Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

Антон не всегда сопровождал Лизу на уроках танцев. Он иногда ходил, если приходил Рафаэль. Они всегда много смеялись, чем смущали Лизу. Но казалось, именно это доставляло ему особое удовольствие — проводить время с другом. Рафаэль понемногу приходил в себя после суда, решив, что признание отца Иоанна гарантировало последующее наказание. Он даже попросил Антона поговорить ещё раз с его сестрой. Та сказала, что скорей всего следующее заседание будет последним. Потом — только приговор. Но Рафаэля интересовал ещё один вопрос, и он попросил познакомить его с сестрой Антона — юристкой. Как раз после урока танцев они проводили Лизу и поехали к Антону, где договорились о встрече с ней. Его родителей ещё не было дома, а сестра пообещала приехать к их приезду. Антон сделал им чай, и они уселись за стол. — Тебе понравилось, как мы сегодня танцевали? По-моему я делаю успехи. Так говорит Саша. Может, он научит меня танцу живота когда-нибудь? — мечтательно проговорил Рафаэль. — Этот Саша скажет тебе что угодно, лишь бы переспать с тобой. — Мы с ним всё прояснили. Я сказал, что у меня есть парень, и с ним никто не сравнится. Я не собираюсь разменивать то, что у меня есть. У меня отношения, понимаешь? — Я понимаю. Хотелось бы и мне иметь что-то похожее. Вы так целовались на твоём дне рождения... Мне аж захотелось попробовать поцеловать... — Поцеловать парня? — Рафаэль улыбнулся, пытаясь заглянуть другу в глаза. — Тебя... — ответил он через несколько секунд, опустив глаза. Потом встал и подошёл к кухонному шкафчику за чем-то. — Извини, я говорю глупости. — Это не глупости, — ответил Рафаэль, подойдя к другу. Антон резко обернулся, от неожиданности, что Рафаэль рядом. — Для тебя я могу сделать исключение. Ведь мы друзья! — продолжал Рафаэль с улыбкой, приближаясь к лицу Антона. — Если ты на самом деле хочешь. — Но... — Это ничего не будет значить ни для тебя, ни для меня. Я просто поцелую тебя, как дорогого друга, если ты хочешь... Антон молчал, глядя то на губы Рафаэля, то ему в глаза. — Я ничего не сделаю, пока ты не попросишь. Если нет — это значит «нет»! — А если да? Что это изменит между нами? — Я буду любить тебя, как прежде. И, может быть, буду целовать тебя иногда, как друга. А что изменится с твоей стороны — я же не могу знать. Надеюсь, ты не оттолкнёшь меня после этого. Антон молчал, глядя в глаза Рафаэлю. Потом вздохнул. — Тогда... да... Рафаэль улыбнулся и поцеловал Антона в немного приоткрытые губы. Они смотрели друг другу в глаза в этот миг. Это был почти детский, но нежный поцелуй. Рафаэль отстранился, продолжая глядеть другу в глаза. — Ну что, скажешь? Есть разница между поцелуем с парнем и с девушкой? — Рафаэль невинно улыбался. Антон вдруг покраснел и опустил глаза. — Ты не просто парень, — ответил он немного погодя. — Ты мой друг и человек, которому я доверяю. — Об этом никто не узнает, я обещаю! — сказал Рафаэль, садясь за стол. Антон тоже вернулся за стол. — Ты первый парень... — он громко проглотил слюну и отпил чай. — Который меня поцеловал. — Я помню свой первый поцелуй с парнем, я тоже очень волновался. — Рафаэль посмотрел в сторону, вспоминая Лёшу. — И я так хотел, чтобы это был Георгий! — И кто это был? — спросил Антон. — Это была дурацкая игра в школе. Один мальчик предлагал другому поцеловаться. Но я сказал себе, что мой следующий поцелуй будет только с Джорджем. Я уже тогда сходил с ума по нему. — Почему ты называешь его Джордж? — Он ведь мой учитель английского. А называть его отец Георгий в постели было... неудобно. Поэтому мы и договорились, что когда мы вместе, я могу называть его Джордж. Раздался звонок в домофон, и Антон побежал открывать. Вернулся через минуту. — Это сестра. Пока родителей нет, ты сможешь спокойно поговорить. Я уйду в свою комнату, чтобы не мешать. — Ты можешь остаться, если хочешь. Ты мой друг, и ты всё про меня знаешь. Мы