Часть 19
13 декабря 2025 г., 18:12
Несмотря на выходной день, на дорогах все равно скопились пробки. Возможно, это из-за прошедшего дождя. Тэхён, сидя в такси, нервно грыз ноготь на большом пальце, не сдерживая слезы. В его голове пролетали картинки одна страшней другой, от «Чонгука, всего переломанного в гипсе» до слов врача «мы сделали все, что смогли». Ёнджун в телефонном разговоре лишь назвал номер и адрес больницы, сказал, что уже едет туда. Тэхён тоже не стал медлить, он бросил пакет прям там, возле лифта, и сразу вызвал такси.
— Нам еще долго? — омега понимал, что подгонять водителя нет смысла, он, может, и сам не рад, что приходится еле ползти.
— Ну… Если вы сейчас выйдете, то дворами добежите минут за пятнадцать. А если вдруг каким-то чудом пробка рассосется, то доедем минут за пять.
Тэхён кинул взгляд на улицу — дождя не было, и, кивнув самому себе, решил пойти пешком. Благо, оплата за такси списывалась с банковской карты через приложение.
— Спасибо, — кинул Тэхён водителю, захлопывая дверь.
Этот район города омега знал плохо, поэтому открыл в телефоне навигатор и смело понесся по нарисованному пути. Водитель оказался прав: до места назначения Тэхён добрался чуть больше чем за десять минут.
Омега влетел в холл больницы и заозирался по сторонам в поисках человека, у которого можно было все узнать. У стойки регистратуры сидела девушка, которая сразу обратила внимание на взмыленного омегу. Тэхён тоже ее заметил и широкими шагами направился к ней.
— Простите, тут вам должны были привезти мужчину, которого лавина накрыла, — тараторил омега, забыв поздороваться.
— Добрый день! Да, привезли несколько человек. Их уже осмотрел врач и разместил по палатам.
— Простите, что не поздоровался. Я очень волнуюсь. А Чон Чонгук в…
И вдруг…
— Не надо меня останавливать. Я уже подписал отказ от госпитализации! — по коридору разнесся возмущенный любимый голос.
Тэхён тут же развернулся на девяносто градусов. Пару секунд тупо смотрел на альфу, который выдергивал из руки какие-то проводки и впихивал их в руки врача. Осознав, что зрение омегу не подводит и это действительно Чонгук, Тэхён сорвался с места и влетел, обнимая, в офигевшего альфу.
— Я так испугался! Боже, Чонгук!
— Тэ… Тэхён? Ты чего тут делаешь?
Тэхён, не сдерживаясь, ревел как человек, который пережил самый страшный момент в своей жизни.
— Мне Ёнджун позвонил и все рассказал.
Тэхён не заметил, как от злости у альфы заходили желваки на шее, как блеснули красным глаза. Чонгук глубоко вздохнул.
— Со мной все в порядке. А с Ёнджуном я потом поговорю, чтобы в следующий раз не пугал тебя, — Чонгук нежно гладил омегу по спине. Тэхён успокаивался.
— Не надо следующего раза, — буркнул куда-то в шею Чонгуку Тэхён.
Врач, который до этого по пятам следовал за Чонгуком, решил себя обозначить.
— Молодой человек, — обратился он к омеге, — я настоятельно рекомендую уговорить вашего альфу остаться хотя бы на пару дней в больнице для обследования. Мы даже элементарный анализ крови не успели взять.
Тэхён отстранился от Чонгука и удивленно посмотрел на него.
— Почему ты не хочешь остаться? Ведь это касается твоего здоровья.
— Я обращусь к своему семейному врачу. Он знает весь мой анамнез, так будет лучше.
— Но у вас подозрение на перелом! — не унимался доктор.
— Доктор, видите, я спокойно наступаю на ногу! — Чонгук демонстративно сделал упор на левую ногу. — Значит, никакого перелома нет. Я правда обращусь сейчас же к своему доктору. Отказ у вас я подписал. Или надо еще что-то подписать?
— Нет, — доктор беспомощно опустил руки. — Ладно, вы хотя бы потом принесите выписку, чтобы я отчитался перед Министерством.
— Договорились, — широко улыбнулся Чонгук, протягивая руку доктору.
