Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

В понедельник утром он собирался в школу, немного волнуясь, что же ждёт его в этот день. В классном чате было только обсуждение каких-то заданий, которые все получили, пока Рафаэля не было. И ничего о драке. Ну что ж, раз все делают вид, что ничего не произошло, то он тоже будет вести себя, словно ничего не было. Но в школе его ждало совсем другое. Ученики неохотно здоровались с ним и старались даже не смотреть на него. Лёша выглядел виновато, прошипев приветствие. - Привет! - ответил ему Рафаэль. - Меня все избегают? - тот только пожал плечами и пошел в класс. Учителя тоже делали вид, словно его не было в классе. И когда пришло время урока английского, он вошёл в класс подавленный и в растерянности. Отец Георгий следил взглядом за Рафаэлем, заметив настроение парня. Тот сидел тихо весь урок, погрузившись в свои мысли. Было немного обидно, все, наверное, считали его виноватым в том, что произошло. Неизвестно, что рассказали те придурки. Но он не понимал поведение учителей, ведь большинство из них присутствовало в кабинете директора и знали, что было на самом деле. Он понял, что ему тут совсем не рады теперь и ждут, что он переведётся. Снова вспомнился приют. Примерно такое отношение было у преподавателей там. "А, плевать на всех! Привык к человеческому отношению? Ты всё также никому не нужен! Для всех ты пустое место! Ублюдок!" - думал он. "Я ещё пройдусь по вашим головам, если мне надо будет!" Ему хотелось поскорей уйти домой, но предстоял ещё следующий урок богословия. В конце урока английского учитель попросил его задержаться, когда все остальные ученики ушли. - Как ты себя чувствуешь? - спросил он, пристально глядя на Рафаэля. - Ты какой-то мрачный. Тебя опять обидел кто-то? Сочувствие учителя вызвало на мгновение чувство жалости к себе. Но он быстро проморгал глазами, как бы изгоняя это из сердца. Ему не хотелось врать, и жаловаться тоже. Он колебался, что ответить. - Если хочешь, я тебя подвезу до дома. Сколько у тебя еще уроков? Рафаэль посмотрел на учителя с благодарностью. Опять заныла жалость и глаза запекло, словно в них попал песок. - Не знаю почему, но меня все игнорируют. Словно я чумной! - ответил он наконец. Когда он это сказал, его обида словно материализовалась перед ним. Рафаэль сжал губы, чтобы не было видно, как их уголки поползли вниз. Он опять поморгал, не позволяя слезам даже появиться. Учитель подошёл к нему и стал перед ним. - Ты сможешь пережить это? - спросил он. - Помни, что я с тобой, я всегда рядом, - учитель положил свою руку на плечо парню и легонько сжал пальцы. - И я не игнорирую тебя! Мне немного обидно, — Рафаэль шмыгнул носом и посмотрел учителю в глаза. - но я смогу пережить. Мне не привыкать. - Нет, нет, нет! - учитель сжал пальцы чуть сильнее, — Даже не думай так! Возможно, тебя просто боятся! Ты показал, что можешь постоять за себя. - Вы так думаете? - он опять опустил глаза. Рафаэль даже не допускал такой мысли. Но это могло быть правдой. - Конечно! Ты смелый и сильный! Не позволяй им сломить тебя. Смелых и сильных боятся, испуганных и сломленных топчут. Продержись до конца года, потом ты забудешь всё это. У тебя начнется новая жизнь. - Отец Георгий был прав. - Это испытание для тебя, для твоего характера. Вспомни, когда все предали Иисуса. Он был примерно в таком же положении, как ты сейчас, - продолжал учитель. - Только ему грозила смерть. А тебе нужно просто переступить через это всё и идти дальше. - Спасибо, я тоже думал так. Но эта религия делает меня мягким, уязвимым и неуверенным в себе, - сказал он с раздражением. - Она только заставляет меня думать, что я виноват, даже не знаю в чём... во всём! - он посмотрел учителю в глаза. - Знаешь что? Наша вера не в религии. Она в боге и сыне и святом духе. Оставь религию - её придумали люди. Следуй за богом. Рафаэль открыл рот, от слов учителя. "Так вот в чем истина! Просто следуй за богом!" Словно в его голове сложилась головоломка, давно не дававшая ему покоя. Вот почему отец ему казался истинно верующим. Он не позволял религии подменить его настоящую веру. - Спасибо, отец Георгий, вы мне очень помогли! Если вас не затруднит, я был бы очень благодарен, если