с тобой даже целовались. Антон опять покраснел и улыбнулся. — Пойду открою дверь, — он посмотрел на Рафаэля, широко улыбаясь. Сестра Антона была гораздо старше него. Ей было за тридцать. Скорее всего она была ровесницей Джорджа. Среднего роста. Тёмные длинные волосы были заколоты на затылке. Грубоватые черты лица делали её похожей на очень серьёзного, бескомпромиссного человека. Но когда она улыбнулась Рафаэлю, её черты смягчились, и она показалась ему симпатичной. — Так ты Рафаэль? — заговорила она, войдя в кухню. — Да... — Антоха про тебя много рассказывал. И я слышала про суд. Я тебе очень сочувствую. В твоём возрасте пройти такое... Меня зовут Ксения. — Она протянула по-мужски руку. Её рукопожатие было довольно крепким. Рафаэль понял, что она работала с мужчинами, и ей передались некоторые мужские повадки. — Я Рафаэль, — зачем-то сказал парень и улыбнулся. — Ты и правда очень симпатичный! — она изучала Рафаэля. — У тебя невероятный взгляд! — Она повернула голову и посмотрела на Антона. Потом вернулась к Рафаэлю. — Что ты хотел спросить? Говори, пока не пришла наша еврейская мама. Тогда мы будем слушать только её. — У меня есть один вопрос... — Рафаэль секунду подумал, как правильно сформулировать то, о чём собирался спросить. — Какие бумаги нужны мне, чтобы вступить в сексуальную связь с человеком старше меня? Чтобы это подтверждало, что я добровольно на это согласен? Ксения посмотрела на него своим изучающим взглядом. — Сколько тебе лет? — Мне шестнадцать. — А твоей... девушке? — Это мужчина. Ему тридцать четыре. Ксения удивлённо вскинула брови. — Ты гей? — Да! — Вот этого ты мне не рассказывал! — она опять посмотрела на Антона. — Но неважно. Ты вступил в возраст согласия, и тебе не требуется никаких бумаг. Единственное... как вы познакомились? — Он мой учитель английского, — ответил Рафаэль. — Учитель... Вот с этим могут возникнуть проблемы. Придётся доказывать, что он не оказывал психологического давления на тебя. — Но... это я всё начал! Я... соблазнил его. — Значит, придётся доказывать, что он не манипулировал тобой. Для чего это тебе? — Я хочу жить с ним и хочу, чтобы у него не возникло проблем! Ксения посмотрела на Рафаэля, слегка наклонив голову. — Я бы посоветовала пока не высовываться. Не афишировать ваши отношения. Подожди до восемнадцати. Тогда у вас точно не будет проблем! Это касается не только геев и лесбиянок. — Я же могу продолжать отношения с ним? — Конечно! У тебя есть право, и никто не может интересоваться твоей сексуальной жизнью. Это частная жизнь, и она защищена законом. Рафаэль минуту подумал. — Спасибо! — наконец сказал он. — Мы постараемся быть осторожнее. Ксения ещё раз посмотрела на него. — Скажи, это он тебя попросил всё разузнать? — Нет! Он даже не знает, что я интересуюсь этим вопросом. Я люблю его и не хочу подвергать опасности. — Ты мне нравишься! — проговорила она с улыбкой. — Жаль, что наше правительство не хочет принимать законы о правах сексуальных меньшинств. Это останавливает наше развитие, как правового государства! Но геи борются, и это прекрасно! — она замолчала и подошла к своей сумочке, которую поставила на стул. — Я дам тебе свой номер, и ты можешь мне звонить в случае чего. Я постараюсь тебе помочь. — Ксения протянула ему свою визитку. — Спасибо большое! — Рафаэль разглядывал её визитку. — Вы мне очень помогли! — Ты мне не говорил, что твой лучший друг — гей, — она подошла к Антону. — Я не думала, что ты такой прогрессивный! В этот момент дверь открылась, и в квартиру вошли родители Антона. Удивительно, но Антон был похож на свою мать, а Ксения — на отца. Они поздоровались, и Рафаэль понял, что имела в виду Ксения, сказав про еврейскую маму. Она была очень громкой и разговорчивой женщиной. Рафаэль хотел пойти домой, но она буквально приказала ему остаться и поужинать. Ему пришлось согласиться. — Жаль, что ты не привёл свою девушку Лизу. Когда ты нас