Тэхён хмуро смотрел на альфу и не понимал, почему тот так артачится. Версия с семейным врачом выглядела правдоподобной, только есть один нюанс. Сондже как-то упоминал, что его муж наблюдается в какой-то особенной клинике, которая вместе с традиционной медициной практикует нетрадиционную. Тогда Тэхён не придал этому значения, мало, что ли, людей, которые считают, что отварами и настойками, сделанными разными знахарями, лечиться куда лучше, чем у традиционных врачей. Но Чонгук никак не похож на таких людей. И потом… Ведь проще сдать все анализы здесь, на месте, и уже с результатами пойти к своему врачу. Это же логично. Но Чонгук упорно отмахивался от врачей. Что-то тут не вязалось.
— Я поеду с тобой, — твердо заявил Тэхён, когда они вышли из больницы.
— Тэхён, — Чонгук устало потер глаза пальцами. — Давай я один съезжу, меня посмотрят, сделают анализы, а потом я приеду к тебе.
— Но…
— Поверь, так будет лучше. Видишь, я жив и относительно здоров. Все хорошо, — Чонгук был категоричен. — Меня Хосок отвезет.
Чонгук быстро чмокнул Тэхёна и сел в машину.
Тэхён лишь смиренно кивнул, провожая растерянным взглядом отъезжающую машину.
***
— Почти спалились, — Хосок сокрушенно качал головой. — Надо что-то решать с Тэхёном. — Знаю, — буркнул Чонгук, рассматривая пейзаж за окном. — Тебе надо рассказать все Тэхёну. — Знаю, — Чонгук сидел мрачнее тучи. Ему повезло в горах: лавина лишь краем его задела. Сознание он потерял от удара тяжелым куском ледяного снега. Теряя сознание, Чонгук умудрился перекинуться в человека. Он шел последним в цепочке из волков, поэтому остальные практически не пострадали, и Чонгука быстро вытащили вместе с найденным им подростком. Его наспех одели, чтобы перед людьми он лежал не голый. Так как больше не стояла угроза схода снега, то на место быстро прилетел вертолет и доставил всех в ближайшую больницу. Пока летели, альфа пришел в себя. Уже в больнице он осознал весь масштаб катастрофы и поспешил написать отказ от лечения. Чонгук подозревал, что трещина в кости на ноге у него точно была, но волчья регенерация сделала свое дело и в больницу он попал лишь с несколькими ссадинами, которые не успели зажить. Ему необходимо было побыстрей сбежать из этой больницы, пока никто не заметил, что на нем все как-то быстро заживает. Особенно чтобы не успели взять кровь на анализ. И это почти получилось. Чонгук не ожидал подставы от сына, который все рассказал Тэхёну. И для альфы это был неприятный сюрприз. Он даже растерялся, когда увидел омегу в коридоре больницы. Он как мог вежливо и в то же время торопливо попросил Тэхёна подождать вечера. Чонгук понимал— у Тэхёна наверняка возникло куча вопросов, и на них нужно было как-то ответить. — Я связался с Дохёном. Он нас уже ждет, — Хосок затормозил у ворот клиники. Недалеко от леса находилось здание, где производили медицинское оборудование. Рядом с ним построили ветеринарную клинику с уклоном на диких животных. Сюда часто привозили обитателей зоопарка и близлежащих заповедников. Но так же тут лечились и оборотни. Конечно, в каждой стае был свой лекарь, и в основном оборотни лечились у него. Большинство болезней помогала побороть естественная регенерация, но все равно были случаи, когда экстренная помощь просто необходима. И этим экстренным случаем служила как раз эта ветклиника. Там работали оборотни и люди, которые были посвящены в тайну. — У нас все готово! — из дверей выскочил высокий темноволосый мужчина. — Я почти в норме, — Чонгук вышел из машины слегка прихрамывая. — Добрый вечер, Дохён. — Надеюсь, что добрый, Чонгук. Давно не виделись. — Дохён подошел к альфе и осторожно обнял его в знак приветствия. — Честно, еще бы столько не видеться при таких обстоятельствах. — В этом ты прав. Ну, пошли. Как раз установил новый томограф. — Экспериментируешь? — Ты что! Все уже давно изучено и налажено! — возмутился Дохён, слегка шлепнув по плечу Чонгука. Ли Дохён руководил производством и по совместительству был владельцем ветклиники. Оборотень, живущий в городе и не принадлежавший ни одной из стай. Мужчины прошли в кабинет