Искусство продаваться выгодно

- Доброе утро! Хаск, очевидно, ещё не начал функционировать на полную - у него был открыт всего один глаз, и тот наполовину. Быстро поставив перед ним чашку кофе, Энджел ловко снял со сковороды фигурную яичницу в форме сердечек. В обыденные шумы просыпающегося дома вдруг ворвался мерный стук в окно. За стеклом бился голубь с конвертом, привязанным к лапе... - Ух ты, - удивился Даст, глядя на красиво выписанные чернилами надписи на пергаменте. - Это мне! От Ланселькота... Всю сонливость с босса как ветром сдуло - выгнув спину, он зашипел так, будто кто-то плеснул водой в кипящее масло. И спросил с едва ли прикрытой враждебностью: - Что там? - Он посвятил мне стихи! Знаешь, это по-своему мило... Хаск подошёл к нему сзади и, придерживая за пояс одной лапой, тоже заглянул в письмо. Мелко дёргая хвостом, прочитал вслух: - "О, прекрасный мой паук - источник всех моих душевных мук"? - и презрительно фыркнул. - Римфоплет из этого парня неважный! "Хоть с другим ты обручен, я все равно в тебя влюблен"... А не слишком ли он торопит события?.. Значит, новости дошли и до владений Зестиала? Проклятая сучка Вельветт всё-таки выложила фото с их поцелуем в интернет - да и черт бы с ними, со сплетнями. Энджел был слишком доволен жизнью, чтобы обращать внимание на чужие пересуды! - Ты что, ревнуешь? - Нет, конечно, - слишком уверенно ответил Хаск. - К кому, этому комку меха в консервной банке? К тому же, ты все равно - мой... Это уж точно. Ланселькот, конечно, был очень мил со своими галантными манерами и балладами, но вот его убеждения... Чисто платонические отношения Дасту были чужды. Жаль, босс ещё не созрел для того, чтобы заняться с ним сексом, но мысли о приближающемся с каждым днем наказании будоражили все сильнее. Перед бурей всегда стоит затишье, вот они и проводили это время, как могли, страдая всей хернёй, какой обычно занимаются парочки... Хаск покинул апартаменты первым, отправившись вершить свои оверлордские дела. Проводив его поцелуем в щеку и помахав на прощание, Энджел вдруг почувствовал себя действительно, блядь, каким-то обрученным... Нет, упаси боже! Просто взаимная симпатия. Просто взаимная симпатия...       Стряхнув с себя непрошенные мысли, он подошёл к окну, глядя на относительно пустые улицы. Бесцельно гуляющий глаз вдруг зацепился за какое-то странное жёлтое пятнышко, двигающееся около урны - прежде, чем Энджел успел осмыслить то, что видит, за его спиной грохнула дверь. Тяжело дышащая Матрёшка, держа метелку для пыли, как меч, захлопнула дверь за собой и оперлась на нее лопатками, глаза ее были распахнуты в ужасе... - Что случилось, за тобой кто-то гнался? - Агась... Опять эта пигалица блаженная пристала! - горничная несколько раз перекрестилась. - Брось, говорит, свою патриархальную работу... Да где ж я на попа́-то ей похожа, а?! Пристала, как репей, проходу не даёт, зараза... Если она сюда заявится, можно я тут сховаюсь? - Если она сюда заявится, то я спрячусь вместе с тобой... Мимоходом взглянув в окно, Матрёшка вдруг остановилась, нахмурившись. И покачала головой: - Опять она... - Она? То жёлтое пятнышко уже активно рылось в мусоре. Было сложно понять издалека, какого вида этот демон, но можно было предположить, что птица... - Она частенько сюда захаживает. Бутылки собирает, с кухни, вроде, ей объедки выносят... Прогнать бы надо, а жалко страсть, - девушка