вы меня подвезёте. У меня сейчас последний урок с отцом Иоанном. Потом я свободен, - Рафаэль улыбнулся. Ему хотелось обнять учителя. Но он не мог. Не здесь. Весь следующий урок он размышлял над словами отца Георгия, прокручивая в голове разные ситуации, когда ему было трудно принять то или иное учение, поведение некоторых людей. Вспоминал себя, когда он просто повторял религиозные ритуалы, не чувствуя никакого отзыва в душе. Людей, которые учили одному, но поступали совсем по-другому. Мальчиков, которые воспитывались в семьях священников, но позволяли оскорблять другого, чтобы просто почувствовать свое превосходство. Ему показалось, что он вознёсся над всеми одноклассниками и учителями, видел все их слабости. Пока громкое "Рафаэль" отца Иоанна не вернуло его в класс. - Ты решил, что можешь уже не слушать меня? Год ещё не закончился, и тебе нужно получить хорошую оценку, чтобы тебя приняли в другую школу, - проговорил он с явной угрозой в голосе. - Останешься после урока, ты много пропустил. Я дам тебе темы для самостоятельного изучения. Только не это! Рафаэль меньше всего хотел остаться с отцом Иоанном наедине. - Как скажете, - лишь ответил он. Теперь он точно жалел, что сказал, будто влюблен в него. Учитель продолжал урок с довольным лицом. "Что он задумал, он явно что-то задумал" - пронеслось в голове парня. До конца урока он наблюдал за отцом Иоанном, пытаясь прочитать мысли и намерения. Но лишь ловил его взгляды, словно он имел над Рафаэлем власть. Словно он был жертвой, запутавшейся в паутине. "Посмотрим, кто в чьей паутине" - подумал ученик. Когда урок закончился, все одноклассники быстро покинули класс, остался лишь Рафаэль. Он сидел неподвижно, глядя на отца Иоанна. Тот что-то писал в журнале, казалось, забыв про него. Через несколько минут он закончил и поднял взгляд на Рафаэля. Потом встал из-за учительского стола и, не отрывая глаз от ученика, прошёлся к окну, потом к двери. Казалось, он собирался с мыслями. Рафаэль смотрел на него, пытаясь изобразить лёгкий испуг и восхищение. Учитель наконец подошёл к Рафаэлю. Возвышаясь над ним, он смотрел сверху вниз с довольным выражением лица, словно парень был полностью в его власти. Потом, положив свои пухлые пальцы на подбородок Рафаэля, повернул его лицо раненой щекой к себе. Поцокал языком и прищурил глаза. Парень не сводил свой взгляд с лица учителя, хоть ему было и неудобно смотреть из-за того, что тот повернул его лицо в сторону. Он крепко держал пальцы на подбородке, не позволяя повернуть голову. - Большая царапина. Возможно останется шрам, - наконец сказал он, зачем-то проведя большим пальцем по губам Рафаэля. Тот похолодел, испытывая отвращение, он задержал дыхание, по-прежнему глядя учителю в глаза. "Только бы не сорваться и не плюнуть ему в рожу!" - подумал он. Наконец отец Иоанн убрал свои пальцы. - Запиши следующие темы, - сказал он, задумавшись, бессознательно поднеся большой палец, которым касался губ Рафаэля, к своим губам. Он начал зачитывать темы, зайдя за спину Рафаэлю, как бы проверяя, что тот все правильно записывает. Его бедро прикоснулось к спине парня. Тот вздрогнул, выпрямляя спину, но отец Иоанн ещё сильнее прижался к нему. Теперь Рафаэль ощущал спиной мягкий член учителя. Он был уверен, что это был член. Он слышал шумное дыхание склонившегося, буквально перегнувшегося через его плечо учителя, разъяснявшего темы и какие стихи из библии ему требовалось рассмотреть. Рафаэль чувствовал, как член отца Иоанна начал набухать, как рука его легла на волосы парня. Продолжая диктовать, тот водил рукой по волосам лёгкими движениями, продолжая тереться отвердевшим членом о плечо ученика. Лицо Рафаэля вспыхнуло от гнева и отвращения. Он моментально перебирал в уме варианты: либо ударить учителя локтем в пах, либо стиснув зубы ждать, когда тот закончит. В этот момент дверь открылась, и отец Георгий вошёл в класс. Отец Иоанн моментально отскочил от Рафаэля, но отец Георгий успел заметить что-то, что заставило его застыть. - Рафаэль, я тебя жду, - проговорил он наконец, подозрительно глядя на отца Иоанна. Тот уже направлялся к своему столу, сказав: - Сегодня напишешь что-то вроде сочинения на эти темы и используешь стихи, что я тебе