A Song of Heaven and Rebirth

Маленькое заведение «Лавка случайных встреч» вновь принимало шестерых посетителей: троих молодых людей и троих подростков, которые неспешно пили чай, разлитый чайным мастером. Несмотря на его улыбку, взгляд говорил о том, что он глубоко задумался. Хотя нет, не так уж и глубоко — просто он считал эту компанию до неприличия красивых людей законченной шайкой сумасшедших. — Почему мы обсуждаем всё это именно здесь? — первым заговорил Нань Фэн. — Тебя не волнует, что нас могут подслушать? — Не особо. Если подслушают, решат, что мы сумасшедшие, — ответил Се Лянь. Трое подростков лишь понимающе кивнули, продолжая пить чай, а Вэй Усянь постукивал ногой в такт мелодии, звучащей у него в голове. Бог Мусора продолжил: — Ладно, не будем тратить время. Какие у нас есть идеи, что делать? — Убить его, — хладнокровно и отрывисто произнёс Фу Яо. — Да ну на хуй! — парировал Нань Фэн, но тут же замолчал, будто вспомнив что-то. Он скосил взгляд на троих подростков, а затем на нахмурившегося Се Ляня. — Ладно, извини, забылся. — Фу Яо прав, но есть более важный вопрос, — продолжил Се Лянь. — Куда идти? Кого убивать? КАК убивать? Я предлагаю… Договорить он не успел — его прервали звуки барабанов и гонгов, сопровождаемые криками и радостными возгласами. Хотя, радостными лишь на первый взгляд — в них чувствовалась натянутость, будто весь этот шум был пустой показухой. — Разве люди у горы Юцзюнь не прекратили устраивать из этого зрелище? — нахмурился Нань Фэн, выглядывая в окно. Процессия состояла из крепких, грубоватых мужчин с напряжёнными лицами и взмокшими от пота лбами. Они несли не свадебный паланкин, а словно бы собственную смертную казнь. Как только Се Лянь поднялся, чтобы разглядеть происходящее получше, налетел злобный порыв ветра, и в этот момент стало видно невесту внутри. Её голова была неестественно наклонена и покачивалась в такт резким движениям паланкина, а на лице застыла пугающая улыбка. Вдруг, от очередного резкого движения, голова с глухим стуком упала на землю, а следом за ней вывалилось и тело. Это была кукла. Один из носильщиков не заметил этого и случайно наступил на руку, после чего истошно закричал. Остальные тут же бросили игру в театральность и, обезумев от страха, выхватили сверкающие лезвия, озираясь по сторонам. — Оно здесь? Что случилось? Вы видели Призрачного Жениха?! Чайный мастер только вернулся с медным чайником, когда заговорил Цзян Чэн, указывая на людей снаружи: — Разве это не те же самые парни, что и вчера? Чайный мастер посмотрел в указанном направлении и раздражённо цокнул языком. — Сами ищут свою погибель. — Значит, они пытаются выманить Призрачного Жениха, — сказал Се Лянь, усмехнувшись вполсилы. — А как иначе? Отец прошлой невесты пообещал награду любому, кто вернёт его дочь и поймает этого призрака. Эти болваны сутками напролёт устраивают этот цирк, но всё, чего добились — только нагнали жути на весь город. — Закончив, чайный мастер вдруг взглянул на девушку за столом. — И вам, юная леди, стоило бы быть осторожнее. Эти идиоты могут попробовать что-нибудь предпринять. Се Лянь посмотрел на свою дочь, которая явно чувствовала себя неуютно, наблюдая за происходящим в окне. Фу Яо, всё это время изучавший валяющуюся на дороге кукольную голову, наконец заговорил: — Если бы я был Призрачным Женихом, то перерезал бы всю эту шайку за то, что они подсовывают мне такую уродливую подделку. Цзян Яньли бросила на него обеспокоенный взгляд, прежде чем снова посмотреть в окно. — Фу Яо, ты не так должен говорить, раз уж ты бессмертный. И, кстати, хватит закатывать глаза. Попробуй установить себе небольшой лимит — хотя бы пять раз в день, для начала, — голосом заботливой матери увещевал его Се Лянь. Вэй Усяню это показалось