Дохёна. — Ну, рассказывай. Чонгук бросил взгляд на стол Ли — упорядоченный беспорядок. Куча бумаги лежала, казалось, в хаотичном порядке, но если приглядется, то становилось понятно, что все листы лежали по видам заболевания. Слева на столе находился включенный монитор, справа рамка с фотографией семьи Дохёна: он сам, симпатичный невысокий омега и молодой альфа лет двадцати. — Да нечего рассказывать. Давай просто сделаем рентген ноги и все. Хосок на это закатил глаза, стоя облокотившись на дверь. Он отлепился от косяка и сел на стул. — Его лавиной задело. Сильно не пострадал. Не ошибусь, если скажу, что все почти зажило… Дохён слушал Хосока и заинтересовано кивал головой. В это время Чонгук смотрел на фотографию на столе. Черты лица подростка казались ему смутно знакомыми. Как бы альфа не напрягал свою память, в голову ничего не приходило. — Когда это произошло, днем или ночью? — Дохён продолжал задавать вопросы и записывал что-то себе в тетрадь. На слове «ночь» у Чонгука в голове всплыла картина, когда его занесло на машине и он узнал, что его сын гей. Ёнджун тогда стоял с каким-то альфой. Лицо Чонгук помнил плохо, ведь тогда находился в шоке от аварии. На смену этим воспоминаниям пришли другие — кухня, Чонгук и Ёнджун. Flashback «— Конечно, — кивнул Чонгук. — А твой парень, он…? Ёнджун расслаблено сел на стул. — Он оборотень. Но они городские оборотни. Не стайные». «— Тебе правда интересно? — Ёнджун смутился. Чонгук согласно кивнул. — Его зовут Ли Минхо. Он со мной учится в одном университете на год старше. Его отец занимается медицинским оборудованием». End Flashback А вдруг?.. — Дохён, а как твоего сына зовут? — стараясь произнести это как можно более непринужденно, поинтересовался Чонгук. А у самого сердце в груди заходило ходуном от волнения. — Минхо. Учится в СНУ на медицинском, — Дохён сразу преобразился в лице, когда начал говорить о сыне. Что ж. Как выглядит парень Ёнджуна, Чонгук узнал только что. А интересно, Ли знает, что его сын по альфам? О таком не спросишь с наскока. И тогда, на кухне, Чонгук не поинтересовался об этом у сына. Как-то было не до таких подробностей. Видимо, назрел очередной откровенный разговор. — Чонгук. Чонгук! Пошли на МРТ, — доктор Ли пощелкал пальцами перед глазами Чонгука. — Прости, задумался, — Чонгук потряс головой, возвращаясь в реальность. Хосок прищурился и проводил друга напряженным взглядом. Все медицинские процедуры заняли пару часов. Альфе сделали МРТ, взяли кучу анализов, осмотрели несколько врачей. — Что ж. Регенерация у тебя в норме, — Дохён листал результаты некоторых анализов. — Что могу сказать… Нога твоя уже в норме. Думаю, была трещина в кости. Остальные синяки сойдут к завтрашнему вечеру. Считай, отделался легким испугом. Попей витаминки и постарайся в ближайшее время не травмироваться. — Спасибо тебе большое. Сейчас поеду домой и буду отдыхать. — Это правильно. Ладно, удачи. — И тебе, док. — Чонгук пожал руку доктору и направился к выходу. Возле машины стоял Хосок, облокотившись на капот и копаясь в своём телефоне. — Ну что? — поинтересовался он, убирая гаджет в карман. — Все окей, — улыбнулся Чонгук. — Поехали домой. Хосок отлип от машины и пошел к двери со стороны водителя. — К Тэхёну? Чонгук тяжело вздохнул. — Нет. Ко мне. — Как ты будешь ему объяснять, что у тебя все зажило за два дня? Или будешь избегать неделю? — ухмыльнулся Хосок. Чонгук лишь махнул рукой и сел в машину. Сейчас его голову терзали другие вопросы. Ёнджун и его парень. Поговорить бы с кем-нибудь, да вот только никто не знает этой ситуации. Рассказывать все Хосоку сейчас явно не время. Чонгук громко выдохнул. Везде затянул ситуацию. Про Ёнджуна никто не знает. С Тэхёном о своей сущности не поговорил, и вот результат — чуть не спалился. Про Юну знает лишь он и его родители. Все это закручивается в пружину, которая грозит вот-вот сорваться и смести все на своем пути. — У тебя есть пара дней, чтобы придумать, как все рассказать Тэхёну. — Хосок вел машину, не отвлекаясь от дороги. — Знаю, — Чонгук хмуро посмотрел на друга. — Ладно, не буду тебя донимать этим