Напиши, как будешь дома…

      Когда-то её имя горело неоновыми буквами на билбордах Парижа. Когда-то её тело стоило дороже, чем годовой бюджет иных компаний: каждый сантиметр кожи был застрахован, каждый взгляд - расписан контрактами.       Теперь оно числилось в чёрных списках.       Элина Огава - бывшее лицо с обложек, теперь жила в тишине токийских апартаментов, где даже эхо казалось одиноким, а свобода стала тяжелой ношей.       Модель вернулась в Японию, но не чувствовала себя как дома. Она не решалась ехать домой, в префектуру Мияги, ведь у ее мамы уже давно была своя семья: со своим мужем она растила пятилетнюю дочку, – сестренку Элины – которую она видела всего пару раз в жизни и, честно говоря, не испытывала особо теплых чувств. Кто бы мог подумать, что жизнь обернется таким образом, что они с мамой отдалятся друг от друга… А в связи с последними событиями женщина открыто выражала свою ярость из-за этого глупого решения, потому что роскошные отели в Милане, ежемесячные переводы и статус «матери топ-модели» для неё значили куда больше, чем душевное состояние дочери.

***

      Уже несколько дней Элина не выходила из своих апартаментов, которые сняла в Токио. Она ловила себя на мысли, что за это время не сказала ни слова посторонним людям. Только выслушивала короткие, полные упрёков звонки матери и сухие сообщения от менеджера: «Ещё ничего не нашел», «Попробуем через неделю». Да уж… он никак не хотел мириться с текущим положением дел…       Это утро началось с того, что Огава впервые за неделю проснулась без желания закопаться под одеяло и сдохнуть.       Она стояла на кухне босиком, в растянутом топике с надписью «Kioto» и в трусах, пританцовывая и взбивая тесто для блинов: настоящих, японских, с крахмалом и газировкой. Не то чтобы она умела их готовить - но сегодня вдруг захотелось. - Наааа-наааа - пропела она, вытряхивая муку прямо из пакета. Получился небольшой снегопад на плитке.       Настроение было странно приподнятым. Она даже не потянулась за сигаретами, хотя пачка лежала на виду - на холодильнике, рядом с забытым ланч-боксом, в котором что-то зеленело. - Окей, Эри, - пробормотала она, наливая тесто на раскалённую сковороду. - Сегодня тот самый день, когда ты…       Не успела она закончить свою мысль, как телефон затрясся неподалеку на столе, как разъярённая оса. Мама. Опять.       Легкой рукой она сбросила нежеланный звонок, продолжая жарить блин и танцевать под какую-то японскую поп-музыку.       Телефон не умолкал. Мать звонила уже третий раз за утро. Вчера - десять. Позавчера - двадцать. Все звонки сводились к одному: «Как ты могла так подвести меня?!», «Ты знаешь, сколько я в тебя вложила?!», «Мне пришлось отменить поездку на Бали!». - Хватит! - Элина внезапно взревела так, что соседи снизу, наверное, подпрыгнули. - Отстаньте от меня все к чертям собачьим!       Она разъярённо швырнула лопатку в раковину и, наконец, схватила телефон, собираясь высказать матери все накопленное, но внезапно появившееся на экране уведомление о новом сообщении заставило ее вздрогнуть... Не удержав в руках свой телефон, Элина выронила его в миску с тестом.       Наступила тишина. Пузырьки газировки лопались вокруг утонувшего устройства.       «Нет, нет, нееет!» - она жалобно вскрикнула и в то же мгновение принялась вытаскивать и протирать телефон полотенцем, только, чтобы убедиться, не показалось ли ей. И действительно – уведомление от kageyamatobio - то, чего она никак не ожидала.       И вот, впервые за последнее время ее лицо расплылось в улыбке…