скривила губы. - Бедолага... Энджелу стало любопытно. Бездомными и нищими в Аду никого не удивить, но все же... Маленькая фигурка с пакетом, набитым доверху пустыми бутылками, уже ковыляла в сторону казино. Это действительно оказалась птица - канарейка, хотя, горчичный цвет оперения был приглушен слоем пыли и грязи, покрывающим ее. На ее макушке и вокруг глаз имелись проплешины, из которых проглядывала голая розовая кожица. Тощее крошечное тельце тонуло в свитере настолько грязном и обтрепанном, что такой тряпкой стыдно было бы и пол мыть... - Опять ты? - Матрёшка нахмурилась, уперев руки в бока, хотя ее грозность была напускной. - Наш барин узнает, что ты здесь шастаешь - на конюшне нас всех выпорет! - Простите, тетя горничная, - канарейка смущённо опустила голову. - У вас просто кушать дают... Голос ее был очень тихим и надтреснутым, будто она пела часами без перерыва и надорвала связки, но он не был похож на голос взрослой грешницы с низким ростом! Кажется, до Энджела дошло... Пока он пытался переварить это свое осознание, канарейка уже залезла в мусорный бак и принялась усердно там рыться. Они с Матрешкой молча переглянулись... - Ладно, черт с тобой, горемыка, - вздохнула горничная. - Сейчас спрошу на кухне, есть ли у них что... - Спасибо-спасибо, тетя горничная!       Энджел остался один на один с этой птичкой. Пока та радостно потрошила мешки, он собирался с моральными силами... - Как тебя зовут? - Эрика, - канарейка повернула к нему голову и ткнула в паука указательным пальцем: - А ты - Энджел Даст! - Правильно, - он совсем не обрадовался тому, что Эрика его узнала. - А откуда ты знаешь? - Твой постер у папы над кроватью висит! Он говорит, что с радостью бы тебя вые... И, выдав на духу целую серию слов, будто выдернутых из самых ебанутых сценариев Трэвиса, Эрика спокойно продолжила свои поиски. Достала винную бутылку, потрясла ее и, услышав плеск, зачем-то принялась сливать остатки в отдельную банку с крышкой... - А что это ты такое делаешь, Эрика? - Это для папы, - полностью выпотрошенная бутылка отправилась в пакет, к своим собратьям. - Он любит бухло богачей! А бутылки я сдам и куплю хлебушка... Живя в Аду, привыкаешь видеть всякое. Но это... Энджелу уже было дурно. Но, стараясь не показывать этого, он как можно спокойнее спросил: - А сколько тебе лет? - Мне, э-э, - Эрика призадумываясь, почесывая плешивую голову, и начала считать пальцы. - Шесть, вот столько! А показывала она восемь... Натянув улыбку как можно выше, Даст подозвал ее к себе жестом. Присел на корточки и, глядя в круглые темные глазенки, похлопал Эрику по голове: - Какая большая девочка! Молодец, думаешь о своем, э-э, папе... Мы тут вчера ужин не доели, хочешь помочь нам? - Не доели? - канарейка удивлённо склонила голову набок. - А как это - взять и не доесть? Воистину, пути Господни, блядь, неисповедимы... Что могла сделать такая малышка, чтобы оказаться в Аду - голову кукле оторвать?! А по поводу ее отца Энджел уже все понял, услышав про него всего пару фраз... Поднявшись обратно в апартаменты, он набил едой несколько пластиковых лоточков. От радости Эрика засветилась, будто солнышко на когтистых сморщенных лапах... Стоя на крыльце заднего входа, паук с Матрешкой молча смотрели, как она уходит вприпрыжку, едва неся контейнеры, мешок с объедками, и бутылки, едва ли не паря над землёй - самый счастливый ребенок в Аду...