вопросом. Ты скажи, у тебя дома еда есть? А то приедешь, а в холодильнике мышь повесилась. — Не, Юна наверняка что-нибудь приготовила. Даже если и нет, то закажу что-нибудь. Не бери в голову, все со мной хорошо будет. — Хорошо, но если что, звони сразу. — Хосок затормозил возле дома Чонгука. — Я уж к тебе заходить не буду, еще дела есть. — До связи. — Чонгук покинул машину и на прощание поднял руку. Он обещал Тэхёну приехать вечером к нему, теперь надо найти вескую причину этого не делать. Чонгук сокрушенно покачал головой, обманывать омегу не хотелось, но и заявиться практически здоровым на порог тоже не мог. Чонгук задумчиво поплелся домой. Открыв дверь, он обратил внимание, что в коридоре на обувнице стояли кроссовки дочери. Альфа нахмурился. Может, занятия отменили? Чонгук прислушался, но на первом этаже дома царила тишина. Чонгук не спеша снял обувь и, оглядываясь по сторонам, прошел на кухню. Юны на первом этаже не оказалось. Достав из холодильника еду, альфа поставил разогревать ее в микроволновку. Пока грелась еда, Чонгук решил наконец-то нормально поговорить с дочерью обо всем, раз уж выпала такая возможность. А то Юна вечно на бегу: утром — торопилась в университет, вечером — слишком устала, пойду спать, а то и вовсе на несколько дней уехала в поселение. А тут еще не поздний вечер. Альфа налил себе холодный чай и вышел из кухни на поиски Юны. Чонгук лениво дошел до комнаты дочери. Из-под двери слышался тихий голос Юны, видимо разговаривала по телефону. Так как волчий слух не улавливал голоса собеседника, значит, разговор шел через гарнитуру. Чонгук знал, что плохо подслушивать, но тут его дочь, и любопытство перевесило совесть. — Хёншик, послушай меня, пожалуйста. Не надо ничего делать на эмоциях, — Юна на некоторое время замолчала. Видимо слушала ответ собеседника. — Нет, давай сначала доучимся, а потом уже… Оппа, нет, то, что я беременна от тебя, не дает мне право рушить твою жизнь и жизнь твоих родителей… «Я беременна» набатом отозвалось в голове Чонгука. Он в ступоре смотрел на дверь, медленно моргая. Ни одной мысли в голове, только «я беременна». По всему телу расползалась слабость, та самая, которая возникает от принятия неизбежного. Кружка выскользнула из рук, и Чонгук даже не пытался ее поймать. Звук разбившегося стекла громом разнесся в тишине коридора. За дверью дочь запнулась по середине разговора. — Я перезвоню. Перед Чонгуком распахнулась дверь, и на него с ужасом в глазах смотрела его же дочь. — Папа? Чонгук несколько секунд молча смотрел на Юну, пытаясь подобрать слова. — Так это правда. Молочный улун, значит, — еле слышно произнес Чонгук. — Давай спокойно поговорим. Я тебе сейчас все объясню, — Юна прошла вглубь комнаты. Чонгук окинул дочь придирчивым взглядом — на ней было широкое платье до колен, которое при торопливых шагах обтягивало уже округлившийся живот. — Какой срок? Юна смотрела на отца, кусая губы, и не решалась озвучивать ответ. — Судя по всему, большой? — Чонгук не хотел сильно напирать, все же беременным нельзя нервничать, но ответ ему был необходим. — Пятый месяц, — прошептала Юна. — Тебе скоро рожать, а ты молчала? — получилось громче, чем хотел Чонгук. — Прости, я не хотел кричать. Он тормошил рукой свои волосы, нервно расхаживая по комнате. Насколько же он плохой отец, что не заметил ничего. Насколько же ему не доверяют собственные дети, что каждый умолчал о главных проблемах. Он настолько ушел в работу, где практически ночевал, надеясь, что его дети уже взрослые и справятся без него. Но он и не мог предположить, что им придется столкнуться с такими вызовами! Чувство вины затопило Чонгука с головой. — Кто отец ребенка? Рассказывай все с самого начала. — Пойдем на кухню, попьем чай. — Юна смиренно вышла из комнаты. Пока кипятился чайник, Чонгук убрал осколки своей кружки. В то же время он пытался выстроить в голове диалог с дочерью, ей ведь нельзя волноваться. Разлив по кружкам чай, они сели за стол друг на против друга. Чонгук молча кивнул, как бы намекая, что ждет рассказ. — Отца ребенка зовут Пак Хёншик. Он из Северной стаи. А ты