Отличный улов

Это был отличный день по меркам Се Ляня. Он остановился в красивой деревне у подножья горы, где отыскал несколько старых вещей в прекрасном состоянии. В обмен на помощь по хозяйству — ремонт забора и соломенной крыши — получил тёплую еду и постель на ночь. И пусть постелью был стог сена в старом сарае, это было куда лучше, чем его ночёвки последних недель! И даже крыша не протекала и не обвалилась на него. Это было слишком хорошо чтобы быть правдой – поэтому он даже не удивился, когда проснулся ночью от криков. Конечно, его удачи не могло хватить на целую ночь спокойного сна. Он выбрался из сарая, поправляя свои одежды и гладя Жоэ, спрятанную в рукаве, и подошел к старушке, которая была так любезна, что дала ему приют. Она стояла у отремонтированного забора, грустно качая головой, и смотрела на жителей деревни, что бегали по улице, отчаянно выкрикивая какие-то имена. — Госпожа, что случилось? Могу ли я чем-то помочь? Она вздохнула, ее глаза наполнились слезами. — Ах, даочжан, это ужасно, просто ужасно! У соседки возникло плохое предчувствие прямо среди ночи. Она пошла проверить своих детей, но обнаружила, что их кровати пусты. И это уже не первый раз! В прошлом году — дети кузнеца, в позапрошлом — дети моего кузена. Их так и не нашли. И никакой надежды для бедных малышей, которые исчезли сегодня! Почему?! Почему это происходит в нашей деревне?! Се Лянь коснулся рукава плачущей женщины, пытаясь утешить. Словами здесь не поможешь. Он понимал, что вызвало у матери плохое предчувствие — такое, что она встала с постели, чтобы проверить детей. Злая ци в воздухе была столь густой, что он почти мог чувствовать ее вкус. Должно быть, бедных детей похитил демон. Могущественный демон. Се Лянь помог старушке войти в дом, налил ей чаю и поблагодарил за гостеприимство, а затем вышел на улицу. Первая волна паники, охватившая деревню, утихла. Жители собирали поисковую группу. Он постоял немного, наблюдая за ними, потом развернулся и направился к лесу у подножия горы, идя по следу убийственной ци; лунный свет падал на его белые одежды. *** Се Лянь правда пытался не привлекать к себе внимания. Он не искал специально, что починить или как влезть в неприятности. Он собирал старье и занимался своими делами насколько мог, но неприятности находили его сами. И если был хоть малейший шанс помочь, он не отворачивался. Иногда он правда помогал, а иногда случайно что-то поджигал в процессе, но главное — он делал всё, что мог. Он бесшумно двигался среди деревьев, замедлив сердцебиение и успокоив разум, сосредоточившись на своих чувствах. Кроме зловещей энергии, которая клубилась в лесу, словно туман, очень странной была тишина. Полная тишина. Ни мелких зверьков, скользящих в подлеске. Ни сов на ветвях. Вообще ни одного живого существа поблизости — как будто что-то спугнуло их. Насколько же силен этот демон? Сможет ли Се Лянь справиться с ним? С другой стороны, выбора не было. Шансов на то, что дети живы, было немного, но Се Лянь всё еще надеялся. Поиск могущественных заклинателей, которые могли бы помочь, занял бы слишком много времени. Кроме того, он никого не хотел подвергать опасности. И хотя у него не было меча и духовной энергии, он не был совсем один — с ним была Жоэ. Когда Се Лянь приблизился к поляне, жуткая тишина наконец прервалась. Сначала послышался всхлип, а затем шум дождя. Как странно. В эту ночь на небе не было ни единого облачка. Се Лянь вышел из-под прикрытия деревьев. Дождь был тёплым. Он окрасил его мантию в красный цвет. Он пах как кровь. Дождь и был кровью! Се Лянь почувствовал, как волосы прилипли к голове, и посмотрел на пятна на своих еще недавно белых рукавах. Он подавил вздох. Конечно, ему уже приходилось отстирывать кровь со своего халата, но это так хлопотно... Однако сейчас у него не было времени думать об этом. Посреди поляны, где росло несколько белых цветов, стоял человек, держащий над головой красный зонт. Он был одет в яркие красные