забавным. Фу Яо — раздражающим, так что он тут же закатил глаза. — Ха! Ты хоть в пятьдесят раз в день этот лимит поставь — всё равно не хватит, — хмыкнул Нань Фэн. В этот момент снаружи раздался возмущённый голос, привлекший внимание всей чайной. — Послушайте, послушайте меня! Это бесполезно! Мы уже сколько дней занимаемся этим и всё равно ни разу не видели Призрачного Жениха! Говоривший был молод, полон задора и решимости — скорее всего, именно он был лидером этой группы. Среди мужчин пронеслось согласное ворчание, и парень продолжил: — Мы должны сами подняться на гору Юцзюнь, вытащить этого уродливого ублюдка и убить его! Кто со мной?! Сначала отозвались лишь единицы, но вскоре к ним присоединились и остальные. — «Уродливого ублюдка»? — Вэй Усянь бросил на отца вопросительный взгляд. — Говорят, Призрачный Жених — какое-то уродливое чудовище, живущее на горе Юцзюнь, — пояснил чайный мастер. — Из-за своей внешности он не может найти себе жену, вот и крадёт невест, портя чужое счастье. — Разве это не просто домыслы? — Цзян Чэн скрестил руки на груди и слегка наклонил голову, разглядывая чайного мастера. — Кто знает… Некоторые утверждают, что видели его. Лицо у него полностью замотано в бинты, только два диких глаза сверкают из-под повязки. Говорят, он не умеет говорить — лишь рычит, как злобная псина. Услышав это, Вэй Усянь передёрнулся и, по привычке, схватил ближайшую руку — на его беду, это была рука Фу Яо. Тот тут же стряхнул его и злобно зыркнул. — То, что он замотан в бинты, не значит, что он уродливый, — отрезал Фу Яо. — Может, он настолько красив, что не хочет, чтобы кто-то его видел. — Кто знает… Я его не видел, — пожал плечами чайный мастер. Он уже собирался уйти, но тут снаружи раздался знакомый голос: — Н-не слушайте его! Гора Юцзюнь очень опасна! Это была Сяо Ин — та самая девушка, что приходил а прошлой ночью в храм Наньянь, чтобы помолиться. Се Лянь невольно потер щёку. Лицо молодого человека потемнело, и он грубо оттолкнул девушку. — Что тут забыла эта маленькая женщина? Мужчины разговаривают. От этого действия Цзян Яньли поднялась со своего места, её лицо вдруг стало непроницаемым. — Пожалуйста, не слушайте его! Будь то фальшивая процессия или восхождение на гору, вы лишь ищете себе погибель! — Ну уж спасибо, как красиво ты это описала, — ядовито бросил молодой человек. — Мы, мужчины, тут рискуем своими жизнями, а ты что? Эгоистичная девчонка, отказалась сыграть роль подставной невесты, чтобы помочь нам! У тебя и половины той смелости нет, что есть у нас, но ты всё равно лезешь и мешаешь! Что ты задумала?! С каждым словом он снова и снова толкал её назад. Руки Цзян Яньли сжались в кулаки. — Этот Сяо Пинтоу, — покачал головой чайный мастер. — Когда пытался уговорить её стать невестой, был таким обходительным, а теперь, когда она отказалась, показывает своё истинное лицо. Остальные мужчины начали выкрикивать ругательства в сторону Сяо Ин, требуя, чтобы она убиралась с их пути. Лицо девушки вспыхнуло от стыда, в уголках её глаз заблестели слёзы. — Почему… почему вы так говорите?.. — Я солгал? — молодой человек усмехнулся. — Тебя попросили сыграть роль, и ты отказалась. — Да, это правда, я сказала «нет»... но ты… ты же… порезал моё платье… Лицо парня стало тёмно-красным от ярости, и он с криком бросился в новый словесный выпад. — Ты, уродливая тварь! Как ты смеешь клеветать на меня?! Я?! Резал твоё платье?! Да ты, наверное, сама его порезала, чтобы привлечь к себе внимание, потому что иначе на такое чудище, как ты, никто бы даже не взглянул! Хотя кому вообще захочется на такое смотреть?! Не смей валить вину на меня— Раздался хруст — чашка в руке Нань Фэна разлетелась на осколки. Его лицо исказилось в яростной гримасе. Он уже собирался вмешаться, но кто-то