, приблизиться к его лицу, которое и без того находилось в паре десятков сантиметров. Но что-то иное… Мораль, воспитание, крайней степени смущение кричали обратное, требовали отстраниться и немедленно прекратить. Девушка не знала что выбрать, к которой части себя ей стоит прислушаться и как действовать дальше. Кто она прямо сейчас — голубка, волчица или… Змея? Айен не позволил ей решить. Губы мужчины мягко коснулись запястья, оставили поцелуй немного выше. Смелый ход, который мог стоить ему всего, перечеркнуть всё то, что уже удалось построить. Или открыть новые двери. Мужчина руководствовался логикой — проанализировал реакции невесты, их предыдущие диалоги и случайные неловкие касания. Всё говорило о том, что шансов на взаимность значительно больше, чем шансов на отказ. И поэтому, наблюдая за почти неподвижной Мерцеллой, Айен заходил всё дальше. — У тебя мурашки, — он улыбнулся, пытаясь заставить себя отпустить контроль, перестать думать о том, как расставить ловушки, чтобы поймать невесту на её же чувствах. Хотя бы на миг снова стать собой, снова стать живым. — А ты стоишь передо мной на коленях, — Мерцелла считала это своим преимуществом, но был ли в нём смысл? Хотела ли она побеждать? В голове, сменяя один другой, появлялись варианты развития событий. Она не хотела видеть в будущем муже очередного оппонента в борьбе за власть. Мерцелла хотела обрести надёжного союзника и… Любовника. Обоих в лице среднего сына Атрау. — Хочу понять что будет с нами дальше, — слегка отстранившись, Айен вновь посмотрел девушке в глаза и мягко сжал ладонь, которую не отпускал всё это время. — Спрашиваешь как мужчина или как сторона сделки? — кожа молодого человека была слегка прохладной, Мерцелла ежесекундно чувствовала исходящее от него спокойствие. Она точно знала только одно — он не причинит вреда. — А кого ты хочешь видеть стоящим перед тобой на коленях? — обе руки легли на стройные колени девушки, сокращая дистанцию настолько, насколько это было возможно. Айену казалось, что он делает нечто неправильное, непозволительное. Не имел значения опыт, совсем не важным было и то сколько девушек мечтали оказаться на месте Мерцеллы. Мужчину волновали только длинные светлые локоны, небрежно разбросанные по хрупким плечам. Сам не понимая от чего, он хотел видеть их снова и снова… Может быть внешность имеет значение, когда речь идёт о чувствах? — Разве это наш случай? — она отвечала на вопрос, но Айен, давно забывший его содержание, на мгновение подумал, что невеста читает его мысли. И теперь мурашки были у них обоих. Тонкие тёплые пальцы огладили бледную скулу красивого мужчины. Он прикрыл глаза, каждая крупица подаренной Мерцеллой нежности теперь впитывалась в него, было слишком хорошо. Тело, лишённое искренней любви, желало заполучить её больше всего на свете, и это могло стать слабостью внешне непробиваемого мужчины. Но страшно больше не было — она сидела напротив него, так ненадёжно скрытая за тканью полупрозрачного пеньюара, и это сводило с ума и придавало сил одновременно. Айен больше не знал ответов. На его щёку легла вторая мягкая ладонь, а губы ощутили короткий робкий поцелуй. Мерцелла наклонилась к своему жениху и исполнила желание, поселившееся в голове у обоих молодых людей. Всё получалось так неловко, будто это был её первый поцелуй с мужчиной. У них было слишком мало времени, чтобы сближаться медленнее. На них давили люди, обстоятельства, может быть где-то и они сами. Бессонными ночами или в моменты, когда фоновый шум исчезал, а расслабление находило их вместе с осмыслением чего-то важно, что ускользало, скрывалось за бесчисленным количеством дел и сливалось с голосами окружающих. Одна комната, четыре стены, два человека, не по своей воле оказавшихся взаперти. И чем сильнее сжимается пространство, подпитываемое «прости, нам нужен этот брак», «ты справишься», «это так много значит для нашей семьи», тем ближе они становились. Их взгляды в который раз встретились, рука Айена машинально легла на