одежды. У него были чернильно-черные волосы и элегантные сапоги, украшенные серебряными цепочками. Окружающая его убийственная ци была настолько плотной, что было трудно дышать. Когда кровавый дождь прекратился, Се Лянь вытер лицо чистой частью рукава и приготовился к битве. А демон сложил зонтик и обернулся. Его правый глаз был закрыт повязкой, а когда взгляд левого упал на Се Ляня, он... замер. Застыл на месте, будто превратился в мрамор. Его глаз был широко раскрыт, он не дышал (не то чтобы ему это было нужно) и не шевелился. Только волосы чуть колыхались от легкого ветра… Се Лянь обратил внимание, какими мягкими они выглядели. Внезапно, словно разрушая чары, демон сделал шаг к нему, медленно поднимая руку. — Ваше... Прежде чем он успел вымолвить слово, Жоэ выскользнула из рукава Се Ляня и стянула ему руки за спиной, а следом обвилась вокруг тела. Демон осмотрел себя всё столь же широко раскрытым глазом и повел плечами, как будто проверяя прочность шелковой ленты. Жоэ сжала его еще крепче. Ятаган на бедре демона завибрировал, но хозяин шикнул на него и клинок затих. И снова Се Лянь приготовился к бою. Этот демон был силен. Се Лянь бродил по миру несколько столетий и еще ни разу не встречал столь сильного демона. Так легко его было не победить. Мгновения шли, а демон просто стоял, слегка наклонив голову. Се Лянь внимательно смотрел на него. На его шее и в ушах висели серебряные украшения. Волосы были распущены, только сбоку спускалась тонкая коса с красной жемчужиной на конце. Он был значительно выше Се Ляня. Тот подошел поближе, чтобы разглядеть его лицо сквозь челку, скрывающую черты. Вблизи ему показалось, что демон дрожит. Но это, должно быть, лишь воображение или лунный свет играет с ним шутки. Как мог демон такого ранга дрожать перед ним? Се Лянь обошел пленника вокруг, размышляя, что делать. На поляне не было ни следа детей, хотя он был уверен, что шлейф убийственной ци заканчивается здесь. Самое важное сейчас было сделать так, чтобы никто больше не пострадал. Он не смог бы в одиночку развеять столь сильного призрака или уговорить его упокоиться. Он также не мог просто передать его каким-то смертным заклинателям — сейчас демон почему-то притворяется, что побежден, но смертные не смогут удержать его, как только он решит, что игра надоела. Оставался только один вариант, хотя Се Лянь очень не хотел его. С таким могучим демоном должны разбираться боги. Но, хотя Се Лянь считал себя толстокожим, ему было бы неловко встретиться с ними. Он задумчиво потер точку на лбу, чувствуя на себе взгляд демона. Они находились на юго-востоке, и по пути в деревню он видел храм Наньяна... Се Лянь стиснул зубы. Ох, очень неловко. В конце концов, он придумал план. Он отведет демона в храм, помолится Фэн Синю, чтобы тот поскорее пришел с несколькими помощниками, а затем, как только прибудет Фэн Синь, он оставит демона, а сам спрячется в тени. Вряд ли это достойное поведение, но должно сработать. Наверно. Приняв решение, он подхватил демона и взвалил его себе на плечо, словно очень большой, очень высокий мешок риса. Демон издал ненужный, прерывистый вдох. Он был слишком тихим. Се Лянь не мог не удивляться, покидая поляну. Демон не протестовал и не пытался объясниться, не пытался запугать Се Ляня или уговорить отпустить его. Он совсем не сопротивлялся. Он просто... лежал на плече Се Ляня, сохраняя полную неподвижность. Может, этот призрак не мог говорить? Но нет, он явно пытался что-то сказать, когда его схватила Жоэ. Он был совсем не тяжелым — Се Лянь нес его довольно легко, обхватив одной рукой за бедра для устойчивости. Невольно он подумал о том, как выглядит со стороны: окровавленный злодей, похитивший красивого и богатого молодого господина. Хотя всё было совсем не так! Чувствуя себя странно, Се Лянь решил нарушить хрупкую тишину. — Могу ли я спросить твое имя? Конечно, ты не обязан отвечать. Призрак пошевелился, словно очнувшись ото сна. — Этого… — прохрипел