Момент ясности

— Нет! — Воскликнул Джесси. — Нет, нет и еще раз нет! — Но мы не можем это пропустить. Это судьба, Джесси! — Вдохновленно сказал Уолт, показывая руками в экран. — Ты сказал, что темы буду выбирать я, а сам сейчас просто хочешь меня опрокинуть! — Джесси обидно тыкнул в сторону Уолтера пальцем. На экране телевизора были представлены темы текущего раунда, и вот так свезло, что одной из них была химия. Да, та самая. — Да ладно, ты же теперь сам химик, ну? — Попытался уговорить его Уолт. Естественно, ему было интересно, на сколько вопросов сможет ответить Джесси, потому что он сам, вероятно, ответит на абсолютно все. — Джесси, пожалуйста. В следующем раунде обещаю, возьмем любую тему, которую ты выберешь. Вот же манипулятор. Джесси прикусил нижнюю губу. Он никогда не мог отказать Мистеру Уайту, когда тот умолял его. — Ладно, — сдался Джесси и немного грустно съел луковое колечко. «В атмосфере ЭТОГО газа горит даже вода,» произнес ведущий вопрос, и стоило игрокам потянуться к кнопке, Уолт резко выкрикнул: — Фтор! Он вынул из пачки одно колечко и положил его на кровать рядом с собой. — Что? — Спросил Уолтер, почувствовав на себе недовольный взгляд. — Фтор - сильнейший окислитель. — Слышь, Мистер Уайт, — начал Джесси, — это как бить лежачего. — Да ладно тебе, просто вопрос был задан в лоб. Я уверен, тут будет что-то поинтереснее. Но вот Джесси не был уверен в этом от слова совсем. Ему конечно не хотелось просто так отдавать победу Мистеру Уайту и потом еще несколько часов к ряду заниматься тем однозначно наискучнейшим нудным занятием, которое тот им придумает, но он уже давно не видел Уолтера таким расслабленным и улыбающимся (кровожадные улыбки не в счет!), что подумал, а какого хрена и нет. Пусть себе выигрывает. «В 1903 году французский художник, композитор, писатель и ученый Эдуард Бенедиктус уронил колбу, на стенках которой сохранилась пленка нитроцеллюлозы. Так случайно было изобретено ЭТО, широко применяемое в автомобилестроении,» следующий вопрос. Но в этот раз вместо громкого возгласа Уолтер внезапно поднялся на ноги, подлетел к Джесси и схватил пульт, лежавший у того на животе. — Эй! Ты че творишь? — Джесси недовольно раскинул руки, недоумевая, что сейчас произошло. — Давай, Джесси, этот вопрос - твой золотой билет, — сказал Уолт, выключив звук телевизора, чтобы не слышать ответа. — Как-то слишком пафосно для вопроса, который я даже переварить не успел! — Последнюю часть фразы Джесси прокричал, намекая на то, насколько внезапная выходка Уолта его выбила из колеи. — Ученый уронил колбу, покрытую пленкой нитроцеллюлозы, и случайно изобрел что-то необычайно полезное для автомобилестроения, — начал пересказывать вопрос Уолтер, показывая в воздухе колбу ладонями. — Из чего делают колбы? — Да хрен его знает, — ответил Джесси скорее на автомате. Его немного смущал тот факт, что Мистер Уайт нависал над ним, как маньяк, требуя проявлять умственную деятельность в такой стрессовой ситуации. — Из стекла? Честно, Джесси уже не был уверен ни в каких, даже таких банальных ответах. Если Мистер Уайт и спрашивал что-то на первый взгляд очевидное, ответ на деле оказывался слишком заумным, чтобы напрягать мозг по этому поводу даже на одно мгновение дольше нужного. — Так, хорошо. Представим ситуацию, — начал Уолт, продолжая жестикулировать, — мы в моей машине. Остановились, так как еле как надрезанный тобой ремень ГРМ умудрился порваться. Тут сзади едет моя соседка и совсем не смотрит на дорогу. Бам! Бампер в бампер. Капот ее машины почти всмятку. Но! Ее лобовое стекло и наше стекло багажника без повреждений. Ну, точнее они не разлетелись на осколки. Почему? — Эм… Потому что они сделаны из небьющегося стекла? — Сделал предположение Джесси. — В точку! — Просиял Уолт. — Небьющегося стекла или же триплекса. Он состоит из стекол, склеенных полимерной пленкой. Вот при чем тут в вопросе была нитроцеллюлоза. Джесси вскинул бровь и посмотрел на Уолта снизу вверх. — Вот видишь, как просто, — сказал Уолтер, потянувшись в Джессину пачку колечек и выудив оттуда одно. — Ты заработал балл. Перед тем, как вернуться на свою кровать с пультом, Уолт положил «балл» Джесси тому на живот, вызвав этим очередную волну абсолютного непонимания происходящего. — Да ты же… Просто дал жирнющие подсказки! Так