Gangsta's paradise

Далеко на окраине Китая, в богом забытой деревне Йе Би в провинции Хуй Лунь в один прекрасный ясный день собрались все якудза, ниндзя и бандиты Азии. Они обыскивали все полуразваленные дома, шугали полудохлых старушек и прочёсывали все огороды под всеобщее влзмущение и недоумение. - Её отследили в этих окрестностях. Найдите любой ценой - живой или мёртвой! А тем временем в глубине леса без цели и толка шаталась измотанная и исхудавшая девушка в шикарном, но давным-давно изорванном и помятом костюме. Она шла тихо, не задевая ни единой веточки, словно тень, пока в мыслях: "СУКА, БЛЯТЬ!!! ДА ЁБАННЫЙ В РОТ ЭТИХ ГАНДОНОВ!!! БЛЯТЬ, НАХУЙ!!! СУКА!!! КАК, НАХУЙ, А?!! Если бы хоть кто-нибудь увидел её такой неделю назад, то промыл бы глаза уксусом, не иначе. Как зе так? Это же Яна Ван. Весь район дрожал от одного её рождения. Наследница древнего клана Ван, который держит в своих руках весь наркотрафик, всю проституцию и наркоторговлю по стране. На них держится весь преступный мир и его понятия. Они распоряжаются другими бандами как филиалами пятёрочки. Их влияние на китайскую партию... да, в общем-то, они и есть вся китайская компартия. Нефритовые стержни Китая. Но уже нет... Неделю назад она опять встречалась с Синь Цзинь Пинем для обсуждения судьбы их дорогой Поднебесной. Как всегда - при охране, при деньгах и только при своих условиях. И вдруг - в один момент все направили дуло к её виску. Вся расстановка сил поменялась. Неизвестно, чей это был. Может, Путин с Трампом решили выкинуть Китай из группы "Классные деффчёнки". Может, ЕС устали от Хуавеев, электромобилей и баблти. На её счастье головорезы так долго спорили за её голову и считали награду на всех, что она даже успела дождаться свой Харбин и после аккуратно исчезнуть в ближайшем лесу. И вот, она здесь. За несколько дней бродячей жизни из роковой красотки она превратилась в грязную, голодную бомжиху и готова была упасть замертво в любой момент. Из последних сил ноги донесли её до какого-то монастыря, перед которым она упала в обморок. А тем временем в этом глухом и пустом монастыре жила одна пресвятая Лизавета Богородская – молодая монахиня, которая уже 10 лет не выходила в люди и ещё бы столько же сидела себе. Сама она была глубоко верующая и добрая душа, с трепетом оберегающая все христианские ценности: и всепонимать, и всепрощать, и наставлять.... "Мы все лишь заблудившиеся дети в этом мире" - повторяла она. Вот только подход её отличался от традиционных догм и служений. Потому-то престарелые пропёрженные епископы плевались на неё ядом и давились слюной только потому, что не выносят и толики отхождений от древних правил и вообще ненавидят всё новое и прогрессивное. Остальные монахини объявляли бойкот, называли великой шлюхой, грешницей и Гоморой, отсаживались от неё на молитвах, в трапезной и как только ни пытались показать, что здесь ей не место и не рады. Она искренне не понимала, зачем эти ограничения им и Богу, почему не имеет права на свой путь, но пыталась измениться. Молча терпела все нападки к себе, молилась, извинялась, кланялась и снова извинялась – но это ничего не принесло. Терпение лопнуло, она собрала вещи, хлопнула дверью напоследок и ушла. Заперлась в своей маленькой церквушки посреди густого леса, заперла на ключ своё большое хрупкое сердце, и не искала больше никаких людей в своей жизни. Они её сами нашли... *** Стоило Яне очнуться, она уже приготовилась увидеть свою смерть. Сил не было даже проснуться, не то, что жить. Но какого было её удивление увидеть девушку в монашеском одеянии. Да и что там – это была не девушка, это же был ангел! Эти чёрные, как смоль, кудри, эти бездонные лисьи глаза, это непподельное переживание на лице. - Ты проснулась! Значит, лекарства действуют. Это хорошо – мелодичный голос выражал искреннее облегчение. Хотелось тут же что-то – и впервые у красноречивой Яны пропал дар речи. Через минуту она вымучила из себя: - Кто ты? Как тебя зовут? - Я Лиза. Служительница этого храма. А тебя как звать? - Ты спасла меня... - Как твоё самочувствие? - Спасла мне жизнь... - Ну конечно. Так поступил бы любой порядочный человек. Яна не стала спорить - она действительно не знала, как бы там поступил порядочный человек, ведь таких людей она ещё не встречала. Да и себя бы такой никогда не назвала. Лиза продолжала: - Ситуация серьёзная, но не безнадёжная. Полежи здесь пару недель – пойдёшь на поправку. Поспи. С этими словами монахиня собиралась уйти, но цепкая рука больной схватила её локоть, не давая уйти. - Постой. Посиди ещё рядом. - Слишком много дел. Лучше спи. И она ушла. Расстроенная Яна осталась в кровати и сомнениях и так и не узнала, как забилось сердце у смущённой Лизы, когда она увидела эту соблазнительную женщину Востока, красивую как