он, прочищая горло, прежде чем попытаться снова. — Этого демона зовут Хуа Чэн, Ваш… даочжан. Его голос был напряженным и звучал так, как будто Се Лянь мог знать это имя. Но Се Лянь вообще не следил за новостями из двух других миров и искренне не имел понятия, какие боги и демоны прославились за последние несколько веков. Но, хотя и незнакомое, имя звучало приятно для ушей, и он не мог сдержать улыбку, когда оно впервые скользнуло по его языку и губам. — Хуа Чэн? — Даочжан может называть меня просто Саньлан. Се Лянь поднял брови и отодвинул ветку, убедившись, что она не ударит его призрачный груз. — Ладно, Саньлан. Я Се Лянь. Не нужно формальностей — я просто скромный сборщик мусора. — О? И какой мусор, кроме этого бедного демона, собирает гэгэ? Се Лянь чуть не врезался в дерево. — Я-я не... ты не!.. Он не собирал мусор в данный момент! И вообще — гэгэ?! Конечно, это менее формально, но с чего вдруг? Вероятно, он должен протестовать, но... Хуа Чэн казался искренне заинтересованным, и это было так приятно. Прошло так много времени с тех пор, как он с кем-то по-настоящему беседовал. Конечно, он часто разговаривал с Жоэ, иногда болтал со зрителями, когда выступал на улице, или с теми, кто отдавал ему старые вещи. Но впервые кто-то спросил его о работе по сбору барахла! И пусть этим кем-то был пожирающий людей демон, связанный и переброшенный через плечо — для Се Ляня это много значило. Было немного неловко говорить, не видя лицо собеседника, но Се Ляня это не остановило. Он говорил и говорил, и пока он говорил, Хуа Чэн слегка шевелил ногами, заставляя цепочки на его сапогах звенеть. Свободный конец Жоэ скользнул по щеке Се Ляня, как бы спрашивая, не связать ли ноги демона тоже, но Се Лянь, который как раз вспоминал день, когда он нашел совершенно новый стол и стулья для своего временного дома (который вскоре сгорел), просто покачал головой, отказываясь. Хуа Чэн ведь не пытался пнуть его или освободиться, его движение было как будто... игривым и счастливым. И Се Ляню очень нравился звон этих чудесных цепочек. Он почему-то поднимал настроение. — Знаешь, гэгэ, — сказал Хуа Чэн, когда наступила короткая пауза. — Раз тебе удалось поймать меня, ты заслуживаешь хорошей награды. Так получилось, что я довольно богат, и я прикажу подчиненным заплатить тебе приличную сумму за мое освобождение. А потом я могу пригласить тебя в свой город и дать еще больше. Что?! Не похоже было, что Хуа Чэн боится наказания Небес и пытается его избежать. Се Лянь не видел его лица, но был уверен, что тот говорил совершенно серьезно, и звучал так, будто с радостью отдаст Се Ляню все свои деньги. Но почему из-за этого Се Лянь ощутил себя каким-то бандитом, взявшим в заложники сына главы клана ради выкупа?! Ведь всё было совершенно не так! — Ох, Саньлан, я не могу. Мне не нужны деньги. — Хм-м, — промычал Хуа Чэн и его сапоги радостно зазвенели. — Прости меня за эти слова, гэгэ, но я заметил, что для совершенствующегося у тебя мало духовной энергии. — Не извиняйся, — сказал Се Лянь, улыбаясь. — У меня вообще нет духовной энергии. — А у меня ее много. Раз я в твоей власти, можешь просто забрать столько, сколько тебе нужно. Хуа Чэн слегка дернулся — просто для выразительности. — Забрать?! — теперь Се Лянь чувствовал себя не просто похитителем, несущим богатого гунцзы, а еще и грабителем! — Не волнуйся, гэгэ, я с радостью отдам ее тебе. Се Лянь не знал, смеяться ему или плакать. — Саньлан, не дразни меня. Что будет делать простой сборщик мусора с таким количеством духовной энергии? — Хм, у меня есть пара вариантов. Скажи, если передумаешь. Се Лянь яростно покраснел, желая закрыть лицо руками. Или хотя бы смыть кровь, чтобы не быть похожим на голодного упыря, несущего нежный кусок мяса в свою берлогу. На выходе из леса Се Лянь чуть не споткнулся о древесный корень, и, хотя ему удалось удержаться на ногах, Хуа Чэна сильно тряхнуло. Он тихо вскрикнул, к большому беспокойству Се Ляня. Пока они шли, он