еще и сам знал ответ, йо! — Начал возникать Джесси. — Да, но ответ я тебе не говорил, ты дошел до него сам. И заслужил балл. Джесси взял в руки оставленное Уолтом луковое колечко и покрутил его между пальцами. Он подумал о произошедшем еще немного, и комфортная теплота вдруг разлилась по его телу. Мистер Уайт не выставил его идиотом, не похвалил с манипулятивными намерениями, а просто направил его мысли в нужное русло. И не обесценил его маленькое, но достижение. Этот факт заставил Джесси искренне улыбнуться. — Знаешь, Мистер Уайт, — сказал Джесси, привлекая его внимание, — пока ты тут рассказывал, мы явно пропустили какой—то вопрос из темы. Уолтер посмотрел на Джесси в ответ и пожал плечами. — Ну и пусть, — лишь ответил он, глядя тому в глаза. Они продолжали смотреть друг на друга, пока не прозвучал очередной вопрос из их категории: «На памятной медали, отчеканенной по случаю открытия ЭТОГО химического элемента, была изображена колесница». Джесси застыл. Кажется… Кажется он знал ответ на этот вопрос! — Это же этот, как его… Солнечная колесница! Гелиос! — Прокричал он и от переполнявших его эмоций даже принял сидячее положение, тыча пальцам в экран. — Ого! Джесси! — Уолт был приятно удивлен. Даже нет, он был буквально горд! Мало того, что Джесси без подсказок так быстро составил логическую цепочку, так он еще оказывается что-то знал о том, что выходило за рамки его привычных сфер интересов. — Только ответ не «Гелиос», а «Гелий», но… Ты интересовался древнегреческой мифологией? Джесси сделал вид, что обиделся на замечание Мистера Уайта, но внутри он был безмерно счастлив такой откровенной и неподдельно воодушевленной реакцией с его стороны. — Родители в детстве подарили толстенную книжку, вот я и читал ее время от времени, — легко сказал Джесси, пожав плечами. Он выудил из пачки еще одно колечко и положил себе на живот, рядом с первым. — Неплохо. Рад, что в детстве ты занимался чем-то помимо, — ухмыльнулся Уолт, глядя в экран, — разгильдяйства. — Иди нахрен, — беззлобно ответил Джесси. Они досмотрели первый раунд и в течение двух следующих время от времени отвечали на какие-то вопросы. Точнее, отвечал по большей части Джесси. Ну или старался отвечать. Уолт же предпочитал молчать, хоть и, вероятно, знал ответы на большинство вопросов. Все же, эрудиции ему не занимать. Но он давал возможность Джесси заработать больше баллов, и это говорило о двух вещах. Первая - Мистер Уайт мог переставать быть непроходимым эгоистичным придурком. Иногда. Вторая - Своя игра волновала его намного меньше, чем Джесси. Иначе он бы и мокрого места не оставил от бедняги, которому вот вообще не упало знать, как там называется какой-то остров какого-то архипелага. Уолтер хоть и поглядывал в телевизор, большую же часть времени смотрел на Джесси, который при прочтении очередного заумного вопроса смешно хмурился и никак не мог съесть бедное луковое колечко уже в течении нескольких минут, то и дело прикладывая его к губам. Тот в отличие от Уолтера был сосредоточен на шоу, и его внушительное количество колечек, собранное в замок, пошатывалось на его животе каждый раз, когда он делал вдох. После очередного чрезмерно узконаправленного вопроса Джесси плюнул на попытки ответить и внезапно понял, что на него пристально смотрят. — Йо! На мне вопросы не написаны, — нахмурился он. — Я воспринимаю лучше на слух, — лишь ответил Уолтер, не поведя и глазом. — Да? Ну тогда воспринимай это, — Джесси аккуратно придвинулся к краю своей кровати и нахально улыбнулся. — Ты проиграл. Уолт посмотрел на колечки, лежавшие возле него. Да, их было в разы меньше, чем у Джесси. Но до конца раунда еще было довольно внушительное количество вопросов, чтобы исправить ситуацию. — Пока еще нет, — ответил Уолтер. — Но давай сделаем так. Если на следующий более-менее адекватный вопрос ответишь ты, то победа твоя. Если же отвечу я, то ты дашь мне шанс отыграться. Джесси хмыкнул. В чем был смысл? Мистеру Уайту не понравилась надменная реакция Джесси, и он решил показать, кто здесь реальный босс? Или тот хотел еще немного безнаказанно попялиться? — Ладно, — лаконично сказал Джесси и вернулся в исходное положение. «Герой этого фильма, существуй он на самом деле, по законам физики был бы обречен на слепоту,» прозвучал вопрос. — Невидимка, — быстро