познакомишь? — спросила она, посмотрев на Антона. — Не знаю, ма! Дай мне время... — пытался ответить он. — Вы уже сколько встречаетесь? — Пару месяцев. — Нам с отцом нужно посмотреть на неё. Рафаэль, ты её видел? — Это я их познакомил. Она правда хорошая, думаю, вам понравится! — А у тебя есть девушка? Ты красивый мальчик! Думаю, у тебя отбоя нет от поклонниц! — У меня нет девушки. — Ооо, почему же? — она удивлённо посмотрела на него, почти так же, как Ксения, когда узнала, что он гей. — Мама! Прекрати пытать парня! Вы только познакомились, а ты уже пытаешься узнать у него всю его личную жизнь! — вступилась Ксения. — Антон столько про него рассказывал, что мне кажется, я знаю его уже годы! — Правда? — Рафаэль посмотрел на друга. Тот немного покраснел, продолжая жевать свой ужин. — Он про свою девушку столько не говорит, как про тебя! Какой Рафаэль хороший напарник на тренировках, какой Рафаэль внимательный и прилежный! — Мне приятно! — Рафаэль улыбнулся и толкнул друга коленкой под столом, как это всегда делал Джордж. — Но мы же просто друзья, у него нет ко мне никаких чувств, как к Лизе. Поэтому и рассказывает обо мне всё. С Лизой, наверное, всё по-другому. — Ха-ха-ха! Ты рассудительный мальчик! — сказала она, смеясь. — Ты почему не ешь? Тебе не нравится? — Всё очень вкусно! Я просто не ем много, иначе мне будет очень плохо... — Ты болеешь? — Мам, — вставил наконец слово Антон, — это особенность организма. Он ничем не болен. Ещё не хватало, чтобы ты положила его в больницу! — Я сейчас ем больше, чем обычно, когда стал заниматься спортом. Я правильно питаюсь, — сказал Рафаэль. — Вот Антон правильно питается! — продолжала его мама. — Он в меру упитанный, сильный мальчик! И ты видел, какая у него задница? — Я видел... — Рафаэль повернулся к Антону, еле сдерживая смех. — Лизе наверняка нравится! — маму невозможно было остановить. — Он самый... привлекательный парень в нашем колледже, — Рафаэль поддержал мать. — Девочки падают в обморок, если он на них посмотрит. Мама посмотрела на отца, который ещё и слова не сказал за ужином. — Вот видишь, какие замечательных детей я тебе родила. — Угу... — промычал отец в ответ. Ужин подходил к концу, и Рафаэль сказал, что ему уже надо ехать домой .— Мне тоже уже пора! — сказала Ксения. — Рафаэль, я тебя отвезу домой, уже действительно поздно шляться по городу. — Не стоит, я сам! — Я тебя отвезу! — твёрдо сказала она. — Это был не вопрос. Мама Антона складывала остатки ужина в судок. — Ксения, возьмёшь с собой, завтра утром будет чем позавтракать. — Я подожду на улице. Спасибо большое за ужин и за чудесный семейный вечер! — сказал Рафаэль. — Ох, мальчик мой! — мать бросила всё и подошла к Рафаэлю. — У тебя же нет мамы! — её глаза наполнились слезами. — Приходи к нам в любой момент. Мы тебя всегда примем! Она обняла его и поцеловала в лоб. — Спасибо! — он был очень тронут её словами. — Я спущусь с Рафаэлем, — сказал Антон, и ребята вместе ушли. Они вышли из лифта и решили подождать Ксению на первом этаже. В коридоре горела всего одна тусклая лампочка. — Прости, моя мама бывает такой... — начал Антон. — Я был очень рад познакомиться с твоей мамой, с папой и сестрой! — прервал его Рафаэль. — У тебя замечательные родители! Это тебе говорит человек, у которого их нет! Береги их! И я был всё-таки прав насчёт твоей задницы! Они засмеялись, Антон смущённо, а Рафаэль просто весёлым смехом. Лифт начал движение вниз, скорей всего это была Ксения. — Ну что, увидимся завтра? — сказал Рафаэль, улыбаясь. Он подошёл вплотную к Антону и поцеловал его в губы. Антон набрал полные лёгкие воздуха от неожиданности, потом поцеловал Рафаэля в ответ. — Да, увидимся завтра, — он выдохнул и с восхищением посмотрел Рафаэлю в глаза. Лифт открылся, и из него вышла Ксения. — Антон, беги домой, а то замёрзнешь. — Хорошо, пока! — он чмокнул сестру в щёку и вошёл в лифт, бросив прощальный взгляд на Рафаэля. — Ого! Он