***

      Энджел почти не волновался. Так, совсем чуть-чуть... Пригладив зачесанные назад волосы, он в последний раз оглядел себя в зеркало. Красная рубашка с глубоким клиновидным вырезом, заправленная в черные брюки с высокой посадкой, кожаные туфли - все идеально настолько, насколько может быть... Только убедившись, что выглядит безупречно, он покинул гримёрку. Половина выступающих девушек была наряжена в мужские костюмы, а половина - в бальные платья... Энди, одетая в черно-красное под стать своему партнеру, с открытыми плечами и пышной юбкой в пол, при появлении смущённо улыбнулась и сделала реверанс: - Отлично выглядишь, Энджел! - Ты тоже, - он взял ее за руку. - Не будь я голубым, точно бы за тобой приударил... Они с крольчихой выпорхнули на сцену самыми первыми. Не наступать друг другу на ноги, не сталкиваться с другими парами - оказалось, это все задачи тривиальные. Поддерживая Энди под лопатками, Даст наклонил ее, заметил краем глаза гнусную мелкую заразу, вдруг выбежавшую на сцену, поднял - и все это, стараясь сохранять профессионализм... - Какого черта?! - шепнула Энди одними губами. - У неё сегодня даже выступлений нет!.. Марли, лавируя между чужими ногами и едва не врезавшись в них несколько раз, выбежала на середину сцены. На ней были мешковатые джинсы и футболка-балахон, на шее - толстенная цепь. Упав на пятую точку, она поднесла к губам микрофон: - Йоу-йоу, это протест против патриархата! Кто сказал, что девушки должны танцевать мило и элегантно?! Никто, блядь, кроме тебя - сказал бы Энджел в другой ситуации, но он, как и все, продолжал выступление... Он видел, как Сиф выглядывает из-за кулис. Судя по мелко трясущимся перьям и налитым кровью глазам, ей тоже много чего хотелось высказать собачке... - Линяем со сцены! - шикнул он Энди, и та еле заметно кивнула. Они не отпускали руки друг друга и держали головы высоко, спускаясь по ступенькам. Приняв негласную команду, остальные пары потянулись за ними, кружась между столов гостей, а Марли, вихляющуюся в брейк-дансе, вдруг закрыл спешно опустившийся занавес... - Фух, ну и дела! - только за столом у босса Энджел наконец-то смог выдохнуть. - Такой подлянки от Марли я точно не ожидал... - Надеюсь, ей было весело, потому что эта выходка стоила ей трёх месячных окладов, - Хаск поцеловал ему руку. - Должен заметить, в мужской одежде ты так же великолепен, как в женской... Его взгляд задержался в вырезе рубашки Даста чуть дольше, чем позволяли приличия. Делая вид, что не заметил, паук захлопал ресницами: - Тебе что, так нравится безбожно сыпать комплиментами? - Да, но что я люблю больше всего, так это безраздельно владеть чем-то прекрасным... Я очень, очень жадный демон, - притянув Энджела к себе ближе, Хаск прошептал ему на ухо: - И завтра этот демон тебя как следует отшлепает... Черт, ну как можно говорить подобные вещи с таким спокойным видом?! Хорошо, что их столик находился в уединенном месте. Что бы сказала общественность, увидев самого Энджел Даста, некогда самую желанную порнозвезду Ада, красным, как варёный рак?! - Волнуешься? - неверно истолковав его молчание, Хаск накрыл одну из его ладоней своей. - Если ты слишком боишься или не уверен, мы можем... - Ага, щас, - фыркнул Энджел. - Даже не надейся, что я передумаю! - А ты остер на язычок, как всегда, - усмехнулся кот, глядя на него с неприкрытым обожанием. - Есть особое очарование в том, чтобы наказывать дерзких нижних... Только смотри, не пожалей потом! - Не пожалею, котик. Не пожалею... Остался всего день до их назначенной ролевой игры в тайной комнате. Но, пока затишье перед бурей не закончилось, они вели себя, как обычная парочка. Сидели в обнимку, ели деликатесы, пили и болтали... На правах взаимной симпатии, конечно же. Только Энджелу что-то начинало казаться, что эту грань он уже потихоньку переходит...

***

- Хрю? - Прости, Наггетс, - вздохнул Энджел. - Я просто немного волнуюсь! Уже несколько минут он просто нарезал круги по комнате от переизбытка эмоций. Поросенок наблюдал за ним с явным беспокойством... Час "икс" пробил. Энджел постарался собрать себе костюм, максимально похожий на школьную форму - белая рубашка с галстуком-бабочкой, юбка в клетку, даже гетры специально прикупил! И одежду для отдыха, как сказал Хаск, тоже приготовил. Простую белую майку и шелковые домашние шорты, достаточно широкие и легкие - в таких должно быть удобно, когда у тебя горит задница... Черт! От страха тряслись поджилки. Энджел боялся того, что случится, настолько же сильно, насколько и желал... Давно он не волновался так сильно. БДСМ, в силу специфики прошлой профессии, давно стал для него чем-то, что он терпел ради клиентов или на съемках, а теперь, впервые за долгие годы, он делал это ради себя. Поэтому и переживал так сильно! Однако, перед смертью не надышишься. И пасовать Даст не собирался точно. Котик ждал его в тайной комнате! - Я ухожу играть, - наклонившись, он потрепал Наггетса по голове. - Веди себя здесь хорошо, ладно? В ладонь ему ткнулся мокрый пятачок. Закинув на плечо рюкзак, он выдохнул последний раз, расправил плечи. В спальне Хаска все выглядело, как обычно, не считая раскрытого глобуса без ключа внутри. Энджел постучал по боку стеллажа несколько раз, и тот послушно отъехал в сторону. Затаив дыхание, он осторожно шагнул в тайную комнату...