тонкую шею, а после он поцеловал невесту снова. На этот раз по-настоящему — долго, волнующе, сладко. С каждым плавным движением губ в голове становилось всё меньше мыслей. Те самые логика и расчётливость, от которых он так хотел избавиться, наконец-то покидали его, оставляя место настоящим чувствам. По телу разливалось приятное тепло, кончики пальцев едва заметно покалывало — мужчина не был новичком, но такое испытывал впервые. Что это? Обычное возбуждение рядом с ней ощущается так… По-особенному? Мерцелла касалась спины жениха через одежду — тонкую приятную на ощупь ткань, от которой хотелось избавиться как можно скорее. Вся робость, присущая ей до этого момента куда-то испарилась, девушке не хотелось отрываться от губ Айена, не хотелось отпускать его из объятий, не хотелось, чтобы он уходил. Страсть захлёстывала с головой и Мерцелле хотелось в ней захлебнуться. Она устала бояться, притворяться, играть в игры и просчитывать ходы. Она не ожидала от политического брака иного, но теперь ей не хотелось, чтобы ожидания оправдывались. Пусть весь этот грёбанный план рухнет, пусть они все — от Гексоса до Цереры — идут к чёрту. Они не могут указывать ей что делать, не могут запретить желать и идти на поводу у чувств. Пусть это будет самым глупым её решением, но она отчего-то была уверена, что Айену можно доверять. Им нужен был ещё один смелый шаг. Развязать пояс, расстегнуть зажимы костюма, сделать так, чтобы между ними больше не осталось никаких секретов. В конце концов, даже ненавистная политика была на их стороне — не они выбрали роли мужа и жены, роли выбрали их. Но теперь границы стирались, а желание стать одним целым превращалось в искреннее. Было ли это влиянием ночи, наваждением? Будут ли они жалеть, проснувшись в одной постели? Так или иначе их ждали изменения, которые, независимо от реакции, больше не позволят Айену и Мерцелле смотреть друг на друга как прежде. Его губы не оставили нетронутым ни один открытый участок тела — скулы, шея, ключицы — Айен хаотично осыпал быстрыми, лишёнными терпения поцелуями нежную кожу девушки, сгорая от желания поддаться низшим порывам, разорвать тонкую ткань и взять невесту прямо сейчас. Грубо и страстно, перевернув её на живот и прижав к мягкой кровати, оставляя на ягодицах следы от ладоней и жёстко контролируя процесс. Не сейчас. Остатки затуманенного разума говорили, что с этой девушкой так нельзя… По крайней мере, пока. Пока они не изучат друг друга полностью, не выдадут самых грязных фантазий без остатка. Пока все тайны не станут общими, а желания — неделимыми. И мысль о том, что ему предстоит узнать Мерцеллу настолько близко, ещё сильнее лишала рассудка. Они были официальной парой с момента согласованной семьями помолвки, всё остальное было не более, чем формальностями и данью традициям. И всё же, когда Мерцелла представляла, что кто-нибудь из обитателей поместья Атрау услышит стоны, которые доносятся из её спальни, колких замечаний и неловких моментов не избежать. Она сдерживалась, дышала громко и тяжело, но не позволяла себе проронить звука громче. Только сжимала волосы ласкающего её молодого мужчины, выражая все испытываемые ею чувства. Просто поцелуи, не спускающиеся ниже декольте, но почему ей так хорошо? Бельё становилось всё более влажным. Казалось, ещё немного и Айен приблизится к ней настолько, что сразу всё почувствует. И как же хотелось, чтобы он почувствовал, чтобы перестал отдавать себе отчёт, коснулся девушку так, чтобы сдержать восторженные стоны было невозможно. Слишком воспитанный, чтобы позволить себе больше, чем разрешила сама Мерцелла. Какого знака он ждёт? «Ещё немного» — Айен старался успокоить самого себя. Натяжение брюк стало слишком сильным, доставляя значительный дискомфорт. Он не знал с чего начать, как подобраться. В его жизни ещё не было случаев, когда необходимо осторожничать — девушки либо предлагали себя сами, либо их и вовсе не нужно было ни о чём спрашивать. Ему всегда было всё равно. Но не сейчас — Мерцелла