удостоил меня поцелуем! Вы с ним не... — сказала Ксения, когда они сели в её «Лексус». — Нет, между нами ничего нет! — сразу же ответил парень. — Если вы об этом. — Так! Во-первых, обращайся ко мне на «ты»! Во-вторых, куда тебя отвезти? — Я оставил все свои вещи у... своего парня. И я хочу остаться у него на ночь, только надо позвонить отцу и придумать что-нибудь. — Он достал телефон. — Набирай, я поговорю с ним, — вдруг сказала Ксения. Рафаэль нашёл номер отца и отдал ей телефон. — Добрый вечер! — сказала она, когда отец ответил. — Я Ксения, сестра Антона, друга вашего сына. Он сейчас у нас дома, и мы... не хотим его отпускать в такое время. Вы не возражаете, если он останется у нас ночевать?.. Нет, никаких неудобств. У вас такой замечательный сын, мы не можем отпустить его. Завтра он от нас пойдёт на занятия вместе с Антоном!.. Отлично! Всего вам доброго и спокойной ночи! — она вернула телефон парню. — Спасибо! — Рафаэль был несказанно рад. — Я могу тебя попросить? — сказала Ксения, когда они начали движение. — О чём? — ответил Рафаэль. — Ты можешь меня познакомить с твоим парнем... или мужчиной? — Когда? Зачем? — удивился Рафаэль. — Сейчас. Я просто хочу посмотреть на человека, которого так любят. Достоин ли он? — она посмотрела на Рафаэля, на миг оторвавшись от дороги. — Не обижайся! Я знаю много геев, но впервые встречаю такую преданность. — Просто... Я его очень люблю... Он всё, что у меня есть. Он моя настоящая семья, и если из-за меня с ним что-нибудь случится... Я не прощу себе. Ксения улыбнулась, продолжая следить за дорогой. — Звучит... прекрасно, — сказала она наконец. Они подъехали к подъезду Джорджа, и Рафаэль нажал кнопку вызова. Через минуту Джордж ответил: — Кто там? — Это я, — сказал парень. — Я за сумкой! Замок щёлкнул. Они вошли. — Я оставлю это вам, — она показала на судочки с едой. — Мне всё равно завтра не будет времени завтракать. А вам, мужчинам, это будет в самый раз! — Да, Джордж, скорей всего, до сих пор думает: сварить пасту или заказать пиццу. Может, вообще лечь спать голодным! — Ну, тогда держи, покормишь своего... Джорджа. Он открыл им дверь, как всегда взъерошенный, в уютной домашней одежде и очках. Рафаэль сразу расплылся в улыбке, хотя они уже виделись сегодня. — Мы можем войти? — спросил Рафаэль. Джордж, увидев парня, заулыбался, но, заметив Ксению, стал серьёзным. — Простите за вторжение! — проговорила женщина. — Меня зовут Ксения, я сестра Антона. Привезла вам Рафаэля и хотела убедиться, что у него всё в порядке. — У меня же всё в порядке? — сказал Рафаэль, целуя губы Джорджа. — Я Георгий. Похоже, о нас с Рафаэлем знает вся ваша семья. — Только я и Антон. Дай мне на секунду твой телефон, — она протянула руку Рафаэлю. Тот разблокировал телефон и отдал ей. Ксения набрала на нём номер, и тут же в её сумочке раздалась вибрация. Она подписала свой номер в телефоне Рафаэля: *«Ксения»*. А в своём телефоне добавила номер Рафаэля. — Это мой личный номер. Я внесла тебя в контакты, чтобы знать, кто мне звонит. Если у тебя... если у вас возникнут проблемы, сразу звоните мне. Мне пора бежать, ещё раз простите за вторжение! Было очень приятно познакомиться! Она ушла. Рафаэль снял куртку и обувь. — Я опять раздобыл тебе еды, любимый. Ты голодный? — Сначала объясни, что это было? — Это была Ксения. Она зашла убедиться, что я остаюсь в хороших условиях. Джордж жестом дал понять, что ждёт продолжения объяснений. — Я был в гостях у Антона, а его сестра — юристка. Я хотел у неё кое-что узнать, — продолжил Рафаэль. — Что именно? — Джордж уже с интересом слушал парня. — Я хотел узнать, какие бумаги мне нужно подписать, чтобы, в случае чего, мы могли доказать, что я сплю с тобой по собственному желанию. — И что она сказала? — Она сказала, что никакие бумаги не будут иметь юридической силы. Моя частная жизнь никого не касается. Но мы должны быть осторожнее, пока мне не исполнится восемнадцать. Видишь, я