ответил Уолт, победно ухмыльнувшись. Видимо, именно этот вопрос он счел стоящим. — Ах да, я и забыл, что ты и швец и жнец и на хуе игрец, — возмутился Джесси. — Ну и почему? — Потому что человек воспринимает свет благодаря родопсину. Пигменту в светочувствительных клетках. Он, как и весь человек-невидимка, невидимый, то есть прозрачный. Нет поглощения света, следовательно, нет изменений свойств молекул родопсина, нет сигналов в мозг. Уолтер уже потянулся за своим «баллом», как Джесси возразил: — Эй, йо, Мистер Уайт! Ты хоть и складно стелишь, но можно поменьше заумных слов? Родопсин, пигмент, да нахрен! Для тех, кто не в теме, это какая-то пурга. Нельзя просто сказать - в глазу есть штука, на которую попадает свет, и она подает сигнал в мозг? На кой вся эта мишура? — Ты что, намекаешь, что я плохой учитель? — Нахмурился Уолт. — Нет. Ну… Может быть. Типа, у меня нет базы, йо! И когда ты что-то объясняешь, я тупо не знаю, что за хрень для чего нужна. Так что, это… Вот. Уолтер ничего на это не ответил, задумавшись. Джесси счел такую реакцию за обиду, и попытался исправить ситуацию: — И вообще! А че это он был бы слепым? Может, этот твой родопсин остался бы видимым, м? Типа он же маленький. Кто бы заметил? Уолтер поднял на Джесси взгляд. А это была интересная мысль. Очень даже. — Джесси, ты.., — начал Уолт, но остановился. Вдруг к нему пришло осознание - почти никто на его уроках не вступал с ним ни в какую дискуссию на ту или иную научную тему. Все просто принимали его слова как должное и бездумно записывали в тетрадь. Возможно, будь Уолт преподавателем в университете, а не учителем, и где у студентов была бы, как выразился Джесси, «база», то и взаимодействие с ними было бы более интересным. И сейчас это замечание Джесси, даже брошенное скорее ради просто самого факта спора, будто вернуло его в прошлое. В то время, когда он решил начать преподавать. Уолт уже долгое время не ставил под сомнения свои слова и действия, но сейчас он удивился тому, как это необычно и интересно - услышать другую, но при этом не глупую точку зрения по, казалось бы, устоявшейся теме. Но Уолтер не был бы собой, если бы позволил себе очередной комплимент в сторону образа мышления Джесси. Хватит с него сегодня, иначе совсем загордится. — Ты выиграл, — вкрадчиво сказал Уолт, сев на кровати и демонстративно съев все колечки, что лежали подле него. У Джесси отвисла челюсть. В очередной раз за вечер. — Погоди. Че? Тебе понравилась моя идея? — Улыбка сама по себе появилась на его лице. — Да, она… Имеет место быть, — уклончиво ответил Уолт. — Нихрена себе. — А знаешь, ты бы мог быть прекрасным учеником, — немного грустно сказал Уолтер. — Не таким, какой ты сейчас, естественно. Я про школу. Или колледж. — Мистер Уайт, ты… Что, скучаешь по преподаванию? — Спросил Джесси и тоже принял сидячее положение, запихнув в рот весь замок из колечек разом. Внезапное понимание этого ошарашило Уолта. Да, он действительно скучал. И действие ли это наркотиков помогло ему сосредоточиться на этой мысли чуть дольше обычного и не убегать от нее или же сегодня просто день блистательных идей Джесси, факт оставался фактом. И Уолтер впервые за очень долгое время смог признаться самому себе: — Я не думал об этом до сегодняшнего дня. Но… Я думаю, что да. Скучаю. — По всем этим придуркам, вроде меня, да? — Ухмыльнулся Джесси. — Скорее по тем крупицам действительно старательных учеников, кто хотел чему-то научиться, — съязвил Уолт. На что Джесси только фыркнул. Мистер Уайт всегда в той или иной мере был той еще язвой, сколько Джесси его помнил. Но тогда, во времена учебы Джесси в школе, Уолт был сдержаннее, спокойнее и… Эмпатичнее что ли? А по мере их погружения в преступный мир Мистер Уайт все больше уходил от прошлого себя, переставал разбавлять свои выходки и порой откровенно отвратительное поведение чем-то хорошим. Единственные недавние моменты просвета были во время их погони за мухой и… Сейчас. Неужели чтобы добиться от Уолтера нормального человеческого общения нужно было его чем-то накачать и таким образом успокоить? Джесси иногда думал, что чем быстрее их поезд начинал лететь в пиздец без остановок, тем труднее было ему самому вывозить их с Мистером Уайтом и так нечастые разговоры вне варки. — Йо, знаешь сказку «петух и