***

      Кафе "Тишина" действительно оправдывало своё название. Оно было спрятано в узком переулке, далеко от шумных улиц Сибуи. Официантка заметила только что вошедшего молодого мужчину: он немного нервничал и явно искал кого-то глазами.       Тобио чувствовал, как его ладошки вспотели, когда он заметил сидящую за столиком у окна Эри. Октябрьское солнце освещало ее шоколадного цвета волосы, придавая им красивый блестящий оттенок. Они были короче, до плеч, и с легкими локонами, что придавало ей более зрелый и уверенный вид. Её глаза, такие же большие и карие, как и раньше, теперь казались глубже и задумчивее. Её лицо было таким же красивым, с легким макияжем, но теперь на нем были едва заметные следы усталости, как будто она слишком много работала и слишком мало спала.       Её фигура была такой же стройной, но теперь она казалась более уверенной, как будто она знала, что она красива, и не боялась это показать. Её одежда была простой: синие джинсы и белый свитер, - но на ней она выглядела так, как будто только что сошла с обложки модного журнала.       Кагеяма смотрел на неё, и его сердце переполнялось эмоциями. Она была такой же, как и раньше, но теперь в ней было что-то новое, что заставляло его замирать.       Спортсмен подошёл к столику, и она подняла голову. - Привет, - сказала она, улыбаясь. - Привет, - ответил он, садясь напротив неё.       Элина смотрела на Кагеяму с восхищением и радостью. Он стал выше, его плечи стали шире. Его чёрные волосы были слегка растрёпаны, а глаза - такими же пронзительными, как и раньше. Но теперь в них читалась уверенность, которая появилась с годами. Перед ней сидел уже повзрослевший парень. - Как ты? - спросила Элина веселым голосом. - Нормально. - ответил Кагеяма, чувствуя, как его щёки начинают гореть. - А ты? - Устала, - призналась она, улыбаясь. - Но рада увидеть тебя. - Ты... ты изменилась. - сказал он осторожно, не скрывая своего восхищения. - Да, - ответила она. - Но я всё ещё та же самая Эри.       Преодолевая неловкость, они начали говорить о простых вещах: о погоде, о городе, о бывших одноклассниках. Но постепенно разговор стал глубже: о прошлом, о настоящем, о том, как изменились за эти годы. - Почему ты вернулась? - спросил Кагеяма с искренним интересом. - Я устала от всей этой суеты. Контракт с агентствами истек, и я решила его не продлевать - ответила она с неохотой. Тобио сразу почувствовал, что она не готова об этом говорить и быстро сменил тему. - Я рад, что ты вернулась. - сказал он, улыбнувшись, и получил в ответ такую же мягкую улыбку.       Погруженные в разговор, они не заметили, как пролетело несколько часов, будто годы разлуки растворились в этом моменте. Но их уединение было недолгим.       Когда они вышли из кафе, их встретила толпа папарацци. Вспышки камер ослепили их, а вопросы сыпались со всех сторон: - Элина, это ваш новый роман? - Кагеяма, вы встречаетесь? - Правда ли, что вы стали причиной её ухода из модельного бизнеса?       Кагеяма, не привыкший к такому, был шокирован и инстинктивно взял Элину за руку, пытаясь оградить её от назойливых фотографов. Он не понимал, как журналисты смогли так быстро их найти. Элина же, напротив, прекрасно понимала, как такое обычно происходит: кто-то тайком снял их в кафе и выставил в интернет с геолокацией. - Отойдите! - сказал он растерянно.       Модель, однако, не могла радоваться его защите. Она знала, что эти фотографии вызовут скандал. Её лицо было напряжённым, а глаза - полными тревоги. - Тобио, нам нужно уйти. - прошептала она, вынимая свою руку из его руки. Они быстро прошли к такси, оставив папарацци позади, и разъехались по домам.       Через несколько часов фотографии их встречи уже появились в социальных сетях. Новости быстро распространились, и уже на следующий день западные издания подхватили историю. Статьи вышли с громкими заголовками: «Элина Огава бросила карьеру ради любви к японскому волейболисту!» «Тайный роман модели и спортсмена: правда или вымысел?»       Элина сидела на балконе в своей квартире, листая новости на телефоне и закуривая сигарету. Вечерний Токио был ярко освещен огнями и издавал много шума, словно огромный единый организм. Чувство вины перед Тобио не оставляло ее в покое. Она знала, что это будет скандал, но не ожидала такого масштаба. Она решила позвонить ему: - Тобио, ты видел новости? - Да, - ответил он спокойным голосом. - Еще на сегодняшнем матче было через чур много журналистов, видимо, ждали тебя… Я виноват перед тобой… - Нет! - возразила Эри. - Это не твоя вина. Это я должна извиняться перед тобой! Я не хочу, чтобы ты страдал из-за этого. - Я не страдаю. - ответил Кагеяма, вслушиваясь, как Эри выдыхает дым от сигарет. - Помнишь, ты спрашивал причину, по которой я оставила свою карьеру? - Да… - Я…я тогда почти сорвалась… Эти тусовки, шоу-бизнес, вечеринки… Сам понимаешь, вокруг чего все это крутится. Меня почти уговорили, я почти согласилась добровольно уколоться…и я…и в последний момент внутри меня что-то щелкнуло…я больше не могла находиться среди всего этого. Поэтому я здесь и совершенно не понимаю, что делать со своей жизнью дальше. - Эри… - Подожди, стой, не перебивай меня… В тот момент, когда я увидела твое сообщение, я так обрадовалась. Мне показалось, что встретившись с тобой, я вспомню прежнюю себя. Какая же наивная… в итоге я доставила тебе лишних проблем. - Нет, Эри, это не т… - Я улетаю в Мияги, уже сняла там квартиру. Прости меня еще раз, и, нам лучше не общаться. - Эри! Эри! - пытался остановить Тобио, но в ответ услышал лишь гудки. Больше позвонить ей у него не получалось.       «Ксо! Что же ты опять убегаешь от меня…» - выругался связующий и стал торопливо просматривать в календаре даты ближайших матчей в префектуре Мияги.