Bustyboy

      Ополоснувшись в душе и избавившись от странного запаха, я украдкой прошмыгнул голышом в свою комнату, придерживая пляшущие титьки. Натянул одну из футболок и вернулся к ребятам, где уже всё убрали и открыли пару окон, чтобы проветрить. Возвращался совершенно спокойно, после выходки Рю не стесняясь того, как сильно колышутся толстые титьки под майкой. Вот уж и правда, что все познается в сравнении — после того, что случилось, своих грудей я уже не стыдился. Даже вновь начинал ими гордиться: позабытые детские мечты о красивом, как у отца бюсте снова проснулись во мне.       Впрочем, совесть всё ещё не давала покоя, и я не стерпел, спросил прямо, понравилось ли им совать пенисы мне в рот. Ладно, если бы я был девушкой, но я же парень! На это ребята ответили встречным вопросом: понравилось ли мне глотать сперму?       — Фу, — скривившись, улыбнулся я. — Гадость ещё та.       — Так зачем ты это делал?       — Ну, мы же друзья?       — Конечно!       — Вот, я и не мог обидеть друзей.       Рояма подошёл вплотную и с озорством легонько хлопнул меня по титьке:       — Слу-у-ушай… А вот если представить, что ты бы стал девушкой на минуту, — сказал он. — Чей бы пенис ты выбрал?       Парни тут же заулыбались, весело загалдели — им тоже стало интересно.       — Да ну вас, — с усмешкой отмахнулся я, подбирая ноги и усаживаясь по-турецки. — Нашли у кого спрашивать.       — Это же просто мысленный эксперимент.       — Ага… Акио-тян, давай… Расскажи… — со всех сторон полились подбадривающие реплики.       — Ну… — я смутился, тайком исподлобья поглядывая в сторону Рю. — Смеяться не будете?       — Давай… Не бойся… Говори…       — Ну… Тогда, если бы я был девушкой, то выбрал бы пенис Ямады-куна.       Признаться в том, что вытворял минуту назад с Такахаси в душевой — это всё равно что вбить клин между их дружбой, поэтому я поспешил отшутиться. Парень, который услышал своё имя, расплылся в улыбке и спросил:       — А почему меня?       — Так девушки в порно всегда говорят, что любят большие пенисы, а у тебя — самый большой.       Рю, который подсел слева от меня, чуть наклонился и стиснул мою левую титьку.       — Акио-тян, не верь всему, что видишь в порнухе — там ведь просто актёры. И, кстати, мы ведь до сих пор не видели ещё твоего молока. Ты нас обманул?       — Я правду сказал! Просто вы так внезапно набросились… И… И вообще: кто пять минут сосал мои груди!       — Это не считается. Так что давай, покажи нам, как ты делаешь молоко.       Он выпустил из руки титьку и откинулся на спинку дивана.       — Правда хотите увидеть? — спросил я, окинув ребят взглядом.       — Так ведь ты сам об этом упомянул. Получается, соврал?       — И ничего я не врал — вы же видели!.. Просто нужно грудь помассировать и как бы… Ну, как бы подоить, понимаете?       Окружающие закивали, а я продолжал:       — Это не всегда получается — я же всё-таки не девушка, чтобы кого-то грудью кормить — но чаще всего получается во время или после оргазма.       — Ну, так давай, а мы посмотрим.       — Л-ладно, — кивнул я.       Кто-то вскочил со своего места, готовый помочь мне, но Такахаси остановил его со словами:       — Пусть Акио-тян сам всё сделает, а то вдруг подумает, что мы к нему пристаём?       Я стянул футболку, опять обнажив грудь перед ребятами. Со смущёнием обхватил пальцами титьки и под прицелом внимательных взглядов принялся их неторопливо «сдавать». Делал уже так, и не единожды, потому что как бы я не презирал свои толстые сиськи, а вид мутных капелек на сосках и вкус собственного молозива на языке возбуждал до безумия. Но сегодня всё проходило неспешно: и стыдно немного перед товарищами — они же смотрят, — да и титьки после недавнего ещё слишком чувствительны. Сосочки зудят, словно зуммеры, а ареолы до того распухли от возбуждения, что обратились почти в полусферы. Стали удивительно мягкими, нежными, от малейшего прикосновения причиняли наслаждение, что граничило с болью.       Постепенно массируя груди, я всё же привык к ощущениям и опять возбудился. У меня снова началась эрекция, но ребята и не заметят даже — они во всю глазели на мои титьки. Не отрывали взгляды от этих жирных мешков, которые я ненавидел? Им нравились мои титьки? И Рю не шутил? Похоже, что так, ведь никто бы не смог так долго и правдоподобно в притворство играть. Так значит, я где-то ошибся?       