флюгер»? — Внезапно спросил Джесси, вспомнив об очередном артефакте из детства. — Я удивлен, что ты ее знаешь, — сказал Уолтер. Когда-то он читал сказки Андерсена Младшему. Было же время. — Ну так вот. Может.., — Джесси немного помедлил, но все же решил до озвучить мысль. — Может, тебе перестать быть флюгером, а? — Ты намекаешь на то, что я в конечном итоге разочаруюсь во всем и сдохну от зависти? Вздор, — лишь отмахнулся Уолтер. — Ну, вообще… Йо, да ты же можешь быть четким петухом! — Спасибо, Джесси, — Уолт ответил с сарказмом, но на удивление не возмутился. — Нет, я… Ну типа, как учитель. Или препод, — продолжил развивать эту тему Джесси, не встретив категоричного сопротивления. — Я не говорю, что как варщик ты отстой. Да ты творишь искусство! Но это же не навсегда. Так? Уолтер тяжело вздохнул. А сколько ему останется после того, как они закончат? Сможет ли его семья принять то, кем он стал? — Может, когда мы закончим со всем этим и выйдем из игры, я посвящу свою оставшуюся жизнь семье и преподаванию, — Уолтер не сказал «если», потому что был уверен, что они обязательно выйдут победителями. — Но будучи, как ты выразился, петухом, у меня больше не будет почитателей в виде куриц, которые очевидно есть сейчас, когда я флюгер. Джесси ухмыльнулся своей временной безнаказанности и рискнул задать свой очередной странный вопрос: — Можно обозвать твою семью курицами? — Нет, Джесси. Достаточно завуалированных обзывательств на сегодня, — отмахнулся Уолтер, а после даже и улыбнулся. — И что насчет ученических куриц? — Будут, йо! — Подбадривающе сказал Джесси. — А если и нет, то я буду тем фанатом-огурцом. Ага? Их обоих вновь прорвало на смех, когда они поняли, что все это время говорили о петухах и их фанатах с серьезными лицами. Черт, такое надо будет повторить однозначно! Но Уолтер внезапно снова погрустнел. Видимо, даже мет не мог до конца справится с его грузом эмоциональных проблем, от которых он так успешно умудрялся убегать. — Может, мы оба просто рыбы-ежи… Джесси вспомнил, как Уолт называл его рыбой-ежом, но чтобы тот говорил так сам про себя? Человек, который считал себя реальной угрозой всему и вся вдруг допустил мысль о том, что он может быть совсем не такой? Джесси от этой сказанной так обреченно фразы тоже стало грустно. Он подумал, что тот самый Мистер Уайт, которого он знал раньше, никуда не исчезал, а просто скрылся из-за обстоятельств, заставляющих того раз за разом отказываться от эмпатии и прятаться за стеной холодности и манипуляциями. — Эй, йо! — Вдруг сказал Джесси. — А что плохого в том, чтобы быть рыбой-ежом? Уолтер поднял на него взгляд. В любой другой день мысль о том, что он просто жалкий притворщик, встала бы как кость в горле, которую он бы с легкостью переломил своей внутренней челюстью, ведь он был чертовым Чужим - высшим существом в пищевой цепочке, но сегодня он позволил себе усомниться в этом. Точнее, это позволило ему сделать его собственное предательское детище. Как же смехотворно. — Ладно, — лишь сказал Уолтер, демонстративно ускользнув от дальнейшего разговора. — Выкладывай, чем ты дальше хотел заняться. Джесси грустно ухмыльнулся. Что-ж, хватит с них разговоров по душам. Он так и не успел рассказать Мистеру Уайту о своих переживаниях, ведь они посвятили эти моменты сюрприз-сюрприз, кто бы сомневался, самому Уолту. Но Джесси не был против. — Так, сперва, — он отмахнулся от прошлых мыслей, с энтузиазмом хлопнул в ладоши и обогнул свою кровать, — мы сдвинем кровати. И после этих слов раздался отвратительный скрежет ножек кровати по полу. — Что ты делаешь, Джесси? — Недоуменно спросил Уолт. — Я уже, — прокряхтел в ответ Джесси, наконец придвинув кровати вплотную, — сказал. — Это я понял. Уолт надеялся, что Джесси догадается, что это был не прямой вопрос. Но то ли у того в организме больше не осталось ни грамма Голубого неба, то ли он потратил весь ресурс своего мозга на Свою игру и их разговор, Уолт подумал, что Джесси интерпретировал его слова как вопрос в лоб. — Йо, — немного недовольно отозвался Джесси, — не порть интригу, ага? Уолтер послушался и замолчал, следя за ним с недоверием. — Вот, помешай, — ухмыльнулся Джесси и кинул Уолту колоду игральных карт, которые достал из своей сумки. — Серьезно? — Уолтер покрутил пачку в руках. — Карты? — Ох