Бедняк

Даня всегда ставил себя выше остальных. Он был красивым, богатым, дохуя острым на язык, так при всех этих плюсах ещё и спортивным. Другими словами..где он, а где эти конченные ребята из центра «помощи». Одни уголовники или идиоты, чего только стоит один Дрочер, которого клоуном считали, даже в компании таких же недоразвитых кретинов, как он сам. Смех, да и только. Но влиться в этот коллектив всё же пришлось, даже если от одного вида этих ребят Макеева первое время откровенно тянуло блевать. Месяц за месяцем и..все они, кажется, начинали бесить его всё меньше. Пить с ними было весело, собственно, как и побеждать в футбольных матчах с Ковалёвым в роли тренера, чувствуя себя при этом, наверное, самым ахуенным на поле. Вот только от их бедности порой всё равно хотелось закатывать глаза и цокать языком. До момента пока отец не лишил его финансов. От обиды хотелось курить, ненавидеть всё и всех, может быть даже вмазать кому-то, но из всего этого..возможным было лишь первое и Даня осел на крыльцо центра, доставая сигарету из рюкзака. Глаза защипало, а рядом с ним появился Игнатьев, которого Даня замечал изредка и краем глаза, кажется до недавнего времени. Стоило тому начать встречаться с Владой, как Макеев стал раздражаться в его присутствии лишь чаще. Ну как такой, как он мог получить девчонку вообще не своего уровня? Собственно из-за этой раздражительности они и подрались всего парой часов ранее, от чего присевший рядом на корточки Макс и удивлял сейчас так сильно. Ну неужели даже лохи без денег выжидают момента для насмешек? —Ты прости...—почти шёпотом говорит Игнатьев, а Даня лишь снова как-то грустно улыбается, когда парень подносит зажигалку ближе и зажигает сигарету, зажатую между губ Макеева. Конец тут же вспыхнул красным, позволяя наконец сделать затяжку, ощущая обжигающий дым где-то в лёгких. —Не ссы..нормально всё будет.—голос казался ужасно мягким, от чего Дане становилось даже непривычно. Разве..Игнатьев не должен быть зол или раздражён? Но Макс лишь слабо бьёт его в плечо, не пытаясь сделать больно, а скорее выражая таким образом свою поддержку. И может..совсем немного, но это и правда помогает. Помогает отвлечься от обиды и сделать новую затяжку, выпуская дым небольшим облачком. Они просидели так ещё минут двадцать точно. Сигарета успела закончиться, как и слова. Она истлела в руках, почти обжигая пальцы. Но даже без них и без сигарет дышать Макееву и правда стало легче. А потом украденные наушники, из-за которых Даня радовался словно ребёнок, кушетка на кухне у Макса, потому что спать Макееву было негде, разговоры по ночам и чистый стыд за каждую из переписок с Владой. Даня всегда ставил себя выше других людей. И Макса в том числе. Он был богат, красив, но..по сравнению с Игнатьевым он был бедняком. И дело даже не касалось денег. Пожить с этим парнем оказалось вполне достаточно, чтобы понять, что богат всегда был он. Он делал широкие жесты, не имея денег, был готов забыть о личных обидах в одну секунду и вызывал у Макеева, если честно, какое-то странное ощущение рокочущее в груди. Это..наверное это было восхищение с которым самый бедный человек мог смотреть на какого-нибудь богатея, лишь мечтая хоть немного стать таким. Или стать достойным такого.