Несчастливый билет

Джейс определенно пребывал в хорошем настроении. Опять полчаса вертелся перед зеркалом, озабоченный, очевидно, больше своим видом, чем сегодняшним экзаменом. Тому была причина: два последних вечера он сидел и кратко конспектировал все, что было в этом семестре по данному предмету. Виктор даже хотел похвалить его за ответственный подход к вопросу, но потом понял, что это были не конспекты. Это были шпаргалки. Его аргументация была проста и непритязательна. Во-первых, предмет был сбоку припека: скорее всего, знания, подчерпнутые на парах, пригодятся в жизни примерно… Никогда. Во-вторых, дисциплина была сложная, а вместе с первым пунктом желание учить что-либо по ней было примерно нулевое. В-третьих – Хеймердингер был старым дедом, который вообще не представлял глубину полета студенческой мысли в вопросах списывания. Виктору, очевидно, это все не нравилось. Он не любил, когда кто-то обманным путем сдавал экзамены. Джейс, конечно, был в курсе, что Виктор не стал бы говорить о шпаргалках Хеймердингеру, но лицо у Виктора с самого утра было недовольное. Тем не менее, ощущение чего-то нехорошего прокралось в голову Джейса, когда он понял, что вся аудитория, полная студентов, ждет своего великолепного декана уже полчаса. Из-за этого все были на нервах – даже Джейс, который был уверен в идеальности своего «преступного» замысла. Прошел час. Хеймердингера все не было. Когда дверь открылась, все вздохнули с небольшим облегчением, но радость была недолгой. Виктор доковылял до стола преподавателя. - Хеймердингер уехал по делам. Экзамен буду принимать я. Тот, - внимательно посмотрел он на Джейса, - кто будет списывать, отправится сразу на пересдачу. Лица всех студентов в аудитории вытянулись, и Джейс знал, о чем все думают. У Виктора была весьма и весьма дурная слава – как в вопросах замены Хеймердингера на лекциях, так и в том, как он принимал зачеты и экзамены. Не то чтобы он намеренно валил, но оценивал достаточно строго. Тем не менее, в лексиконе большинства студентов это и называлось «валил». - Я вас вызываю. Подходите, берете билет и две задачи, - продолжил Виктор, педантично раскладывая на столе бумажки, - я записываю их номера, вы садитесь и пишите все, что знаете, по заданным вопросам. Когда готовы – подходите по очереди, и я с вами беседую. За каждый из трех вопросов билета и каждую задачу начисляется балл. Проходной порог – три, - господи, каким же холодным был его голос, - максимальный балл – пять. В пуле билетов два «счастливых». Он опустился на стул, поставил трость рядом и выжидающе уставился на тридцать пар глаз, которые смотрели на него весьма и весьма недобро. Первые десять человек прошли, удрученно садясь на места с билетами и задачами. Одиннадцатая девочка вытянула счастливый билет. Виктор сухо ее поздравил и, поставив в журнал пятерку, отпустил, и она спешно покинула аудиторию со счастливой улыбкой на лице. Наконец, подошла очередь Джейса, и он застыл над преподавательским столом. Где-то здесь был еще один счастливый билет. Несмотря на неприятное давящее ощущение под пяткой с монетой, Джейса терзали смутные сомнения. Он протянул руку к одному билету, потом к другому, потом – к третьему; подумал и вернулся к первому. - Хеймердингер правда уехал? – тихо спросил он. Виктор кивнул: - Да. Не сказал даже никому. Просто записку на столе оставил. Джейс снова потянул руку к третьему билету, пытаясь почувствовать, как описывали это девочки, «тепло» от хорошего билета. Но, разумеется, никакого тепла он не ощущал. Виктор устало вздохнул: – Тяни билет и задачи, Джейс, ты всех задерживаешь. Джейс поколебался еще несколько мгновений и все же вернулся к первому билету – опять. Ну, была не была. Тем не менее, его рука с билетом дрогнула, когда он понял, что это не просто не «счастливый» билет, а вполне и вполне сложный. Хотя, наверное, ему любой бы показался сложным, учитывая его посредственные знания по предмету. Джейс почувствовал, что в его голове остался лишь неприятный туман. Виктор записал номер билета и задач, и Джейс пошел подниматься по лестнице к своему месту. - Джейс, - громко одернул его Виктор, - на первый ряд. Руки держи на столе. Какая натуральная подстава. Джейс под сочувствующими взглядами однокурсников спустился обратно к первому ряду и сел там. Следующий за Джейсом студент же просто протянул руку к одному из «отвергнутых» самим Джейсом билету и расплылся в улыбке, показывая его Виктору. - Поздравляю, - сухо сказал Виктор, ставя в журнал пометку. – Можешь идти. А Джейс почувствовал, что сейчас в обморок упадет. Он был так близок с «счастливому» билету. Пока остальные брали билеты с задачами, писали их и понемногу отвечали, Джейс просто сидел и смотрел на билет. «Вообще без шансов,» - промелькнуло у него в голове, и он, погрызя ручку, решил опереться на две классические стратегии – во-первых, налить воды, а во-вторых, надеяться на фаворитизм. Кто-то сдавал, кто-то не сдавал. Кому-то особенно неудачливому Виктор читал короткие нотации и отправлял на пересдачу. Аудитория пустела, а