простите, знаток! Время заумных интеллектуальных игр кончилось. Теперь мы наконец будем заниматься тупизмом, — беззлобно съязвил Джесси. Его позабавила такая реакция Мистера Уайта на, казалось бы, вполне стандартное времяпрепровождение. — Ты же умеешь играть в блек-джек? — Умею, — ответил Уолт и распаковал колоду. — Но я буду играть только при одном условии. Джесси уселся в центр своей кровати и вскинул бровь. — Ну, — сказал он, махнув рукой, — выкладывай. — Будем играть на раздевание, — с каменным лицом ответил Уолт, сосредоточив все свое внимание на перемешивании карт. — Чего? — Немного нервно хихикнул Джесси. — Это шутка? Что-то Голубое небо тебя не туда понесло. — Так мы хотя бы будем примерно знать, когда вся эта баламуть закончится. Не хочу играть целую вечность, — пояснил Уолтер, положив колоду на кровать Джесси, а сам разлегся на своей. — Просто признайся, что как обычно хочешь раздеться, — фыркнул в ответ Джесси. Он взял карты и перемешал их еще раз. Для верности. — Окей, тогда, — Джесси раздал им обоим по две карты и две положил «дилеру», одну рубашкой вверх, — два проигрыша равно одна вещь, если у дилера блек-джек, то один проигрыш. А, и я за дилера. — Хорошо, — ответил Уолт и приподнялся на локте, чтобы было видно карты. — И еще, — Джесси вскинул указательный палец руки, в которой держал оставшуюся колоду, — проигравший исполняет желание победителя — Ты так уверен, что выиграешь? — Ухмыльнулся Уолт. — Ты хоть и самый везучий мудак на моей памяти, но йо, сегодня мой день! Уолтер посмотрел в глаза Джесси и понял, что тот действительно жаждал загадать это желание. Будто в этот вечер не все идет так, как тому хочется. Пускай. Сам Уолт уже прикинул, что загадает, поэтому лишь кивнул на колоду и сказал: — Что-ж, тогда начнем, крупье. Карту. Спустя несколько шаффлов, которые на удивление прошли почти ровно, Джесси остался в одних штанах, когда же на Уолте были очки, футболка и его любимые белые трусы. Джесси подумал, что игра проходит уж слишком стремительно, и решил добавить немного драматизма под конец. И отсрочить свой возможный проигрыш. — Ага. Семнадцать у тебя, девятнадцать у меня. Чтобы мне не остаться с голым задом, достаточно, чтобы дилер достал одну из самых слабых карт, — Джесси сделал задумчивый вид, как будто он ожидает свой ход, а не неизбежный забор карты для дилера из колоды. — Интересно, какая карта выпадет? Надеюсь, это не что-то больше шестерки. Джесси немного взволнованно посмотрел в глаза Уолтеру, на что тот только цокнул. — Тяни карту, Джесси, не время. Но Джесси лишь застыл с рукой над колодой, колдуя над ней пальцами. Уолт не выдержал. Он сам потянулся к колоде, и стоило ему коснуться ее, как Джесси с громким хлопком обрушил свою руку на его кисть. — Эй! Руки! — Недовольно воскликнул Джесси. — У тебя нет права касаться карт, ага? Уолтер посмотрел на него с вызовом, не сдвинув руки с колоды: — Хватит оттягивать неизбежное. Джесси решил пойти на принцип и не давать Мистеру Уайту возможности разрушить его короткую, но все же карьеру крупье. Он впился ногтями в кисть Уолта и, пока тот ослабил хватку от такой выходки, забрал карты второй рукой. Уолтер принял это на свой счет. Джесси хочет помериться в упрямстве? Что-ж, сам напросился! — Эй, йо! Отст.., — не успел договорить Джесси, как на него с рыком набросился Уолт и повалил на спину. Джесси выпрямился, как струна, и закинул руку, державшую колоду, себе за голову. Уолтер, попытавшись ее достать, уперся рукой Джесси в живот, на что тот со стоном предпринял попытку сбросить с себя внезапно свалившийся на него тяжелый вес нависшего тела, перекатившись в сторону. — Черт, — Уолт потерял равновесие и грохнулся на Джесси. Достать колоду у такого внезапно верткого крупье оказалось не так просто. Он двумя руками удержал торс Джесси на месте и, несмотря на то, что тот брыкался, умудрился подобраться и зажать его талию ногами. — Ты… Не заберешь.., — лишь смог сказать Джесси, все еще пытаясь сопротивляться. Но у Мистера Уайта теперь было позиционное преимущество - тот, блин, на него сел! И он не нашел ничего лучше, чем быстро засунуть колоду себе в рот. — Выкуши, шущара. Уолт навис над Джесси и в очередной раз изумленно на него посмотрел. Тот подумал, что слюнявая колода его остановит? Пфф, как бы не так. Но