опередил его. Вернее, двое. Сяо Пинтоу взвизгнул, рухнув на землю, из его носа хлынула кровь. Сяо Ин же почти ничего из этого не увидела — другая девушка схватила её за руку и быстро увела в сторону, подальше от толпы. Лицо её было нежным, как цветок, но в глазах пылал огонь воина. Впереди, меж ней и разъярённой толпой, встал мужчина в белых заклинательских одеяниях. Мужчины колебались, бросая взгляды то на него, то на их лидера, который теперь валялся на земле. Сяо Пинтоу заметил, что у мужчины не было оружия, и даже не понял, как тот его ударил, потому что не видел, чтобы он вообще двигался. Вскочив, он взревел: — Этот человек использует нечестивую магию!!! Как по команде, мускулистые вояки выхватили мечи и наставили их на белоодетого мужчину, готовые напасть. Но тут раздался оглушительный ТРЕСК! Нань Фэн, шагнувший вперёд, резко ударил ладонью по ближайшему столбу, и тот с треском раскололся. В глазах людей мелькнул страх перед явленной божественной мощью, и через мгновение они бросились наутёк. Вэй Усянь, выбежавший вслед за Нань Фэном, намереваясь помочь, теперь лишь смотрел на него снизу вверх с восхищением ребёнка. — Круто. — Сегодня я отступлю, — бросил Сяо Пинтоу, поворачиваясь, чтобы догнать своих спутников. — Но оставьте мне свои имена, чтобы я знал, кого искать в следующий раз. Нань Фэн даже не обратил внимания, зато Фу Яо высунул голову из чайной и насмешливо указал на него пальцем: — Ну разумеется, этот — из храма Цзюй— Но договорить он не успел, потому что Нань Фэн со всей силы врезал ему в челюсть. Цзян Чэн быстро дёрнул Вэй Усяня в сторону, подальше от линии удара, а двое молодых людей уже сцепились в драке. Цзян Яньли покачала головой, но вдруг заметила, что больше не держит Сяо Ин за руку. Она обернулась и увидела, как девушка, вытирая слёзы, молча уходит прочь. Цзян Яньли сделала шаг, собираясь последовать за ней, но её мягко остановила рука, опустившаяся на плечо. Она подняла глаза и встретилась взглядом с отцом. Се Лянь едва заметно покачал головой, а затем повёл её обратно в чайную. Но даже сев за стол, она продолжала смотреть на удаляющуюся фигуру. — Не забудьте заплатить за столб, — укоризненно сказал чайный мастер. Се Лянь усадил дочь, после чего повернулся к Нань Фэну и повторил: — Не забудь заплатить за столб. Нань Фэн, уже поднявший кулак над Фу Яо, замер, покосился на Се Ляня, затем на чайного мастера, а потом… просто застыл с ошарашенным видом. Шестеро вновь заняли свои места. Се Лянь первым прервал тишину: — Ладно, вернёмся к делу. Кто-нибудь из вас может одолжить мне немного духовной силы? Мне нужно войти в коммуникационную сеть. Нань Фэн, садившийся последним, молча протянул руку. Раздался хлопок — небольшой контракт был заключён, и Се Лянь погрузился в коммуникационную сеть. Как только он вошел в сеть связи, его тут же окликнула Лин Вэнь. — Дянься, похоже, вы наконец-то смогли одолжить немного духовной силы. Как обстоят дела на севере? Два младших боевых чиновника, вызвавшиеся помочь, приносят пользу? Се Лянь перевел взгляд с расколотого столба на Фу Яо, который, опершись на руку, пытался отдохнуть, но вместо этого исподтишка бросал недовольные взгляды на Вэй Усяня. Тот, не унимаясь, увлеченно рассказывал Цзян Яньли сразу о тысяче вещей, ни одна из которых не представляла особой важности. Ну, по крайней мере, ни для кого, кроме самого Вэй Усяня. — Оба младших чиновника имеют свои достоинства, их таланты стоит развивать, — ответил Се Лянь. — Тогда поздравим генералов Нань Ян и Сюань Чжэня, — ответила Лин Вэнь. — Раз уж дянься так сказал, то будущее этих двух младших боевых чиновников бесконечно. Вскоре, возможно, они сами вознесутся. Вдруг в разговор вмешался еще один голос — холодный и отстраненный: — Он не сообщил мне, где