Джейс все сидел над своими вопросами и задачами, достаточно громко стуча ботинком дрожащей под партой ноги. Время тянулось медленно, но Джейс больше ничего и не мог, кроме как просто ждать. Наконец, все однокурсники прошли через Виктора, и они остались в аудитории одни. Идеально. - Перед смертью не надышишься, - произнес Виктор, смотря на него с едва заметным сочувствием. – Четыре часа прошло, Джейс. Ты больше ничего не родишь. Иди сюда. В его словах была доля правды, и Джейс, тяжело вздохнув, взял все бумажки и подошел к столу Виктора, садясь на стул сбоку от него. Виктор чуть-чуть к нему повернулся и взял все то, что Джейс за это время написал. Быстренько пробежался глазами по задачам. - Одну задачу решил верно, - кивнул он. Джейс и так знал, что решил ее правильно – она была типовая. Проблема была в том, что кроме нее он ничего больше решить и не смог. Еще бы, учитывая, в какую ситуацию поставил его Виктор. Виктор вчитался во все то, что Джейс написал на вопросы билета. По его лицу было понятно, что он не впечатлен. - Не очень здорово, конечно, что ты тут воды налил, - прозвучал его голос будто немного в отдалении. – Но тебе вообще есть, что сказать по существу? Джейс половину слов в вопросах билета не понимал. Молчание затягивалось. - Джейс? – снова обратился к нему Виктор. Джейс фыркнул и включил обаяние на полную. - Нет. Больше ничего не знаю. Но, может быть, мы сможем решить этот вопрос как-то иначе? – игриво протянул он, улыбаясь. - Хочешь перетянуть билет? – буднично ответил ему Виктор. Джейс встал со стула и медленно обошел стол, наклоняясь к Виктору поближе и, забрав свою писанину из его рук, отложил ее в сторону. - Нет. У меня есть идея получше, как удовлетворить твое… Любопытство, - мягко коснулся он бедра Виктора. Его взгляд был… Странным. Он смотрел, как Джейс опускается перед ним на колени, расстегивает его брюки – а потом до него дошло, и его глаза немного округлились. - Джейс, это неуместно, - пробормотал Виктор, но Джейс просто пропустил его слова мимо ушей, беря в свою руку его член и подползая на коленях немного поближе. Секс у них был не очень частым, на самом деле. Либидо Виктора было совсем не таким, как у Джейса. Но именно по причине редкости различных физически и физиологически приятных штук Виктор очень легко возбуждался, и этот раз не стал исключением. Уж в чем-чем, а в доставлении удовольствия Виктору Джейсу не было равных. Тем более, что Джейс знал каждый сантиметр тела Виктора досконально. Он с воодушевлением заглотил член Виктора и обнял его руками, скрещивая их за его спиной. С улыбкой – насколько он вообще мог улыбаться в таком положении, - почувствовал, как член Виктора подрагивает у него во рту, еще больше эрегируя. Сделал пару поступательных движений; было не очень удобно, поэтому он подтянул Виктора за бедра к себе еще поближе, беря глубже. Виктор вцепился пальцами в сиденье своего стула. Он пытался сохранять самообладание, но эта маленькая деталь говорила за него гораздо красноречивее, чем сам Виктор мог бы сказать. Виктор закусил губу. Джейсу очень нравилось делать такие штуки с ним. Такого отзывчивого партнера нужно было еще поискать, но, конечно, Виктор не мог расслабиться в такой ситуации: всегда была опасность, что кто-то зайдет в аудитории. И из-за этой вынужденной скованности он был возбужден даже больше обычного. Джейс чуть отстранился, проводя языком по напряженной головке, а потом снова обхватил ее губами, посасывая. Снова заглотил, беря член Виктора в рот уже полностью, и прижался губами к его лобковой кости. Пальцы запустил под форму Виктора, касаясь его поясницы. Виктор чуть дрогнул, сдерживая все возможные приятные звуки внутри. Очаровательно. Это не продлилось долго, и конец был закономерен. Джейс все проглотил и, выпустив член Виктора из своего рта, вытер губы – и снова широко улыбнулся. - Думаю, я заслужил хорошую оценку, господин экзаменатор, - выделил он отдельно это слово. – Думаю, даже четверку и пятерку. Виктор потер ладонью свои щеки, будто пытаясь сбить появившийся на ней румянец, и уже чуть трезвее на Джейса посмотрел. - Я так не думаю, - отдышавшись, наконец, сказал он, снова надевая маску неприступности. Уголки губ Джейса поползли вниз. - В каком смысле? – переспросил он, и Виктор методично спрятал свои гениталии, застегивая брюки обратно. - Ты из пяти баллов набрал один. А проходной – три. Мы с тобой состоим в отношениях, так что с тебя вообще должен быть двойной спрос. Джейс сделал самые расстроенные глаза, заглядывая Виктору в лицо. - Ты не можешь сделать исключение даже для меня? – расстроенно спросил он, и Виктор мотнул головой. - Я и так сделал исключение, - осторожно коснулся Виктор его скул. – Ты не первый, кто решил выбрать такой… Путь для сдачи экзамена. Но ты – единственный, кому я это позволил. Джейс потупил взгляд. - Значит, комиссия? - До комиссии, - чуть мягче ответил Виктор, делая пометку в журнале, - у тебя еще одна пересдача. Я помогу тебе подготовиться, не переживай. Джейс же только смог промычать в ответ «Спасибо».