и просто попытаться вырвать ее у него из зубов не получится, уж слишком Джесси был упрям. — Джесси, — около-спокойно сказал Уолт, пытаясь параллельно отдышаться, — дилеры не пробуют свой товар. М? Это заявление рассмешило Джесси, но он не ослабил хватки. — Щегодня шень ищклющений. Уолт скривился от обилия слюней на картах, но все же решил действовать. Он приблизился к лицу Джесси настолько, что они соприкоснулись носами, и зажал между зубами выступающий небольшой край колоды, мазнув своими губами по его, при этом ни на секунду не разрывая зрительного контакта. Это сработало. Ошарашенный Джесси без сопротивления раскрыл рот. Ему и так было трудно дышать, но сейчас Мистер Уайт выбил из него весь воздух. Уолтер выпрямился и взял верхнюю карту из колоды, совершенно проигнорировав факт наличия на ней кучи слюней. — Шесть, — сказал он, бросив колоду и карту на свою кровать, и невозмутимо стянул с себя футболку. У Джесси в этот момент в голове было абсолютно пусто. Он уже не понимал, что происходило. И только когда Мистер Уайт соблаговолил с него слезть, вдохнул полной грудью и отполз на дальнюю часть своей кровати, пытаясь отдышаться. Он посмотрел в сторону Уолтера, который собирал карты в одну кучу. Что за черт сейчас произошел? Джесси посмотрел на свои штаны. У него стоял. Черт. Проклятый мет вообще не понимал, что такой реакции на Мистера Уайта вообще быть не могло, ага? Да, тот, когда не вел себя, как придурок, мог быть даже приятным. Его голос был успокаивающим и комфортным, прикосновения - теплыми, а взгляд пронзительным и воодушевленным. Но никак не возбуждающим, окей? Джесси еще раз окинул Уолта оценивающим взглядом. Да, тот был в отличной физической форме для человека его возраста и с его болезнью, но это совсем не должно было волновать Джесси сейчас! Да и вообще, эти пресловутые белые трусы на нем были анти-возбуждающими, срочно нужно было сфокусироваться на них. — Слышь, Мистер Уайт, — внезапно для самого себя сказал Джесси, — ты после уроков отжимал у учеников турники? — Что? — Уолт немного недоуменно посмотрел на него. — Ну, ты ж почти качок, ага? Йо, да за такие грудные один мой кореш отдал бы любые бабки! Джесси не особо задумывался о физической подготовке Мистера Уайта раньше, потому что, во-первых, тот постоянно проигрывал в их драках, а во-вторых, он не был геем, чтобы на него заглядываться, окей? — Для этого достаточно было бы слезть с наркотиков, — сухо ответил Уолт. Эта фраза задела Джесси, и он решил также грубо ответить на нее: — Ага, а тебе похудеть, чтобы и остальные мышцы виднелись. Но на удивление, эта фраза не разозлила Уолтера, а скорее наоборот. Он начал смеяться. Джесси в который раз впал в ступор, но смех Мистера Уайта оказался заразительным, и он тоже стал хихикать. Черт возьми. — Ну что, мы будем доигрывать? — Спросил Уолт. — Правда тут некоторые карты меченые… — Йо! Это ты виноват, окей? — Лишь сказал Джесси. Он не стал спрашивать, какого хрена вообще произошло минуту назад, потому что от части он хотел, чтобы это повторилось. И желательно чтобы в этот раз между ними не было чертовой колоды карт. Сам Уолтер тоже не торопился объясняться или, боже упаси, извиняться. Джесси сам напросился. А Уолт… Старался держать себя в руках из последних сил. Он не понимал, почему он чувствовал то, что чувствовал. Он хотел открыться Джесси, поделиться накопившимися переживаниями, хотел уверить, что все будет хорошо, хотел слушать его, трогать, вызвать в нем трепет, хотел… его. Чего до этого дня в нем не было. Или же..? Уолт и сам не знал. Да и не задумывался. У него всегда были дела поважнее. Возможно, когда-то у него проскальзывали какие-то мысли в сторону Джесси, но он их не развивал и просто отбрасывал в сторону. С кем не бывает. Как, например, когда он решил взять Скайлер сзади. Они тогда оба были на кухне, и Уолт подумал - а какого было бы взять Джесси? Имея над ним власть такую же, как у Туко над Ноу Дозом. Ему было все равно на то, как выглядела Скайлер, он был одержим внезапной странной мыслью, которая возбудила его настолько, что в тот момент он совершенно перестал думать о чем бы то ни было еще. Но дальше странных навязчивых мыслей дело никогда не заходило. И вот сейчас Голубое небо послужило катализатором, и Уолтер решил пойти у своих внезапных