Утро в Призрачном Городе

Раннее утро в Призрачном Городе всегда было тихим. Разве что где-то вдалеке бродяги или нечистые духи шептались между собой, но в главных покоях хозяина города царил полный покой. Се Лянь, уютно свернувшись под тёплым покрывалом, спокойно дышал. Его лицо выглядело умиротворённым, даже несмотря на лёгкую усталость – за двоими малышами следить было непросто, даже если один из них ещё только начинал ходить. Се Лянь мирно спал, прижимая к себе младшего сына. Хуа Ли сопел, уткнувшись носом в мягкие одеяла, его тёмные волосы были слегка растрёпаны, крохотные ручки сжимали мамину одежду, словно он боялся, что его вдруг заберут. Рядом, с другой стороны кровати, дочери скучно не было. Хуа Юнь сидела, наклонившись к лицу Хуа Чэна, внимательно изучая его рот. — А-а-а, — задумчиво протянула она, ткнув пальцем в уголок губ отца. Хуа Чэн, который всего минуту назад мирно спал, открыл один глаз. — Юнь? — хрипло пробормотал он. — Папа, покажи зубы. Хуа Чэн моргнул. — Что? — Зубы покажи! — настаивала Юнь, цепляясь за его рубашку. Он приподнялся на локте, бросив взгляд на Се Ляня, который, к счастью, всё ещё спал. — Зачем тебе мои зубы? — Я хочу посмотреть на клыки— заявила девочка, упёршись руками в бёдра. Хуа Чэн удивлённо приподнял бровь. — А почему вдруг? — Я видела, что они острые — Юнь села на грудь отцу, нахмурившись. — У мамы их нет. Только у тебя. Хуа Чэн не сдержал смеха. — Ну пожалуйста— настаивала она. Отец вздохнул и, немного приподнявшись, обнажил острые клыки. Глаза Юнь загорелись. — Они такие классные!— восхищённо прошептала она. Хуа Чэн усмехнулся. — А у меня будут такие же? — с надеждой спросила она. Хуа Чэн поднял бровь, а затем осторожно взял её за подбородок и слегка приподнял губку, разглядывая её маленькие детские зубки. — Они появятся, когда ты подрастёшь, — наконец, сказал он. Юнь радостно хлопнула в ладоши. — Правда?! — Конечно, — улыбнулся Хуа Чэн. — Ты ведь моя дочь. — А когда? — Когда придёт время. — Я хочу посмотреть если ли у брата клыки!— Решительно спрыгнув с кровати, Юнь направилась к брату, который мирно спал, прижимаясь к маме. Но прежде чем она успела дотронуться до него, сильные руки подхватили её в воздух и крепко удержали. — Юнь! — голос Хуа Чэна стал строгим. — Ты собиралась его разбудить? Девочка замерла, виновато опустив взгляд. — Я просто хотела посмотреть, есть ли у него клыки… — Неважно, что ты хотела. Ли спит, мама тоже. Ты не должна их тревожить! — серьёзно сказал Хуа Чэн, глядя ей в глаза. Юнь сжала губы, не привыкшая к такому тону отца. — Извини… — пробормотала она. Хуа Чэн немного смягчился, но голос оставался твёрдым: — В следующий раз думай, прежде чем делать что-то, ладно? Юнь медленно кивнула. Хуа Чэн вздохнул и посадил её к себе на колени. —Зачем тебе знать, есть ли у Ли клыки? — теперь в его голосе появилось лёгкое веселье. Девочка снова надулась. — Ну ты же говорил, что у альф бывают клыки! Диди альфа? — Пока неизвестно, — мягко ответил Хуа Чэн, потягиваясь. — Но даже если он окажется омегой, ты всё равно должна его защищать. Поняла? Юнь немного подумала, затем решительно кивнула. — Конечно! Я же его старшая сестра! Хуа Чэн усмехнулся и легонько потрепал её по голове. Юнь уже собиралась поудобнее устроиться рядом с отцом, как вдруг раздался строгий голос: — Кто тут так шумит? Она вздрогнула и подняла глаза. Мама проснулся. Се Лянь хмурился, волосы растрепаны, а голос звучал хрипло от сна. В следующую секунду раздался тихий детский всхлип. Младший брат Юнь зашевелился, нахмурился во сне, а затем заплакал. Се Лянь сразу же быстро сел, подхватывая малыша на руки. — Ш-ш, тише, маленький… Всё хорошо, мама здесь… — он начал мягко укачивать ребёнка, поглаживая его по спинке. Но младший продолжал всхлипывать, жмурясь и тыкаясь носом в его плечо. Се Лянь раздражённо посмотрел на Хуа Чэна и Юнь. Се Лянь устало вздохнул, сильнее прижимая к себе младшего сына. Затем он поднялся с кровати. Омега развернулся и вышел из покоев. Юнь непонимающе посмотрела на отца. — Пап, мама теперь сердится на меня? Хуа Чэн тихо рассмеялся, пригладив её волосы. — Нет, просто мама устал. Ли плохо спит по ночам. Девочка кивнула, но всё равно чувствовала тревогу. А вдруг… мама всё же злится? Юнь нерешительно стояла у двери. За ней, в другой комнате, мама тихо напевал колыбельную, укачивая младшего брата. Мама злился… и это было её виной. Юнь сделала шаг вперёд, потом ещё один, и наконец осторожно приоткрыла дверь. — Мама… Се Лянь поднял на неё взгляд. В его руках младший брат уже успокоился, мирно посапывая у него на плече. Юнь зажала пальцы в кулачки, нервничая. — Извини… Я не хотела будить тебя и брата… Она думала, что мама снова сердится, но вместо этого Се Лянь улыбнулся. — Иди сюда, Юнь. Девочка быстро подбежала, осторожно забираясь на кровать рядом с ним. Се Лянь нежно погладил её по голове. — Я не злюсь, просто мне нужно было успокоить твоего брата. Юнь с облегчением выдохнула и прижалась к его плечу. Мама теплый и пахнет приятно. — Я больше не буду шуметь ночью, обещаю. Се Лянь тихо рассмеялся. Юнь тихо шла рядом с мамой, аккуратно держа его за край рукава. Младший брат мирно спал в руках Се Ляня, иногда посапывая носиком. Когда они вернулись в покои, Юнь сразу заметила: папа их ждал. Хуа Чэн сидел на кровати, прислонившись к подушкам, и, увидев их, мягко улыбнулся. — Вернулись? Се Лянь тихо кивнул, укладывая сына в колыбель рядом с кроватью. Юнь быстро забралась на своё место, удобно устраиваясь между родителями, а Хуа Чэн обнял Се Ляня за талию, притягивая ближе. — Ты устал? — голос у него был низкий и тёплый. Се Лянь тихо вздохнул, расслабляясь в его руках. — Очень… Хуа Чэн улыбнулся, бережно касаясь губами его виска. — Тогда отдыхай, любовь моя—Се Лянь улыбнулся, тихо целуя супруга в ответ. Юнь наблюдала за ними, сонно моргая. Мама теперь точно не сердится. Она довольно зевнула и уткнулась в плечо отца. Хуа Чэн укрыл её одеялом, ласково проведя рукой по голове. Се Лянь прильнул к нему, закрывая глаза. В комнате снова стало тихо. Только мягкое дыхание всей семьи наполняло покои.