Spring and love

Во всем была виновата эта чертова семейка Ким. Они появились в их школе неделю назад, но уже успели захватить внимание вообще всех вокруг. О них шептались в коридорах, на них кидали заинтересованные взгляды, с ними хотели познакомится. Лиса, честно сказать, вначале тоже относилась к числу их фанатов, но потом… Потом Лиса увидела их настоящую натуру. Ладно-ладно, на самом деле Лиса ничего там не увидела. Просто… произошло событие, совершенно выбившее ее из колеи. Это было утром, еще до уроков. Она все никак не могла найти Чонгука — друга, которого она считала лучшим. До этого дня. До начала занятий оставалось всего ничего, но он не появлялся. Лиса тогда все списывала на обычное опоздание, мол, будильник вовремя не сработал или автобус в пробке застрял, а поэтому не особо волновалась. Она решила прогуляться около какого-то случайного кабинета, не задумываясь о своем выборе… Точно знала, что там произойдет. Потому что через несколько секунд после этого из кабинета даже не вышли, а вывалились Дженни — сестра из семейки Ким — и Чонгук собственной персоной. На щеках у Дженни цвел румянец, а губы были приоткрыты в улыбке. Когда она поймала взгляд Лисы, то покраснела еще больше — а потом улетела, стуча невысокими каблучками. Лиса еще никогда до этого не видела румянца у Дженни. Она была… сдержаной. Малоэмоциональной. Как Снежная королева из детской сказки. Такая же высокомерная стерва. Лиса впервые поймала себя на мысли, что злится, когда от нее отмахнулся Чонгук со словами «я тебе потом объясню». Глупо. По-детски. Все же было и без того понятно: у него с Дженни закрутился роман. И Лису злил именно тот факт, что ее лучший друг скрывал эту информацию от нее. А злость на него как-то сама перекинулась на Дженни. Каждый раз, когда в памяти всплывало ее лицо — а это происходило каждый раз, когда в поле зрения возникал Чонгук с его виноватой улыбочкой — Лиса чувствовала неконтролируемый приступ раздражения. Казалось, она просто не могла нормально воспринимать ее нормально, без сжатых кулаков до шрамиков от ногтей на коже. Но, тем не менее, Дженни была красива симпатична внешне. На нее часто заглядывались не знающие личных границ парни из школы, но стоило лишь ей один раз холодно взглянуть на них — так все отпали. Лиса, как ей казалось, хорошо знала причину таких взглядов. А имя ей — Чонгук. Стоило лишь Лисе представить их вместе, его руку, лежающую на ее талии; его губы, проходящиеся по ее щеке; его улыбку, адресованную лишь ей, так ее сразу пробирало до костей. Возможно, это была ревность. Возможно, к Чонгуку. Но проблема была в том, что Лиса никогда не испытывала подобных чувств к другу. Даже сейчас, стоило лишь ей представить любую другу девушку на месте Дженни, так раздражения как не бывало. Очевидно, что все дело было именно в чертовой Дженни. Созревал хороший вопрос — почему? Лиса предпочитала над этим не задумываться и просто максимально игнорировать и Чонгука, и его новую подружку. Внутри нее будто бы что-то огнем вспыхивало, когда она видела их вместе. Видела их улыбки, их переглядки… Все она видела и делала выводы. Но, как оказалось, выводы были… не совсем верными.