желаний на поводу. Ему действительно хотелось зайти дальше, но даже ходить по краю и впитывать неподдельные противоречивые эмоции Джесси было не менее интересно. Мет сделал его не только голодным до тактильных ощущений, но и эмпатичным, менее эгоистичным, и от этого Уолту приходилось немного сбавлять свой пыл, не найдя ответной положительной реакции со стороны Джесси. Ему не хотелось, чтобы тот в страхе убежал. Уолт сел боком на кровати Джесси и положил ровную колоду между ними. Он не стал вновь занимать свою прошлую более удобную позицию, потому что у него тоже был стояк. Но любые попытки его скрыть были не состоятельными, потому что Джесси его заметил. Не мог не заметить, так как он намеренно пялился на анти-возбуждающие Уолтовские трусы. Это была плохая идея. — Да, давай доиграем, — сказал Джесси, крепко зажмурившись на несколько мгновений. Ему нужно было срочно отвлечься, и тогда эти странные мысли уйдут. Точно уйдут. Главное сейчас не наделать глупостей. Ведь… Мистер Уайт не хотел бы? Это все чертов мет! Они сыграли еще два раза в полной тишине. Джесси и не скрывал своего тяжелого дыхания. Он старался смотреть только на карты, но раз за разом возвращался к мимолетному ощущению губ Уолтера на своих. Ничего не помогало. Последняя карта из колоды - для самого Джесси. У дилера, вероятно, двадцать, у Мистера Уайта двадцать два. Хотел ли Джесси выиграть или проиграть? Взяв карту, он мог победить, но также мог и не брать, и тогда они были бы вынуждены сыграть еще два раза. Но он понял, что точно загадает что-то другое, не то, о чем он думал раньше. Что-то, от чего Мистер Уайт посмеется, скажет что-нибудь грубое и откажется. Ну и пусть. Джесси тянет карту. Двадцать один. Блек-джек. Ему стало смешно. Это знак? — Кажется, я проиграл, — сказал Уолт, поднимаясь на ноги. — Эй, стой! — Резко сказал Джесси. — На тебе еще очки, мы можем сыграть еще. — Нет, Джесси, ты выиграл. Можешь уже загадать свое желание. Уолтер наконец лишился последней части своего гардероба и опять сел боком. Но на этот раз ему никак не получилось бы скрыть свой стояк - головка его члена касалась живота, и Джесси не мог не смотреть. — Эм… Ну, — лишь сказал Джесси, а после рванул к своей сумке и достал оттуда тюбик, а после вернулся обратно и протянул его Уолтеру. — Если ты не против. — Вазелин? Ты хочешь, чтобы я сделал тебе массаж? — Уолт приподнял бровь. — Зачем ты его вообще с собой носишь? — Тощий Пит и Барсук сказали взять. Типа при починке тачки бы помогло. — Так вот кто тебе помог с планом, — ухмыльнулся Уолтер. — И где бы ты его использовал, м? Кажется, тебя надули. — Йо! Я вообще-то своим корешам доверяю, окей? — Доверяй, но проверяй. — Так че? Ты не против? — Еще раз спросил Джесси. Еще немного, и он начнет трястись от волнения. — Не против чего? Я так и не понял. — Ну… Слуш, ляг, а? — Джесси просто физически не мог произнести то, о чем хотел попросить. — Ну точнее полу-ляг. Ты меня понял, кароч. Уолт не стал больше задавать вопросов, так как знал, что ответов на них не получит. Уж проще было сделать так, как просил Джесси. К тому же, ему даже стало интересно, к чему все идет. — Ты же знаешь, что вазелин как полноценный лубрикант никто не использует? — Спросил Уолт, но все же лег, оперевшись лопатками об изголовье кровати, и уставился на Джесси снизу-вверх. Джесси на это ничего не ответил. Он отвернулся и по-быстрому стянул с себя оставшуюся на нем одежду. Уолт заметил, что Джесси тоже, оказывается, был возбужден, вот только до этого момента его штаны это отлично скрывали. — Йо, дай мне придвинуться, — сказал уже немного осмелевший Джесси. Он не встретил сопротивления своим просьбам, и ему начало казаться, что и дальнейшие действия он сможет сделать безнаказанно, так что он уселся на бедра Мистера Уайта и намекнул, что тому стоило бы развести ноги в стороны. Уолт так и сделал, все время наблюдая за Джесси с интересом. Тот же сел к нему вплотную и забрал вазелин у него из рук. Выдавив немного на руки, он разогрел мазь в ладонях, нанес немного на свой член и потянулся за членом Уолтера. — О, Джесси, — Уолт не смог сдержать стона, когда тот коснулся его. Этот вид был незабываем. Раскрасневшийся Джесси со старательным видом аккуратно взялся за его член и принялся распределять лубрикант по длине. Уолтер