забочусь о нас, раздобыл такую полезную информацию. Джордж опять улыбнулся. — Я уже знаю всё это. — И когда ты узнал? — Когда ты пошёл в колледж. — А почему не сказал мне? — Потому что это моя забота. — А что, по-твоему, должен делать я? — Радовать меня хорошими оценками и... иногда добывать мне еду. Чем ты будешь меня сегодня кормить? — спросил он, когда они вошли на кухню. — Ты, кстати, позвонил отцу? — Ксения позвонила. Она сказала, что они не хотят меня отпускать в такое позднее время. — Да что же это за волшебная Ксения такая? И она пришла ко мне проверить, не монстр ли я? Рафаэль обнял Джорджа, положив голову на его плечо. — Она просто хотела посмотреть, что это за человек, которого так сильно любят. — Это ты так говоришь... — Нет, это её слова. — Ангел мой, я не знаю, за что ты меня так любишь... Твоя любовь — это дар с небес. — А я знаю! — Рафаэль поцеловал Джорджа в губы. — За то, что ты такой красивый! За твои прекрасные, добрые глаза! За твою волосатую грудь! — Джордж рассмеялся. — За твой большой и красивый член, который доводит меня до оргазма. — Перестань... Ты думаешь меня кормить? — прервал его Джордж, улыбаясь. — Или ты хочешь сначала... — Нет, ты сначала поешь! Рафаэль разогрел еду и выложил на тарелку. Джордж постоянно принюхивался к ароматам, исходящим от того, что должно было стать его ужином. Хоть выглядело это не очень красиво — всё перемешалось в судке, но пахло отменно! Джордж схватил вилку и попробовал. — Это похоже на рагу... Очень вкусно! Это самое вкусное блюдо из тех, что ты мне приносил. Рафаэль улыбнулся, выкладывая всё на тарелку. — Я же забочусь о тебе, — слукавил он. Если бы Ксения не отдала ему это всё, Джорджу пришлось бы есть пиццу. Он поставил еду перед своим парнем. — Я должен тебе кое-что сказать. — Джордж похлопал себя по бедру, предлагая Рафаэлю сесть к нему. — Ты хочешь предложить мне переехать к тебе наконец-то? — шутя, но с надеждой спросил парень. Он сел лицом к его лицу. — Я сдал анализы на все болезни, передающиеся половым путём. И сегодня забрал результат — я абсолютно чист! — Вот как? Мне тоже, наверное, нужно сделать такой анализ? — Скорее всего, ты тоже чист, ведь у тебя не было никого до меня. Это мне стоило сдать до того, как мы перестали пользоваться презервативами. Меня мучила совесть. — А сколько у тебя было до меня? Мы никогда не говорили об этом... — Немного. Всего трое. — Включая Александра? — Да... Он был мой первый... — Я, наверное, не хочу знать, кто был до меня! Ты уже доел? — он встал с колен Джорджа и принялся убирать со стола. — Тут осталось столько, что нам хватит ещё и на завтрак, если ты не против. — Это здорово! Можно будет поспать подольше и ничего не готовить. Давай я помою тарелку... — Нет! Я сам! — Джордж удивлённо посмотрел на Рафаэля. — Просто мне кажется, что никто не моет посуду достаточно тщательно, как меня научила в детстве мать Катерина. Так что для моего спокойствия... — Я плохо мою посуду? — Я видел, что ты иногда не используешь моющее средство, иногда просто ополаскиваешь водой. Я не могу смотреть на такое... — он намывал тарелку. — Единственное, я не протираю посуду после того, как вымою. Мать Катерина убила бы меня, если увидела! Вот и всё. — Он вытер руки и обнял Джорджа за плечи. — Чем мы будем заниматься? Хочешь, посмотрим какой-нибудь фильм? — Voulez-vous coucher avec moi ce soir? — ответил парень шёпотом, целуя его в ответ. — Что? — Джордж немного отстранился, но продолжал улыбаться. — Откуда ты знаешь эту фразу? — Сегодня на танцах девчонки репетировали под эту песню. Мне понравилось, и я нашёл её в интернете, посмотрел клип. Как я понимаю, есть фильм «Мулен Руж», можно будет посмотреть... после... — Насколько я помню, это мюзикл о красивой любви, но заканчивается трагично. Ты уверен, что не зальёшь мне тут всё слезами? — Ты будешь рядом, чтобы меня успокоить, в случае чего. А сейчас... fuck me, please...