***

Школьная библиотека во всей своей красе разворачивается над Лисой, но сейчас ей все равно. Она читает какую-то книжку, заданную школьной программой, но мысли ее далеки от этого. Мысли ее крутятся возле Ким Дженни. (Иногда это происходит так часто, что Лисе уже постепенно начинает надоедать собственный глупый мозг.) Сейчас причиной их является Ким Тэхен — брат Ким Дженни. Он стоит в отдалении, периодически поглядывая в сторону Лисы и словно не решаясь завести диалог. Из их семьи Тэхен был более… общительным, что ли. По крайней мере, не выглядел так стервозно, как Дженни обычно. Поэтому Лиса будто бы даже не против поговорить с ним. — Ты в курсе, что Чонгуку нравится твоя сестра? — спрашивает она буднично. Конечно, не лучшая тема для разговора, но думать о чем-либо другом Лиса просто неспособна. Тэхен выпячивается на нее удивленно, так что ей сразу ставится ясно — нет, не в курсе. — Чего? — говорит он, не веря собственным ушам. Лиса хмыкает, перелистывая страницу книги. — Я видела их вместе в начале этой недели, — объясняет она, делая вид, что ее эта ситуация никаким боком не задела. — Они выходили вместе из пустого класса. Дженни… показалась мне смущенной. — Этого не может быть, — аккуратно отвечает Тэхен, отправившись от шока. — Дженни… — Я часто замечала их переглядки, — продолжает Лиса. Ей не хочется его перебивать, но вывалить всю накопившуюся информацию ей хочется: она просто не хочет больше удерживать это внутри. — Мне кажется… так смотрят друг на друга люди, которые неравнодушны друг к другу. — Ты все не так поняла, — внезапно раздается девичий голос сзади. Да неужели, сама Дженни явилась — появилась будто бы из неоткуда. Та краснеет — так же, как краснела, когда Лиса обнаружила их с Чонгуком в одном классе. Бледная кожа постепенно заливается нежно-розовой краской, начиная с аккуратных ушей. Темные оленьи глаза смотрят куда угодно, но не на Лису. Та складывает руки на груди, будто бы защищаясь. — Я и Чонгук… нет-нет-нет, — говорит Дженни быстро, неловко мотая головой. — Он просто не мог мне понравится… — Почему? — вскидывает брови Лиса. Раздражение вновь вскипает в ней. Хочется, чтобы Дженни продолжила краснеть и теряться перед ней. Хочется, чтобы она до крови прикусила свои нежные губы. Хочется прижать ее к стене, обхватить запястья и со всей силы… Стоп. Лиса встряхивает головой. Мысли определенно заходят куда-то не туда — и поэтому она решает их игнорировать. Чтобы не залиться краской так же, как Дженни. — Она лесбиянка, — внезапно говорит притихший Тэхен. Дженни посылает ему быстрый и благодарный взгляд. — Ей не нравятся парни. — Я тогда была в одном кабинете с Чонгуком не потому, что он мне нравится, — объясняет Дженни. Она по-прежнему не смотрит на Лису. — Мне надо было кое-что передать. Тэхену, кстати. Она быстро сует какой-то листок в руки брату. Он при этом удивленно морщится, а Дженни посылает ему быстрый кивок. Тэхен отходит, а она делает шаг навстречу Лисы. Очень уверенный шаг, надо отметить. — Чонгуку нравится Тэхен, а мне нравишься ты, — шепчет Дженни. А потом внезапно целует ее. Лиса ничего не понимает. Вообще. Она чувствует мягкие чужие губы на своих. Дженни делает еще один шаг — а Лисе приходится отойти назад, бедрами уперевшись прямо в книжный стеллаж. Ладони Дженни скользят по ее талии, прижимают к себе — и Лиса с удивлением отмечает, что ей это нравится. Теперь все на своих местах. Теперь Лиса целует ее, теперь она находится в объятиях Лисы, а не Чонгука. Осознание этого приходит неожиданным спокойствием: так и должно быть. Они отстраняются друг от друга. Дженни не перестает краснеть, но ее приоткрытым губам и сияющим глазам идет это как никогда. Лиса улыбается. — Извини, что сначала тебе все не объяснила, — шепчет Дженни. Лиса пожимает плечами. Раздражение исчезает незаметно и полностью. — Но ты сама не хотела слушать Чонгука… — Да, извини, я виновата, — Лиса пристыженно опускает взгляд, но улыбку спрятать она не в силах. — Надо было просто поговорить. Я извинюсь перед Чонгуком… — Вот и правильно, — Дженни несильно хлопает ее по плечу перед тем, как отстранится окончательно. — Он хороший парень. Лиса согласно хмыкает. Решая не дожидаться подходящего момента, она набирает знакомый номер и слышит гудки в телефоне. Чонгук берет трубку через несколько секунд. — Извини, — слова вылетают из ее рта легко. Дженни рядом настороженно улыбается. — Я увидела вас тогда в кабинете и подумала, что вы… ну, встречаетесь. А это не так, Дженни мне уже объяснила. — Наглядно объяснила, — влезает та и хихикает. Чонгук хмыкает в трубку. — Рад за вас, — говорит он. — Ну что, мы друзья? — Друзья, — решительно отвечает Лиса. Дженни поднимает палец вверх. Семейка Ким оказалась не такой уж и плохо, как Лиса думала изначально.