слишком гордая, чтобы просить или действовать первой, и слишком важна для него, чтобы ошибиться и, пусть самому того не желая, её обидеть. Айен чувствовал жар, исходящий от её тела, слышал громкое дыхание, которое вот-вот собьётся, знал на что наткнётся, если будет действовать смелее и коснётся невесты там, где они оба, в чём он был уверен, желают. Ему не нужно молчаливое согласие, он хотел получить от неё явное и однозначное. Быть может, это бы значило, что теперь она определённо принадлежит ему. И эта странная зарождающаяся ревность его пугала. — Мерцелла… — замерев, оставив лишь руку на тонкой талии, мужчина старался собрать крупицы мыслей в голове, чтобы задать вопрос прямо. — Айен? — его лицо по-прежнему находилось очень близко. Не убирая ладони с шеи будущего мужа, Мерцелла посмотрела ему в глаза. — Хочешь ли ты… — вид её растрёпанных волос и едва заметные следы от поцелуев на коже сбивали Айена с мысли, но он должен был её закончить, — того же, чего хочу я? — Если бы мной не управляли собственные желания, я бы давно сбежала, — согласие было однозначным. Мягко коснувшись тыльной стороны ладони Айена, Мерцелла направила её к поясу, который теперь нужно было только потянуть. И теперь Айен имел на это полное право. Плавно, словно наслаждаясь скольжением шёлковой ткани — он наблюдал, предвкушая то, что увидит снова, но теперь совсем в другом ключе. А Мерцелла наслаждалась его реакцией — полным сдержанного желания взглядом, слегка участившимся дыханием, приподнимающим крепкую грудь. Ей нравилось ему нравиться, ведь направлять мужчину, питающего к тебе страсть и другие искренние чувства, гораздо легче, чем договариваться с прагматичным союзником. Она и сама начинала поддаваться чувствам — здесь, в этой комнате, не желает сбежать или пытаться сопротивляться, а потому, будущий муж, безусловно, будет иметь те же козыри. Но компромиссы «по любви» всегда приятнее соглашений «под условием». Приятно. Ткань, которую больше ничего не удерживало, обнажила участки стройного тела, не скрытые нижним бельём. Айен медлил, превращал драгоценные секунды в вечность — поцелуи осторожно спустились ниже, к животу, а от каждого прикосновения Мерцелла покрывалась новой волной мурашек. Снова и снова, каждый след нетерпеливых губ медленно затягивал в тягучее забытье, пока Айен медленно продвигался к тонкой линии кружева на её бёдрах. Девушка находила его похожим на хищника, опытного, знающего что делать, двигающегося осторожно и получающего удовольствие от процесса. Если бы она только знала, что и сам мужчина едва ли мог утверждать, что отдаёт себе отчёт о совершаемых действиях — каждое прикосновение было интуитивным, а шаг — до ужасного непродуманным, переполненным чувствами и ведомым только ими одними. Иметь союзницу, любовницу и любимую женщину в одном человеке казалось ему высшей наградой, а оттого, касаясь её сейчас, он надеялся, что весь построенный в голове мир — не мираж, и они действительно придут к тому, что не покидает мыслей. — Айен… — Мерцелла шумно выдохнула, когда сильные руки развели её колени в стороны, жадно сжали бёдра, а после медленно спустили невесомую ткань до уровня щиколоток, с которых она сама соскользнула на пол. Слишком близко, слишком интимно. Именно так она думала каждый раз, когда мужчина заходил ещё дальше. Чувство было с ней с самого первого прикосновения, каждое движение казалось той самой гранью, которую они не должны переходить — быть может, этого «слишком» было так много, что оно отсутствовало вовсе? Ответа не последовало. Мужчина поцеловал внутреннюю поверхность бедра Мерцеллы, и, не позволив медленно наступающему удовольствию сделать хотя бы секундную паузу, губами коснулся самой чувствительной точки. Спина девушки выгнулась, а с губ сорвался едва слышный стон. И это возбуждало Айена ещё сильнее — мысли о том, что он является причиной её стонов, наконец стали реальностью. И теперь он требовал ещё… Больше, громче, протяжнее, слаще — он хотел слышать каждый полутон её