сам знаешь их устои… Учится на ветеринара. Мы познакомились с ним, когда я на улице увидела котенка, которого сбила машина. Я тогда побежала в ближайшую ветклинику, а там подрабатывал Хёншик. Ну и вот. Котенка, кстати, тогда мы пристроили в хорошие руки. Он, к счастью, не сильно пострадал, отделался лишь переломом задней лапки. Короче, за это время мы очень сблизились. Чонгук, обхватив пальцами кружку, слушал дочь, не перебивая. — Мгм, — лишь вставил он. Юна стыдливо опустила голову. — Хёншик знает о ребенке. Более того, он хочет жениться. — Отлично, — хлопнул в ладоши Чонгук. — Я против. Чонгук начал было вставать со стула, но замер. — Что? — Нам обоим надо доучиться. И если у меня проблем с этим не будет, ведь я могу взять академ, а потом вернуться, потому что знаю, что не останусь без помощи ни с воспитанием ребенка, ни с оплатой обучения, то у Хёншика такой возможности нет, — тараторила Юна, пытаясь объяснить свою позицию. — Его либо заставят бросить учебу и запрут в лесу, либо изгонят из стаи. А там ведь еще его родители. — Он должен был осознавать все риски, когда… — Чонгук запнулся. Он не мог произнести до конца фразу, которую намеревался сказать. Это прозвучало бы грубо. И да, как не грустно это осознавать, но и Юна тоже должна была думать головой. С другой стороны, он вспомнил себя в студенческие годы. Ведь его любимые дети появились на свет практически так же. Тоже думали, что обойдется и не случится. — Мы все спланировали, — продолжала Юна. — Я уйду в академ, Хёншик спокойно закончит обучение и в это же время поговорит с родителями, чтобы покинуть стаю сразу вместе. Ты ведь их примешь? — Юна, родная моя. Он должен взять ответственность, твой ребенок не должен расти безотцовщиной, раз уж он признает ребенка и согласен впоследствии жениться. Но тебе самая большая помощь нужна будет сразу после родов. Я все же не вижу причин откладывать свадьбу. — Но его семья? О них тоже же надо подумать, — на глазах Юны навернулись слезы. — Да, мы оступились. Но это не значит, что мы должны рушить жизнь остальным, тем более самым родным людям. — Юна, поверь, я был в твоей ситуации. Нам так же было тяжело. — Да, но папу не выгоняла стая, не лишала возможности доучится. — Да, у вас ситуация немного другая… — Немного? — всплеснула руками Юна. — Так. Я понимаю, что ты сейчас в шоке и поэтому говоришь все на эмоциях. Я, пожалуй, переночую не дома. Завтра поговорим. Юна развернулась и покинула кухню. Чонгук даже не стал ее останавливать, потому что понимал: дочь права, он сейчас на эмоциях. Надо остыть, все осмыслить и подумать, как быть дальше. Лишь спустя время до него дошла последняя фраза, сказанная дочерью. — Как не дома переночует? — пробубнил себе под нос Чонгук, хмурясь, и выскочил из кухни. — А где ты будешь? Вместо ответа он услышал лишь звук захлопывающейся двери. И в это мгновение альфа почему-то был уверен на сто процентов, что ночным пристанищем послужит квартира Сондже. Там же брат, который всегда поддерживал Юну, успокаивал и вселял уверенность в себя и свои силы. Наверняка тот рассказал про Тэхёна и какой он хороший и заботливый омега. Чонгук позвонил Ёнджуну и попросил узнать, куда точно направляется его сестра. И да, сын подтвердил догадки. Что ж. Чонгук даст ей, а главное себе, время успокоиться и все осмыслить. Альфа посмотрел на часы, был всего лишь седьмой час вечера. День и так выдался тяжелым. Чонгук решил сейчас отдохнуть, ему нужен был хотя бы час, чтобы остыть. А как все обдумает, может даже сегодня вечером, доедет до Тэхёна и заберет дочь домой. И тут Чонгука прошибла очередная мысль: он ведь приедет к омеге с зажившими царапинами и ссадинами. Может, отложить поездку до завтра? Но это лишь отсрочит неизбежное. А готов ли сегодня Чонгук рассказать Тэхёну все о себе? А главное, готов ли он к самой худшей реакции на это? Альфа застонал, сидя на диване, зарываясь обеими руками в свои волосы. Слишком сложная ситуация. Ему необходим сейчас чей-нибудь совет. Не долго думая, Чонгук взял телефон и набрал номер Намджуна. Хен мудрый и обязательно что-нибудь подскажет.
