До звёздочек в глазах

Музыка слишком громко отдаёт в ушах. В руках бокал какого-то безалкогольного напитка, а в мыслях то, что хочется на танцпол и расслабиться. Но Саша только брови поднимает, когда Женя про свою интрижку рассказывает очередную. Ну, как интрижку, отношения даже. И эмоционально так, как и прошлые истерики. Саша исренне рада, что её максимум — постель. Слушать, сказать какой тот иностранец идиот ей нравится точно больше, чем мелкая мысль оказаться на её месте. Саша бы повесилась, честно. Всё то, что рассказывает Женя, и представлять сложно, не то, чтобы проживать. А нервные клетки ей важны, и хватит их только на рассказы Жени. Ну, и на то, чтобы бокал по кругу двигать, наблюдая, как жидкость двигается по инерции. — А в итоге что? — Саша честно поняла, что Женя с ним сначала что-то серьёзное хотела, потом он начал херню нести и делать, потом извинялся долго, забыл цветы купить на праздник, извинялся, решил устроить сюрприз на день рождения, но она получила не только подарок в квартире, но и фотки-скрины с ним. Сюрприз был на разрыв аорты, что накричав и вытолкнув за дверь, она написала Саше. А в итоге, что делать-то она будет? — Поговорю с ним спокойно и хочу убедиться, что это с ним переписка, — и плечами пожимает, глоток вина делая. Саша на неё глазами раскрытыми смотрит. Она всё-таки не поймёт логику всех отношений. — Тебе прислали прямые доказательства, вы ссорились до этого, и ты веришь в то, что это может быть не он? Серьёзно? Нахуя? — главный вопрос, который её мучает почти с самого начала этих отношений. — Потому что я хочу верить в то, что он не виноват, — она голову к ней поворачивается и в глаза смотрит. — Когда любишь, ты автоматически хочешь исправить всё. И нахуй такую любовь? — Может мы пойдём танцевать, и ты пошлёшь его? — Саша сначала на толпу смотрит, а потом на телефон Женин взгляд переводит, на который звонок приходит. Будто бы знал, что про него говорят. Девушка телефон хватает, в руках трясёт, чтобы Саша точно увидела, и сквозь музыку кричит. — Ты оставайся, а я пойду, — и выхода будто у девушки нет, она вздыхает громко, откидываясь назад, и смотрит почти внимательно на то, как она уходит, улыбаясь. — Ебануться, — под нос говорит или нет — неважно, тут музыка и ничего никто не услышит. Она знает это, поэтому голову в сторону поворачивает (где раньше Женя сидела) и видит девушку. Красное платье, бокал вина, волосы струятся по плечам и линиям груди. Глаза, которые смотрят на неё. Губы, которые улыбаются хитро, и осанка, которая всю статность показывает, что Саша сама выпрямиться хочет. Но сил хватает только на закрыть рот. — Она убежала слишком счастливая, даже завидую, — было бы чему завидовать. Девушка ближе наклоняется и на ухо это говорит, чтобы не кричать, чтобы Саша точно почувствовала, как от неё пахнет. Как этот аромат ей под кожу лезет и не хочет уходить. Он уже поселился там. Саша улыбается в приятном шоке. — Саша, — на ухо говорит и руку протягивает, смотря на то, как девушка губу закусывает и голову наклоняет. Здесь всё приятнее находиться, всё лучше и лучше. Здесь точно будет хорошо. — Аня, — руку пожимает. И Саша в голове крутит Аня-Аня-Аня. Красиво. Что аж ноги сводит сидя. Она хочет глаза закрыть оттого, как её от присутствия Ани трясёт. И имени достаточно, чтобы начать думать, как хорошо это будет звучать между стонами. Её энергия бьёт со всех сторон, её энергия заставляет хотеть. Хотеть танцевать с ней, хотеть спать с ней, хотеть её. Энергия под кожу лезет, заставляя клетки внутри об сосуды биться. Сексуальность. Она смотрит слишком хорошо, что Саша плавится. Аня смотрит с хитринкой в глазах, она бокал на столик ставит и пальцами волосы убирает за ухо. Сашу несёт, потому что голос на ухо предлагает то, что хочется давно. — Хочешь потанцевать? Только в голове у девушки другое совсем. — Извини, но хочется только затащить тебя в постель, — она сглатывает и слова свои слышит в голове. Страшно становиться от самой себя. От того, как быстро действует её энергия на неё, как быстро хочется интерес свой утолить. Аня смеётся только и с диванчика встаёт, руку протягивая. Видя