был настолько возбужден, что на его головке выступило предсемя, которое Джесси смахнул большим пальцем. Прикосновение было невообразимо ярким, и Уолт едва смог подавить стон. Закончив с подготовкой, Джесси обхватил оба их члена тремя пальцами и потер друг о друга, проверяя насколько будет болезненным трение. Ни на сколько. Все это ощущалось просто восхитительно. — Хорошо, Джесси, продолжай, — сказал Уолт. Ему хотелось ощутить большего, но и торопить того он не хотел. Джесси простонал, услышав томный голос Мистера Уайта. От этой фразы у него внутри все будто перевернулось, и он подумал, что он… Счастлив? Член Уолта был все же длиннее, и Джесси приходилось немного поднимать таз, чтобы их головки могли касаться друг друга. Но совсем скоро ему стало не хватать только таких, почти невесомых прикосновений, и, почувствовав, как Мистер Уайт мягко положил руки ему на бедра, призывая к действию, он уперся свободной рукой в кровать и начал двигаться вверх-вниз, скользя своим членом по всей длине члена Уолтера. Все происходящее ощущалось, словно сон. Наркотический трип. Любые прикосновения прошивали тело электричеством и это было умопомрачительно. Когда Джесси почувствовал, что находится на грани, то подался вперед, обхватив их члены обеими руками, усилил хватку и начал размашисто скользить от головок к основанию и обратно. Когда он ощутил, как подступает оргазм, то он настолько склонился над Мистером Уайтом в попытках придвинуться ближе и увеличить площадь соприкосновения, что в конечном итоге протяжно и с громким стоном кончил тому на живот. Джесси еще несколько секунд не мог прийти в себя. Он уперся одной рукой в кровать и навис над Уолтом, пытаясь отдышаться. Кто же знал, что такая дрочка могла реально довести до оргазма, да еще и так быстро? Но как только он немного пришел в себя, то понял, что кончил только он один. — Йо, я ща, — сказал Джесси, посмотрев на Мистера Уайта. Тот лишь ухмыльнулся и потянулся к себе сам. Джесси перехватил его руку и придвинулся почти вплотную к Уолту. Их губы теперь почти соприкасались. Когда Джесси обхватил член Уолта своей рукой, тот не сдержался и застонал, вызвав у него изумленный вздох. Удивительно, но каждого из них устраивало их положение. Джесси руководил процессом, а Уолт был ведомым. Такое случалось не часто. Определенно. Но ни у кого из них не было никаких возражений, ни намека на диссонанс. И у каждого будто срывало крышу от этого. — Джесси, я сейчас.., — сказал Уолт, и Джесси накрыл его губы поцелуем, ускорив движение. Уолтер кончил, закрыв глаза и простонав в поцелуй. Он обхватил лицо Джесси обеими руками, чуть отодвинув того от себя, чтобы сделать вдох, а после снова мокро поцеловав. Но у Джесси уже не оставалось сил держать себя навесу, так что он насколько мог аккуратно упал на Мистера Уайта и спрятал лицо у того в шее. Уолт обнял его и одной рукой начал медленно гладить по спине. — Все, дебафф, — промычал Джесси. Уолтер не знал, что значило это слово, но спрашивать не стал. Зато сам вспомнил одну брошенную Джесси фразу и ухмыльнулся. Джесси почувствовал вибрацию. — Если я второй по величине гей, то значит, ты первый? — Со смехом в голосе спросил Уолт. Джесси нахмурился и нашел в себе силы приподняться, чтобы посмотреть тому в лицо. — Йо! Никакого гейства, — он вспомнил о той своей фразе. Точнее, он прикинул, что мог сказать что-то подобное. — Как скажешь, — лишь ответил Уолт. Джесси понял, что ему стало некомфортно лежать. Им бы не помешало сходить в душ. — Так, я мыться, — бросил Джесси и вскочил с кровати. Он скрылся в ванной, оставив Уолта лежать одного. Тому в целом было около все равно на то, что ему тоже стоило присоединиться к Джесси, он просто наслаждался моментом и уже был на грани сна. Спустя какое-то время Джесси вернулся. — Слышь, ты хоть сперва вытрись, а потом спи, — раздался его голос над ухом. Он принёс мокрое полотенце и уже успел надеть на себя трусы и футболку. — А, да. Спасибо, — сказал Уолт и взял в руки полотенце, последовав рекомендации Джесси. Тот же улегся рядом и, положив голову на грудь Уолтера и закинув на него ногу, уснул почти моментально. Уолт убрал полотенце на пол, обнял Джесси за плечи и поцеловал в макушку, погрузившись в сон следом. После этого никто из них больше не вспоминал о том, что произошло.