Сборник весенних записок

      У нас был всего час свободного времени. И эти шестьдесят минут мы хотели провести вместе, спрятавшись на одном из летающих островов. Подальше от Чумы, Войны, Голода и всего того ужаса, что окутывал нас каждый день.       — Нам опасно быть рядом, — полушепотом сказала я, глядя на небо. По нему были в хаотичном порядке разбросаны яркие звезды. Чуть позже перевела взгляд на огромную луну. — Если Чума узнает…       — Не узнает, — проговорил Люцифер, сев рядом со мной.       Мы сбежали с очередного пиршества, которое закатила Чума. Люцифера, кажется, абсолютно не заботило, что его смокинг мог испачкаться из-за травы, да и меня наличие грязного платья не особо волновало. С появлением всадников в нашей жизни меня мало что трогало. Я словно потеряла смысл на существование. Рано или поздно все закончится.       — О чем ты думаешь? — Рука Люцифера аккуратно легла на мое плечо.       — О смысле нашего существования, — усмехнулась я, чувствуя, как защипало в носу. Мне не хотелось плакать, но тело, видимо, решало все за меня. — О том, что мы покинули бал. И о том, что нам всем конец.       — Вики, — недовольно воскликнул демон, развернув мое лицо к себе. — Не смей думать об этом. Мы вырвались не для того, чтобы ты сидела и размышляла о смысле жизни.       Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы вот-вот готовы были вырваться наружу. За все эти отвратительные месяцы я устала. Мне хотелось покоя, любви и счастья, а не скитания из одной темницы в другую, борьбы за существование и бесконечной боли.        Неожиданно Люцифер поцеловал меня, словно пытался забрать всю мою горечь. Он был до безумия нежным: осторожно сминал губы, гладил по волосам, опускаясь ниже, к шее и плечам. Стирал слезы, что все-таки стремительно побежали по щекам. Шептал теплые слова, от которых мое сердце тотчас забилось быстрее.       — Вики, я с тобой… — Люци соприкоснулся своим лбом с моим, тяжело дыша. — Даже если мы находимся порознь, я мысленно рядом.       — Я знаю.       Мы еще некоторое время обнимались, пока Люцифер не предложил развести костер. За хворостом я улетела на соседний остров. Прилетев обратно, уложила ветки определенным образом, после чего на пальцах Люци начал сверкать огонь. Мгновение — хворост полыхнул, пустив дым в небо.       — Знал бы я, что мы спонтанно решим улететь назло Чуме, то непременно прихватил с собой зефир и сосиски, — улыбнулся Люцифер, вновь сев на траву и вытянув ноги.       — Прямо как на Земле, — усмехнулась я. — Мы тоже так проводили время с друзьями со школы… Отправлялись в пешие походы, разводили костры и жарили маршмеллоу, рассказывая друг другу страшные истории. Как будто это было в прошлой жизни…       — Мы можем тоже рассказывать друг другу страшилки, — подмигнул демон. — Ну или вспомнить приятное былое. В наших жизнях и так хватает ужасов.       Я кивнула, рассматривая моего Люцифера. Он оставался таким же, каким я запомнила его со времен школы. Единственное, что поменялось, это взгляд. Он стал суровым.       Никогда бы не могла подумать, что сидя на одном из летающих островов, устроив небольшой костер и вспоминая нашу жизнь, мне будет максимально уютно. Раньше для меня казалось, что уют — это что-то, что связанно с домом, семьей, обстановкой. Но сейчас же я поняла, что посиделки, когда вы находитесь фактически в бегах, могут быть и такими.        Даже в самые трудные времена нам удалось создать уютную атмосферу где-то за пределами школы, Ада и Цитадели. Где-то, где можно почувствовать себя хоть капельку счастливой.       — А вот и неправда! — воскликнула я, после очередной истории. — Я не бегала за тобой в школе! Это ты пытался привлечь мое внимание.       — Ты уверена? — ухмыльнулся Люцифер. — Не наоборот?       — Ни в коем случае.       — Видимо, ты забыла, как падала к моим ногам, Непризнанная, — решил напомнить он, сорвав несколько травинок.       — Во-первых, я больше не Непризнанная, — важно заявила я, держась изо всех сил, чтобы не улыбнуться и швырнуть в него траву. — Во-вторых, я падала всего один раз! И уж поверь, это произошло не из-за того, что я была влюблена в тебя по уши.       — Все-все, сдаюсь. Я был неправ.       — Я рада, что ты признал это, — подмигнув, я хотела встать, но Люцифер не дал мне этого сделать. Он притянул меня к себе и страстно поцеловал, запустив пальцы в мои волосы и сжав их. Я пересела на его колени, не скрывая своего дикого желания быть рядом и целовать каждый сантиметр его тела.       Люцифер действовал на меня как самое сильное обезболивающее. Сначала, конечно, он всеми силами пытался выстроить между нами стену, сотканную из ненависти, отвращения и полного неуважения друг к другу, но ему не удалось это сделать. Я все еще помнила, что он убил моего отца, но здравая моя часть кричала о том, что сделал это, чтобы я не получила наказание от Чумы. И пытался внедрить в меня ненависть к его персоне, чтобы Чума не питалась моим отчаянием.       Мы целовались долго. Цеплялись друг за друга как за спасательный круг. Мы продолжали любить друг друга, несмотря на все трудности. Ради меня Люцифер наплевал на Чуму и ее бал, отправившись со мной на летающий остров. Создал уютную атмосферу, наговорил всевозможных нежностей, обнимал и касался так ласково, что сносило голову.       — Я люблю тебя, Люцифер, — прошептала я ему в губы. — Спасибо, что ты унял мое отчаяние… Спасибо, что подарил частицы свободы и благополучия. Ты… невероятный. Я готова говорить это каждую секунду.       Наши взгляды встретились. В его глазах не было привычной суровости и хладнокровия. Я видела в них теплоту, мягкость, любовь. Таким взглядом он одаривал только меня.       — Я тебя тоже люблю, Вики, — подхватил мои слова Люций. — И всегда любил. Мне было мало десяти лет, я хотел как можно больше. У нас будет свое долго и счастливо, обещаю тебе.       — Я знаю, Люций. Знаю. Мы обязательно со всем справимся. Только ты и я…       Мы провели еще немного времени вместе, не прекращая обниматься и целоваться. Я совсем забыла, что на бал прилетела вместе с Эрагоном и Мими для того, чтобы забрать горн. Но сейчас мне было все равно. Ничто и никто не существовал, кроме меня и Люцифера. Я не хотела прекращать касаться его, смотреть влюбленными глазами и чувствовать вкус его губ, но время поджимало. Во мне отсутствовало желание, чтобы Люций получил наказание от чертовой Чумы за такую своевольность. А потому я нехотя встала с его коленей и протянула руку, с тоской глядя на него.       — Кажется, нам пора… — Мне не хотелось этого признавать, но пришлось.       — Да, ты права.       Он одним движением потушил огонь. Аура уюта не испарялась даже после того, как мы взлетели в небо и глядели друг на друга.       — Пообещай мне, Люций, что мы не в последний раз так проводим время.       — Обещаю, Вики. Скоро наши вечера будут краше и лучше. Мы этого заслуживаем.