её стоя, Саша точно хочет упасть. Каблуки, разрез. Всё то, что она ищет глазами среди других. Всё то, что не пришлось сегодня искать. После Жениных истерик время с Аней точно превысит дозу радости, счастья и секса. Хочется, и ничего поделать нельзя, потому что руку даёт, встаёт и ведёт сама между людьми всеми, которые руки тянут в разные стороны. И, наверное, на какие-то Саша точно бы повелась, если бы не девушка сзади, которая ногтями по запястью ведёт. Саша другой рукой в сумке роется, чтобы ключи от машины найти, чтобы время не тратить, чтобы время сразу Ане все отдать этой ночью. Только ночью, не больше, так что терять его нельзя. И запомнить нужно всё, почувствовать, вдохновиться. Этого не повторится, но это не огорчает. Ей хорошо от мысли, что сейчас будет, что с ней будет, что она сможет делать. И как только на улице оказываются, где люди дым выпускают, где курьем пахнет, где кого-то чела с другим разнимают, они к машине почти бегут. Саше приятно слышать, как девушка смеётся, как её каблуки цокают и как пытается остановить, имя произнося. Они остановятся сейчас, даже отдышаться успеют, пока у машины будут стоять, потому что Саша ключи до сих пор не нашла. — Ты так легко можешь предложить переспать? — Аня на машину опирается, смотря, как Саша из сумки вытаскивает вещи, чтобы ключи найти. Но вдруг она останавливается, голову поднимает и улыбается. — Болячки же отсутствуют? — Не беспокойся об этом, — и смеётся, ближе подходит, сзади девушки останавливаясь. Пальцами по плечам открытым ведёт, дыханием кожу опаляет. — Тебе идёт это чёрное платье, Александра, — ногтями под ткань ведёт и царапает, вызывая не только словами дрожь по всему телу, но и от действий, что Саша в моменте оттого, чтобы вещи уронить. Она вздыхает глубоко, голову назад отбрасывает. Её прёт, её так прёт, что глаза закрываются, и на все вопросы она готова отвечать «да». И Аня вздрагивает, когда девушка на хуйню от машины нажимает. Наконец-то. — Где тебе удобнее? — Саша голову назад поворачивает и смотрит-смотрит на губы её. Не слыша даже, что отвечает, только видит, как губы открываются, как язык по ним проводит и улыбается. — Что? — взгляд поднимает на глаза, чтобы точно услышать, чтобы внимание сконцентрировать на ответе, а не на том, как с этих губ могут стоны слетать. — Там, где быстрее, — она наклоняется вперёд, оставляя на губах лёгкое прикосновение. Саша полностью с ней согласна. Поэтому в машину они садятся быстро, так же быстро Саша на дорогу выезжает, чувствуя, как на неё смотрят, как руки на бёдрах сжимаются. И ей всё равно куда она едет, ей главное — найти место, где не будет никого, где никто не захочет их заебать вопросами. Потому что заебут они друг друга точно, Сашу уже ебут её пальцы, сжимающие ногу так, что по телу волна идёт, оставляя след в трусах. Хочется ёрзать, хочется касаться, хочется целовать и мазать. Хочется слышать постанывания и просьбы, говорить и чувствовать. — И как же эмоциональная связь во время секса? — Аня пальцами по коже стучит так же быстро, как её слова по сердцу. Эмоции сейчас есть, связь тоже. — Во время процесса появится, если ещё не появилась, — и Саша сама знает, что во время процесса мало что приходит. Но сейчас чувствуется дрожь от превкушения, что будет дальше. И у Ани тоже, она может поклясться. Разве это не начало эмоциональной связи? Аня только хмыкает и шпильки наклоняется расстегнуть. Боже. Саша останавливает машину на ближайшей тропинке, которая ведёт в лес. Главное двери запереть и всё. И пока она это делает, Аня назад лезет. И единственное желание сейчас — положить руки на её шикарную задницу в этом красном платье. Аня на сиденье садится посередине, ногу на ногу закидывает. — И долго ждать? — она бретельки с плеч заставляет сползти. Но не только их: Саша сама назад лезет почти элегантно, но не так, как Аня. Она сбоку садится, но сразу же чувствует руку на бедре, а потом под собой Аню. Руками лицо обхватывает и тянется. Ощущать её губы это действительно что-то божеское. Ощущать, как руки её на заднице лежат, ещё лучше. Губы кусать, языком зализывать, заставляя открывать шире, заставляя