делал все возможное, чтобы его пленнику было удобно, иногда поправляя хватку и замечая, какими длинными и изящными были его ноги. Когда в поле зрения показался храм Наньяна, остался один вопрос, который Се Лянь должен был задать, хотя уже знал ответ. Он знал его с того момента, как покинул деревню, но ему все равно нужно было услышать. — Саньлан, где дети? — Дети мертвы, гэгэ. Мне жаль. Се Лянь вздохнул. Как и ожидалось. Однако он не ожидал, что демон извинится. Зачем? Обычно демоны с радостью хватаются за возможность поговорить о своих горестях и обидах... Обычно демоны вообще не бывают такими приятными и послушными. Он всё еще думал об этом, когда они вошли в храм. В этот ночной час он был благословенно пуст. Се Лянь осторожно усадил Хуа Чэна спиной к стене справа от алтаря. Присев перед демоном, Се Лянь долго смотрел на него при слабом свете жаровни. Которую Хуа Чэн, должно быть, только что зажег — Се Лянь точно этого не делал. Форма, которую принял этот призрак, была, безусловно, поразительной. Гладкие и блестящие волосы, состоящие из тысячи тысяч отдельных волосков, что делало их совершенно неотличимыми от человеческих. Такая же идеальная кожа — Се Лянь подавил желание протянуть руку и коснуться его щеки, вспомнив, что Хуа Чэн сказал, что находится в его власти. Но это не повод распускать руки! Хуа Чэн взглянул на него, и в его взгляде было что-то, чего Се Лянь не мог точно определить. Что-то, что он знал когда-то, но давно забыл. Оно обжигало, не причиняя вреда, и Се Лянь не боялся. Но что бы это ни было, оно было столь сильным, что он был рад, что присел на пол — иначе ощутил бы, что значит «подогнулись колени». Он отвел взгляд от Хуа Чэна и поднялся, чтобы зажечь благовония и послать срочную молитву Фэн Синю. Се Лянь надеялся, что молитва дойдет без подношения. Он пошарил в рукавах, но у него не было с собой ничего ценного. Даже хлам, который он собрал накануне, остался в деревне. — Если гэгэ нужны подношения... — Нет! Хотя Се Лянь не видел Фэн Синя уже очень давно, он верил, что тот посвятил себя защите смертных на своей территории и придет без промедления, услышав, что демон, доставляющий столько хлопот, находится в одном из его храмов. Закончив молитву, Се Лянь должен был найти место, чтобы спрятаться. Ему правда будет слишком неловко встретиться сейчас с Фэн Синем. Во-первых, он весь в крови... Но, почувствовав взгляд Хуа Чэна на своей спине, он повернулся и снова присел перед ним. Конечно, он же не мог просто так оставить Жоэ! — Саньлан, почему ты выбрал эту деревню? Они обидели тебя когда-то? Отнеслись несправедливо? И почему ты похищаешь детей? Просто что-то не складывалось! Да, энергия гнева Хуа Чэна была сильна, но он был таким... он был милым! И рядом с ним Се Лянь чувствовал себя таким... — Я не похищал детей, гэгэ. Се Лянь почувствовал, что земля уходит из-под ног. — Ч-что? — В мой город явился демон и разорвал на части нескольких детей-призраков, которые бродили по границе леса. Я выследил его, чтобы отомстить. Се Лянь схватился за голову обеими руками, прижав кончики пальцев к вискам. — Ты уничтожил его? Хуа Чэн кивнул, выглядя расслабленным и вполне довольным, как будто не его только что так ужасно и несправедливо обвинили. — А потом меня нашел гэгэ. — Но… — мысли Се Ляня закружились. — Но ты позволил схватить тебя и… и унести! Почему ты ничего не сказал?! Что-то нежное мелькнуло во взгляде Хуа Чэна. — Я так долго надеялся встретить тебя. — Что… — Ваше Высочество?! Се Лянь зажмурился от стыда. О нет. Он был так занят, что проглядел Фэн Синя, и теперь тот стоял прямо за ним. Да, Се Лянь действительно был не готов к встрече с ним, особенно в таком виде... От его толстокожести не осталось и следа. Но когда он наконец повернулся, чтобы взглянуть на Фэн Синя, его бывший помощник не смотрел на него — он смотрел на всё еще связанного Хуа Чэна, открывая и закрывая рот, как рыба на берегу. Его взгляд метнулся к Се Ляню, а затем снова к