голоса, когда Мерцелла будет произносить его имя. — Что ты… Ах, — девушка не успела возмутиться, только прикусила губу. Всё новые и новые импульсы наслаждения разливались по телу, казалось, захватывая над ним контроль, они полностью передавали его в руки Айена. А он продолжал — умело изучал невесту языком, удерживая её за бёдра — сверху вниз, обратно, задержаться на клиторе. Руки Мерцеллы сжимали его волосы, всё ещё через одежду впивались в плечи, не позволяли отстраниться. Ей нравилось, чертовски нравилось всё, что происходило. То плавные, то резкие и быстрые движения Айена, наполняя девушку удовольствием, вытесняли все иные, сейчас ненужные мысли и чувства — тревогу, отчаяние, страх. Существовали только они вдвоём, и никому во всей галактике неизвестно почему они не решились на это раньше. Айену нравилось касаться её везде. Нежные, уже куда более громкие стоны, неровное дыхание, и то, какими движениями откликалось её тело… Всё окончательно лишало его рассудка. И затуманенные похотью мысли взяли верх — Айен резко отстранился, навис над Мерцеллой и, посчитав, что она достаточно готова к тому, чтобы стать одним целым, вошёл в неё пальцем, затем двумя, попутно пытаясь расстегнуть собственный костюм. Девушка вскрикнула. Её пронзило удовольствием, а Айену казалось, что он даже не начал его доставлять. Тонкие пальцы дотянулись до ремня — Мерцелла потянула застёжку, вкладывая все силы, что у неё остались, не зная как работает механизм. Она горела — каждая клеточка её тела взрывалась, создавая цепную реакцию, а Айен продолжал готовить невесту к тому, что им предстоит испытать после того, как он разберётся с одеждой вместо Мерцеллы, ведь её попытка оказалась неудачной. Понадобилось меньше минуты, Айен остался полностью обнажённым, а Мерцелла успела отбросить в сторону пеньюар, не сняв лишь кружевного бюста. Только шаг — они не дотерпели до первой брачной ночи. И пусть, ведь эти не имело для них обоих никакого значения. Они оба перестали контролировать себя и не помнили, были ли слышны стоны, закрыта ли была дверь. Никто не посмел бы им помешать, а возможные глупые шутки их больше не волнуют. Рука Айена потянула тонкое кружево вниз и оно порвалось, наполняя комнату характерным треском. Плевать, деньги и вещи не имели никакого значения. — Да? — они на мгновение замерли, прежде чем пройти точку невозврата. — Да, — Айен поцеловал будущую жену и мягко вошёл в неё глубоким толчком, получая в ответ своё растянутое в наслаждении имя. Его свободная рука сжимала упругую грудь в такт плавным, но ритмичным движением. Мерцелла обхватила его талию ногами, руки обвили шею Айена. Симфония, это нельзя было назвать просто сексом — они слились в танце — чувственном, красивом, желанном. Разные, но равные, пусть политика давно отошла на второй план, это отчётливо ощущалось в каждом новом движении. Отчаяние уступило место страсти, теперь они оба понимали больше, ночь подсказала ответы на накопившиеся вопросы, обнажила скрытые чувства. «Вместе» — подумал Айен. Ещё один толчок, глубокий, резкий, решительный. «Больше не страшно» — пронеслось в голове у Мерцеллы, её пальцы впились в крепкие мышцы сильнее. — Да… — неожиданно даже для самого себя выдохнул Айен. Он перевернул Мерцеллу на живот, но она встала на колени, поднимая бёдра вверх, оставив голову лежать на кровати. Так неожиданно пошло, даже похотливо — ему очень понравилось. Скромничать больше не было смысла, он взял Мерцеллу быстро, грубо, с напором. Ладони сжимали ягодицы, оставляя отпечатки, а иногда щедро одаривали их шлепками. Девушка кричала, её провокация удалась, степень испытываемого удовольствия было не передать словами. Айен двигался внутри — она чувствовала его желание, ощущала рельеф, толщину и твёрдость входящего в неё члена. Не слишком мало и не слишком много, идеально, чтобы довести её до экстаза. С каждым уверенным толчком Мерцелла всё чётче понимала, что сорвала джекпот. «И как же кстати Ланмеи расторгли помолвку» — она думала об этом почти