показать всё то, что чувствуется внутри — ещё круче. И всё, что делается лучше, что было пару мгновений назад. Даже если это повторяется. И только губы с руками на талии заставляют выгибаться и постанывать, чувствуя, как трусы мокнут, как к коже ткань прилипает неприятно, но горячо. Аня отстраняется, большим пальцем по губам ведёт. Наблюдает за тем, как дышать тяжело, как грудная клетка резко поднимается, как глаза бегают по лицу с мыслями побыстрее почувствовать кайф. — Если мы сейчас продолжим, то я предложу жить вместе, — Саша вперёд тянется, не ожидая ответа, но чувствуя, как Аня улыбается сквозь поцелуй. И кусает её несильно, чтобы не лыбилась просто так. Саша чувствует, как руки на заднице уже, и они спускаются вниз по бедрам, чтобы под ткань платья забраться. Следы от ногтей на коже останутся точно. И Саша сейчас готова отдать всю свою суть, все свои силы и разрешить делать Ане с ней все, что та хочет. И всё равно, про что она думала всё время до этого. Сейчас, чувствуя горячее дыхание на шее, зубы и губы, которые оставляют следы, хочется впервые поменять привычную картину. Аня руки на спину ведёт, волосы в кулак собирая, и назад тянет, заставляя голову отбросить, чтобы под подбородком поцеловать. — Ты пиздец красивая с этими огненными волосами, — и Саша думать уже не может, когда слышит такое от такого человека. От той, которая выглядит в разы лучше, которая энергией бьёт все границы и не заставляет задумываться о том, что можно, а что нельзя. — А ты пиздец медленная, — она отвечает тем же: руки в волосы запускает, но тянет к себе, чтобы чувствовать ближе, чтобы места между ними не оставлять. — Любишь побыстрее? — руки вниз скользят сразу же на внутреннюю часть бёдер и вообще без прелюдий, через трусы, ладонью прижимается, но не двигает, смотрит на то, как Саша вздрагивает, глаза раскрывает и рот открывает в немом стоне. И с ебейшии желанием на пальцы насадиться, трения больше создать. Она только головой кивает, понимая, что слова из неё сейчас выйдут никакие. И понимает то, что Аня руку убирает от нужного места и заставляет с неё слезть. — Сядь к двери, пожалуйста, — она сама на колени садится и наблюдает, как Саша брови хмурит и сразу же расслабляет, когда до нужного полушария доходит то, что девушка хочет сделать. Ноги косятся только оттого, что будет. Саша сглатывает, спиной в дверь упирается и ноги сгибает в коленях, но держит вместе. На это Аня смотрит внимательно, голову наклоняя, а потом ближе двигается. Глаза в глаза. Дыхание в минус. Одна нога свисает с сидений. Саша вскрикивает, когда язык на клиторе чувствует, когда чувствует руки на груди, пальцы во рту. Она чувствует, видит и глаза даже не может закрыть, потому что на такое смотреть хочется. Аня умело языком водит между губ, влагу собирая, внутрь входит кончиком, доводит до дрожи, но не до конца, заставляя каждый раз разочарованно вздыхать и волосы её сжимать, заставляя обратно вернуться. — Всегда ни о чём не говоришь и не спрашиваешь? — Аня ещё и спрашивать умудряется такие вещи, пока языком работает, пальцами в бедра впиваясь. Сердце бешено бьётся не только от того, что оргазм почти рядом, но и от того, что в этот раз можно и поговорить будет. — Заткнись, — но сейчас это единственное, на что хватает Сашу и её язык. — Любишь цветы? — она отсраняется снова, начиная бедра целовать, а Саша только спину выгибает, правила игры принимая. — Да. Язык по клитору проходит. — А завтрак в постель? Она клитор в рот всасывает, вакуум создавая, что пальцы на ногах сжимаются, что бёдрами голову Анину хочется зажать. — Да, — и это больше похоже на скулёж. — пожалуйста. Но только вместо этого, Аня снова отстраняется. — А ко мне переедешь? И пока Саша хочет начать возмущаться, она языком быстро двигает, что ответ выходит сам: — Да-да-да, — в спине выгибается и чувствует, как волна сильная проходит, и отпускает резко и хорошо до звёздочек в глазах, до громких стонов. Как и потом до громких ссор, извинений, битой посуды, сигареты одной на балконе. И Женю понимать уже не так сложно, если человек для тебя всё. А Аня стала всем. Как приятные звёздочки в глазах.