Хуа Чэну. Он явно пытался понять, какой вопрос задать первым. Наконец Се Лянь решил, что начать должен он. — Привет, Фэн Синь, рад тебя видеть, — сказал он, сопроводив слова неловким помахиванием руки. — Ваше Высочество, — прохрипел Фэн Синь. На его лбу вздулись вены. — Вы... откуда здесь Собиратель Цветов под Кровавым Дождем? — Кровавым... — Се Лянь взглянул на Хуа Чэна. Тот мрачно смотрел на Фэн Синя потемневшими глазами, а прямо над его головой порхали, будто играя, три серебряные бабочки. Они были яркими и полупрозрачными и оставляли за собой след из искр. Как они были красивы! — Ваше Высочество, вы не знаете кто такой Собиратель Цветов под Кровавым Дождем? Хуа Чэн? КНЯЗЬ ДЕМОНОВ?! Что должен был сказать Се Лянь? Он жил простой жизнью в мире смертных сотни лет и ничего не знал о князьях демонов. Но это звучало как очень важный титул, а Хуа Чэн (о нет!) всё еще был связан. По правде говоря, Се Лянь хотел выбежать наружу, найти яму и зарыться в нее. — Прошу прощения. Жоэ, вернись, — поспешно прошептал он. Жоэ неохотно отпустила свою добычу и обвилась вокруг запястья Се Ляня. — Какого хера?! — хотел узнать Фэн Синь, но отступил назад и выхватил свой лук, увидев что Се Лянь помогает Хуа Чэну подняться на ноги. Служащие средних небес позади него последовали его примеру. Се Лянь едва мог смотреть Хуа Чэну в глаза. Он успел ощутить шершавые подушечки на его ладони и прохладные тонкие пальцы, прежде чем понял, что держит его руку слишком долго, и быстро отпустил ее. Потом низко поклонился. — Саньлан, то есть... Ваше Превосходительство? Я ошибся. Если я могу что-то сделать, чтобы загладить свою вину… — Ваше Высочество, пожалуйста, не надо. Хуа Чэн нежно взял его за плечи и заставил выпрямиться. Когда Се Лянь посмотрел на него, то увидел неловкость в его глазах. — Просто Саньлан, гэгэ. Для меня честь встретиться с тобой. Но если ты действительно хочешь загладить вину — почему бы тебе не посетить мою резиденцию, чтобы я мог угостить тебя едой, предоставить ванну и новый халат? Фэн Синь переступил с ноги на ногу. — Гэгэ?! Но... погодите... это не... Се Лянь не обратил на него внимания, глядя на Хуа Чэна сквозь ресницы. — Звучит так, будто это Саньлан хочет загладить вину… — Ты ведь попал под мой кровавый дождь. Глаза Хуа Чэна были большими и умоляющими, и Се Лянь просто не мог сказать ему «нет». — Хорошо, Саньлан. Я буду рад увидеть твой город. — Ваше Высочество! — воскликнул Фэн Синь, натягивая лук. — Вы не можете пойти с ним! Это опасно! — Это очень хороший храм, генерал Наньян, — лениво заметил Хуа Чэн. — Будет обидно, если с ним что-то случится. Се Лянь повернулся, встал перед Хуа Чэном и замахал руками. — Ох, опусти оружие, Фэн Синь. Это всё недоразумение — со злым демоном мы уже разобрались. Спасибо, что беспокоишься обо мне, но со мной всё будет в порядке. Мне ведь и правда нужна ванна... Если бы Хуа Чэн хотел навредить ему, он мог бы сделать это уже много раз. Они оба знали, что он просто подыгрывал. И в нем было что-то… что-то, что казалось очень правильным, но Се Лянь пока не мог объяснить, что именно. «Я так долго надеялся встретить тебя». Се Лянь хотел узнать, что он имел в виду! В следующий момент Се Ляня окутало облако серебряных бабочек. Они порхали вокруг него, Фэн Синя и его помощников. Он услышал, как служащие небес закричали и побежали, а Хуа Чэн, весь в серебряном сиянии, взял его за руку. Се Лянь повернулся к нему, и хотя он всё еще был смущен, улыбнулся. — Гэгэ доверяет мне? — тихо спросил Хуа Чэн. Се Ляню даже не пришлось думать об ответе. — Да, — выдохнул он. Хуа Чэн счастливо улыбнулся и подбросил пару игральных костей в воздух. Когда бабочки исчезли и в храме стало тихо, если не считать стонов и жалоб поцарапанных небожителей, Фэн Синь громко выругался и поднес пальцы к виску. — Му Цин! Черт, я знаю, что ты не занят, перестань меня игнорировать! Это срочно. Ублюдок Собиратель Цветов под Кровавым Дождем похитил принца! В СМЫСЛЕ КАКОГО?!