дал. Завтра мне сдашь. Рафаэль наконец выдохнул с облегчением, сложил вещи в рюкзак и поспешил к выходу. Проходя мимо стола учителя, он произнес: "До свидания" и, на мгновение остановившись, глядя прямо в глаза отцу Иоанну, подмигнул. Зачем он это сделал? Он не мог понять. Выйдя из класса вместе с отцом Георгием, он первым делом снял пиджак и посмотрел, не было ли там пятен. Ему было стыдно смотреть на учителя. Он всё ещё испытывал гнев и омерзение от прикосновений к его волосам, ещё, казалось, чувствовал твердый член отца Иоанна на своем плече. Только сев в машину отца Георгия, он почувствовал безопасность, убеждая себя, что ничего страшного не произошло. Учитель молчал всю дорогу, нахмурив брови. И лишь когда они остановились перед воротами дома, он, повернувшись к Рафаэлю, спросил: - Что вы там делали? Совершенно успокоившись, парень ответил: - Я пропустил несколько уроков, и отец Иоанн давал мне темы, которые я должен изучить самостоятельно. - Мне показалось... он слишком близко к тебе стоял, - учитель повернулся к Рафаэлю корпусом, левая рука была на руле, а правая на подлокотнике. - Он просто извинялся за то, что написал в чате, - придумал парень ответ. Отец Георгий смотрел на него с недоверием. Конечно, он ему не верил! Но Рафаэлю было всё равно, он теперь знал почти на сто процентов, кто такой аноним. И теперь ему надо было придумать, как уничтожить его за то, что тот сегодня сделал. И, возможно, отец Георгий ему сможет в этом помочь. Даже если ему придется полностью открыться. - Рафаэль, мне кажется, я не заслуживаю такого отношения. Я думал, ты доверяешь мне, - учитель помолчал пару секунд, как бы подбирая слова. - И я всегда с тобой честен. А сейчас, похоже, ты что-то скрываешь от меня. Неужели я ошибся в тебе? - он схватил его за локоть. Нет, конечно он не заслуживает такого отношения! Рафаэлю стало стыдно перед учителем. Он смотрел ему в глаза и вдруг сказал: - Когда мы разговаривали сегодня после вашего урока, мне почему-то захотелось вас обнять, но я не решился в тот момент. То, что вы тогда сказали мне, просто... перевернуло мой мир, и я смог понять то, что было скрыто от меня, - он замолчал и посмотрел учителю в глаза. - Я очень благодарен вам!... И я не хочу обманывать вас... Вы столько делаете для меня! Можно я сейчас обниму вас? Отец Георгий на мгновение задумался, потом улыбнулся и, расставив руки, как бы пригласил его в объятья. Рафаэль прижался к груди учителя, и время словно застыло. Он не мог дышать. Весь мир словно улетел из-под ног, но сейчас ему было всё равно. Он ощущал тепло отца Георгия, его ароматный парфюм, и он мог бы так провести вечность. - Я вас очень люблю, - прошептал он, трепеща всем телом, и поцеловал учителя в щёку. Смутившись, Рафаэль отстранился. Заглянув учителю в глаза, он заметил, что в них заблестели слёзы. Он смутился ещё больше и потянулся к ручке, открывающей дверь, как учитель схватил его ещё раз за локоть и произнес: - Я никому не позволю обидеть тебя, запомни это. Их взгляды снова встретились, и теперь Рафаэль был уверен, что увидел любовь. - Спасибо, что подвезли, - он открыл дверь салона и вышел. Учитель по-прежнему молчал, глядя на Рафаэля. Захлопнув дверь и помахав рукой, он скрылся за воротами. Во дворе сидели отец Дмитрий, Анна, сёстры и какие-то мужчины. Все были из прихода, и Рафаэль поздоровался с ними. Отец проводил какое-то очередное занятие, и чтобы их не отвлекать, парень быстро скрылся в доме. День был очень эмоционально насыщенный, и Рафаэль, сняв пиджак и рубашку, в штанах плюхнулся на кровать. Он думал о сегодняшнем дне. Во-первых, он признался в любви учителю и поцеловал его. И даже если тот не чувствует ничего к Рафаэлю, он не оттолкнул его. Это было очень глупо! И очень смело! Теперь ему придется как-то объяснять свой поступок. Можно было бы сказать, что после истории с отцом Иоанном, он почувствовал благодарность к учителю за спасение от старика извращенца. И поэтому он повел себя так. А во-вторых, отец Иоанн. Как его поймать? Второго раза с ним он не выдержит. Это на самом деле было очень мерзко. Рафаэль поежился, вспоминая прикосновения учителя, его шумное дыхание... У Рафаэля, конечно, возникла идея, как подставить его. Но она