Кошмар в Раю

***

В этот светлый теплый день, божественный сад царил спокойствием и красотой. В нем не было изъянов или мрака — всё вокруг радовало глаз своей чистотой: цветы на клумбах были яркими как никогда; птицы щебетали так громко в ветвях деревьев… Крупная фигура вальяжно ходила по здешней территории, она была одета в светло-зелёную тогу с золотой вышивкой. Поступью легкой, с божественной грацией, по своим владениям гуляла сама Жизнь. Солнце отражалось от мягкой кремово-белой шерсти, а в добрых глазах затаились спокойствие и скука. В её голове не было даже малейшего сомнения, что этот день не будет отличаться от остальных: солнечный и предсказуемый. Однако даже боги ошибаются. В груди что-то кольнуло, резкие, губительные, появившиеся из ниоткуда тёмные эмоции вторглись в её обитель. Растения, состояние которых она ощущала, будто в немом крике о помощи звали в определенном направлении. Ужас, казалось, давно забытый, прокрался в сердце. Но неприятное чувство не затмило ясного разума и не помешало ей немедленно отправиться к этому, очевидно, чужеродному источнику негатива, причиняющему боль её дому. Ториель шла прямо на него. Она чувствовала нескрываемую ауру всем своим существом. И чем ближе она подходила — тем ярче ощущала влияние. Вот оно. Прямо среди этих плотно растущих ветвей высокого кустарника и лоз, что создают под собой прохладную тень. Эта темнота не такая, как раньше — она не естественна, глубока и непроглядна. Виднеются очертания. Силуэт очень низкий, если сравнивать с Богиней Жизни или даже её частым гостем — Смертью, что не отличался рослостью. Его рост больше напоминал этих маленьких хранителей — Инка и Дрима. Но зловещая атмосфера агрессивно намекала, что это ни один из них, да и прятаться они бы не стали. Дрим — хранитель баланса добра и зла в мультивселенной, как понимала Ториель. Он много рассказал ей не только о делах других миров, но и часть истории его собственного. Особенно важным для него было оповестить об опасности, которую нес собой его брат, которого он с большой горечью был вынужден звать своим врагом. Как он сам выразился: «предупреждён — значит вооружён». Помня о предостережениях и значении негативной ауры, Жизнь настроилась защищать свои владения, а может и целую вселенную. В руках вспыхнул огонь. Даже если это на самом деле он и шансов на выживание, богиня не станет бояться и бежать, а даст достойный отпор. Она готова отстоять жизни своих созданий, пусть сражение — это последнее, чем она хотела заниматься этим утром и оно может стать последним. В ответ на оборонительную позицию и раздраженный вторжением треск пламени, Ториель получила лишь блеск единственного лазурного зрачка, да издевательский рокочущий смех, от которого по позвоночнику невольно пробежались мурашки. Сомнений не осталось. Это тот самый Найтмер, о котором предупреждал Дрим. Что ему нужно? Пришел ли он один или богиня уже в ловушке его прихвостней? Стоит ли говорить или моментально начать бой? — Я Вас напугал, леди? — спустя десять секунд переглядываний спросил Найтмер. Грубый бас разрезал воздух, словно тупым ножом. Голос такой же жуткий и глубокий, как и тьма из которой он состоит. К удивлению, он разводит руки в мирном жесте, при этом натягивая дежурную улыбку. Подходит ближе, — Я собираюсь лишь изучить это место и не намеревался вредить вам. Тьма вокруг стала не такой густой, а неприятные ощущения более не так выражены. Будто камень с души упал. Не потому что она ему тут же поверила, просто Найтмер намеренно приглушил влияние своего негатива. Огонь в руках засиял ярче. Верить ему? Нет уж, дудки! Пусть он звучит убедительно и делает вид, что не представляет угрозы, но Ториель знает на какие ужасы он способен. Пусть ей известно всё это лишь по рассказам хранителя светлой стороны баланса. Тем не менее, если он врет… У их мира есть правила и традиции, которые нарушать не гоже. Пришедшие к ним случайно или из бескорыстного интереса должны быть приняты в качестве гостей. У богов есть принципы и укрываясь в своём закрытом саду, Жизнь не отказывалась от правил приличия, святых традиций и обязательств. Обдумывая, что стоящий перед ней монстр может на самом деле явиться сюда из некого научного интереса, она сомневалась. Ничего не происходило. Он ждал, стоя расслабленно, словно перед ним не сверкал магический огонь, грозясь сжечь негатив интенсивным светом и какой-никакой концентрацией позитивной энергии жизни. Она не хочет атаковать первой, ведь битва точно будет разрушительной, а сад, которым она так дорожит опасности подвергать не хочется. Есть причина опасаться и даже выгнать Кошмара, но гостей выгонять не принято. Она вздыхает, принимая решение. — Извольте вам сообщить, но в моём мире вам не рады, — мощный голос, разносившиеся будто отовсюду, нарушил тишину — Однако, по древним обычаям, я обязана принять любого гостя в сию обитель… — её выражение лица ужесточилось — но не думай, что я или кто-то иной из моего пантеона, не сможет дать тебе отпор. Пламя золотого огня, нисколько не утихло, освещая и оберегая данное место от влияния негативной ауры. Найтмер выглядит всё таким же расслабленным. Он медленно опускает руки, складывая их в карманы. Его движения медленные и вальяжные. Кошмар явно доволен собой, доволен реакцией на своё появление. Кривая, из-за нечетких очертаний рта, улыбка не вызывала доверия совершенно. С ним совершенно не хочется иметь дело. Опасно поворачиваться спиной и оскал на лице «гостя» вызывает сильный дискомфорт. Богине Жизни не пристало бояться подобных личностей. В ней есть сила и достоинство. Никакой Кошмар-полторашка не испугает её. — Вы так любезны, леди, — заглядывая Ториель в глаза, протянул Найтмер. Угрозы были проигнорированы. Он словно издевается, играя на чужом чувстве опасности. Обычная фраза прозвучала, на редкость, кисло, но он уже сказал, что не станет никому и ничему вредить, — не могли бы мы пройти в более пригодное для гостей место или так и будем стоять здесь? Не то чтобы огонь сильно влиял на самого Найтмера, но свет магии Богини Жизни сполна компенсировала то приглушенное влияние, которое невольно оказывал на местность гость. Богиня не знает, но Кошмар и сам ослабил концентрацию негатива на сколько был способен. Пламя по прежнему пылает, но менее агрессивно. Ториель понимала, что если бы Найтмер хотел уничтожить или поработить её Родину, то отправил бы для начала своих подлецов на разведку, а они не остались бы незамеченными. — Следуй подле меня, пожалуй я смогу ответить на немногие твои вопросы, но взамен ожидаю от тебя ответы на мои, — Богиня медленно рассекла воздух ругой, огнь наконец утих. Перед ними кроны деревьев будто расходятся по сторонам. Среди густых зарослей появилась солнечная тропа. — Я создала для нас беспрепятственный проход до беседки, он позволит вам насладиться здешними пейзажами вечного лета и солнечным сиянием, а и извольте обращаться ко мне под стать титулу: госпожа или богиня. — сказала она ехидно улыбнувшись.