находится, так что оставьте его. В любом случае, я ничего не знаю. Говорил Сюань Чжэнь, или, как его знал Се Лянь, Му Цин. «Этот человек постоянно ошивается в сети связи, не так ли?» — подумал Се Лянь, прежде чем Лин Вэнь заговорила вновь. — Дянься, нашли ли вы, где остановиться? Север охраняется генералом Пэем, его последователей здесь достаточно. Если потребуется, вы можете временно остановиться в одном из храмов Мингуаня. — Нет, все в порядке, — ответил Се Лянь. — Мы не нашли поблизости храмов Мингуаня, но устроились в храме Нань Фэна. Кстати, Лин Вэнь, есть ли у тебя какие-то новые сведения о Призрачном Женихе? — Собственно, да. Дворец только что завершил оценку его уровня. Как выяснилось, это «гнев». «Гнев»?! Се Лянь тут же бросил взгляд на своих троих детей, которые все, казалось, заняли себя чем-то, пока он был в сети связи. За все время, что они были с ним, они ни разу не сталкивались с призраком уровня «гнев». Дворец Лин Вэнь использовал систему ранжирования существ: демонов, духов и призраков, которая выглядела следующим образом: свирепый, злобный, гнев, высший. Обучая мальчиков искусству заклинаний и преподавая Цзян Яньли азы самообороны (пусть ее духовная сила была довольно слабой, а самой ей это было не особо интересно, но в мире, где она не всегда сможет рассчитывать на братьев или отца, знать, как защитить себя от любого врага — человеческого или не очень, было необходимо), Се Лянь использовал слабые проявления существ первых двух уровней, чтобы помочь им научиться сражаться, всегда оставаясь рядом, чтобы вмешаться при необходимости. Конечно, заклинателю победить призрака уровня гнева не так просто, но это хотя бы возможно. Однако для обычного человека, даже обученного, это было бы смертельно опасно. Что же касается высших, то за свою долгую жизнь Се Лянь встретил лишь одного. И если бы нечто подобное вдруг пришло за этими тремя… В его голове вспыхнуло смутное воспоминание о жуткой фигуре, но он тут же отбросил его, сосредоточившись на младших чиновниках и передав им информацию. — Значит, этот «уродливый забинтованный мужчина» — это либо слухи, либо нечто совсем другое, — заметил Нань Фэн. — Есть еще один вариант, — задумчиво сказал Се Лянь. — Возможно, Призрачный Жених не всегда причиняет вред или не может этого сделать в определенные моменты. — Дворец Лин Вэнь работает отвратительно, — недовольно фыркнул Фу Яо. — Столько времени понадобилось, чтобы выяснить всего лишь уровень? Абсолютно бесполезно. — По крайней мере, теперь мы понимаем, насколько он силен, — сказал Се Лянь. — Это объясняет, почему кукла, которую использовали те мужчины, не подействовала. Нет, невеста должна быть живым человеком. Фу Яо вдруг бросил взгляд на Цзян Яньли. — Нет. Он поднял глаза и столкнулся с пристальным взглядом Се Ляня. Это не была ненависть — нет, Се Лянь не позволял себе ненавидеть. Но этот взгляд… Фу Яо тут же отвернулся, закатив глаза, намереваясь изобразить безразличие, но… его встретили два других взгляда. В отличие от Се Ляня, эти двое не испытывали никаких запретов по поводу ненависти. Голос Се Ляня вновь стал мягче, но его тон оставался твердым. — Фу Яо, мы не можем использовать женщину. Даже если бы она сама согласилась, призрак уровня «гнев»… Мы, скорее всего, сумеем выбраться невредимыми, но она… У нее не будет шансов защитить себя. Фу Яо, отводя взгляд от полных убийственного намерения глаз, устало вздохнул. — Ну, раз мы не можем использовать женщину, значит, придется использовать мужчину. — И где мы найдем мужчину, который добровольно… — Нань Фэн уже начал язвительно отвечать, но вдруг осекся. Он и Фу Яо синхронно повернулись к Се Ляню, который в этот момент пытался успокоить своих «детей». П очувствовав их взгляды, он медленно поднял голову. — …Что?

