Кровь и Тишина

Долина Завершения стояла в сумерках, её каменистый берег был усыпан мелкими обломками. Водопад гудел неустанно, а слабый багряный свет заката угасал на горизонте. Наруто стоял перед Саске, его дыхание было тяжёлым, на лице виднелись синяки, а оранжево-синяя куртка висела лохмотьями. Но в его голубых глазах горело упрямство. Саске смотрела на него холодно, её Шаринган сверкал в темноте, а длинные чёрные волосы развевались на ветру, цепляясь за порванную белую рубашку.  — Саске, хватит! — крикнул Наруто, его голос дрожал от напряжения. — Тебе не нужно идти к Орочимару! Я не хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни!  Она склонила голову, её взгляд был острым, как лезвие куная в её руке.  — Моя жизнь тебя не касается, — отрезала она. — Моя цель — Итачи. Если не отступишь, я заставлю тебя.  Он сжал кулаки, сделав шаг ближе.  — Ты не понимаешь! — его голос стал тише, но в нём чувствовалась искренность. — Я не могу просто смотреть, как ты разрушаешь себя… Потому что ты для меня… ты слишком важна, Саске. Ты всегда была в моём сердце, даже если я не знаю, как это объяснить.  Её глаза сузились, но на миг в них мелькнула тень сомнения. Она отвернулась, сильнее сжав кунай.  — Твои чувства — твоя слабость, — сказала она холодно. — Они ничего не изменят.  — Тогда я заставлю тебя понять! — крикнул он, бросаясь вперёд.  Битва началась стремительно. Наруто хлопнул ладонями, вызывая десятки теневых клонов, которые окружили Саске со всех сторон. Они бросали кунаи и атаковали кулаками, но она двигалась с пугающей точностью. Её Шаринган улавливал каждое движение, позволяя уклоняться и контратаковать. Она метнула кунай с привязанной к нему взрывной печатью, и взрыв разметал клонов, заставив Наруто отпрыгнуть назад.  — Саске, остановись! — крикнул он, уворачиваясь от её удара. — Мы можем всё исправить!  Она не ответила, её губы сжались в тонкую линию. Вытянув руку, она сформировала печати, и из её рта вырвался огненный шар — Катон: Гокакью но Дзюцу. Пламя осветило долину, заставляя Наруто отступить, но он тут же создал ещё больше клонов, бросая их в атаку. Саске уклонялась, её движения были плавными и смертоносными, а кунай в её руке отбивал удары одного за другим.  Наруто стиснул зубы, чувствуя, как чакра внутри него бурлит. Он сосредоточился, формируя в руке вращающийся шар энергии — Расенган. Свет от техники озарил его лицо, и он рванулся вперёд, крича:  — Я не дам тебе уйти!  Саске холодно посмотрела на него, её Шаринган закружился быстрее. Она вытянула правую руку, и воздух затрещал от звука Чидори — молнии собрались в её ладони, освещая её фигуру зловещим сиянием.  — Это конец, Наруто, — сказала она тихо, но её голос резал, как сталь.  Они бросились друг на друга. Расенган и Чидори столкнулись с оглушительным грохотом, энергия взорвалась, разбрасывая камни и поднимая волну воды из реки. Воздух задрожал, свет от техник ослепил долину. Но Чидори Саске пробило защиту Расенгана — её рука вонзилась в грудь Наруто, молнии разорвали его плоть. Кровь хлынула на землю, и он рухнул на колени, а затем повалился лицом вниз, его тело замерло в луже крови.  Саске стояла над ним, её рука дрожала, а Чидори угасло. Она смотрела на него, её лицо оставалось пустым. Несколько секунд тишины казались вечностью. Она ещё не осознавала, что только что сделала.  А затем она увидела кровь — его кровь, текущую по камням. Её ноги подкосились, и она упала на колени рядом с ним.  — Вставай… — прошептала она, её голос был тихим и неуверенным. — Вставай, Наруто…  Он не двигался. Она выкрикнула снова, громче:  — Вставай! Ты всегда встаёшь!  И ещё раз, с отчаянием:  — Вставай…  Но тишина была её единственным ответом. Её руки задрожали, и она протянула их к нему, переворачивая его тело. Его голова легла ей на колени, а кровь заливала её одежду. Она судорожно сжимала его куртку, пытаясь остановить кровотечение, хоть и знала, что это бесполезно.  — Нет… — её голос сорвался, и слёзы потекли по щекам. — Я не хотела… Наруто, почему ты не отступил? Почему ты заставил меня это сделать? Я ненавижу себя… Я убила тебя… Ты был единственным, кто не отвернулся… а я… я уничтожила это…  Её рыдания становились громче, она прижала его к себе, её пальцы впились в его плечи.  — Ты был таким глупцом… — шептала она сквозь слёзы. — Вечно лез туда, куда не надо… вечно раздражал меня… но ты был моим другом… может, даже больше… Я никогда не говорила тебе… а теперь не смогу… Проклятье, почему я такая слабая? Почему я не остановилась?  Она плакала, её гордость растаяла в потоке слёз и проклятий. Её руки дрожали, держа его, а кровь продолжала течь, пропитывая её одежду.  Но затем что-то изменилось. Красная чакра Курамы медленно начала окутывать его тело, затягивая рану на груди. Саске не замечала этого сначала, слишком поглощённая горем. Её глаза были закрыты, а разум — в темноте. Но потом она ощутила слабое тепло под своими руками, а затем лёгкое движение — его грудь поднялась.  Она не сразу поняла, что происходит. Её слёзы всё ещё текли, когда она почувствовала, как кто-то мягко коснулся её щеки. Тёплые пальцы нежно вытерли её слёзы, и она медленно открыла глаза. Перед ней был Наруто — его голубые глаза смотрели на неё с теплотой, а слабая улыбка играла на губах.  — Саске… — прохрипел он, его голос был слабым, но живым.  Она замерла, её слёзы продолжали течь, но теперь от шока и облегчения.  — Ты… — её голос дрогнул, она не могла подобрать слов. — Как… как ты выжил?  Он слегка улыбнулся, его рука всё ещё лежала на её щеке, успокаивая её.  — Я же обещал… — прошептал он, его голос был тихим, но полным тепла. — Я не оставлю тебя, Саске. Никогда. Даже если весь мир рухнет, даже если ты пронзишь меня снова… я буду возвращаться к тебе, пока ты рядом.  Она смотрела на него, её глаза блестели от слёз, но в них зажглась искра — что-то между благодарностью и неверием. Её руки невольно сжали его куртку, словно она боялась, что он исчезнет, как мираж.  — Ты идиот, Наруто… — прошептала она, её голос дрожал, но в нём не было прежней холодности. — Всегда был таким… и останешься…  Он улыбнулся шире, его пальцы продолжали гладить её щеку, стирая последние слёзы.  — Может, и идиот, — ответил он, глядя ей в глаза, — но я жив… и я здесь, с тобой. Пока ты рядом, мне больше ничего не нужно.  Она опустила голову, её слёзы капнули на его грудь, но она не оттолкнула его руку. Её пальцы расслабились, всё ещё сжимая его куртку, и она позволила себе почувствовать тепло его прикосновения. На миг её дыхание выровнялось, и она закрыла глаза, отдаваясь этому чувству. Водопад гудел за их спинами, а звёзды сияли над ними, отражаясь в луже крови, которая медленно высыхала. Их дыхание смешалось в холодном воздухе, и тьма вокруг словно отступила, оставив их двоих в слабом свете надежды.