Мародёры. Пропущенные сцены

Метка: Разнополая дружба Персонажи: Лили Эванс и Ремус Люпин Она умела видеть красоту в других, даже тогда, когда человек сам в себе этого не видит (с) "Гарри Поттер и Узник Азкабана" — До скорого, Нюниус! — раздалось из купе, когда дверь захлопнулась. — Видела? Тебе точно лучше поступать на Слизерин, — голос Северуса звучал чуть выше обычного, — Гриффиндор — сборище недоумков… Лили не слушала, в её голове всё ещё звучало ядовитое «уродка», брошенное Петуньей напоследок. -… попляшут они у меня, когда доберемся до Хогвартса. Если бы не это узкое купе, я боялся задеть тебя заклинанием, а иначе… — Да что с тобой? — Лили скривилась. — Это просто пустоголовые мальчишки. — Тем более будет не жалко ставить на них эксперименты с ядами, — мстительно протянул Северус. — Можешь и сестре тем же пригрозить летом. — Это отвратительно! — Лили вспыхнула, на глаза снова навернулись слёзы. — Оставь меня. Она ускорила шаг и оказалась в соседнем вагоне, не дав ему ни единой возможности себя остановить. Едва ли стоило надеяться на пустое купе. Отовсюду раздавался воодушевленный гомон студентов, делившихся впечатлениями о летних каникулах. Окружающая беспечность раздражала ещё больше. Лили пришлось пройти ещё один вагон, и она оказалась почти в конце состава. Северус не рискнул следовать за ней и это хорошо: хотелось побыть одной. И хотя Северус был её пока что единственным другом, он не мог и не хотел понять её. Наконец удалось отыскать купе, в котором был всего один студент. Мальчик, кажется её ровесник, читал, прислонившись к окну. Первое что бросилось в глаза — его болезненный вид, на бледной щеке проступали отметины от глубоких шрамов, затянувшихся давным давно. Тем не менее Лили не сочла его пугающим, скорее внушающим доверие, а потому она вытерла глаза рукавом и, негромко постучав, приоткрыла дверь купе: — Привет! Везде занято. Можно к тебе? Мальчик немного стушевался, но потом выпрямился: — Привет! Да, конечно, — вежливо отозвался он и указал книгой, которую держал в руках, на место напротив себя. Лили расположилась у окна, и некоторое время они провели в полной тишине, поглощенные своими занятиями. Мальчик погрузился в чтение, Лили заметила, что он почти дочитал историю Хогвартса. Её собственный экземпляр лежал в сумке и ей самой оставалось парочка глав до конца: она не могла себе позволить не узнать всё о том месте, куда направлялась. Не хотела прослыть совсем уж невеждой среди новых сокурсников. А ещё она знала, что Тунья с точно таким же восхищением листала Историю, когда думала, что никто не видит. И у Лили каждый раз сжималось сердце от того, что они не могли вместе разделить эту радость. За окном проплывали аккуратные поля и изумрудные холмы, а Лили с отчаянием думала, как доказать сестре, что в их отношениях ничего не изменилось и что нет ничего страшного или постыдного в том, что из всей семьи Лили оказалась единственной ведьмой. Отвернувшись от соседа, Лили украдкой вытерла слезы. Ах как бы ей хотелось, чтобы Хогвартс-экспресс сейчас уносил их обеих в новой учебный год. Петунья была бы на год старше и наверняка могла бы дать столько полезных советов по учёбе и жизни в школе. Лили всхлипнула. Громче чем ей бы хотелось. Поднять взгляд на соседа она постеснялась и замерла неественно выпрямившись и напряжённо гляда сквозь стекло. Неожиданно в тишине зашуршала фольга. — Будешь шоколадку? — неуверенно предложил мальчик. Лили снова украдкой вытерла слёзы и посмотрела на соседа. Тот явно чувствовал себя неловко, но во взгляде голубых глаз читалось беспокойство. — Я первый раз еду в этом году. Всю жизнь мечтал о Хогвартсе, а сейчас — боюсь. Только шоколад и спасает. Лили отломила кусочек. — Спасибо тебе. Да, и я первый раз. — Я, кстати, Ремус. Ремус Люпин.

~*~

— Я видела, что ты проснулся. Ремус нехотя высунулся из-под одеяла, которое натянул мгновением ранее едва заслышав шаги, и повернулся. Лили аккуратно присела на краешек его кровати, в тусклом свете больничных светильников её волосы отливали медью. За окнами уже смеркалось, он проспал почти целый день, но не отказался бы и дальше провалиться в сон, чтоб больше никогда не проснуться. Тело ломило, сознание не хотело приходить в себя. — Привет, — тихо и хрипло откликнулся Ремус, отводя взгляд. Ему не хотелось видеть ни Сириуса, ни Питера, ни даже Джеймса. Хотя если бы не Джеймс, сегодня он, Ремус, мог бы загрызть Северуса Снейпа, который по наущению Сириуса сунулся в тоннель под Гремучей Ивой. Их вечная тяга к приключениям и нарушению правил сегодня могла убить человека. Он мог убить человека. — Не буду мучить тебя распросами, просто пришла навестить и убедиться, что ты… жив. Ремус вздрогнул. — Я решила, что не хочу знать, что именно у вас там опять произошло, но рада, что вы все более или менее целы. — Откуда ты…? — Ремус чуть приподнялся на подушках, он был очень бледен и слаб. — Застала как Поттер устроил взбучку Блэку. Сев сам не свой, но он со мной пока не желает разговаривать. Как я поняла, Блэк снова решил до него докопаться, Сев не остался в долгу, но что-то пошло не по плану, и Поттеру пришлось спасать Сева. Ремус ничего не ответил. Он словно оцепенел: знала или нет? Наверняка, же догадывалась. Не могла не догадаться. Они ведь всегда вели себя так беспечно. — А быть в долгу у Поттера Сева совсем не устраивает… — Это моя вина, Лили. Дамблдор так мне доверял, а я… — Слушай, — он чувствовал её взгляд, — он дал тебе значок старосты потому что ты умный, хороший и ответственный, а не потому что верил, что даже теоретически возможно унять, двух этих… идиотов. С ними не могут справиться ни Дамблдор, ни МакГонагалл. Думаешь, мы можем что-то сделать, не оглушив их предварительно? Ремус впервые взглянул в эти зелёные глаза. Там не было жалости или осуждения, которые он так боялся увидеть. Весь её вид выражал обеспокоенность и желание поддержать его во что бы ни стало. — Так что как только встанешь на ноги, дежурить будем — как обычно — вместе. Кстати, — она покапалась в сумке и достала большой плоский свёрток, — это твой любимый, молочный. — Спасибо, Лили, — выдохнул Люпин, — и за шоколад, и за всё… — Если всё-таки разрешишь мне оглушать Поттера с Блэком, то я тебе ещё и все сегодняшние лекции дам…

~*~

«Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!» — Лили, — она вздрогнула от неожиданности. — Привет, Ремус. Конечно, он знал, где её найти. В этом удалённом закутке теплиц она иногда помогала ему разбираться с зельевареньем, а он ей — с Защитой от Тёмных искусств. А порой они просто приходили сюда после собраний старост поболтать, посмеяться, пожаловаться. — Побуду с тобой? Она кивнула. С ним всегда становилось спокойнее. Ремус был тем человеком, с которым можно просто помолчать. И это молчание будет дороже любого разговора. Раздался знакомый шорох фольги. Хруст. Ремус протянул ей кусочек молочного шоколада: — Надо съесть, а то расстает. Всё-таки лето.