***

Ночь окутала храм Нань Яна, когда Се Лянь вышел из-за божественной статуи. Его волосы были распущены, слегка растрепаны, а выражение лица оставалось совершенно спокойным. Пять человек, находившихся в храме, тут же подняли головы, и любая беседа, которая велась секунду назад, мгновенно оборвалась. Цзян Чэн заметно побледнел. Вэй Усянь выглядел крайне неуютно, но в то же время так, будто вот-вот разразится хохотом. Цзян Яньли лишь тихо вздохнула, покачав головой с неловкой улыбкой. Фу Яо сжал губы, выражение его лица было суровым и сложным. А вот Нань Фэн... — БЛЯДЬ. Он буквально вылетел из храма. Нет, Се Лянь не выглядел уродливым. Напротив, он был человеком ослепительной красоты. И именно в этом и заключалась проблема. Потому что сейчас перед ними стоял потрясающе красивый мужчина... в красном свадебном платье. — Ох, баба... — пробормотала Цзян Яньли, смущенно рассмеявшись. Тем не менее, она тут же подошла к нему, внимательно рассматривая наряд. Се Лянь перевел взгляд на Фу Яо, который все это время молча стоял на месте. — Что-то хочешь сказать? Фу Яо кивнул. — Если бы я был Призрачным Женихом, и мне подсунули такую «невесту»... — Ты бы убил весь город? — Я бы убил невесту. — Хорошо, что я не женщина. — Возможно, стоит попросить кого-то из сети связи обучить тебя искусству трансформации. — Уже поздно для таких вещей. К тому же, это не будет иметь значения, как только я надену фату. — Тогда, может, спросишь совета у своей «дочери»? Цзян Яньли покачала головой. — Прости, даже не знаю, с чего бы начать. А вот Вэй Усянь уставился на Фу Яо с откровенной враждебностью — ему явно не понравился сарказм, с которым было произнесено слово дочь. Фу Яо же его взглядов не замечал, или просто делал вид, что не замечает. В этот момент в храм вернулся Нань Фэн, его лицо было мрачным. — Но, постойте, — внезапно встрял Цзян Чэн, наконец оправившись от потрясения. В его голосе слышалось беспокойство. — Ты же не знаешь, как именно Призрачный Жених убивает своих жертв. Ба... Если он поднимет фату и почувствует себя обманутым, ты окажешься в еще большей опасности. Се Лянь кивнул, признавая, что это разумное замечание, и только сделал шаг в сторону сына, как вдруг раздался рыыыик! — звук рвущейся ткани. Цзян Чэн снова побледнел. Это было очевидно. Свадебное платье изначально предназначалось для изящной девушки... а не взрослого мужчины. Пока Се Лянь лихорадочно осматривал себя, пытаясь определить место разрыва, у входа в храм раздался тихий голос: — Э-э... Простите. Все обернулись. У дверей стояла Сяо Ин, сжимающая в руках аккуратно сложенное белое одеяние. Ее взгляд с тревогой метался между собравшимися. — Я помнила, что встречала вас здесь, поэтому решила сначала заглянуть сюда... чтобы вернуть это. Спасибо за помощь — и вчера, и сегодня. — Не стоит благодарности, — мягко улыбнулась ей Цзян Яньли, плавно подойдя и бережно приняв одежду из рук девушки. Та кивнула, но затем перевела взгляд на Се Ляня. — Эм... Вы... Если хотите... Я могла бы помочь с... Се Лянь посмотрел вниз на себя, а затем быстро замахал руками. — О, нет-нет, мисс, это не моё хобби! — Я знаю. Вы ведь собираетесь поймать Призрачного Жениха... верно? Когда никто не опроверг ее догадку, девушка вдруг заметно оживилась. — Я умею шить! У меня всегда с собой игла и нитки. Я могу подогнать платье по размеру, и даже помочь с макияжем! Се Лянь растерялся, не зная, что сказать. Но в конце концов просто кивнул, и Сяо Ин повела его за божественную статую еще раз. Примерно через два времени воскурения благовоний он снова появился, на этот раз вуаль покрывала его голову. Фу Яо и Нань Фэн выглядели так, будто они оба подумывали заглянуть под вуаль, но быстро решили, что лучше этого не делать. «Хорошо, прежде чем мы начнем», — Се Лянь повернулся к Вэй Усяню и Цзян Чэну. «Мне нужно, чтобы вы двое очень внимательно слушали. Как и в любое другое время, если ситуация станет слишком опасной, вы оба должны немедленно уйти, вернуться сюда, в храм Нань Яна, не задавая вопросов. Если я отделюсь от вас двоих, вы должны будете слушать Нань Фэна и Фу Яо. Понятно?» «Да, баба», — сказал Цзян Чэн, слегка наклонив голову, его глаза не отрывались от Се Ляня. «Я должен их слушать? Они даже едва слушают, что им говорит баба». Хотя Вэй Усянь скрестил руки, когда говорил это, на его лице была широкая улыбка. «Эй!» — хором крикнули двое младших судей. «А-Ин», — Вэй Усянь опустил руки, и хотя его улыбка не дрогнула, в глазах отразилось понимание. «Хорошо, баба, я буду вести себя хорошо». С этими словами Се Лянь повернулся к Цзян Яньли. Та мягко улыбнулась ему, стоя рядом с Сяо Ин. — Сяо Ин согласилась составить мне компанию, пока вы все отправитесь в горы... Пожалуйста, возвращайтесь в целости и сохранности, хорошо? — Конечно, А-Яньли. В его голосе звучала только нежность к его маленькой девочке. В ответ Цзян Яньли подошла и тепло обняла его. — Не волнуйся, цзецзе, этому Призрачному Жениху нас не одолеть! — бодро заявил Вэй Усянь, выпятив грудь, будто пытаясь выглядеть вдвое больше, чем он был. — Ба и эти двое, может быть, а вот ты, скорее всего, только будешь мешаться. — Цзян Чэн усмехнулся, подтрунивая над братом. — Эй! — Хватит, мальчики. Закончив прощания, все, кроме девушек, покинули храм. На улице их уже ожидали восемь мужчин, державших на плечах ярко-красный свадебный паланкин. Красные атласные занавески были вышиты пышными узорами и украшены изречениями, сулящими процветание и удачу. Нань Фэн и Вэй Усянь встали по левую сторону от паланкина, Фу Яо и Цзян Чэн — по правую. Восемь носильщиков, все военные, были выделены двум младшим чиновникам с позволения высшего сановника, после того как те продемонстрировали свои способности и объяснили, что собираются исследовать гору этой ночью. Но даже несмотря на это, по их виду было очевидно: они не испытывали ни малейшего желания подчиняться приказам каких-то «хорошеньких мальчиков». И так наследный принц, в свадебном платье, взошел в брачный паланкин.

