Господин Чжан

Ло Цюэ не знает, что такое сожаление. Может быть, его не научили. Может быть, в нем изначально не заложено этой способности. Есть люди, не способные к состраданию или искренней ненависти. Ло Цюэ не умеет жалеть о случившемся. Зачем жалеть о том, что уже нельзя изменить? Он ни секунды не жалеет, что согласился на предложение поработать на господина Чжана. Даже если бы мог — не пожалел бы. Это были лучшие дни в его жизни. Зачем жалеть, когда случается что-то хорошее? Даже если оно закончилось — оно было. Теперь оно навсегда с тобой. Сидя в машине возле клиники доктора Лянь, Ло Цюэ перебирает в голове отдельные воспоминания, будто монеты. Позже он тщательно рассмотрит каждую, вспомнит все детали — краски, запахи, выражение глаз. Разве этого мало? Ло Цюэ считает, что много. Господин Чжан был так добр. …Господин Чжан верил в него и не испытывал сомнений. Господин Чжан опирался на его руку и протягивал свою. Господин Чжан сетовал на старость, и Ло Цюэ едва сдерживал невежливую улыбку — но разве можно было воспринимать подобные жалобы всерьез? Господин Чжан был прекрасен. Доктору Лянь очень повезло. Ло Цюэ ждет в машине, потому что так сказал господин Чжан, ушедший на встречу с доктором Лянь. Ло Цюэ не любит гадать, но предполагает, что, в зависимости от ситуации, ему придется отвезти куда-то господина Чжана и его спутницу либо съездить за букетом или конфетами. Конечно, существует доставка, но господин Чжан больше доверяет Ло Цюэ. Звучит хорошо. "Это будет мое последнее поручение для тебя", — сказал господин Чжан, прежде чем захлопнуть дверцу. Ло Цюэ был бы рад выполнить еще сотню, тысячу их, но все когда-нибудь заканчивается. Зато профиль господина Чжана на фоне темных стен пещеры останется в памяти Ло Цюэ так долго, как он захочет. Разве этого мало? Сначала открывается дверь клиники, и Ло Цюэ видит, как господин Чжан сбегает по ступенькам. Ло Цюэ снова вспоминает сетования на старость и прячет улыбку в глазах. Потом он распахивает дверцу машины — Ло Цюэ даже не успел выйти, чтоб открыть, — садится и говорит "поехали". Ло Цюэ трогается с места, гадая, что же такое попросила доктор Лянь, что господину Чжану пришлось ехать за этим самому. — Куда? — спрашивает он перед выездом на центральную улицу. Господин Чжан улыбается — иначе, чем в пещерах, свободнее и счастливее. — Не знаю, — говорит он. — Придумай сам. Ты выполнил свое последнее поручение — привез и увез меня. Больше распоряжений не будет. — Простите? — Ло Цюэ машинально поворачивает направо, соображая, что он упустил. — То есть госпожа Лянь… — С госпожой Лянь все в порядке. Мы серьезно поговорили, и, кажется, она все поняла. Во всяком случае, я на это надеюсь. Говорит он тоже легко, не так, как в Гутуне, а Ло Цюэ слушает и не совсем понимает происходящее. — Так что вы сейчас намерены делать? — Все, что захочется. — Голос господина Чжана дразнящий. Иногда у него появляются такие интонации. Ло Цюэ не знает, из-за чего и для чего, но слышать эти нотки всегда восхитительно. Будто они предназначены только для него и ни для кого больше. — Например, мы можем свернуть к парку или к набережной — куда-то, где я мог бы тебя поцеловать. Ло Цюэ продолжает вести машину ровно и уверенно: во-первых, он профессионал, во-вторых, он очевидно неправильно расслышал господина Чжана. — Простите, вы не могли бы повторить? — просит он. — Я хочу поцеловать тебя. — Глаза господина Чжана улыбаются. Ло Цюэ больше не может сомневаться в своем слухе. Разве что в ясности рассудка. Его как-то накачали галлюциногенами? Но когда и где? И зачем? — А как же госпожа Лянь? — спрашивает он. — Тебе нравится госпожа Лянь? — Нет! — не сдержавшись, восклицает Ло Цюэ. И куда тише добавляет: — А вам? — И мне нет, — улыбается господин Чжан своей непостижимой улыбкой. — Почти всю свою жизнь я был верен одному человеку — Фо Е. Он ненадолго замолкает, а потом продолжает: — Все меняется. И ты знаешь, что меня это не пугает. Новое должно приходить на смену прежнему — в этом и заключается жизнь. Он снова делает паузу, а потом спрашивает: — Ты хочешь быть со мной, Воробушек? — Я уже ваш, — напоминает Ло Цюэ, не поворачивая головы. Очень хочется, но нужно следить за дорогой. — Тогда давай наконец приедем куда-нибудь, — говорит господин Чжан, Чжан Жишань, Шань-эр. — Ожидание иногда утомительно, к тому же я тут не молодею. Он невыносим. Ло Цюэ решительно тормозит на обочине, отстегивает ремень и тянется к его губам. Все оказывается реальным. Все происходит на самом деле. И сколько бы это ни продлилось — один день, пару лет, всю жизнь, — Ло Цюэ никогда не станет сожалеть.