требовала тщательного планирования, и сейчас парень был не в силах обдумать её. На самом деле, он сейчас хотел бы опять оказаться в объятиях отца Георгия, вдыхать его парфюм. Он ещё и ещё раз вспоминал тот момент. Это было прекрасней, чем все его фантазии. Тепло учителя невозможно было бы представить. И что показалось самым важным, учитель не напрягся, желая избавиться от Рафаэля, как тот напрягся, лишь ощутив прикосновение отца Иоанна. А наоборот, обнял его и прижал к себе, как любящий человек. Хоть это радовало! Потом, его глаза, которые блестели, наполнившись слезами. И пусть он не сказал, что тоже любит Рафаэля, то, что он никому не даст обидеть его, о многом говорило! Он пообещал, что защитит его. По крайней мере, у него был союзник. И если отец Иоанн думает, что Рафаэль будет молчать, то он ошибается. Он читал про жертв насилия, которые хранили свою ужасную тайну до сорока лет или до тридцати, и не понимал, чего они боялись? Что им не поверят, а подумают, что это они соблазнили бедных священников, будучи детьми? У Рафаэля должен быть свидетель, как сегодня. И завтра, он не останется с отцом Иоанном наедине. Ни при каких обстоятельствах! Он лежал, закрыв глаза и обняв свой голый торс руками, и совсем не думал о времени. Сколько он пролежал в такой позе? Он дремал или мечтал, когда дверь в комнату открылась и вошёл отец. - Как дела в школе? - спросил он, подойдя к кровати. - Как самочувствие? - Всё нормально в школе, я немного устал. Пропустил занятия, и некоторые учителя дали дополнительные задания, чтобы я догнал весь класс, - сказал он, вставая с постели. "Ещё меня пытались изнасиловать, и потом я признался отцу Георгию в том, что люблю его," - подумал он. - Это был трудный день, я задремал немного. - Может ты голоден? Пойдём, поешь? - проговорил отец, понимающе кивнув. - Нет, я пока не хочу. Мне надо сделать кучу заданий на завтра, ещё английский. Я позанимаюсь до ужина, - он подошёл к столу и начал доставать из рюкзака тетради. - Не перегружай себя, хорошо? - отец подошёл к Рафаэлю, обнял за талию и прижал к себе. - Тебя не обижали больше? - Нет. Со мной вообще никто не разговаривает. - Почему? - Не знаю, - он пожал плечами. - Отец Георгий сказал, что возможно меня боятся, и поэтому не хотят общаться. Но мне всё равно. - Что за глупость? - возмутился отец. - Если бы этот учитель меньше трепался, не было бы никаких проблем! - он прошёлся по комнате, то складывая одежду, которую бросил Рафаэль, то поправляя его смятую постель. - Я не знаю, что ещё могу сделать. Потерпи уж до конца года. - Да я не переживаю, у меня есть поддержка, - Рафаэль улыбнулся, вспоминая отца Георгия. - Ладно, не буду тебе мешать заниматься, позову на ужин, - отец вышел. Рафаэль сел за стол и разложил тетради перед собой. Он не мог решить, чем заняться в первую очередь. Написать сочинение для отца Иоанна, или повторить английский. Взяв тетрадь, где он записывал темы для сочинения по богословию, он посмотрел на свои каракули. Когда он писал это, учитель тёрся своим членом об его плечо. Казалось, что до конца жизни он будет вспоминать это, думая о богословии. Что же написать? Он достал чистые листы и начал излагать свои мысли и то, чему его учил отец, когда они разбирали эти стихи. Написав страницу, он добавил от себя: "Что я думаю лично на эту тему? Я думаю, как вы гладили меня по голове, когда диктовали эти задания, как ваш твердый член упирался мне в спину, когда вы тёрлись им об меня, это было неожиданно, и я не был готов к этому. Но вы не спрашивали, вы просто заставили меня ощущать свою похоть. Надеюсь, хоть так я заслужу хорошую оценку по богословию." Рафаэль улыбнулся, представив лицо отца Иоанна, когда почитает это. Он положил тетрадь в рюкзак и занялся английским. Он уже выучил всё наизусть, просто решил ещё раз убедиться, что ничего не забылось. Если завтра ему придется опять столкнуться с отцом Иоанном, то не будет никого, кто бы смог его защитить, подумал он с горечью, и возможно ему придется отбиваться. Но он очень надеялся, что этого не произойдёт. Закончив с занятиями, он вспомнил, что с утра не заглядывал в телефон. Может, Николай что-то написал, или Саша. Но сообщений не было ни от кого. Даже аноним молчал.