***

Процессия уже прошла приличное расстояние вглубь горы, когда Се Лянь вздохнул. Вовсе не из-за тоски или отсутствия интереса… Нет, дело было в том, что каждые несколько минут восемь военных, несших паланкин, намеренно трясли его или притворялись, что спотыкаются. Будь он человеком слабее, его уже давно бы вырвало прямо там, где он сидел. Фу Яо, уловив этот вздох, решил немного подразнить наследного принца. — Что случилось, барышня? Слезы радости оттого, что наконец выходишь замуж в таком преклонном возрасте? Цзян Чэн, стоявший рядом, бросил на младшего чиновника неловкий взгляд, но промолчал, лишь нахмурив брови и сосредоточившись на тропе впереди. — Нет, просто… я вдруг понял, что в этой свадебной процессии не хватает кое-чего очень важного. Нань Фэн, который большую часть пути провел, пытаясь удержать Вэй Усяня от очередной выходки, наконец обратил на него внимание. — Чего именно? Мы подготовили все, что было необходимо. На губах Се Ляня заиграла озорная улыбка. — Двух сопровождающих служанок. Двое младших чиновников побледнели и передернулись, а подростки разразились смехом. Даже восемь военных фыркнули и, наконец, начали нести паланкин как следует. — Просто… представь, что семья бедная, у них нет денег на служанок, и смирись. — Фу Яо скривился. — Тут даже представлять ничего не надо, — весело вставил Вэй Усянь, забежав чуть вперед и, развернувшись, зашагал спиной вперед, заложив руки за голову. — У нашей маленькой семейки и так едва ли набирается монета на всех. Ах, кстати! — Он вытащил из-за пояса бамбуковую флейту-дисзи. — В свадебной процессии нам действительно не хватает одной важной детали. К тому же, идти в тишине скучно. Он поднес флейту к губам и заиграл бодрую мелодию. Цзян Чэн улыбнулся, хоть и покачал головой, наблюдая, как его брат скачет впереди. — Откуда у него флейта? — пробормотал Нань Фэн скорее себе, чем кому-то еще. Однако удивление быстро прошло — мальчишка играл действительно хорошо. Се Лянь не удержался от широкой улыбки, наблюдая за своим сыном. Он даже позволил себе расслабиться, откинувшись назад, как вдруг… Хи-хи, ха-ха, ки-ки, чи-чи. Он резко выпрямился в своем сиденье и осмотрелся. Смех — детский, звонкий, будто разносился эхом по всей горе, — прозвучал отчетливо. Однако ни один человек в процессии не подал и виду, что услышал его. — Нань Фэн, Фу Яо, — негромко окликнул он. — Что случилось? — Нань Фэн тут же напрягся, не отводя взгляда от паланкина. — Что-то приближается. Услышав это, Вэй Усянь мгновенно прервал игру на флейте и поднял взгляд к паланкину. В тишине, последовавшей за этим, единственными звуками оставались скрип паланкина и шорох ветра в листве. Они уже добрались до самых глубин горы Юйцзюнь. — Я ничего не слышу, — серьезно отозвался Нань Фэн. — Я тоже, — холодно добавил Фу Яо. Цзян Чэн напряженно всматривался в кусты и деревья, перебирая кольцо на пальце. — Значит, оно позволяет слышать это только мне, — тихо заключил Се Лянь. Холодный пот скатился по лицам восьми военных, и некоторые из них даже пошатнулись. — Не останавливайтесь, делайте вид, что ничего не происходит. По этому сигналу Вэй Усянь снова поднес флейту к губам и заиграл новую, еще более жизнерадостную мелодию. Только теперь он больше не прыгал впереди, а осторожно двинулся к левому боку паланкина. Через мгновение Се Лянь снова за говорил. — Оно поет. — Что оно поет? — спросил Фу Яо. Невеста, невеста, невеста в красном свадебном седане, Слёзы текут, через холмы, Не улыбайся под свадебной вуалью, Призрачный ж... нет, подождите… жених-призрак? Что это значит? Нет, теперь оно просто смеётся. Я больше не слышу слова отчётливо. - Се