Пальцы тискали титечки, сдаивающими движениями массируя плоть. Не прошло и пяти минут, как я ощутил на сосках крупные капельки. Захотел ребят удивить и опустил футболку обратно.       Они тут же возмутились, но я так и продолжил титьки ласкать, уже сквозь одежду. Прошло ещё немного времени и на ткани футболки стали расти влажные, темные пятна. Друзья ошарашено смотрели на них, словно не они четверть часа назад с жадностью сосали мне груди. Хотя, не отнять — делать это в такой обстановке почти что непринужденноё беседы — это будоражит как-то особенно. А тут ещё из сосков просто хлынуло. Обычно, из меня течет не так много, но сегодня пятна не просто сырые, а прямо-таки мокрые! Это из-за того, что меня так усердно массировали или из-за того случая в душевой с Такахаси?       Рояма вскочил со стула с дурным воплем:       — Вот же я дурак, совсем забыл!       Он стремительно выбежал из комнаты и вернулся обратно через минуту. Протянул мне упаковку с женским бельем. При этом улыбался так, как будто именно ему что-то приятное подарили, а не наоборот.       — Вот, — сказал «болтун». — Говорил же, что куплю красивый лифчик? Ну, теперь он твой.       — Это и правда мне? — растерянно пробормотал я. — Д-деньги верну. Попозже…       — Ещё чего! Это же подарок! Только попробуй ещё раз деньги предложить — обижусь.       — Тогда… Тогда спасибо тебе, Рояма-кун.       «Болтун» зарделся:       — Нравится? Наугад же выбирал.       — Угу, — я кивнул головой и повертел в руках коробочку. — Размер точно мой… И фасон я такой всегда хотел, но у меня нет столько карманных денег, чтобы дорогое бельё покупать.       — Тогда я буду для тебя его покупать! — парень с бравым видом хлопнул ладонью себя в грудь.       — Нет, — я замотал головой. — За подарок — спасибо. Но это ведь слишком дорогие вещи, что бы… — Да я всё равно трачу карманные на всякую ерунду, — Рояма беззаботно отмахнулся. — А так у меня появится цель ухаживать за твоей грудью…       Это признание окончательно вогнало меня в краску:       — Она тебе так нравится?       Рю опередил «болтуна»:       — Она нам всем нравится, — улыбнулся он и посмотрел на меня. — Акио-тян, почему бы тебе не примерить новое бельё?       — Ну, я не против… Но…       — Что?       — Ну, неловко немного.       — Ты серьёзно? — Такахаси улыбнулся. — Да брось!       — Думаешь?       — Даже не сомневайся.       — И всё же…       — Ох!.. — Такахаси вздохнул и покачал головой. — Да что с тобой делать будешь…       Он шлёпнул меня по ляжке и окликнул ребят:       — Парни, в общем, дело такое: мы с Акио-тян потрахались в душевой и я пригласил эту красотку на свидание.       — Ч-чего?! — вспыхнул я, не зная куда себя деть.       — Свидание, — спокойно повторил Рю. — Ты пойдёшь?       Молчаливые взгляды ребят жгли меня, словно лазерами. Я сухо сглотнул и ответил:       — Но я же парень…       — Ты ответь сперва: в попку понравилось?       Я думал, что сгорю от стыда. На кой чёрт он разболтал?! Ладно моя репутация, которой пока даже нет толком, но он не боится потерять весь свой авторитет?       — Ребят, — Рю улыюнулся тем временем. — У Акио-тян такая тесная попа…       Он резко дернул меня за руку, роняя животом себе поперёк бёдер, и звонко похлопал по моим ягодицам под трениками.       — Да ты спятил?! — я обернулся, так и лёжа у него на коленях.       — Не, сперва ответь: понравилось?       Я оглянулся на ребят и тут Рояма внезапно кивнул.       — Ага, нам тоже интересно узнать, — сказал он.       — Да, понравилось, — глухо пробормотал я.       Вздохнул и усмехнулся, просто подперев подбородок ладонями:       — А вам вообще как, нормально такое обсуждать? Я же парень.       — Это не проблема, — ответил Рю и пошлёпал меня по попе. — Ты так на девчонку похож, что я даже хотел уже предложить тебе встречаться.       — Ч-чего?! — ошарашено выпалил я.       Но в этот момент следом за мной вспыхнул и Рояма:       — Такахаси, ты говнюк! — он обличительным жестом ткнул в сторону друга. — Заграбастал себе самое вкусное!       Остальные согласно закивали, и я окончательно растерялся.- Ребят, вы вообще серьёзно? — спросил, обращаясь ко всем сразу.       — Абсолютно, — кивнул Рю. — Так что, Акио-тян, с кем хочешь встречаться?       — Да зачем мне это?       — Сможешь женские вещи носить.       — Зачем?!       — А разве не ясно? С твоим телом никто и не догадается, что ты парень, если блузку с юбкой наденешь. А заодно уверенность в себе вернётся… Ну так что, с кем из нас?       Я промолчал. И без того странный вечер оказался совсем уж безумным… но мне ведь и правда понравилось. К тому же, в словах Такахаси была толика смысла — глупо будет не попробовать.       — Ну? — Рю повторил вопрос.       — С тобой… — буркнул я, роняя голову на ладони и уткнувшись лицом в руки.       — Что? Я не расслышал, повтори громче.       — Буду встречаться с тобой! Нормально слышно?       Парень рассмеялся и задорно пошлёпал меня по ягодицам:       — Так и знал, — улыбнулся он.       — Да хватит! — я тряхнул задницей. — Перестань!       Он же наоборот нарочно стиснул «дольку» да покрепче:       — Акио-тян, разве моя вина, что твоя попка такая красивая?       — Ой, да и чёрт с тобой!       — Эй!.. Полегче! Девушки не выражаются.       — Да не девушка я!       — Да-да, конечно… Бельё-то примеришь?       — Ла-а-адно…. Минутку, переоденусь.              Соскользнув с коленей и скинув мокрую на груди майку, я распечатал упаковку с бельем и вытряхнул из нее сложенный чаша в чашу бюстгальтер. Расправил чёрные кружева — «а у Роямы-куна неплохой вкус» — и обернул лифчик вокруг себя задом наперёд, чашами со спины. «Болтун» тут же изъявил желание помочь, но я рассмеялся — девушке не нужны помощники, чтобы надеть белье, а ребята, всё же, слишком много эротической манги читают.       Сцепив крючки на застёжках, я быстро провернул лифчик уже в правильное положение и по очереди накинул на плечи бретельки. В последнюю очередь уложил груди в чаши, аккуратно их расправляя. Выпрямил спину, с улыбкой опуская руки на талию:       — Ну, как? Мне идёт? — спросил как можно более непринужденно, хотя уши предательски горели.       Рояма-кун, в очередной раз оправдывая своё прозвище, с дурашливым видом бухнулся на колени, воздевая ладони к потолку:       — Богиня!.. Большегрудая богиня!.. — взвыл он болеющим голоском.       Ребята рассмеялись и неожиданно поддержали шутку товарища — принялись вставать на одно колено, в забавном «рыцарском» жесте склоняя головы. Мне стало очень неловко из-за их поведения: какой парень сохранил бы самообладание, если б его начали искренне называть девушкой, пусть даже в шутку? Но в голосах друзей не звучало издёвки… Я с удивлением понял, что они, как будто, даже не иронизируют!       «Так Рю серьёзно говорил?!»       — Р-ребят, вы чего? — мне стало уже совсем не по себе, и я невольно прикрыл груди руками. — Прекращайте. Мне же стыдно…       — Из-за чего? — Рю поднял на меня взгляд. — Из-за того, что ты родился красивым, как девушка?       — Я к-красивый? — нечто настолько нелепое, сказанное таким серьезным тоном, меня буквально ошеломило. — П-правда так считаете?.. Вы же шутите, да? Скажите, что шутите. Н-ничего, я привык и…       — Разве похоже, что мы шутим? — вопросом на вопрос ответил староста.       — Верно, — кивнул Рю, поднимаясь. — Думаешь, мы бы стали о таком шутить? Хочешь, докажу, что ты ошибаешься?       — К-как?       Такахаси обернулся к ребятам:       — Парни, притащите кто-нибудь зеркало…       — Один момент! — Рояма подскочил и бегом сорвался из комнаты       Рю снова обернулся ко мне:       — Акио-тян, сперва надень трусики, которые тебе этот балбес подарил.       — Т-трусики? — я растерянно оглянулся.       На диване и правду лежала скромная кружевная тряпочка, которая шла в комплекте с бюстгальтером. Но как этот дурак может просить о таком? Парни же не носят подобные вещи!       Рю заметил моё замешательство и кивнул:       — Прости, я забыл, что тебе страшно. Наверное, это слишком…       В его голосе как будто прозвучал скрытый укор? Словно я вдруг отрекаюсь от всего, ради чего мы так все сегодня страдали?       — И ничего мне н-не страшно? — выдохнул я. — Вот возьму и надену!       — Прости, но не верю…       — Тогда смотри внимательно!       Меня впервые за много лет приняли, как равного, и я ни за что не хотел потерять это чувство. Быстро стянул с себя треники и надел кружевное бельё, прижав им приподнятый кверху полувялый пенис…