цветок сакуры и страстную как танцы на подиуме в гей-клубе. "И чего же ты ушла? Не видела, как она тебя глазами раздевала?" - Как можно? Она больна и слаба... И вообще, это возмутительно! "Возмутительно! Сама-то себе такую по ночам представляешь" Но она заглушила гнусный голос и пошла дальше. И в этот вечер они смущённо распрощались, ещё не зная, какая любовь ждёт их в будущем! Так Лиза стала готовить супы, менять повязки на израненной груди, охранять беспокойный сон. Яна стала утягивать её в разговоры. Постепенно Яна смогла пойти. После долгих дней постельного режима и запрета на всё она на стену лезла от тоски и бралась помогать с любым делом. Так начались их совместные приготовления еды, прогулки по прихрамному саду. Наступил день, когда Лиза со скорбным выражением лица сообщила: - Что ж, теперь ты уже можешь пойти домой... Не смею задерживать тебя, если ты торопишься. Но Яна не собиралась так просто уходить. Она была бы не она, если бы не ухватилась засвоё счастье и не попыталась бы его урвать. - А ты можешь пойти со мной... Если тебе этого хотелось бы По лицу Лизы пробежала кривая улыбка, в глазах загорелась тоска, она глухо бросила: - Уж лучше без меня. Мне не стоит снова связываться с людьми, а тебе – со мной. - Почему это? - Я не для того покинула общество этих идиотов, чтобы потом вернуться и наслушаться в свой адрес про мою чёрную грешную душу. - Чего?! Твою грешную душу? А ты хоть знаешь, с кем стоишь? Про нефритовых стержней слышала? - Это же миф .. - Перед тобой, блять, этот миф! И ты думаешь, что со мной кто-то хоть заикнётся о тебе?! Да они и со мною не справятся! Пока Лиза переваривала всю информацию и вместе с тем пересматривала все свои моральные нормы, Яна с осторожностью сказала. - Но если ты меня осуждаешь, то тогда... "Ну и тупость – думала Яна – Спрашивать у МОНАХИНИ, осуждает она меня или нет? А какой ответ мне ещё, блять, ожидать?!" В тот момент она была готова тут же уйти и больше никогда не возвращаться, забыть всё, что было, или очень умело подавить все чувства и воспоминания до далёкого когда-нибудь потом. Да, она обревётся, да, возненавидит этот мир и всех, кто в нём есть, но это всё будет потом и наедине, а сейчас она сохранит лицо и честь всеми силами. Но к её удивлению она услышала: - Кто я такая, чтобы осуждать? Мы все всего лишь заблудившиеся дети в этом мире. Это и стало началом их скандального, подрывающего жопы всех, но такого счастливого союза. И вот, они поцеловались. Отринув своё прошлое, свои старые обиды, они слились - бок о бок, рука об руку, нога об ногу, ноздря в ноздрю... По понятным причинам в глухом лесу у одинокой монахини нигде не завалялось смазки. Но их находчивые умы нашли решение – ведь церковных масел в кладовке было хоть отбавляй! Захотели разнообразить процесс и набраться ярких впечатлений – тут подвернулся пистолет Яны, который вошёл и вышел как родной. Пока снимали все сто слоёв одёжи Лизы, увидели и её чётки – решили, что и они составят хорошую службу! Захотели устроить ролевую игру – у них и все костюмы для этого были! Уж где, как не в этом месте, фраза "Простите меня, я согрешила" прям на церковном алтаре заиграла новыми красками... Если и впрямь ангелы выступают за любовь во всём мире, то их союз после такого заключили на небесах. А даже если под землёй, то и чёрт с этим. Так два отвергнутых сердца нашли друг друга в этом холодной жестоком мире и отныне обещали держаться вместе. Домой Яна возвращалась с сытым удовлетворением, предаваясь фантазиям о том, как расправится со всеми крысами и киотами клана. Это всё навевало ей воспоминания. В детстве у бабушки в деревне она любила бегать с соседскими детьми по двору с ножом – ловить куриц и рубить им головы на суп. Будучи малосмышлённым карапузом, она улавливала предвкушение и кайф от охоты. Сейчас, пока окровавленные предатели пытались ползли прочь, недоумевая, из каких лесов выбралась считавшаяся уже мёртвой наследница клана, приставляя пистолеты к их головам, у неё были такие же чувства. И вправду, годы идут, а мы так и остаёмся всего лишь детьми в этом мире. Права была Лиза. К слову – о её беде она не позабыла. Хватило лишь пары звонков кому надо и в следующую секунду Лизу с руками и ногами уже зазывали во все храмы, уступали ей все места, кланялись и молились ей чуть ли не сильнее, чем Иисусу. Все вдруг оказались такими прогрессивными, open-minded и поддерживали каждое слово Лизы, даже если она его ещё не сказала. Ну а Лиза, конечно же, поняла и простила всех. А как же иначе - мы же ведь всего лишь заблудившиеся дети в этом мире. (И жили они долго и счастливо, и нарожали так трёх детей, ведь жили во вселенной омегаверса!!! Разумеется, Лиза была в ней жёсткой и мудрой альфой, а Яна – хрупкой омежкой и матерью трёх ангелочков👼🏻👼🏻👼🏻)