Лянь — Что вообще это должно означать? — нахмурился Нань Фэн. — Именно то, что сказано: оно говорит, что невеста в седане должна только плакать и не должна улыбаться. — Я имел в виду, почему оно даёт тебе какие-то подсказки? — Может, это дружелюбный дух? — предположил Цзян Чэн, но по его тону было понятно, что он сам в это не верит. — Или, может, оно хочет тебя обмануть, и улыбка — это единственное, что защищает тебя от жениха-призрака. Кто знает, возможно, предыдущие невесты были обмануты таким же образом, — холодно возразил Фу Яо, как всегда настроенный противоположно. — Ох, Фу Яо, любая обычная невеста, услышав такой голос на дороге ночью, наверняка перепугалась бы до слёз. Как бы она могла подумать об улыбке? — сказал Се Лянь. — Кроме того, что может случиться, если я буду улыбаться или плакать? — Тебя похитят, — безэмоционально ответил Фу Яо. — Разве это не наша цель? Младший боевой чиновник только фыркнул, но спорить дальше не стал. Однако Се Лянь снова заговорил: — Есть ещё кое-что, что я должен вам сказать. — Что? — одновременно спросили Нань Фэн и Цзян Чэн. — Я улыбаюсь с того самого момента, как сел в свадебный седан. В этот момент музыка флейты резко оборвалась, и Вэй Усянь испустил душераздирающий крик. Седан резко качнулся, и процессия остановилась. — А-Ин! — позвал Се Лянь, вглядываясь сквозь вуаль и красные шелка, мешавшие обзору. — Не паникуйте! Ч-ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!! — только что Нань Фэн собирался скомандовать офицерам не останавливаться, как в следующую же секунду Вэй Усянь взлетел на него, цепляясь за него так, будто от этого зависела его жизнь, заливаясь слезами и крича во всю глотку. — Что с ним? — выкрикнул Фу Яо. — Сперва скажите мне, что происходит! — Се Лянь пытался сохранять спокойствие, но лёгкая паника в его голосе всё же была заметна. Он пытался разглядеть, что происходит слева от седана, где его мальчик, цепляясь за Нань Фэна, дрожал и рыдал, в то время как сам мужчина выглядел совершенно ошарашенным, не зная, что с этим делать. — Волки, — ответил Цзян Чэн, и в ту же секунду раздалось трескание и потрескивание его плети Цзыдянь, которая только что приняла форму. — На горе Юйцзюнь обычно водятся волки? — крикнул Се Лянь офицерам. — Н-нет, это просто неслыханно! — Значит, мы в правильном месте. Нань Фэн! — Ч-что? — молодой человек бросил на принца умоляющий взгляд, всё ещё пытаясь понять, как справиться с тринадцатилетним ребёнком, который буквально вцепился в него, не переставая дрожать. — Прости, но А-Ин до ужаса боится собак, любых псовых существ. Он не успокоится, пока эти звери не исчезнут. — Ба-ба! — на этот раз позвал Цзян Чэн. Он смотрел прямо перед собой, и Се Лянь последовал его взгляду. — Чт... ЧТО ЭТО ЗА ТВАРЬ?! — один из военных офицеров закричал от ужаса. Нань Фэн выругался. — Что там теперь? — спросил Се Лянь, пытаясь встать, но Нань Фэн, который только что сумел перетащить ребёнка к себе на спину, тут же закричал: — НЕ ВЫЛЕЗАЙ! В этот же момент седан резко тряхнуло, и что-то чёрное, будто смоляное, ввалилось внутрь, приземлившись прямо к ногам Се Ляня. Он опустил взгляд и увидел спину чьей-то головы, цвета ночи. Но прежде чем существо успело пошевелиться, снаружи сверкнула ослепительная фиолетовая вспышка, и тварь резко вытащило наружу. Нань Фэн снова выругался. — Чёрт! Это би-ну! Фиолетовые вспышки и звон оружия, рубящего что-то плотное, разорвали ночную тишину. Би-ну даже не относились к категории свирепых духов, но они никогда не появлялись в одиночку. Обычно они были в больших группах или сопровождали что-то гораздо более страшное. Эти омерзительные существа