смеясь, пока Айен с несвойственной ему жадностью сжимал её тонкую талию и продолжал входить, не сбавляя темп. Пластичный и сексуальный — его тело двигалось потрясающе, может быть, боевые тренировки влияют не только на способность к убийствам тварей, которых сложно вообразить? — Не останавливайся, ещё, — влаги было так много, что она попадала на поднятые бёдра. Мерцелла больше не стеснялась и ни о чём не думала. В конце концов, она — Мерцелла Истри, без нескольких минут жена Айена Атрау, и они находятся у себя дома. И когда она стала считать это место таковым? — Ещё? — с каждым стоном, каждой фразой, каждым её непристойным движением что-то внутри Айена щёлкало, переключалось, разжигало в нём всё большую страсть, сопряжённую с интересом и любопытством, пробуждало новые эмоции, открывало иные стороны желаний. Он надавил на бёдра Мерцеллы, свёл её ноги и прижал хрупкое тело к кровати. Теперь она лежала под ним, не имела возможности действовать, полностью подчинялась Айену. Возбуждающе. Настолько манящая, что будь у него хладнокровие всех жителей Цереры, он не смог бы устоять. Но ему и не нужно… Сомневаясь, отрицая любую связь в самом начале, теперь она просила продолжения сама. Сумасшедшая женщина, счастливое предсказание, сокровище, случайно попавшее в его руки, его будущая жена. «Мерцелла Истри, Мерцелла Атрау-Истри, Мерцелла Атрау» — Айен перебирал варианты, предугадывая тысячи завистливых взглядов, которые будут преследовать их всю жизнь. Он защитит её от любого, который не пожелает ей добра. Ведь она его. Пусть он и думает об этом слишком рано. Он завёл руки Мерцеллы за спину, вбивался в неё так быстро, будто это не он не так давно боялся к ней прикоснуться. Они оба находились на пределе физических возможностей и подходили к пику удовольствия. Ещё несколько глубоких движений — девушка кричала, всё её тело дрожало, а ноги немели, обещая напоминать о состоявшейся ночи ещё неделю. Сознание плавилось, перед глазами сияли едва заметные звёздочки, а кончики пальцев рук покалывало так, что Мерцелла не могла подвигать ни одним. Удовольствие неизбежно. Настигло её и грозилось лишить сознания — слишком большое потрясение для организма, истощённого стрессами. Но она держалась. Кончиками ногтей впивалась в ладони скованных за спиной рук, кусала губы, расслаблялась, позволяя Айену обрести ещё больше контроля. Он чувствовал. Каждое изменение её состояния будто бы передавалось ему. Теперь они связаны — быть может, это очередная особенность близкой к магнетару планеты. И пусть — отпустив руки девушки, он прижался к ней всем телом. Укрыть, защитить, подарить чувство безопасности. Ему хватило нескольких минут, чтобы приблизиться к состоянию Мерцеллы — уставшие мышцы каменели, становясь слишком тяжёлыми, глаза закрывались, почувствовав приближение блаженной неги оргазма. Всё, что он успел сделать прямо сейчас — выйти, чтобы завершить и излиться на простынь. Мерцелла откинула спутанные волосы и посмотрела на Айена. Уставшая, но счастливая, он был счастлив не меньше — от того, что увидел её такой. — Пойдём в мою комнату? Здесь нужно прибраться, — мужчина погладил скулу лежащей напротив девушки. — Я не чувствую тела. — Если ты согласна, это не проблема. — Я согласна, — это звучало странно, влюблённо и немного по-детски. Не верилось, что всего одна ночь могла так много изменить. — Дай мне минуту, — сделав несколько глубоких вдохов, Айен нашёл в себе силы подняться и надеть обратно всё, в чём пришёл. Мерцелла продолжала лежать без сил — наконец-то спокойна и готова ко сну. Он укутал невесту в одеяло, когда она уже дремала, взял её на руки и отнёс к себе, как и предлагал. Все ночи, начиная с этой, были тёплыми и уютными — даже Церера не кажется такой мрачной, когда засыпаешь в объятиях любимого человека.
Примечания:
Благодарю за прочтение, оставайтесь и приходите почитать новые работы ❤️
Тгк автора: https://t.me/nana_arti
Поддержать автора любой необременительной суммой: https://pay.cloudtips.ru/p/a2e0d199