были явным признаком того, что цель была уже близко. «Я. Ненавижу. Этих. Тварей. Разве дворец Лин Вэнь что-нибудь говорил об этом?!» — Фу Яо сплюнул с полным отвращением. — Нет, — ответил Се Лянь. — Бесполезно! — Сколько их? — Около сотни или даже больше, — ответил Нань Фэн. — Не выходи! Акх! Группа из шести би-ну окружила молодого мужчину и всё ещё вцепившегося в него подростка, протягивая свои вязкие конечности, пытаясь схватить их. Увидев это, Се Лянь поднял запястье, на котором была обёрнута белая повязка. — Иди. — Его голос был мягким, как шёлковая лента, что выстрелила из седана, подобно бледному гадюке, прорезающему ночное небо. — Задуши их насмерть. Шёлковая лента пронеслась сквозь врагов, внезапно растянувшись на добрый метр, и, словно кнут, переломала шеи нескольким тварям. Все шесть би-ну, окружавших Вэй Усяня и Нань Фэна, мгновенно повалились замертво. В тот же миг на них бросился ещё один волк, но Нань Фэн отбросил его ударом ладони, после чего развернулся к седану. — Я думал, ты говорил, что не можешь использовать духовные артефакты?! — Есть... исключения... — произнёс Се Лянь. В ответ на это Нань Фэн с силой ударил по входу в седан, заставив его пошатнуться так, будто он вот-вот развалится. — Се Лянь, объяснись как следует, прямо сейчас! Что это вообще за штука?! Это был— Он не успел договорить — его перебил пронзительный крик военных офицеров. Цзян Чэн резко выбросил свою плеть, отправляя би-ну и волков в разные стороны, внимательно следя, чтобы не задеть солдат, но он явно начинал выдыхаться. — Что бы ты там ни хотел сказать, подождёт, — бросил Фу Яо, отправляя очередную тварь в полёт. Нань Фэн метался взглядом между дрожащим подростком у себя на спине и остальными, которых окружали монстры, явно разрываясь между возможными действиями. В этот момент Се Лянь принял решение. — Нань Фэн, Фу Яо, забирайте мальчиков и остальных и уходите. — Ба-ба! — Цзян Чэн развернулся к седану. — А-Чэн, именно на этом и было условие твоего участия. Когда я говорю «уходи», ты уходишь. Кроме того, твари будут продолжать появляться, пока вы находитесь рядом с седаном. — Но ты останешься один… — Нань Фэн звучал так, будто был готов снова разразиться руганью. — У него есть эта лента или что-то там, так что пока с ним ничего не случится. В отличие от тебя, я не собираюсь тянуть время. Я пошёл, — Фу Яо бросил это через плечо и тут же скрылся в темноте. Нань Фэн стиснул зубы, но возразить было нечем. Он надёжнее закрепил Вэй Усяня на спине, а тот к этому моменту уже мог только дрожать, как осиновый лист, даже потеряв способность кричать, после чего повернулся к остальным. — За мной! И, не мешкая, мужчины последовали за ним. Цзян Чэн ещё немного постоял, разглядывая свадебный седан, но в итоге подчинился отцу, развернулся и пошёл вслед за остальными.

***

Разобраться с оставшимися би-ну и волками у седана не заняло много времени. Снаружи теперь валялись их трупы, а белая шёлковая лента вновь мягко обвилась вокруг запястья Се Ляня. Князь-коронпринц сидел в седане, и его окружала лишь тишина. Где-то в тенях звери ещё недавно хрипло стонали и рычали, но теперь замерли. Даже ветер перестал дуть, словно сама природа задержала дыхание в страхе. А потом кто-то тихо усмехнулся. Это был голос мужчины, но также и юноши. Се Лянь тут же насторожился, готовый к атаке. Руое обвила его кисть, змеёй подготавливаясь к молниеносному удару, как только почувствует угрозу. Но атака так и не последовала. Вместо этого, чуть ниже вуали, появилась бледная тонкая рука. На среднем пальце красовалась алая нить, завязанна я узлом судьбы. Она терпеливо ожидала, когда он её возьмёт.